Стиходром № 196, 2-ой тур: ГОЛОСОВАНИЕ!

+5

СТАВКИ СДЕЛАНЫ. СТАВОК БОЛЬШЕ НЕТ!

 

напоминаю, Пипл,

тема текущего «стиходрома»:

"ОДИНОЧЕСТВО В ТОЛПЕ"

(картинка, если что — так, исключительно для иллюстрации моего личного восприятия данной «проблемы»:-D 

Раненым Ранимым кликать по ней — НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ!)))

 

ПАМЯТКА УЧАСТНИКАМ: Вам обязательно нужно проголосовать. За себя голосовать нельзя! Увижу — НАКАЖУ!((

___________________________________________________________________________________________

 

 

№ 1.

* * *

 

Страдаю я в толпе подземки!

Уже с утра меня она

Качает, душит, трет о стенки,

Несокрушима и плотна.

 

Поток несет по переходам,

По эскалаторам — вперед.

Злой век, что сделал ты с народом —

Бездумной стаей зомби прет.

 

О, мне друзей бы много-много.

Вот, как болельщики — таких.

Вагоны брали б мы с наскока,

И сидя ездили бы в них.

 

А может быть купить собаку,

За метр ростом, всю в зубах?

Спускаться с ней в сию клоаку,

В постылой массе сея страх?

 

А может, кошку брать с собою?

У кошек когти — ого-го.

Мы не спасуем пред толпою,

Вдвоем добьемся своего!

 

Иль нет. Носить в кармане крысу.

Вставать за чьей-нибудь спиной

И подносить зверушку снизу…

Но нет, не хватит тут одной.

 

И бабку с дедкой, вот досада,

Не позовешь. Слабы. Ей-ей,

Мне в брак вступать законный надо,

Заради крепких сыновей.

 

А вот бы всем по тыквам — репой.

Э не, вернется-то вдвойне…

Так что, частицею нелепой

Толпы себя представить мне?..

 

О нет! Они опять зажали,

И тащат… Уж не чую ног.

Сольюсь ли с массою? Едва ли.

О Боже! Как я одинок!

 

№ 2.

КАПРИЗ

 

Сижу, творю. Мой кофе поостыл.

Идеи на живца ловлю, но тщетно.

Толпятся рифмы… но чуть что – в кусты,

А если нет – в толпе едва заметна

Единственная, стоящая всех.

Ей одиноко там, а мне тут странно,

Что с внутреннего моего «экрана»

Пропали образы… И даже нет помех.

 

Пусть хоть бы рябь, хотя бы шум толпы,

Забывшей, для чего и как собралась.

Переняла бы может, чей-то пыл,

И сочинила что-то… расписалась.

Ну буду одинокой в этом… пусть,

Спущусь до самой кромки, низа, днища,

Откуда пусть лишь вверх. Кто хочет – ищет,

А я дорогу помню наизусть.

 

Нет, рифма не придет уже. Ну что ж,

Не нужно говорить, коль ты немая.

Остывший кофе все-таки хорош,

И слово «нет» ответственность снимает

Перед собой и той, что там, в толпе

Себе подобных прячется капризно.

…Пойду, добавлю в кофе укоризну,

А вдруг вкуснее будет, покипев?

 

№ 3.

* * *

 

Он идёт по ночам

на балкон.

Смотрит в небо —

алеет восток.

Он не то, чтоб совсем одинок,

но печален и пуст его дом.

Хочет он

на широкий простор,

птицей вольной

лететь за моря –

там иначе и звёзды горят,

там теплее и свет от костров.

Над обрывом,

где старый маяк

рассыпает

по скалам лучи,

где сова над водою кричит,

и ползёт по камням полумрак,

там живёт

его страсть и мечта.

Хочет быть только с ним,

но пока

ждёт и молится облакам,

чтобы он

научился летать.

 

№ 4.

СЛАДОСТЬ ОДИНОЧЕСТВА

 

Мне девять лет. Под лампы желтым светом –

Старинной книги желтые листы.

В окошко зимний ясень бьет скелетом,

Дворы и улицы вокруг пусты.

 

Сюжет суров. Апофеоз – неясен.

Гудит могильным холодом пустырь.

Тяжелый топот позади ужасен –

За героиней гонится упырь.

 

Простая леденцовая конфета,

И ничего покоя слаще нет.

Пуст город мой. Пуста моя планета.

Вселенная пуста. Мне – девять лет.

 

№ 5.

ДЕВОЧКА-ДУША

 

Маленькой девочкой плачет душа средь толпы —

страшно одной…

Где-то, наверное, к счастью, на свете есть ты —

близкий, родной…

Грозы и ливни так бьют по холодным щекам,

спины вокруг…

Каждая капелька — как дополненье к стихам,

выросшим вдруг

из одиночества ночи и стен пустоты

поздней порой…

Только спасает надежда, что там, где есть ты —

мир и покой…

 

№ 6.

* * *

 

День мелькнул электричкой метро.

За окошком давно темно.

Тебе ехать пора домой,

Там тебя ждут семья и покой.

Но, однако, ты вновь и вновь,

Вспоминаешь её глаза,

Ты очнись может, это любовь?

Может быть наконец-то она —

Та, что в центре миров живёт

Та, что ждёт, что пока ещё ждёт…

 

Вот и дом тихо щелкнул замок,

Но все спят ты опять одинок.

На столе телефон молчит…

Ты не спи, вдруг она позвонит?

Чай на кухне остынет опять,

Когда вспомнишь её глаза.

И дороги не будет вспять,

Ты уходишь туда, где она —

Та, что в центре миров живёт,

Та, что ждёт, что пока ещё ждёт…

 

№ 7.

***

 

Мне ли не знать утешения в слабости,

Мне ли не ведать ваших речей,

Мне ли не ждать обличительной наглости

Взглядов, которые слов ценней?..

 

Я — ваш покорный раб-летописец,

Я — хроникёр, вечный корреспондент.

Дел деликатных, вопросов сердечных

Я — аналитик, я тайный агент.

 

О, эти жесты, эти томные взгляды!

Этот ласкающий слух джазок.

Я с саксофоном, вы — у эстрады.

И словно застыл оголтелый мирок.

 

Мне ли не знать утешения в слабости,

Мне ли не помнить ваши глаза?

Ноченькой этой мы будем счастливы,

А после рассеемся кто куда.

 

№ 8.

***

 

Я еще уйти смогу

В тихий город полусонный,

На обещанном шагу

Став, по-прежнему, бездомной.

 

Став частицей этих крыш,

Тротуаров и фасадов.

Город мой, ты мне простишь

Эту праздность маскарада?

 

Примешь, как родную дочь,

По слетающие хлопья?

Там, где спрячет меня ночь,

Старый бред ломает копья.

 

Там, где я солью с душой

Запотевших переулков,

С этой грязной мостовой

Под руинами окурков…

 

Может, я вернусь обратно

В ту дыру, откуда родом,

Брошенной десятикратно

На колени перед богом.

 

Разобью в угоду миру

Все, что раньше я любила.

Буду жить, как и другие —

Постоянной и бескрылой

 

№ 9.

ОДИНОЧЕСТВО ВДВОЁМ

Песнь журавлей пропета,

Туманом скрыта даль.

Пришла на смену лета

Холодная печаль.

 

В затоке под ветлою

Две лодки на мели

Осеннею порою

Покой себе нашли.

 

Бортами ещё трутся,

Но в прошлом мысль о том,

Что лучше б разминуться —

Поплыть своим путём.

 

И дремлют, ожидая,

Без дружбы, без вражды,

Когда Зима седая

Их захоронит в льды…

 

___________________________________________________________________________________________

___________________________________________________________________________________________

ВНЕКОНКУРС:

 

№ 1.

* * *

 

Город вновь меня встречает шумом моря, криком чаек,

людных улиц балаганом, разноцветною толпой.

Только мне в толпе шумящей страшно, словно в темной чаще,

потому что.… Потому что… я один, а не с тобой.

 

Как случилось? Что сломалось? Почему казалось, мало –

твоего вниманья мало, и заботы, и любви…

Выше быть — таков мой принцип, я себе казался принцем,

а когда успел влюбиться, мы расстались, се ля ви…

 

Голубое заоконье, звон трамваев, крик вороний,

гул толпы, звонки мобильных, прочий посторонний шум –

он уныл и монотонен…. Ногти впаяны в ладони.

Я сижу и удивляюсь, как я без тебя дышу?

 

Манит небо, манят крыши… Я хочу подняться выше,

чтобы крикнуть с небоскреба: ну, какой же я дурак,

что, держа в руках синицу, я не смог остепениться,

до последнего не веря в то, что чувства не игра.

 

Мир вокруг теряет краски, я соскучился по сказке,

календарь неумолимо мне отсчитывает дни…

По инерции, без цели я живу уже неделю,

существую еле-еле.

Позвони мне, позвони…

 

№ 2.

ФЕВРАЛЬ

 

К нам в окна заглянул Февраль,

На них печать – его дыханье,

И мне его немного жаль

В его печали изначальной.

Он так устал быть одинок,

Он позавидовал влюбленным,

Мечтал отпить большой глоток

Из чаши жизни потаенной,

И тронуть острой кромкой льда

Волнующий огонь блаженства,

Подслушать тихий шепот «да»,

Увидеть отблеск совершенства…

Но снова взяли в плен Февраль

Танцующие руки Стужи,

И с нею он умчится вдаль,

И только ей одной он нужен…

«Нуужжеенн…»

 

№ 3.

ПРИХОДИТ ВРЕМЯ

 

Как хочется укрыться от невзгод

в тепло друзей, в объятия любимых —

несовершенства мир из года в год

становится всё больше нестерпимым.

Острее режет безуспешность дел,

больнее ранит холодность эмоций,

спадает напряженье наших тел,

смягчается очерченность пропорций.

И хочется до одури порой

упиться только тишины безмолвьем,

довольствуясь холодною луной

да отблеском свечи у изголовья…

 

№ 4.

«СЕ, ЧЕЛОВЕК!» ©

 

он знал свой путь и знал свой срок,

он знал гонения и славу,

но как же был он одинок,

в толпе горланящей: «Варавву!»

 

когда истерзанный в тени

предстал он пред лифостротоном

и крик:«Распни его! Распни!»

на плечи лёг крестом стотонным

 

когда потом один как перст

в венке терновом, раня стопы,

к голгофе брёл неся тот крест,

сквозь плебса уличного толпы

 

когда распятый изнемог,

шепча в бреду: «Прости их, Боже!» —

он был смертельно одинок…

Как ни один… ни до, ни позже…

 

№ 5.

* * *

 

Белый снег на черном фоне

Падает на чьи-то спины.

Никому не нужен.

 

№ 6.

* * *

 

О как часто время не догнать!

Оно мчится быстро и жестоко

Как вода по трубам водостока,

Реку жизни обращая вспять…

 

Мне осталось сделать только шаг —

Распоследний и наверно главный.

А судьба… Судьба была забавной,

Но всегда и всюду – первый враг.

 

Мне претят уныние и страх!

Мне отвратны жалобы и стоны!

Я кровавым жалом камертона

Нарисую ноты на руках.

 

Пусть беснуясь воет чья-то ложь,

Мне с поклоном падая в колени —

Я все дни свои спаяю в звенья

И ценою оценю их в грош.

 

…А толпы давно уже и нет.

Оглянусь — и лишь гуляет эхо…

Моя жизнь расписана по вехам,

И на все вопросы дан ответ.

 

№ 7.

ОДИНОКИЙ В ТОЛПЕ

 

Когда простым и нежным взором

Окинешь конкурс «о любви»,

Не раз себя клеймишь позором,

Что скучно стало… Се ля ви.

 

Не для тебя сей праздник жизни,

Симпозиум влюблённых душ,

Погряз ты, братец, в укоризне,

В любовных стансах ты не дюж.

 

Вгоняет, чёрт возьми, в зевоту

Стихов накатанный маршрут

И кажется, что по комоду

Колонной слоники бредут.

 

А ведь давно уже известно,

Что каждый чем-то дорожит,

Кого-то любит безвозмездно —

Что подтвердит любой пиит.

 

Любил Корней Чуковский мыло,

Бианки — тот любил зверят.

Джек Потрошитель с Чикатило

Ваще любили всех подряд.

 

Любил Толстой, босой как хиппи,

Бродить по лугу за гумном,

Марк Твен гулял по Миссисипи,

Кутузов — под Бородином.

 

Нас любят женщины ушами,

Желудком любят мужики,

Банкир гордится барышами,

А деньги любят кошельки.

 

Дельфин весёлый любит воду,

Пилот без неба не жилец…

Один сатирик злой, походу,

Не любит ничего, стервец.

 

Купцу милы наборы гирек,

Лошадка знает толк в овсе,

И только грёбанный сатирик

Не хочет, сволочь, жить как все.

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке

 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль