Разбор по-мастерски №61. Голосование


, 22 января 2017, 21:26 /
25

Уважаемые мастеровчане, критики маститые и начинающие, и просто читатели, желающие поглубже нырнуть в океан литературных открытий и сюрпризов!

На очередной, первый в этом году, тур игры «Разбор по-мастерски» представлен рассказ одного из авторов МП, который пока что сохраняет инкогнито и ждет ваших отзывов, разборов и критики своего детища.

 

И мы переходим к голосованию за понравившиеся разборы.  

 

Напоминаю, цель игры — создание площадки для развития и совершенствования мастерства критиков.

 

Правила игры

1. Победитель предыдущего тура — Ведущий — выбирает произвольный текст (объем строго 5-25 тысяч знаков с пробелами, согласие автора обязательно) и создает новую тему с заголовком «Разбор по-мастерски — <порядковый номер>»

Выставлять текст, уже участвовавший в разборах, запрещено. Даже после изменений. Другие опубликованные на МП или за ее пределами или же неопубликованные ранее тексты выставлять разрешено.

2. Любой желающий новым комментарием пишет критический разбор на предложенный текст. Форма произвольная, но от нее зависит результат голосования.

3. В начале каждого тура ведущий может предложить сделать прима-разбор по одной из методик профессиональной литературной критики (экзистенциальный разбор, психоаналитический, герменевтический, деконструктивизм, структурализм, компаративизм и пр.). Такие разборы сразу получают два дополнительных балла.

Ведущий игры, предлагая тему для прима-разбора, дает и короткое объяснение сути заданной методики.

4. Участники, зрители и критикуемый автор вправе вступать в вежливую и доброжелательную дискуссию с критиком в комментариях к критическому разбору.

5. Участники, зрители и критикуемый автор голосуют плюсами и минусами за критические разборы. При желании голосование можно дополнить отдельным комментарием с ТОП-ом из трех мест с обоснованием.

Подробная (или не очень) критика разбора приветствуется в качестве обоснования топа или в индивидуальном порядке на любой

разбор.

Общий балл выставляется из расчета 1 место = плюс три плюсика, второе = плюс два, третье — плюс один.

6. Через две недели Ведущий объявляет Победителя — автора критического разбора с наибольшим количеством голосов.

Правила оформления разбора

1. Критический разбор публикуется с новой ветки.

2. Критический разбор нельзя прятать в оффтоп.

3. Каждый разбор помечается заголовком: КРИТИКА НА КОНКУРС

4. На прима-разборе делается соответствующая пометка.

5. Выставленный на конкурс критический разбор снимать нельзя.

Пример оформления топика

В топике обязательно дублируем правила игры, правила оформления разборов, приводим полный текст и ссылку на произведение (если автор не анонимно играет), указываем дату окончания тура.

Отдельно подчеркнуть правила голосования и вынести за рамки скрытого текста.

За соблюдением правил следит Ведущий.

1. Игроки могут обсуждать текст и разборы; переход на личности автора текста, автора разбора, ведущего или оппонента не должны иметь места в игровом топике, — ведущему разрешается их скрывать (архивировать) для пресечения разгорания конфликтов.

Удалять комментарии запрещено.

2. Обязанность ведущего в дискуссиях — поддерживать порядок в топике и пресекать конфликтные ситуации.

 

Правила голосования

Участники, зрители и критикуемый автор голосуют плюсами и минусами за критические разборы. При желании голосование можно дополнить отдельным комментарием с ТОП-ом из трех мест с обоснованием.

Подробная (или не очень) критика разбора приветствуется в качестве обоснования топа или в индивидуальном порядке на любой

разбор.

Общий балл выставляется из расчета 1 место = плюс три плюсика, второе = плюс два, третье — плюс один.

И методикой для прима-разбора в этом туре будет экзистенциальный анализ — философский подход, ставящий во главу угла бытие человека в мире, вопросы его свободы, общения и поиска себя.

Подробнее об экзистенциальном анализе можно прочитатьтут.

 

Итак, рассказ «Домогильный поезд»

Оффтопик

Когда у Блюза сын родился, его назвали Рок-н-ролл.

Мадди Уотерс.

Предисловие

История выдуманная. Реальными являются только цитируемые песни и та, что явилась источником вдохновения для данного рассказа. Использование песен в тексте согласовано со всеми авторами-исполнителями. С уважением — автор.

 

Сан-Франциско. Концертный зал “Авалон”. Лето 1968 года

Под потолком душного зала, словно дым марихуаны, расплывались первые такты тягучего, несколько рваного “электрифицированного” южного блюза. Три гитары — бас, ритм и соло — при мягкой, но чёткой поддержке ударных скупо, но согласно выводили один и тот же ритм, создавая ощущение невероятной плотности звука, что обволакивал слушателей и музыкантов, объединяя их в одно целое. То, чего пытались добиться иные сан-францисские группы с помощью светошоу, бесплатной раздачи ЛСД и длительных гитарных импровизаций — единения, — эти новички, выглядевшие техасскими провинциалами, незаметно для всех добивались с помощью обычного трёхаккордного блюза, действовавшего не на мозг, глаз и слух, а на душу и чувства.

Стоявший у микрофона коренастый, среднего роста парень с широким, некрасивым лицом, одетый в клетчатую рубашку, расстёгнутую на две верхние пуговицы, и потёртые джинсы, запел низким, резким голосом, дравшим слух непривычной для белого человека негритянской тональностью, в котором чувствовались усталость и надлом. Так требовали законы жанра: блюз — это боль, поэтому исполняется на пределе. Но усталость действительно была: парень не спал уже вторую ночь, страдая бессонницей и спасаясь от неё игрой на гитаре, сочинением новых песен и шлифовкой старых. К тому же прошлой ночью прошёл дождь, в старом бунгало, которое группа снимала почти на самом побережье, протекла крыша, и он слегка простудился, несмотря на мягкий калифорнийский климат. Сейчас у него саднило горло. Но парень пел.

On a highwaaaay… thirty people lost their lives…*

On a highwaaaay… thirty people lost their lives…

На концерте он исполнял эту песню в первый раз, и от того, может, слегка дрожал его уставший, нарочито резкий голос, за которым скрывалось волнение; и от того, может, каждая строка отделялась от другой очерёдностью яростных, рваных, словно специально обрубленных аккордов. Кое-где парень фальшивил и тут же пытался скрыть фальшь каскадом блюзовых нот, поддержанных скупой на эмоции бас-гитарой и надёжным ритмом. Гитара отзывалась на каждый перебор пальцев по грифу, маскировала огрехи в исполнении и временами словно угадывала наперёд следующую последовательность аккордов, какой бы неправильной она ни была. Впрочем, парень всегда знал, что его гитара — это живое существо со своей душой и чаяниями, и сегодня оно поддерживало его в его боли.

Well I had some words to holleeeer… And my Rosie took her ride…

Никто из слушателей, внимавших пению с каким-то благоговейным восторгом, не догадывался, что это была не просто песня, а — исповедь…

 

Лоудай, Калифорния. 1967 год

— Я уезжаю, Джонни…

Звали её не Рози, а Келли. Только на днях ей исполнилось восемнадцать; только на днях в школе отшумел её выпускной бал, где она по праву стала «первой мисс». Но казалось, что это было очень давно. Сейчас же она стояла в гараже перед сидящим на капоте старенького, помнившего ещё времена Великой Депрессии “форда” парнем, который наигрывал на гитаре “Good golly miss Molly”, и, еле сдерживая слёзы, говорила: “Я уезжаю…”

Джон перестал играть, отложил гитару и сумрачно посмотрел на неё:

— Уже всё?

Молчаливый кивок в ответ.

— И отец не возражал?

Девушка вздохнула:

— Возражал… Ещё как. Мама его убедила. Она закрылась с ним в комнате, они долго там говорили. Ругались даже. Но он согласился. И ещё сказал, что будет каждый месяц высылать деньги.

— Это здорово, — вздохнул Джон. — Может, тебе подрабатывать не придётся…

Они говорили об этом с прошлого года. Ещё осенью Джон знал, что это — их последний совместный год. Он знал, что после окончания школы Келли уедет поступать в Беркли. Она всегда хотела учиться, мечтала быть журналистом.

Джон знал это, но в глубине души надеялся, что за год что-то изменится — всегда ведь что-то меняется, — и девушка останется в Лоудае. Что ж, ничего не изменилось… Он был рад за неё, но эта радость искусно скрывалась под чувством горечи и — что уж греха таить — некоторой зависти. Перед Келли открывался широкий, шумный, шикарный мир студенческой жизни, большого города, новых открытий, знаний, знакомств… может быть, даже новой любви, сердечного увлечения… Последнего парень боялся больше всего. Но… а что ей здесь делать, в этом городишке? — спрашивал не раз он сам себя. Здесь до сих пор плюются и переключают каналы, когда по телевизору показывают Мартина Лютера Кинга, а когда через город проносятся стаи байкеров на свою ежегодную сходку, все жители запирают двери и окна, и даже шериф, отец Келли, гроза и ужас хиппи в радиусе сорока миль, предпочитает не выходить из дома. Что может ждать здесь, в спящем на ходу Лоудае, эту хрупкую, темноволосую, чуть наивную и трогательную девчонку? И что он может ей дать — немногословный, застенчивый увалень, работающий на местной автозаправке? Ну да, у него есть группа. Ну да, иногда они выступают в окрестных кафе и клубах — иногда за плату, чаще — за еду…

Келли присела перед парнем на корточки, взяла его руки в свои и тихо спросила:

— Джон… Почему бы тебе со мной не поехать?

Парень, смотревший до этого чуть в сторону, перевёл взгляд на неё:

— С тобой… А что я там делать-то буду? В Беркли?

— Ну как что? — заговорила Келли убеждающим шёпотом. — Найдёшь работу. Будешь писать песни и петь… Но мы вместе будем — разве это не здорово?

Джон поджал губы и тяжело вздохнул:

— Кел, малышка… Знаешь, сколько там таких, как я? Ты думаешь, меня будут слушать?

— Будут, — убеждённо проговорила девушка. — Я знаю — верь мне. Ты найдёшь тех, кто тебя услышит. А я буду рядом. Будем жить вместе, снимем квартиру…

— Я… А как же ребята? Ты думаешь, они со мной поедут?

Келли замолчала. Под “ребятами” подразумевались трое остальных участников группы Джона — старший брат и два одноклассника. Все четверо были столь дружны чуть ли не с пелёнок, что временами казалось, что у них была общая душа.

— Ты думаешь, они поедут со мной? — повторил Джон. — Вон Дик на юриста учиться будет, в отцовской конторе уже стажируется. У Тима уже семья есть… И так они прямо всё бросят и рванут вместе с нами?

— А ты думаешь, им нравится здесь сидеть? — горячо заговорила девушка. — Джонни, милый, оглянись! Мир меняется — вспомни, как Боб Дилан пел! Он и вправду меняется. И меняем его мы — ты, я, Дик, Тим, Харви! Все его меняют — своей музыкой, любовью, поступками…Ты ведь даже не говорил с ними! Ни с кем не говорил! Как ты можешь знать, чего они хотят, а чего — нет?.. Помнишь, как вы мечтали когда-нибудь поехать во Фриско или в Эл-Эй, выступить там и поставить всех на уши? А потом — ещё где-нибудь…Уже забыл, да? — В последних словах отчётливо прозвучали нотки горечи.

— Ничего я не забыл, — медленно проговорил парень. — Мечтали, мечтали… Ну и вот, домечтались. Брат семью не бросит, а тащить её чёрт-те куда, на квартиру, с маленьким ребёнком не станет. Даже разговаривать с ним об этом бессмысленно. Мы с ним просто поругаемся, если я даже заикнусь об этом…

— Но ты ж даже не пробовал, Джонни… Почему ты так думаешь?

— Потому что я так знаю, — отрезал парень и, немного помолчав, добавил: — Есть ещё кое-что. Я не хотел тебе говорить, чтоб не расстраивать — у тебя всё-таки праздник был…

— Что случилось? — Келли впилась во взгляд Джона, крепко сжав его руки.

— Я… я отца твоего недавно видел, — ещё медленнее обычного, буквально выжимая из себя слова, выговорил тот. — Пару дней назад. Он сказал мне… что мне может прийти повестка. На днях. Может, через неделю, через две. Чтоб я никуда не уезжал…Так, на всякий случай…

— Повестка… куда?

— Туда… — Джон мотнул головой в сторону Тихого океана. — Во Вьетнам.

В гараже, словно топор над стоящим на эшафоте приговорённым, повисло молчание.

— Гос-с-с-по-ди-и-и, — прошелестел по воздуху девичий полувздох-полустон. Келли, сразу обессилев, опустила голову. — И… что ты решил? — откуда-то из-под колен раздался её голос.

— Что я решил? — криво улыбнулся парень. — Здесь можно что-то решать? “Два пальца показали на тебя”, — с едкой иронией процитировал он песню группы “The Seeds”, — “и топает Джонни на войну”, — закончил он цитатой из творчества Кантри Джо Макдональда.

— Джон, это не смешно! — Келли резко подняла голову и вскочила с места. — Это — не музыка, понимаешь? Это — война… И ты туда пойдёшь? Ты хоть знаешь, ЗА ЧТО ты туда пойдёшь воевать??? — Голос зазвенел истерическими нотками.

— А что мне ещё делать? — выкрикнул в ответ парень и дёрнулся с капота. — Ты, дочка шерифа, скажи, что мне сделать такого, чтобы все были довольны и всё было правильно, по закону, как твой папочка любит? Ради кого мне здесь оставаться? Ради тебя? Так тебя ж здесь не будет!

— Но я же вернусь! А ты…

— Ты? Ты вернёшься? Келли, ты всерьёз думаешь, что после университета ты захочешь вернуться сюда, в Лоудай? Тебе самой хоть не смешно?

— Мне совсем не до смеха, Джон Фармер! Я не для того пришла сюда, чтобы тебя веселить!

— А для чего ещё?

У Келли на языке вертелась колкость, но после последней фразы девушка осеклась, посмотрела на Джона так, словно не верила в сказанное, затем развернулась и выбежала из гаража. Её бегство сопровождало молчание.

 

Сан-Франциско, «Авалон». 1968 год

Гитара смолкла. Несколько секунд в тишине раздавался лишь густой перебор струн бас-гитары, поддержанный монотонным, холодным, словно метроном, ритмом ударных, затем раздались первые звуки губной гармоники. И вместе с ними стены зала словно начали раздвигаться, то ли впуская в себя болотистые берега миссисипской дельты, то ли, наоборот, перенося слушателей туда… На какую-то минуту в душном помещении как будто повеяло сыростью и свежестью. Начиная с высоких, пронзительных, гармоника тянула одну ноту, пока у молодого харпера хватало дыхания, затем переходила на низкие, а после… после на слушателей обрушивалась лавина захлёбывающихся звуков, словно человек пытался что-то высказать, но ему не хватало ни слов, ни дыхания. Ноты то резко обрывались, как до этого — аккорды, то, наоборот, плавно перетекали одна в другую, словно речные волны от прошлёпавшего старого парохода; в них слышались голоса обманутых, покинутых, одиноких и негодующих, искавших справедливости у великой Реки и так её не нашедших — и тогда гармоника почти затухала, чтобы через секунду, собравшись с духом, снова взмыть над залом и высказаться в своём негодовании. Джон импровизировал на ходу, заменяя безыскусность эмоциями и вспоминая услышанное им на старых виниловых блюзовых пластинках на 78 оборотов, казавшихся ровесницами самого блюза, и уже не слышал однообразного ритма за своей спиной, на который нанизывалось его горькое соло. Его уносило — вдаль и назад…

 

Лоудай, Калифорния. 1967 год

Весь оставшийся день он потерянно слонялся по дому, игнорируя встревоженные взгляды родных и робкие вопросы типа “что случилось?” Тим попытался было на правах старшего брата вызвать Джона на откровенность, но тот в ответ лишь посмотрел на него волком и, ни слова не говоря, вышел на улицу. Дома ему было тесно, но после двух часов бесцельного блуждания по городку Лоудай показался Джону запертой тюремной камерой, в которой даже воздух душил, превратившись в прутья.

Джон вышел за окраины и до темноты бродил вдоль фермерских полей и виноградников, пытаясь физической усталостью заглушить мрачные мысли. Со стороны он был похож на человека, который что-то давно потерял, но только сейчас вдруг понял, что он “что-то” потерял, и теперь отчаянно пытается найти потерянное. Где-то в глубине души парень надеялся… на что? На то, что вот эта дорога, которая, словно река, вливается в Тихий океан, что-то изменит? Что в последний момент Келли передумает уезжать, а на призывном пункте забудут о таком военнообязанном, как Джон Фармер, двадцати двух лет от роду? Что под мерный шаг, похожий на шаг тюремного охранника, родится какое-то решение — на тот случай, если Келли не передумает, а на призывном пункте не забудут? Но какое может быть другое решение в мире, где люди, оказывается, не всегда выбирают себе судьбу?.. Что делать? ЧТО ДЕЛАТЬ? Что? Делать? ЧТО? ДЕЛАТЬ? Ч-ТОДЕ-ЛАТЬ? Ч-ТО? ДЕ-ЛАТЬ?..

Он вернулся домой около полуночи. Чуда не произошло — никакого решения не появилось. Несмотря на целый день, проведённый на свежем воздухе, и на ноющие ноги, спать Джону не хотелось. Голода тоже не чувствовалось. Тихонько открыв дверь гаража, он вошёл внутрь; не зажигая свет, прошёл к капоту, где сиротливо лежала его гитара, присел на него, взял её в руки и начал тихо перебирать струны — без всякой связи аккордов друг с другом. Постепенно нестройный мотив превратился в старую, грустную песню Нины Симон, которую Джон недавно разучил вместе с группой в своей интерпретации. Теперь эта песня ничем не напоминала трёхминутный соул-оригинал: музыканты превратили его в семиминутную энергичную рок-балладу в вальсовом ритме, оставив из четырёх куплетов только два, повторявшиеся в начале и в конце. Середину занимало яростно-пронзительное, душевное, пробирающее до дрожи соло Джона — с резкими переходами из минора в мажор и обратно, с вибрациями струны на одной ноте, с частым перебором ладов. Джон гордился кавер-версией, но сейчас ему не хотелось вспоминать о своём мастерстве. Он выводил на гитаре простенький изначальный ритм и бормотал: “I put a spell on you ‘cause you’re mine…” *

— Джонни…

Он услышал зов скорее интуицией, свойственной всем влюблённым людям, оборвал песню, отложил гитару и подошёл к ней. Девушка всегда одевалась скромно, по-простому, и сейчас на ней был обычный джинсовый комбинезон поверх футболки — из тех, что носят автослесари — и кроссовки. Длиннющие тёмно-каштановые волосы болтались сзади задорным “хвостиком”. В этом облике было столько уютного и долгожданного, что Джон почувствовал, как от вновь нахлынувшей тоски сжимается сердце. “Келли, Келли, — хотелось ему сказать, — ну зачем тебе эта учёба, зачем тебе эта журналистика? Ну что я, не смогу обеспечить семью? Ну разве мы не можем быть счастливы тут?..” Но вместо этих влюблённых глупостей он только спросил:

— Ты не уехала?

— Завтра в одиннадцать, — проговорила она.

— Неудобный рейс, — машинально заметил он. — Жара, а потом ещё целый день париться в салоне… Да и рейс, небось, транзитный, да?

Келли кивнула.

— Когда ж ты собираться будешь?

— Уже всё собрано, — отозвалась она и, сделав шажок, уткнулась в его грудь. Джон машинально обнял её за плечи, прижал чуть сильнее и вдруг понял, чего ж ему так не хватало весь день. Он погладил девичьи плечи, отчего Келли ещё сильнее прижалась к нему, затем его ладонь несколько раз приласкала задорный “хвостик”. Девушка подняла голову и нашла прохладными губами его губы.

Они долго целовались — сначала нежно, неуверенно, затем всё уверенней; в ласковых поцелуях начала прорываться страсть. Джон гладил спину Келли, та в ответ ласкала его шею и ухо. Наконец, прервав поцелуй, девушка потянула парня в сторону “форда”:

— Пойдём…

У Джона подпрыгнуло сердце.

— Кел, — пересохшим горлом проговорил он, — я ещё ни разу…

— Я тоже, — пунцовым шёпотом отозвалась девушка и снова потянула его к машине: — Пойдём… Я хочу этого…

Взявшись за руки и спотыкаясь, они добрались до машины. Джон открыл заднюю дверь, подождал, пока Келли окажется внутри, и залез следом. Там они снова припали друг к другу в теперь уже жадном, неистовом поцелуе, выпустив наружу свои чувства, словно изнывающих по свободе собак из вольера. Пальцы Джона расстегнули лямки комбинезона, Келли повела плечами, высвобождаясь из одежды, одним рывком сняла с себя футболку и кинула на переднее сидение; лихорадочно перебирая волосы, гладила крепкую спину, путаясь в движениях, расстёгивала рубашку...

Джон хотел быть нежным — скорее, от неловкости и стеснительности, — но его захватила и увлекла за собой нетерпеливость и страсть девушки. В поцелуях начала прорываться властность, ласки становились всё откровеннее, дыхание — тяжелее. Келли шептала что-то бессвязное, прижимая голову к груди и подаваясь ему навстречу, так что никто из них не заметил, как она оказалась сидящей на коленях у любимого. И только почувствовав упирающееся в живот мужское естество, она чуть отстранилась от Джона и посмотрела на него безумными глазами.

Оба замерли. Ещё можно было отступить назад…просто сделать вид, что всё произошедшее — минутное влияние дневного разговора, эмоций, желание откровенных ласк… Но никто отступать не хотел, просто оба боялись сделать решающий шаг.

Колебания продолжались меньше минуты. “Джонни, — шелестом южного ветерка донёсся её голос, — не бойся… Смелее. Не бойся… мне не будет больно… мне хорошо…” Джон поверил шелесту и, подбодренный поцелуем, осмелел окончательно…

… — Ты придёшь меня провожать?

Уставшие, покрытые капельками быстро высыхавшего пота, они лежали обнявшись в салоне старенького “форда”, ставшего для них самым родным и памятным местом. Их обнажённые тела — крепкое коренастое Джона и хрупкое, даже воздушное Келли — смотрелись на потёртом сидении моделями для картины какого-нибудь мастера европейского Ренессанса на тему “Адам и Ева в раю”. И это было недалеко от истины: в эту ночь ничем неприметный калифорнийский гараж и вправду превратился в кусочек райского сада. И вряд ли вновь созданные люди жалели о том, что их некому запечатлеть для потомства. Они об этом не думали, как не думали об этом в незапамятные времена истинные Адам и Ева — они просто наслаждались друг другом.

В ответ на вопрос парень сильнее прижал полулежавшую на его груди Келли и поцеловал в макушку:

— Я работаю завтра. Вряд ли Дэн сможет меня подменить. Да и захочет ли…

— А ты ему намекни, — игриво хихикнула Келли, — что ты свою девушку провожаешь.

— Он и так знает об этом.

— Да нет, ты не понял. — Джон не видел этого, но догадался, что у тихони Келли в этот момент озорно заблестели глаза. — Ты намекни ему, что ты по-настоящему свою девушку провожаешь…

Джон, не веря своим ушам, отстранился от девушки и чуть повернул её к себе. Глаза Келли искрились озорным смехом маленького шаловливого бесёнка.

— Кел, да он же мне проходу не даст своими распросами! — проговорил парень. — Будто ты его не знаешь… А потом по всему Лоудаю разнесётся, что Джон Фармер наконец-то испортил дочку старого Слипсона. Ты знаешь, что потом будет?

Келли звонко рассмеялась и поцеловала ошалевшего парня:

— Джонни, Джонни… Ты думаешь, старый Слипсон не знает, где сейчас его дочка?.. Да всё он давно и прекрасно знает! И поверь мне, через пару недель он сам пропустит с тобою пару стаканчиков у Шервуда. Ему ж надо познакомиться поближе со своим будущим зятем…

— Как — с “зятем”?

Теперь уже Келли отстранилась от Джона и внимательно, без улыбки посмотрела ему в глаза. Парню даже на мгновенье показалось, что в девичьих глазах мелькнула тень неуверенности.

— Джон… — запинаясь, проговорила девушка, — а что, что-то не так? Это что, для тебя всё — несерьёзно?.. Мы разве не будем вместе?

Джону наконец-то стало понятно, что Келли всё это время мучилась теми же сомнениями, что и он. И внезапно ему стало настолько легко на душе, что он, не говоря ни слова, порывисто обнял девушку. Девичья грудь свежим бризом скользнула по его телу.

— Пус…ти ж ты, мед…ведь! — В голосе Келли вновь прорезалась игривая весёлость, она шутливо стала вырываться из объятий. — Ты какой-то странный сегодня, Джонни. То кричишь на меня, то не понимаешь, теперь вот чуть не задушил…

— Кел, я олух, прости меня, — смущённо проговорил Джон.

— Ну, не без этого, конечно, — с напускной важностью проговорила девушка, — но всё ещё поправимо… Я тобой обязательно займусь, Джон Фармер.

Джон невольно улыбнулся, но тут же помрачнел:

— Только рано мы всё это загадываем, Келли…

Девушка тоже посерьёзнела.

— Джон, — тихо проговорила она, — я думаю, всё наладится… В конце концов, есть много способов избежать призыва.

— Н-да? И каких же?

— Поехали со мной…

— Ну Кееелии…

— Ну Джооонниии… — передразнила парня девушка. — Никуда твои ребята не денутся, можешь мне поверить! А если нет… — Келли с минуту помолчала, собираясь с мыслями: — В конце концов, всегда можно начать всё заново…

— Ты хочешь сказать… — начал было парень, но девушка, как бы не слыша его, продолжала:

— Мне одна подружка рассказывала — не знаю, правда ли… В общем, в Эл-Эе один парень, чтобы откосить от призыва, наглотался ЛСД так, что сбил себе давление. А речь у него стала вообще как каша. И вот так он явился на призывной пункт и заявил о себе, что он — педик. Представляешь? — Келли хихикнула.

— Да ну, — хмыкнул Джон. — Так, может, он и вправду фрик какой-нибудь?

— Да нет, — мотнула головой девушка. — Его часто видели в Школе Киноискусств.

— Они там все малость с придурью, — авторитетно заявил Джон, чем вызвал у девушки новый смешок. — Ну, и что, ты мне ЛСД предлагаешь наглотаться? А потом явиться к твоему отцу в обнимку с Дэном?

Келли ткнула его кулачком в грудь:

— Ты что, шуток не понимаешь?.. А ещё говорят, — продолжила она почти сразу, — что многие просто сжигают повестки… Убегают в Фриско. В хипповские коммуны… — Полузакрыв глаза, девушка мечтательно пропела: — “Коль собрался ты в Сан-Франциско, в волосы свои цветы вплети…”

— Слушай, Келли, — медленно заговорил парень, — я вот слушаю тебя и поверить не могу, что ты, дочь шерифа, который в Арденнах себе ноги обморозил, мне такое говоришь…

Девушка снова замолчала. Когда же она заговорила, парень сначала не узнал её голоса — строгого, не по годам серьёзного, с явно слышимыми следами обиды:

— Джон Фармер… Мы с тобою скоро поругаемся, запомни это!.. Долго ты ещё будешь меня отцом попрекать? Я что, виновата, что его после демобилизации назначили шерифом? Это ж ещё даже до знакомства с матерью было!.. Ты думаешь, он сам был рад этому? Да он бы с радостью простым лесорубом в Монтане остался, если б не та зима в Арденнах! Знаешь, сколько мне мама про всё это рассказывала?..

— Ты не поняла меня, Келли!.. Я просто удивляюсь: твой отец воевал за Америку, а ты сейчас так легко рассказываешь мне, как можно избежать призыва…

— Тогда времена не те были, — так же серьёзно продолжила девушка. — Да, мой отец — герой. И я горжусь им и люблю его. Но я и тебя люблю. И я понимаю, что сегодня он неправ. И страна наша неправа. Но ты-то ведь можешь поступить по-другому. Ты ж ведь тоже в свободной стране живёшь — забыл это?

— Забыл… Такое не забудешь. Но откуда мне знать, что страна моя неправа? Все ж вокруг неправыми быть не могут…

— Это не твои слова, Джонни.

— Как это — «не мои»?

— Не твои, — убеждённо повторила Келли. — Ты не думаешь так.

— Да тут и думать не надо.

— Правильно, милый. Не надо думать. Надо чувствовать. А как ты сам чувствуешь — правы все вокруг или нет? Ведь не фрики же из Чайна-таун повестки сжигают… Мир слишком большой, Джонни. Слишком. И в нём не только твоя свобода есть. И если твоя страна неправа, а ты её любишь — в чём же тогда твой долг? Может, открыть ей глаза на её неправоту?..

— Это слишком сложно для меня, Келли.

Девушка покачала головой:

— Тебе так кажется… На самом деле это — просто.

Парень не нашёл что возразить и вновь прижал девушку к себе, губами нашёл её бархатные, чуть влажные губы. Она ответила на поцелуй, чуть прикрыв глаза; затем, когда воздуха уже не стало хватать, оторвалась от губ и, тихо проговорив “Правильно, Джонни… мы и так много времени зря потеряли…”, слегка толкнула его навзничь…

* * *

Как Джон и предполагал, его напарник ни за что не согласился остаться в одиночестве на автозаправке даже на двадцать минут, несмотря на то, что работы в этот день почти не было. Флегматичный Джон обозвал его в сердцах “скотиной”, однако распространяться подробнее не стал, как Дэн ни приставал к нему с намерением выяснить, что же такое произошло и для чего ему понадобилось отлучиться в город.

Около одиннадцати недалеко прогудел “Грейхаунд”. Джон представил себе, как автобус останавливается на остановке, где под жарким калифорнийским солнцем одиноко мается хрупкая девичья фигурка… как Келли садится в душный салон… как выбирает место (хорошо бы, если б у окна)… как автобус мягко отъезжает, увозя девушку в прекрасное неизвестное… Сердце снова сжалось от предчувствия чего-то окончательного и бесповоротного.

Ближе к полудню на заправку заехала машина шерифа. Пока Дэн заливал бензин, шериф Слипсон, угрюмо поглядывая на Джона из полуоткрытого окна, как бы нехотя сообщил ему, что Келли проспала дневной рейс и уедет вечером. Затем он уехал, а Джон почувствовал странную радость — не потому, что девушка проспала, а, значит, ещё на день задержалась в Лоудае. Ему было радостно от того, что ей не придётся целый день ехать в духоте, что за ночь она может выспаться — пусть даже и в не очень комфортных дорожных условиях. А ещё ему было радостно то, что он сможет её проводить.

Но надежда не сбылась: ближе к вечеру на заправку неожиданно заехал бензовоз, и Джон с Дэном до темноты закачивали баки бензином. Вдобавок ко всему неожиданно разразился ливень. К концу работы оба парня промокли до нитки — от дождя не помогли даже найденные в подсобках старенькие плащи. За авральной метушнёй Джон пропустил огни вечернего автобуса, только по звуку поняв, что он уже проехал. Парню ничего не оставалось делать, как возвращаться домой.

Дома на него накатила страшная усталость. Даже не поужинав, Джон пошёл спать.

Перед тем, как провалиться в чёрный сон, он услышал, как по мокрому городку пролетели байкеры, и отметил про себя: “байкеры… ночью… как странно…”

Утром его разбудил рёв полицейской машины, промчавшейся мимо его дома. И поскольку в Лоудае выезд машины, да ещё с сиреной, случался крайне редко и всегда предвещал что-то необычное, парень, быстро одевшись, выскочил из дома и быстрым шагом пошёл в ту сторону, куда помчалась она.

Идти пришлось долго.

* * *

Байкеры… Конечно, это были они. Те самые — с татуировками, в кожаных куртках с металлическими заклёпками, увешанные нацистской символикой, но понятия не имевшие, что она значит… Бравые славные парни из “Ангелов Ада”, никому не мешавшие жить так, как он хочет, и желавшие, чтоб и им не мешали жить так, как они хотят...

Как потом оказалось, они не зря отправились на свою вечеринку ночью. Для неё было выбрано новое место, и они хотели оказаться на нём с рассветом, чтобы не пугать во время дневного проезда своим видом местных жителей. Так, по крайней мере, они договорились с мэром.

Как обычно, они неслись во всю ширину дороги плотной колонной, заставляя все редкие встречные машины притормаживать у обочины. Их не смущал даже начавшийся ливень — что может остановить настоящего байкера, если он идёт прямо к своей цели, да ещё не один, а в компании таких же отвязных ребят?..

Водитель “Грейхаунда” был не слепой и, конечно же, заметил их. Но вместо того, чтобы свернуть на обочину, он продолжал быстро мчаться по своей полосе, отчаянно сигналя.

Когда до колонны оставалось чуть больше одного фурлонга, водитель всё-таки одумался и резко затормозил, одновременно принимая вправо. Но он совершенно забыл про мокрое шоссе… Автобус развернуло и поставило поперёк дороги; водитель отчаянно попытался выровняться, но вместо этого громадину лишь развернуло в обратную сторону, и, пару раз перевернув, кинуло в кювет.

Байкеры промчались мимо. В конце концов, им всегда уступали дорогу…

* * *

Всё это Джон узнал потом. А тогда он соляным столбом стоял возле оцепления и наблюдал, как суетятся полицейские и врачи “скорой помощи”, как несут на носилках стонущих, плачущих и ругающихся пассажиров, как санитары морга выволакивают из автобуса трупы… Он не замечал ничего, кроме этого, поэтому не заметил подошедшего к него шерифа Слипсона. И только услышав его глухой голос, парень вздрогнул и посмотрел на него невидящим взглядом.

— Подонки… — только и смог выговорить шериф.

Джон с минуту молча смотрел на него, видя, но не осознавая, как тот осунулся, и постепенно в его мозгу начало шевелиться страшное предчувствие. Парень пытался от него отмахнуться, спорил с ним… но предчувствие змеёй раскручивалось в породившем его мозгу, цепляя хвостом все тайные закоулки, отравляя собой всё, к чему прикасалось. Наконец, запинаясь, боясь услышать ответ, парень спросил:

— А как Келли? Её уже увезли? Она сильно пострадала?

Шериф сумрачно посмотрел в глаза Джона, и тот всё понял. Да это и было очевидным — старый Слипсон никогда не был бы таким подавленным, сколько б людей ни погибло: слишком много он пережил в Арденнах в своё время… Но парень не хотел об этом думать.

— Она сразу погибла, Джонни… — Парень даже не обратил внимания, что он его назвал по имени. — Автобус упал на правую сторону, а она там сидела. В правом ряду. Её прямо в стекло…— Шериф махнул рукой и отвернулся.

Джон почувствовал, как глаза наполняются непрошеной влагой. Он пытался сдержаться, но не мог; хотел развернуться и уйти — ноги словно приросли к месту. Где-то в глубине души в предсмертной агонии ещё отчаянно билась надежда: да нет… не может быть такого… может, перепутали… Беспощадная реальность добивала надежду неумолимыми аргументами и фактами. Влага начала выливаться из глазниц.

И в этот момент парень почувствовал знакомый шелест возле уха — лёгкий, похожий на тихий вздох. В отчаянной надежде он обернулся — никого. Но он готов был поклясться, что слышал голос Келли и её слова, сказанные совсем недавно: “Мне не больно, Джонни… мне хорошо…”

…Через несколько дней Джон получил письмо из Службы Призыва. Вопреки опасениям, в нём оказалось освобождение от армейской службы. Видимо, Дядя Сэм решил, что страдающий приступами бессонницы Джон Фармер — не самый лучший солдат для того, чтобы с его помощью нести мир и демократические свободы в развивающуюся страну, и решил оставить его в покое. Так осуждённому в конце оглашения приговора внезапно объявляют амнистию, на которую он даже не надеялся. Узнав об этом, парень в первый раз улыбнулся с того времени, как узнал о смерти Келли.

На следующий день он собрал вещи, получил расчёт у хозяина автозаправки, встретился с друзьями и коротко объявил им, что уезжает в Сан-Франциско. Они же, мол, пусть делают то, что считают нужным. Если захотят присоединиться к нему, он через Тима передаст адрес.

В тот же вечер Джон уехал.

В Сан-Франциско он снял комнатку в районе улицы Хэйт, где в то время обитала вся неприкаянная богема Калифорнии, и написал короткое, в пару строчек письмо Тиму с адресом — так, для очистки совести, ни на что не надеясь. И поэтому когда буквально через несколько дней все трое — Тим, Дик и Харви — объявились у него на пороге и Тим на правах старшего по возрасту как ни в чём не бывало спросил: “Ну что, парень, где репетировать будем?”, Джон от неожиданности поначалу потерял дар речи.

За неделю они окончательно переехали и перевезли инструменты, сняли старое бунгало на побережье и с удвоенным рвением принялись репетировать, заодно стараясь не пропускать ни одного концерта в городе — а в те времена группы выступали чуть ли не каждый день.

Они оттачивали мастерство. Их заметили и стали приглашать в большие концертные залы. Затем с группой заключили серьёзный контракт, и музыканты смогли записать альбом, который неплохо раскупался, так что музыкантам хватало и на себя, и на то, чтобы поддерживать родных. У группы появились поклонники, особенно в кругу сан-францисских диджеев…

Джон же писал новые песни. И как-то ночью, вспомнив в очередной раз аварию, он написал “Домогильный поезд” — надрывный блюз о смерти и о горе. Правда, девушку в песне звали не Келли, а Рози. Почему? — Джон этого не знал и сам. Может, у него в голове, “плывущей” от постоянного недосыпа, в этот момент вертелись строки старой тюремной песни “Полночный экспресс” (“Молодая мисс Рози, что о жизни знала ты?”); может, он вспомнил шутливо-нежное прозвище девушек, работавших в годы второй мировой войны на военных заводах — “Рози-клепальщицы”… А может, он просто постеснялся так открыто рассказывать о своей боли и чувствах — ведь, несмотря на славу, он до сих пор оставался застенчивым немногословным увальнем из Лоудая, штат Калифорния.

Но совершенно не имело значения, как звали героиню песни — Келли ли, Рози ли, Рита или Джудит. Главным было то, что Джон знал, о ком идёт речь. И, видимо, знал это кто-то ещё, кроме него… Когда он подбирал к стихам мелодию, ему показалось, что гитара вздрогнула и потеплела в руках — будто в ней вдруг проснулось что-то живое. И снова в пустой тёмной комнате ему послышались знакомые слова: “Мне не больно, Джонни… мне хорошо…”

И это был первый раз, когда он улыбнулся своей прежней улыбкой — смущённой, неловкой, но такой милой, что Келли однажды призналась ему, что влюбилась в него только из-за улыбки. После её смерти он улыбался по-другому.

 

Сан-Франциско, «Авалон». 1968 год

Едва стих последний аккорд и Харви завершил песню тихой дробью барабанных палочек по тарелкам, как зал разразился аплодисментами и восторженным свистом. Джон отирал пот со лба и непонимающе оглядывался, как человек, только что проснувшийся от долгого тяжёлого сна. Крики восторга доносились до него словно издалека, заглушаемые дымчатой завесой полубессонного состояния, владевшего его разумом. На какую-то секунду ему даже показалось, что это приветствуют не его…

Кто-то подбадривающее хлопнул его по плечу.

— Молодец, парень, — пробасил ему в ухо не подлежащим обжалованию тоном Тим. — Хорошо придумал с гармоникой-то. Да и вообще… Ты мокрый весь.

Джон взглянул на брата и, кажется, только теперь понял, что всё это ему не чудится. Он коротко кивнул, до конца расстегнул рубашку и выпустил её поверх джинсов, затем потянулся к микрофону.

— Спасибо большое, — скупо произнёс он, отчего крики из зала усилились ещё больше. — Ну а теперь немного веселья…

Повернув голову к барабанщику, Джон кивнул: “Раз, два…”, Харви отстучал на палочках ритм, и в обрамлении “рок-н-ролльного квадрата”, словно в простенькой деревянной рамке, по сцене понеслась, загремела, закуролесила бесшабашная “Good golly miss Molly”. Это могло казаться кощунством — после столь личного, надрывного блюза-исповеди вдруг перейти на непритязательный рок-н-ролл про мисс Молли, целыми днями танцующую в «доме голубого света», — однако это было не более кощунственно, чем обычай испанцев танцевать на похоронах: ведь жизнь-то не заканчивается с чьей-то смертью… Джон смутно понимал это, и, похоже, гитара считала точно так же.

 

Послесловие

С тех пор его гитара всегда была тёплой. И Джон чувствовал её тепло на каждом концерте, на каждой репетиции. Он знал, что это — не случайно. Мысленно он обращался к ней по имени — “Келли…”, — и она ему отвечала.

А про Лоудай, откуда так и не смогла уехать девушка, он тоже написал песню. И про Вьетнам, куда должен был попасть, но не попал. И его песни распевала молодёжь на антивоенных и антиправительственных демонстрациях, выкрикивая в лицо осатаневшим полицейским, что тащили студентов в участки: “Ни за что! Ни за что я солдатом не стану…”

 

Примечания

*Текст песни из репертуара группы “Creedence Clearwater Revival”, послужившей источником вдохновения для данного рассказа.

Graveyard train

On the highway, thirty people lost their lives.

On the highway, thirty people lost their lives.

Well, I had some words to holler, and my Rosie took a ride.

 

In the moonlight, see the Greyhound rollin on.

In the moonlight, see the Greyhound rollin on.

Flyin' through the crossroads, Rosie ran into the hound.

 

For the graveyard, thirty boxes made of bone.

For the graveyard, thirty boxes made of bone.

Mister undertaker, take this coffin from my home.

 

In the midnight, hear me cryin out her name.

In the midnight, hear me cryin out her name.

I’m standin on the railroad, waitin for the graveyard train.

 

On the highway, thirty people turned to stone.

On the highway, thirty people turned to stone.

Oh, take me to the station, ‘cause I’m number thirty-one.

 

Перевод песни, принадлежащий автору рассказа.

Домогильный поезд

На дороге смерть нашли тридцать ребят.

Прошептать сумел я только: “Рози там была моя”.

 

Видишь ли, как “Грейхаунд” мчится под луной?

Рози. Перекрёсток. Рёв и грохот. Час ночной.

 

Для погоста тридцать сделаны гробов.

О, вынеси и гроб мой, гробовщик, на мой порог.

 

Её имя я шепчу — как ворожу.

На железной я дороге домогильный поезд жду.

 

Стали камнем тридцать молодых ребят.

Отведи меня к вокзалу — стану тридцать первым я.

* “I put a spell on you ‘cause you’re mine” — «Заворожил тебя я, ведь ты — моя» — строка из песни Нины Симон (1933 — 2003).

 

И у нас есть пять разборов на конкурс —

Дора Штрамм

Александр Бас + прима-разбор (баллы за двойной разбор А.Баса будут подсчитываться по плюсам за первый разбор, а второй служит «вкладышем» к первому)

Александр Лешуков

Пышкин Евгений

Зауэр Ирина

 

Всем удачи и вдохновения. Голосуем за понравившиеся разборы — до 23.00 мск. 23.01.2017

Похожие топики

Вставка изображения

Приглашаю всех желающих на первый в 2017 году тур игры «Разбор по-мастерски» )

И что тут можно разбирать… будут отклики разной степени хвалебности…

Скрытый текст

ох уж эти американские выпускницы! Такие разумные иэх

Все в ваших руках — можете раскритиковать рассказ в пух и прах, можете отыскать смыслы явные и скрытые… Анализировать художественный текст — это не хвалить или ругать его, а высказывать свое видение написаного и того, как именно и насколько удачно, с точки зрения критика, автор достиг полученного эффекта.

 

А вообще, мне становится интересно, — и каким же должен быть представленный на Разборы текст, чтобы бастующая публика не устояла… он должен изобиловать кучами ошибок, быть написан в дорогом сердцу потенциальных критиков жанре, или же это должен быть текст какого-то определенного, «вхожего», так сказать, автора?

 

Собственно, мое дело выставить топик по правилам, а дальше… Те, кому снова захочется начать скандалы на тему того, сколько висит игра, пусть сами хоть левой пяткой почешут в направлении дорогой их сердцу игры.

Таки я приду, как прочитаю)

Буду очень ждать, Евгений! ))

Критика на конкурс, прима-разбор

 

Рассказ читался с трудом, в три или четыре захода. Не хочется показаться циничной, но в мире существует множество произведений, где тема любви, жизни, смерти и случайностей, показана куда глубже и интереснее, начиная, хотя с классики – с той же «Войны и мира», с «Ромео и Джульетты», с «Ещё раз про любовь», «Вам и не снилось». С фильмов «Летят журавли», «Осень в Нью-Йорке»… Перечислять можно долго.

 

Потом, почитав про экзистенциальный анализ, который ведущая предлагает провести в этом туре, я в принципе поняла, почему она выбрала именно этот рассказ, хотя мне не кажется, что здесь есть материал для анализа. Но об этом позже, сперва краткий пересказ рассказа.

 

Америка, провинциальный городок, шестидесятые годы прошлого века. Двое юных влюблённых расстаются навсегда. Молодой человек Джонни работает на автозаправке и хочет стать рок-музыкантом. Его девушка Келли собирается учиться на журналиста и утренним рейсом должна уехать в университет. Она зовёт его с собой, он отказывается, при этом в глубине души завидуя ей и понимая, что ей не место в захолустье, а ему не пробиться в большом городе. Кроме того он признается Келли, что ждёт со дня на день повестку и, по всей видимости, отправится воевать во Вьетнам. Она уговаривает его бежать, спрятаться, он снова отказывается, а потом до полуночи страдает и мается. Ночью к нему снова приходит Келли, они занимаются любовью, решают, что поженятся. Утром он не успевает её проводить, выясняется, что она проспала и уедет вечером, а вечером он тоже не может отпроситься с работы (а в обед сбегать попрощаться или хотя бы позвонить не судьба, видимо). По дороге автобус попадает в аварию, Келли погибает, Джон снова страдает и несчастен, повестка ему так и не приходит, к службе он негоден, он все-таки становится музыкантом и пишет крутую антивоенную песню, которая становится лозунгом тех, кто не хочет воевать во Вьетнаме. А он живёт себе дальше, потому что, ну а куда деваться-то? Жизнь продолжается.

 

Может быть, кто-то другой скажет, что рассказ его тронул, что он силен, глубок, заставляет задуматься – и я не стану с этим спорить. Для меня же он даже и не вторичен, а третичен или четвертичен. Лично для меня рассказ ценен только вставками, где описывается, как играл Джонни, акт творения, единения с музыкой. Это действительно хорошо. В остальном не могу назвать душевные терзания героя какими-то особенно сильными или яркими. Он сам не принимает никакого решения: решение приносит ему в клювике Келли. «Мы поженимся», строго говорит она – и все терзания Джона сразу пропадают. Девушка его любит, у него снова все отлично. Отлично до такой степени, что он так и не вырвался её проводить. Понятно, что эту роковУю ошибку он пронесёт через всю жизнь и именно из-за разговора с Келли и в память о ней он написал ту самую песню-протест, но, по большому-то счету у него все хорошо, понимаете, в чем подвох и почему в рассказе нет надрыва, безнадёжности, отчаяния?

 

Собственно, мне кажется, рассказ написан ради одной единственной фразы:

И если твоя страна неправа, а ты её любишь — в чём же тогда твой долг? Может, открыть ей глаза на её неправоту?..

И, да, это, несомненно очень-очень важно, открывать стране глаза на ею неправоту, и в контексте происходивших в США в шестидесятые года событий это было очень-очень революционно, но, опять же, не хочется показаться циничной, но столько всего на эту тему писано-переписано, переснято, перепоказано… Одна поправка: если рассказ писался тогда и в то время – он крут. Если писался нашим современником – нет. На мой взгляд. Кто-то может с этим не согласится и тоже будет по-своему прав. Я лишь объясняю, почему на меня рассказ не произвёл впечатления.

 

Но вернёмся к экзистенциальному анализу. Я искренне восхищаюсь людьми, которые могут найти особые подтексты, значения и прочие глубинные смыслы там, где я их не вижу и не увижу никогда. И буду с большим интересом ждать других разборов. Ну а вдруг? Однако, почему же проанализировать текст экзистенциально не могу я? Посмотрим, что говорит нам выдержка из статьи, предложенной в качестве пояснения в правилах.

 

«Бытие-в-мире» – принципиальный феномен человеческого существования, и потому экзистенциалисты считают важнейшим вопросом не поиск абстрактных общих истин, а проблему переживания конкретным человеком своего конечного пути.

Переживает ли герой рассказа Джонни проблему своего конечного пути? Я бы так не сказала. Он продолжает делать то, что и хотел. Смерть Келли послужила толчком, чтобы перебраться в большой город, но и все. Конечно, для того, чтобы писать антиправительственные песни, нужна определённая смелость, но кто же из рокеров не делал этого в те времена? Так что конечные цели и желания героя остались неизменными.

 

бытие человека охватывает прошлое, настоящее и будущее. Между этими измерениями времени должен существовать баланс. Если же начинает преобладать какое-то одно время, внутренний мир личности сужается, а ею экзистенциальное видение ограничивается, что приводит к расстройствам вплоть до ощущения потери смысла жизни. Особенно плохо, когда уменьшается или же вообще исчезает открытость человека будущему.

Есть ли здесь что-то подобное? Лишь отчасти. Да, Джонни не может выразить словами свои переживания из-за смерти любимой девушки и выражает их в музыке. Как и многие, многие другие творческие люди. Но мешает ли это ему? Не похоже. Скорее, даёт толчок к творчеству, а это не так и плохо.

 

Преодоление запретов, ощущение личностной свободы – это то, что, согласно экзистенциальному учению, возвращает человеку радость и наполненность жизни.

Ну что сказать, несомненно, радость жизни к герою вернулась. С родным городом, который держал его в рамках, он порвал, личностную свободу обрёл. И не только из-за того, что уехал. Вопрос о том, хотел ли он на самом деле жениться, остаётся открытым. Мне кажется, что нет. У него была в голове определённая социальная программа, согласно которой нужно влюбиться, жениться, завести свой дом, родить и вырастить детей. Но с жизнью рок-музыканта эта программа плохо согласуется… удаётся долгая и счастливая семейная жизнь единицам. Знал ли об этом Джон? Может быть, и нет. Но то, что пылко влюблённый сделал бы все, лишь бы ещё раз увидеть свою любимую, факт. Плюнул бы в лицо начальнику, ушёл бы, хлопнув дверью. Джон не сделал. Вот и весь сказ. Так что смерть Келли освободила его и в этом плане тоже.

 

экзистенциальный анализ — это способ понять, что представляет собой наполненная смыслом настоящая хорошая жизнь, как человек может прожить такую жизнь, оставаясь на почве реальности с ею трудностями и бедами, а также, какой может быть помощь человеку, который не чувствует, что его жизнь – хорошая.

Для Джона хорошая жизнь – это та жизнь, которую он выбрал изначально и которую ведёт. Чем ему можно помочь в его светлой грусти о погибшей любви? Наговорить банальностей вроде: ты ни в чем не виноват, случайности случаются, если бы ты поехал с ней, погибли бы оба? Думаю, ему их говорили не раз и не два. А семья ему вряд ли нужна. Может быть, когда-нибудь он попробует, ничего из этого не получится, и до конца своих дней в глубине души он будет думать, что вот с Келли-то, возможно… ну или, если трезво будет смотреть на жизнь, то и сам поймет, что и с Келли, скорее всего ничего бы не вышло. Первая любовь не гарантирует ничего.

 

Вот только в рассказе всего этого нет. Написанное выше – всего лишь мои домыслы о психологии героя, которую я сама и придумала. Фактов же, имеющихся в рассказе, по моему мнению, для анализа личности и каких-то глубоких выводов недостаточно.

 

Если отвлечься от философствований и вернуться к самому тексту, могу отметить так же, чисто технически проблемы: бесконечно повторяющиеся «Джон, Джонни, Джон», «что, что, что», заместительные местоимения, прямые кавычки вместо ёлочек, слова, написанные заглавными буквами для усиления эффекта. Да и вообще все это напоминает технический перевод.

 

С точки зрения логики я не верю в байкеров, которые, так и не нарушив строя, проехали мимо разбившегося автобуса на основании «им же всегда уступали дорогу». Даже среди самых последних отморозков найдётся хотя бы один, кто остановится и кинется помогать. Ну и то, как просто все вышло у группы Джона. Приехали в большой город – и тут же начали ходить на выступления. Вот так все просто. Напиши автор, что пробивались хоть сколько-то, начиная в самых захудалых пабах и постепенно поднимаясь все выше и выше, поверила бы. А так – нет.

 

Не понравилась так же Келли. Её речь, фразы, которыми она оперирует, были бы хороши в устах женщины постарше, но не вчерашней школьницы. Может быть, конечно, она повторяет то, что слышала от кого-то? Говорит заученными фразами? Все возможно. Как бы там ни было, мне достоверным не показалось.

 

Любовная сцена… ну, что сказать. С возрастом начинаешь ценить не эротические описания, а пару-тройку емких фраз, которые оказываются глубже и выразительнее описания телодвижений двух людей, слившихся в любовном экстазе.

А ещё меня удивил эпиграф. Этот рассказ не о рок-н-ролле, хотя он тут и присутствует. Однако здесь он герой он даже и не второго плана.

 

В заключение повторю то, что уже говорила: буду с интересом ждать других разборов. То, что рассказ не был интересен и не понравился мне, не значит, что он не понравится другим.

Отредактировано

Спасибо, принято.

Оффтопик

То есть, без прима-разбора?

Пожалуй, это не разбор, а общее впечатление.

Скрытый текст

Жизнь и смерть, выраженная в музыке. Именно об этом и ведется рассказ. В сложном рисунке переплелись традиция и понимание того, как принято с человеческой жизнью, проходящей по предсказуемым рельсам, где каждая веха предполагает некий комплекс запрограммированных действий. Таково человечество, таковы люди, такова музыка, где аккорды выстраиваются по своим законам, но любое отклонение будет считаться ляпом и фальшивкой, причем само понятие фальши меняется от века к веку. Для Баха Вивальди — попса, для современника — классика, такой вот парадокс, потому что Вивальди — это Вивальди.

Что истинно, и, соответственно, вечно в рассказе? Да ничего бы такого я в не выделял. Это рассказ, где герои выражены самым минимальным образом, они не глубоки, в них нет заметных привычек. Да, у них есть стиль одежды (который тоже соответствует некому набору), есть отличный друг от друга набор слов (обычный, серый, предсказуемый).

Чего не хватает тексту — так это конфликта, чтоб встряхнуть воображение или эмоции. Ну случилось в рассказе нечто, и что? А ничего, герою я не сопереживаю, его мысли мне глубоко пофигу, потому что он так ничего и не сделал толком. Не развил философию, не поделился своим видением жизни, не попытался как-то ярко показаться.

Весь мир — театр, как говаривал в своё время кто-то из классиков, но актер из главного героя — неяркий. Он появляется, вокруг что-то происходит, а он в итоге переживает. Соглашусь с Дорой, что каждому рассказу есть своё время, и это время для подобных рассказов безвозвратно ушло, динозавры и мастодонты той эпохи уже давно поменялись. Вечные темы хоть и присутствуют, но поданы в контексте того времени. Слишком много привязки к прошлому и нежелания натянуть сову на глобус, то есть “растянуть” рамки героев для современного читателя. Мы сейчас не так говорим, не так думаем, не так чувствуем.

Что же получается в итоге? Проходнячок с красивым исполнением отдельных частей, касающихся музыки. Чувствуется в этом хорошее знание материала, что радует. Но хорошее техническое исполнение в этот раз не помогло раскрыть тему и настроение, чтоб донести до современного читателя философию того времени в понятных образах.

Отредактировано

Спасибо за отзыв, если передумаете и выставите его как конкурсный, это будет не поздно сделать.

Слишком много привязки к прошлому и нежелания натянуть сову на глобус, то есть “растянуть” рамки героев для современного читателя. Мы сейчас не так говорим, не так думаем, не так чувствуем.

)) Собственно, а зачем натягивать сову на глобус? Вы удачно подобрали определение, — ведь некоторые вещи действительно противоестественны )

Мы сейчас не говорим и как герои Дюма или других авторов прошедших эпох, однако люди продолжают читать произведения, в которых герои говорят и думают иначе, и углубляются в мир той эпохи, таким образом путешествуя во времени. Почему нет? Ах да, вопрос в том — автор текста наш современник или он из той эпохи? Можно ли говорить, что минус для текста и авторской фантазии, если автор сумел погрузиться в не свою эпоху, в культуру иной страны? Как по мне, это большой плюс к мастерству автора. Другое дело, что конкретно части современных читателей такой мир чужд. Так был бы он им менее чужд, если бы автор рассказа не был нашим современником? Сомневаюсь ) Например, мне Дюма неинтересен что в авторском исполнении, что в современных эрзацах, однако вряд ли это вина уважаемого классика или его последователей )

Вот и получилось в итоге нечто театрально-постановочное и не очень живое.

Согласна. Не хватает искренних каких-то порывов, что ли. Про девушку я говорила — говорит штампами и из-за этого выглядит ненастоящей.

А можно пример штампа в речи девушки?

Просто чтобы уловить, о чем конкретно в данном случае речь, т.к. в своем разборе вы говорили о психологическом несоответствии высказываний девушки ее возрасту.

Все-таки, штампы или диссонанс?

Фраза про страну которая неправа в устах выпускницы провинциальной школы. И остальные ей под стать. Похоже речь про это

Stoned Bender Верно говорит. Хотя, возможно, штампы стоило бы заменить на лозунги…

Отредактировано

Дьявол кроется в деталях. Потому и уточняла именно их, и именно у критика, высказавшего свое собственное мнение.

Может быть интересно наблюдать работу чьего-то интеллекта — индивида, а не массы. Потому… я читаю ответы непосредственно того человека, чей ответ меня интересует. Тем более, когда вопрос касался его, а не чьих-то сторонних, умозаключений )

 

Поэтому, возвращаясь к тексту самого разбора, —

Не понравилась так же Келли. Её речь, фразы, которыми она оперирует, были бы хороши в устах женщины постарше, но не вчерашней школьницы. Может быть, конечно, она повторяет то, что слышала от кого-то? Говорит заученными фразами?

Собственно, выходит, что неестественно звучали не сами фразы, маркированные как штампы (лозунги), а звучали они неестественно конкретно в устах молодой девушки, а скажи их женщина постарше, — и все было бы в порядке.

А ведь как раз молодежи более свойственна некоторая даже экзальтированность в оперировании идеологическими, политическими темами, в которых они, да, могут разбираться еще не столь хорошо, но главное тут, чтобы «до основанья, а затем».

Отрицание прошлого, отрицание правоты «отцов», в том числе и государственных, — это и есть извечный дух нигилизма, так или иначе проявляющийся в каждом новом поколении людей.

Отредактировано

Собственно, выходит, что неестественно звучали не сами фразы, маркированные как штампы (лозунги), а звучали они неестественно конкретно в устах молодой девушки, а скажи их женщина постарше, — и все было бы в порядке.

Нет, не было бы в порядке и этом случае. Штампы и лозунги неестественно звучат в любых устах, вне зависимости от возраста говорящего. Но когда их произносит совсем молодой человек, это особенно бросается в глаза. Повторяющему штампы взрослому, возможно, просто удобнее выражать так свои мысли, если, предположим, он не владеет в достаточной степени ораторским искусством, но, скорее всего, он понимает смысл того, о чем рассуждает. А вот с молодым человеком или девушкой это не столь очевидно. Я могу предположить, что Келли, собиравшаяся стать журналисткой, интересовалась народными настроениями, читала публикации, участвовала в школьных обсуждениях (хотя я сомневаюсь, что в школах в те времена открыто высказывались против войны во Вьетнаме), но ничего этого нет в тексте рассказа. Более того, судя по реакции Джонни, прежде подобных разговоров они не вели, а я очень сомневаюсь, что Келли, гори она темой, не поделилась бы с ним своими умозаключениями. Так что в рассказе нет ничего, что раскрывало бы тему глубины ее понимания вопроса. И, да, молодые люди бывают очень начитанными, очень умными, способными дать фору иному взрослому, но, опять же, нет ни слова о том, насколько Келли превосходила сверстников в этом вопросе, посему и приписывать ей несуществующие достоинства я не могу.

Отредактировано

Её речь, фразы, которыми она оперирует, были бы хороши в устах женщины постарше, но не вчерашней школьницы

/Дора Штрамм

Штампы и лозунги неестественно звучат в любых устах, вне зависимости от возраста говорящего

/Дора Штрамм

 

Когда читаешь, не веришь, что вот именно так и думали, так как читал не очень внимательно, то даже не могу сказать почему складывается такое ощущение. Но и «чистой» современности в тексте не видно.

/Borodec

 

В чем заковыка… из комментария Бородца выходит, что ему сами высказывания, мысли героев показались в диссонансе с той эпохой, более современными безотносительно к тому, какая возрастная группа их высказывает. То есть, можно сделать вывод, что современные стандарты (лозунги) были перенесены в другую эпоху, и это вызвало недоверие конкретного читателя.

 

В вашем анализе и в последующих комментариях уже наблюдаются разногласия. То ли нехорошо, что девушка высказывает слишком взрослые мысли; то ли эти фразы (штампы, лозунги) звучали бы нехорошо всегда и везде, — как в устах девушки. так и в устах взрослой женщины, дедушки, мальчика, и т.д.; и, кроме того, подобные слова неестественно звучали бы в любом художественном тексте безотносительно к тому, из той они эпохи или нет. И, однако же, — «если рассказ писался тогда и в то время – он крут. Если писался нашим современником – нет». Как это, собственно, связано с возрастной категорией персонажа, озвучившего те или иные мысли?… Просто хочется ясности и четкости в формулировках. И если неприятие высказываний героини связано, как, вроде бы, выяснилось, не с ее возрастом, то с чем конкретно, — с тем, что это мысли не той эпохи, или с тем, что это лозунги, хоть и того времени? И чего конкретно не хватило читателю для гармоничного восприятия данного момента в тексте, учитывая, что автор, судя по всему, хотел так или иначе передать в рассказе именно эти мысли, кроме всего другого?

Сомнительно, что в контексте того времени и конкретных описываемых событий автор смог бы обойти политические моменты, остро влиявшие на людей, их сознание, судьбы и творчество. А если так, то, вероятно, все же неприятие со стороны критика обусловлено таки тем, о чем он сам ранее и сказал: «если рассказ писался тогда и в то время – он крут. Если писался нашим современником – нет» И снова возвращаемся к тому, что погружение в эпоху (если критик его признаёт в данном случае) — это совершенно не минус для рассказа.

Отредактировано

Сказанное мной во втором комментарии, если вы дочитаете его до конца, не протеворечит сказанному в первом. И не надо пытаться сопоставить его с комметарием Бородца и сделать из этого какие-то выводы. Каждый человек по-своему воспринимает текст. Кому поп, кому попадья, кому попова дочка. Вы сейчас пытаетесь вывести какую-то среднюю статистику «по больнице», чтобы дать автору четкие рекомендации, что не так, или, может, доказать, что критики не правы и можно ничего не менять. Но это уже дело автора, принимать во внимание сказанное или нет. Не свществует универсального рецепта, как надо. В любом случае кому-то не понравится ) захочет автор поговорить после разбора, поговорим.

Отредактировано

Мягкое тоже не противоречит ни теплому, ни, как ни странно, холодному.

А комментарий Бородца… это же вы согласились с ним, сказав следующее —

Не хватает искренних каких-то порывов, что ли. Про девушку я говорила — говорит штампами и из-за этого выглядит ненастоящей

в то время, как Бородец вел речь о привнесении автором духа современности в минувшую эпоху.

Каждый человек по-своему воспринимает текст. Кому поп, кому попадья, кому попова дочка

Совершенно верно, потому и возникло некоторое удивление и интерес вернуться к вашему разбору после того, как согласились у другого читателя с тем, о чем у себя речь не вели.

Вы сейчас пытаетесь вывести какую-то среднюю статистику «по больнице»

Где вы это увидели? Доказательства покажете, или будет, как со «штампами»?

И кстати, если будет время и интерес, то вполне могу как ведущая подбить некоторые итоги и дать анализ разборов. Такое, как вы можете помнить, практиковалось в данной игре.

чтобы дать автору четкие рекомендации, что не так, или, может, доказать, что критики не правы и можно ничего не менять

Откуда такие выводы, и к чему это все, если речь шла об одном конкретном разборе и четкости дефиниций, коими оперирует его автор? Ибо, как же автору узнать, что менять, пока критик не сформулирует это конкретно?

Можно и повторить.

Что конкретно, все-таки, не понравилось критику в высказываниях девушки:

— несоответствие ее мыслей и их формы ее возрасту и статусу;

— несоответствие высказанных героиней мыслей эпохе, в которую происходит действие рассказа;

— наличие в тексте «штампов» вообще…?

Собственно, все.

Отредактировано

Агата, я вам повторю еще раз: если у автора будут вопросы и желание о чем-то поспорить, с ним и поговорим. Потому что, в первую очередь, это разбор для него. И как человек с отличным от вашего восприятием он, возможно, поймет написанное и сделает из этого какие-то свои выводы.

Безусловно. Может быть автор сам себе вместо критика сформулирует, —

Что конкретно, все-таки, не понравилось критику в высказываниях девушки:

— несоответствие ее мыслей и их формы ее возрасту и статусу;

— несоответствие высказанных героиней мыслей эпохе, в которую происходит действие рассказа;

— наличие в тексте «штампов» вообще…?

Первое впечатление —

Трусость серость дибилизм

Вот и весь экзистенциализм…

Олег, критика текста, в том числе и негативная — это то, для чего приходят в данную игру.

Однако беспредметные высказывания оскорбительной тональности в игре не допускаются. Поэтому попрошу Вас подбирать выражения и обоснование, коль скоро у Вас возникло желание высказаться по поводу представленного рассказа. Ок?

написал ответ а он не отправился. Опять фигня с интернетом

Если можно, то вставлю свои пять копеек. Нет, не на «Разбор», а просто впечатление. Возможно Автору пригодится.

Мне не известна атмосфера Америки в конце 60-х. Я тогда еще был хм… несколько мал, но кое-какие воспоминания остались, поскольку мои родители довольно часто говорили о Вьетнаме, а папа был отчаянным меломаном, и звуки блюза, джаза, композиции «Битлз»и пассажи Луи Армстронга сопровождали мое детство.

Мне показалось, что Автор, несмотря на старания передать, я бы так сказал музыкальную воздушность, рассказа, все же не смог это сделать. Слишком много получилось «современности», на мой взгляд.

А сам рассказ, уже с первых строк, смахивает на искусственную картинку дешевого кинематографа. То есть малобюджетного фильма с неизвестными актерами.

Сразу —

Под потолком душного зала, словно дым марихуаны, расплывались первые такты тягучего, несколько рваного “электрифицированного” южного блюза.

Автор, а дым марихуаны отличается от другого вида дыма? Ну, например от дыма соломы? Или дыма табака? А насколько вот это «несколько рваного»? Музыкальный ряд имеет свой определенный такт, и «порвать» его, в особенности в стиле «блюз», который имеет свою явную мелодическую окраску, да еще «южного»? Простите, я не смог это представить по Вашему описанию.

Далее —

Три гитары — бас, ритм и соло — при мягкой, но чёткой поддержке ударных скупо, но согласно выводили один и тот же ритм, создавая ощущение невероятной плотности звука, что обволакивал слушателей и музыкантов, объединяя их в одно целое.

Попробуем проанализировать все это. То есть, первые такты музыки и представить ее звучание.

Блюзовый темпоритм группы ударных и бас-гитары не имеет четкой структуры, в моем понимании. Ударные и бас не создают плотности звука, а как бы следуют друг за другом, отставая на определенное количество тактов. То есть — удар по барабану, пауза, звук баса. Или наоборот. Это и создает тот неповторимый колорит блюза.

А уж соло- и ритм — гитары «обыгрывают» мелодию, придают, я бы сказал, некоторую эмоциональную окраску. Та же ритм-гитара в такой мелодии часто вообще не нужна.

Опять же — это мое видение, и оно не претендует на единственно верное.

И уж простите, но группу «Криденс» я никак не могу отнести в разряд «блюзовых», особенно в конце 60-х.

И, последнее, что меня совсем расстроило.

Теперь эта песня ничем не напоминала трёхминутный соул-оригинал: музыканты превратили его в семиминутную энергичную рок-балладу в вальсовом ритме, оставив из четырёх куплетов только два, повторявшиеся в начале и в конце. Середину занимало яростно-пронзительное, душевное, пробирающее до дрожи соло Джона — с резкими переходами из минора в мажор и обратно, с вибрациями струны на одной ноте, с частым перебором ладов. Джон гордился кавер-версией, но сейчас ему не хотелось вспоминать о своём мастерстве.

Энергичная рок-баллада в вальсовом ритме? Да еще с соло с частым перебором ладов? Я пойму резкий переход в тональностях, даже вибрацию струны на одной ноте, но перебор ладов… На мой взгляд, очень неудачное выражение в предложении, где описание звуков пересекается с непонятным движением пальцев по грифу гитары. Перебирают струны, материю, нити, волосы… но лады?

С частой сменой ладов — я бы еще как-то понял.

Спасибо, Валерий.

Если надумаете оформить разбор конкурсным, всегда пожалуйста )

Валерий, Вам ответ автора —

Прошу прощения, конечно, но «Джефферсон Эйрплейн» и «Гретфул дед» Вы тоже не отнесёте к блюзовым командам. И наверняка поднимете на смех того, кто их так назовёт. Однако «Viola Lee Blues» от «Гретфулов» или «This is my life» от «Джефферсонов» (не говоря уже про их «Uncle Sam Blues») — это типичные блюзы. И таких песен можно вспомнить ещё с десяток. Это я к чему говорю: каждая уважающая себя команда 60-х имела в своём репертуаре пару-тройку блюзов — хоть сочинённых самостоятельно, хоть перепетых. Блюз для них был не только средством прославиться, но и способом показать своё мастерство. И наверняка эти музыканты посчитали бы за честь, если бы их назвали «блюзовыми музыкантами».

И по поводу «Криденс» соглашусь лишь отчасти. Их первый альбом конца 1967 года (иногда его датируют, правда, 1968 годом — годом выпуска) — это типичный блюзовый альбом типичной блюзовой команды. Я надеюсь, мне нет нужды перечислять названия композиций из него, которые подпадали бы под это определение?:) То, что они потом развивали несколько иное направление — это вопрос другой, но это было уже потом, во времена «Green river» (это если уж копаться слишком глубоко).

А в общем и в целом, Валерий — в рассказе не сказано, что «Криденс» — блюзовая команда:). Есть ситуация, когда некая группа исполняет их песню. Но Вы ж не знаете об общем характере репертуара этой команды, верно?:) По сути о них лишь начинают узнавать, а для того, чтобы произвести впечатление на публику, хороший блюз, да ещё собственного сочинения, был почти стопроцентной гарантией успеха. Так что… в этом смысле всё там правильно:).

Отредактировано

КРИТИКА НА КОНКУРС

Наверное, сразу стоит сказать, что от исполнения музыки и связанной с ней тонкостей, тем более блюза, я далёк, потому приличный кусок текста прошёл мимо меня. Сильно сомневаюсь, что анализ будет экзистенциальным, но, даже если всё будет мимо, высказывать простое мнение тут вроде бы не запрещается.

 

Для начала вещи, что царапнули. Цитат не будет (ибо сижу без мышки и лень), скажу в общем. Это вот ни разу не Америка, тем более не тех годов. Описания, последовательность слов, целые фразы — всё это кричало о современном, причём больше русском (как мне кажется) обществе. Первый пример, что вспоминается — смотреть волком. Нет в Америке такой фразы. Есть такая же по смыслу, но сама фраза — не оттуда. И таких мелочей собрался мешок, что совершенно не позволило проникнуться духом Америки того времени. Да, при переводе, скорее всего так и сделали бы — подставили это самое «смотреть волком», чтобы русский человек мог понять смысл, но это же и убивает атмосферу другой страны, языка, образа мыслей и жизни. Может из-за этого, что не затянуло, не поверил в рассказ, появились и остальные придирки.

Парень, который прогулкой хочет измотать себя и отвлечься от мыслей, тоже вызвал недоумение. Я человек, гуляющий порой в день по 20 км по морозу, ни разу не устаю, хотя спортивной формой не блещу, а там лоб 22 (кажется) лет, который в силу времени и обстановки явно сложен получше, и такие наивные мысли. Не знаю в общем.

Водитель, «забывший» о мокром шоссе, тоже удивил. Дождь описан сильный, такой, что накидки не спасали, то есть, должны были быть включены дворники и наличествовать нулевая видимость. Очень сложно в такой ситуации забыть о мокрой дороге, не говоря уж о том, что байкеров он бы увидел только чуть ли не в упор, из-за всё той же плохой видимости.

И так, совсем уж мелочь — с чего гг получил отмену призыва (со стороны обычной логики, не логики повествования). Я мало что знаю о войне во Вьетнаме, но как-то не поверилось в такую манну небесную.

 

Экзистенциальный разбор… Ну да, тут показан пример, как коротка бывает жизнь и её примечательное свойство заканчиваться внезапно. Как и то, что пока человеку не дадут серьёзный пинок, он с места не двинется, чтобы изменить свою жизнь. Показан гг, на которого снизошло это озарение после смерти девушки. Яркой фразой показано, как гг грызёт чувство вины. Но…

Меня всё терзало ощущение, что всё это было. Оно и не удивительно, на эту тему написаны тысячи рассказов и целых книг. С одной стороны это хорошо — ситуация, в общем-то, обыденная, узнаваемая, обстоятельства у многих могут сложиться схожим образом. С другой — нет некой яркости, запоминаемости, чтобы именно этот рассказ остался в голове, а не те самые тысячи других. Литература, в особенности такая, написанная показать, какой хрупкой бывает жизнь, должна быть запоминающейся. После неё должен ходить, как мешком по голове пришибленный, и думать о прочитанном, примерять к себе. Впрочем, тут может сказываться банальный опыт, что я такое уже читал и меня оно уже не цепляет, а кого-то нового глядишь и вдохновит сделать шаг на пути к мечте. Так-то в тексте для этого всё есть. Вот тебе нерешительный гг с мечтой; вот тебе обстоятельства, не позволяющие, как ему кажется, эту мечту осуществить; вот толчок, толкающий пойти против этих обстоятельств и вот успех, который принёс этот миг решимости. Да только замешано оно всё как-то… неправильно, не в тех пропорциях.

 

Вообще я, наверное, не лучший читатель коротких рассказов, редко они меня цепляют. Да и изложение некоторых вещей не понравилось. Как мне кажется, тут слишком уж затянута концовка. Достаточно было бы в пару абзацев показать, что он изменил свою жизнь и идёт к своей мечте, а тут окончание всё тянется и тянется. Рассказы, имхо, на то и рассчитаны — чтобы у читателя больше работала фантазия, автор только даёт для неё пищу, но тут этой пищи слишком уж много. Сложилось ощущение, что автор не знал, как лучше закончить рассказ, и именно поэтому он так затянулся.

Часть 2

З.Ы. С экзистенциальным анализом не вышло, но вот как-то так *pardon*. Если что не так с оформлением, говорите, я не знаю, что тут у вас да как)

Отредактировано

Александр, большое спасибо за разбор :))

Оформлено все правильно ) насчет экзистенциального разбора — ну, тут слишком фрагментарно, и сразу же с переходом на чисто литературоведческую критику, потому это все же не прима-разбор. Однако, как на мой взгляд, немало конкретики, что хорошо.

Спасибо, разбор принят ))

Так, кажись я в сети. И так. Судя по высказываниям что уже есть складывается впечатление, что весь сыр-бор ну на одном из эпизодов вызвал сомнение моглабыилинемоглабы девушка сказать то что сказала и соответствует сие её возрасту взглядам и тп. и тд. Но не она говорит, вот в чем всё дело. Это говорит автор. Что бы изменилось в высказываниях девушки мыслей если бы её слова автор вложил в уст… эээ в клюв говорящего попугая? НИ-ЧЕ-ГО!

Автор с первых строк (читатель даже и не догадывается об этом) уже отдал её на заклание своей идеи и следует ей прямо с какой-то упертостью маньяка. Её слова лишь предтеча она лишь проходная фигура которую нужно умертвить (уничтожит) ради чего-то там. Или иначе — если аккуратно сложить из её костей ступеньку то она будет как раз к месту.

 

Ну… не знаю… Коль мы возносимся в гордыне своей до предела — лекарей душ людских, мы просто обязаны дать совет, представить ситуацию через наших героев как поступить правильно в той или иной ситуации. Поставив во главе угла честь совесть порядочность если будет в том нужда — самопожертвование. Мы должны учить как — правильно… нет мы просто обязаны. Иначе нашим словам цена ломанный грош.

Что чему научил автор своим произведением? Меня лично — ничему. Это не моя жизнь. Я ему просто не верю…

 

Авторство для меня не вызывает сомнений. Здесь как-то уже было произведение для разбора. Не помню названия но речь шла о блок посте где старослужащий убивает даже не солдата а волонтера. Потом как некий апофеоз гению автора в соленых водах плавают листы бумаги со стихом который… Ну в общем я тогда написал что сей труд критике не подлежит. Ибо нельзя критиковать или разбирать то, что невозможно в принципе. Или нам придётся разбираться в скрытых посылах в сочинении сумасшедшего. Всему же есть мера.

Я весьма удивлюсь если ошибусь в авторстве.

 

Уважаемая Агата. Но… я Вас понимаю. Мне тоже как-то пришлось эээ. прямо друддю защищать одного из авторов тут на разборе. Им не понятно а мне все понятно. Может тут нет каких -то личностных предпочтений учитывая что автор для меня в тот момент был неизвестен. Но его идея сюжет исполнение мне были и есть близки как автора. Но возникает вопрос, уважаемая Агата — Вы сей рассказ вообще читали? Ну… если исключить фантик пытались ли ВЫ разжевать что под ним? Или может, личное пресловутая ИМХА конфликтует с ролью ведущей оххх роль которой врагу не желая исправить лишь можно врагов не иметь… Более того из того что прочитал Вашего могу сделать однозначный вывод — отсутствием логики Вы явно не страдаете. Так в чем же же дело? Ведь слепому видно что автор превзошел многих из нас присутствующих разве что в искусстве пунктуации. ВСЁ! Я читал этот рассказ на других сайтах. Комментариев — ноль. Ну… может просто этот рассказ не попал в поле зрения читателей?

Уважаемая Агата. Вы честно пытаетесь узнать у критиков что не так в рассказе на что нужно обратить внимание автору и так далее. За всех сказать не могу лишь от себя. Все не так! Переделать или просто переписать две разные вещи. Здесь нужно переделать(переписать) мировоззрение самого автора. Если автор блуждает в своем личном индивидуальном королевстве кривых зеркал ему выхода нет. Ну што поделаешшшш?

А может последовать? —

 

Сеять Мудрое, Доброе, Вечное

Неустанно Творец призывает

Мчится Времечко быстротечное

Как сквозь пальцы вода утекает

 

Откровения – Кладезь Премудростей

Вечной Истины неисчерпаемой

Всё постичь невозможно без трудностей

Без подмоги, Творцом предлагаемой

 

Получив сокровенные Знания

Сделать правильный выбор должны —

Всех поднять до Вершины СоЗнания

Иль пропасть в темноте тишины

 

Пробудить надо всё человечество

Эти Знанья до всех довести

Всё очистить от Тьмы и от нечисти

Миллиарды от смерти спасти.

 

Человечество в полной дремучести

Движет к пропасти Воинство Зла

Надо от неминуемой участи

Всех избавить.

Такие дела!

 

Ой… время. Зайду чуть позже. Сорьте.

Отредактировано

Уважаемый Олег, извините, что вмешиваюсь.

У меня очень наивный вопрос, я его задам, чтобы больше не удивляться или более не размышлять над причинами такового образа коммуникации. У Вас АЛЛЕРГИЯ на знаки препинания? Клавиша западает?

Мне в принципе любопытно читать ваше мнение, но отсутствие ,,,,,, сильно расстраивает:-D

 

Ну… не знаю… Коль мы возносимся в гордыне своей до предела — лекарей душ людских, мы просто обязаны дать совет, представить ситуацию через наших героев как поступить правильно в той или иной ситуации. Поставив во главе угла честь совесть порядочность если будет в том нужда — самопожертвование. Мы должны учить как — правильно… нет мы просто обязаны. Иначе нашим словам цена ломанный грош.

Что чему научил автор своим произведением? Меня лично — ничему. Это не моя жизнь. Я ему просто не верю…

О да!!! Вознеслись в своей Гордыне)))

 

А вот лично меня автор научил, что для осуществления мечты неуверенного в себе подрост ка нужно стечение именно трагических обстоятельств. Только жизнь учит нас идти вперед.

 

В рассказе есть слабые стороны, но есть и сильные. Я не участвую в конкурсных разборах, поэтому не хочу углубляться.

Но считаю некорректным к своему «товарищу по перу» проявлять такую негативную нетерпимость!!!

 

Это не моя жизнь

А зачем примерять все к своей жизни? Это совсем не по-писательски)))

 

Знаете, меня поразил до глубины души один отзыв на мой самый любимый рассказ про Венецию. Да, я много путешествовала и писала об этом. Так один автор с Прозы Ру вместо разбора моего рассказа написал:

 

-Зачем вы это все пишете? Это не моя жизнь и мне совсем не интересно! Я никогда не был в Венеции и дальше МКАДа! Потому что я инженер и сижу на мизерную зарплату. Я ничтожество!!!

 

Вот так и написал — Я ничтожество!!!

 

С чем я его и поздравила!

 

Это отступление от моего комментария к Вам. Извините за беспокойство.

Отредактировано

Действительно, Олег, всему есть мера.

И Вы свой лимит тут уже исчерпали.

Третьего предупреждения не будет, и каждый новый ваш комментарий с переходом на личности участников прошлых туров или этого, авторов, критиков и просто коллег по перу — будет отправляться в архив и скрываться.

Искренне надеюсь, что вы это поняли и учтете, так как игра — не плацдарм для втаптывания в грязь тех, кто вам не по душе или пишет непонятно для вас лично. Поскольку —

Мы должны учить как — правильно… нет мы просто обязаны. Иначе нашим словам цена ломанный грош.

— Ваши слова. А чему может научить ваш комментарий, до краев наполненный негативом к тем, чье мышление и творчество недоступны Вашему пониманию?..

 

И на всякий случай напомню Вам слова Андрея Дмитриевича Сахарова:

«Оставайтесь людьми, при любых обстоятельствах постарайтесь остаться людьми» ©

*FACEPALM*

1. Почему рассказ называется — Домогильный поезд? Учитывая что в рассказе нет ни одного упоминания ни о поезде вообще и о могильном в частности.

Джон же писал новые песни. И как-то ночью, вспомнив в очередной раз аварию, он написал “Домогильный поезд” — надрывный блюз о смерти и о горе.

2. Почему? — «Под потолком душного зала, словно дым марихуаны»

На это обратил внимание не только я.

Потому что Сан-Франциско.

3. Почему? «Звали её не Рози, а Келли. Только на днях ей исполнилось восемнадцать; только на днях в школе отшумел её выпускной бал, где она по праву стала «первой мисс».

Well I had some words to holleeeer… And my Rosie took her ride…

По какому праву она стала „первой мисс“? О каких заслугах идет речь? В классе кроме неё не нашлось других претенденток или в классе она была всего одна не только первой но и единственной мисс?

Потому что она была лучшей. (И не спрашивайте, «где» об этом сказано. Об этом сказано в данном фрагменте.)

С какой стати гроза и ужас хиппи в радиусе сорока миль (почему именно сорок? Граница штата или городка?) предпочитал не выходить из дома? Он что боялся? А разве по его требованию при нештатной ситуации не прибывает национальная гвардия (кавалерия)?

Сорок миль — подозреваю, что это фигура речи. (Вроде «От его запаха умирало все в радиусе пятидесяти метров вокруг».) И пока приедет нацгвардия, будет слишком поздно.

Ведь мы читали ранее что парень сидит на капоте Форда и сев на корточки Келли никак не могла взять его в свои.

Легко. Потому что «сидеть на капоте» не означает «забраться на капот с ногами». Это означает «полустоять-полусидеть, прислонившись к нему задом». Если его руки были опущены (а гитару он отложил и настроение было не очень), то это более чем возможно.

Почему такая неприязнь к отцу Келли который становится — папочкой.

Почему… насчет отношения обычного реднека к неформалам можно глянуть в «Жребий Салема» Стивена Кинга, и в его же рассказ «Нона». (Примеры взял из недавно перечитанного.)

Потом вдруг звучит фраза — » Ради кого мне здесь оставаться? Ради тебя?" и вдруг спохватившись — " Так тебя ж здесь не будет!"

Это не «спохватившись». Это продолжение мысли. Подтверждение того, что оставаться незачем.

Почему у меня впервые по ходу прочтения возникло сомнение — а любит ли он вообще Келли? Может он ещё не дорос до настоящей любви?

Это вообще неважно. Он думает, что любит. В таком возрасте это одно и то же.

 

Стоит ли так читать?..

Отредактировано

Вань если бы Вы внимательно читали рассказ, то обнаружили бы вдруг что Джон из рассказа ни как не мог сочинить песню Домогильный поезд поскольку это не тот Джон который Джон а совсем другой Джон. У этой песни есть конкретный Джон и Джон из рассказа тут как горбатый к стенке. Если бы это был биографический рассказ о Джоне Фогерти тогда — да. Но автор еще вначале предупреждает что история выдуманная и единственная реальность это сама песня.

На остальное отвечу позже ну если время будет. Но сразу скажу можно просто читать а можно читать внимательно. Если Вы читаете невнимательно то… действительно стоит ли так читать?

Это Вы ответы чушь.

Это в копилку.

1. Почему рассказ называется — Домогильный поезд? Учитывая что в рассказе нет ни одного упоминания ни о поезде вообще и о могильном в частности.

Вопрос поставлен однозначно. Ответ из рассказа:

Джон же писал новые песни. И как-то ночью, вспомнив в очередной раз аварию, он написал “Домогильный поезд” — надрывный блюз о смерти и о горе.

Упоминание есть? Есть. Вопрос закрыт.

А ну да. Читаем глазами а думаем чем? Вопрос закрыт? Ну не знаю… Посмотрим на второй вопрос-ответ. Хотя я вопросы задавал и не Вам. Это поняла Агата это понял и автор. Спасибо Агате что предоставила такую возможность.

Т так я задал вопрос и пояснил —

«2. Почему? — «Под потолком душного зала, словно дым марихуаны»

На это обратил внимание не только я.

Вы не нашли ничего лучшего как ответить — Потому что Сан-Франциско.

К моему вопросу Сан-Франциско вообще никаким боком.

А теперь внимание! Если бы я задал вопрос примерно так — » Почему над потолком душного зала витал дым марихуаны?" Тогда да Ваш ответ был бы уместен. Но по невнимательности или не знанию правил построения предложений или может не знания смысла тех или иных слов Вы не заметили слово — СЛОВНО. А это слово не есть подтверждение утверждения что дым был именно от марихуаны. Поэтому когда я написал что это заметил не только я То я имел в виду Филатова Валерия который задает автору вопрос —

«Автор, а дым марихуаны отличается от другого вида дыма? Ну, например от дыма соломы? Или дыма табака?»

Если у Вас есть желание помочь автору исправить в тексте ляпы Вы бы просто посоветовали ему убрать в предложении слово — СЛОВНО. Толку было бы больше.

«Дым марихуаны» говорит о времени, месте и атмосфере происходящего, и о восприятии этого происходящего лирическим героем.

Если у Вас есть желание помочь автору исправить в тексте ляпы Вы бы просто посоветовали ему убрать в предложении слово — СЛОВНО. Толку было бы больше.

*ROFL* Сразу виден опытный писатель. Ну-ка посмотрим, что получится:

Под потолком душного зала, словно дым марихуаны, расплывались первые такты тягучего, несколько рваного “электрифицированного” южного блюза.

Я что, с ума сошел, подобное советовать?

Вань, опять мочало-сначала? Или — в огороде бузина в Киеве дядька? Я Вам про Фому Вы мне про Ерёму. Та мне пофик что они там курят когда и где. Марихуану или сушёный коровий навоз. Лишь бы написано было правильно. Козе понятно, что если тупо убрать из из предложения слово — словно, то неудачно построенное изначально предложение будет еще более неудачным. Поэтому я и привел пример вопроса когда Ваш бы ответ имел смысл — «Почему над потолком душного зала витал дым марихуаны?» То есть с одной стороны этот вопрос просто и не мог возникнуть. С другой убрав слово — словно не возникало сомнение что дым именно от марихуаны. То есть предложение должно выглядеть примерно так —

«В душном зале от запаха марихуаны, ( В душном от запаха марихуаны зале) расплывались первые такты тягучего, несколько рваного “электрифицированного” южного блюза.

Вам слабо было посоветовать такой либо похожий вариант оставшись при том в здравом уме и памяти?

Слово «метафора» знаете?

В тексте фраза «словно дым марихуаны» относится к чему? К му-зы-ке.

Здрасьте вам приехали. Что такое метафора я прекрасно знаю. Вот только в предыдущих постах Вы ни о какой метафоре не упоминали. Вопрос стоял именно о марихуане. Напомнить?

«2. Почему? — «Под потолком душного зала, словно дым марихуаны»

На это обратил внимание не только я.

Потому что Сан-Франциско.

Надеюсь с этим Вы согласны.

О му-зы-ке тут ни сном ни духом. Я могу лишь предположить от куда вдруг появилась — метафора. Ну да Бог с ней.

Вот здесь ещё —

»«Дым марихуаны» говорит о времени, месте и атмосфере происходящего, и о восприятии этого происходящего лирическим героем.

 

О каком лирическом герое идет речь? Если всем понятно, что это описание идет от лица автора.

 

Метафора пусть будет метафора. А теперь давайте посмотрим чем хуже или лучше эта метафора будет «сидеть» в аналогичной ситуации — «Под потолком душного зала, словно дым тлеющей соломы, расплывались первые такты тягучего, несколько рваного “электрифицированного” южного блюза»

А?

Вы скажите, что мол, нет. От соломы просто дым, а в дыму марихуаны есть наркотический элемент который и стоит во главе угла этого эпизода.

Слушайте, а откуда здесь вообще взялась эта чертова марихуана? Ведь в тексте я не увидел чтобы хоть кто-нибудь из главных героев её курил. Более того как некий протест, отказ от её «эффективности» мы видим в тексте —

«То, чего пытались добиться иные сан-францисские группы с помощью светошоу, бесплатной раздачи ЛСД и длительных гитарных импровизаций — единения, — эти новички, выглядевшие техасскими провинциалами, незаметно для всех добивались с помощью обычного трёхаккордного блюза, действовавшего не на мозг, глаз и слух, а на душу и чувства.»

Как с этим быть?

То есть члены группы отказались от всяких «усилителей» при которых укуреной башке и тюремная «Мурка» будет гласом небесным. А они используют ресурсы мягких добрых и страдающих сердец без всяких катализаторов. И… этого вполне достаточно чтобы добиться успеха у публики.

Еще один немаловажный момент. Я не могу себе представить наркотический свойства марихуаны по той простой причине, что никогда в жизни не употреблял ни наркотиков и не курил никакую дрянь. Поэтому — словно дым марихуаны — для меня пустой звук. Я даже представить себе не могу как действует марихуана. Я много за свою жизнь слышал всяких мелодий но ни одну не воспринимал как некий наркотический компонент. Нравится, вызывает те или иные эмоции ну и не более того.

Если попросить человека который никогда не употреблял алкоголь показать как ведет себя пьяный, то как бы он не старался — качался там, заплетал язык все это в лучшем случае имитация в худшем — пародия. Знаете почему? Да потому, что человек остаётся трезвым.

Так уж получается, что единственный кто знает толк в марихуане это… автор.

Не уверен, что многие из нас здесь нет-нет да и забьют косячок.

Мне кажется, что в огромном арсенале автора, если он поищет, вполне может найти нечто иное не менее эффективное исключив марихуану. И сам текст её исключает.

Вот только в предыдущих постах Вы ни о какой метафоре не упоминали

А зачем я буду упоминать очевидное? Если еще и это надо объяснять…

О каком лирическом герое идет речь? Если всем понятно, что это описание идет от лица автора.

Во-первых, о том, который стоит перед микрофоном. Во-вторых — о самом авторе, который «как бы там».

Вы скажите, что мол, нет. От соломы просто дым, а в дыму марихуаны есть наркотический элемент который и стоит во главе угла этого эпизода.

Не наркотический. Любая хорошая музыка влияет на настроение, на состояние души, если хотите. А дым горящей соломы лишь заставит прокашляться и уйти и зала.

Слушайте, а откуда здесь вообще взялась эта чертова марихуана? Ведь в тексте я не увидел чтобы хоть кто-нибудь из главных героев её курил.

Сан-Франциско — столица хиппи. Другого объяснения не требуется.

Ну, короче, вашу проблем я понял, но помочь ничем не могу.

Вань давайте почитаем текст вместе. А то мне порой кажется что мы читаем разные.

" Сан-Франциско. Концертный зал “Авалон”. Лето 1968 года

Под потолком душного зала, словно дым марихуаны, расплывались первые такты тягучего, несколько рваного “электрифицированного” южного блюза. Три гитары — бас, ритм и соло — при мягкой, но чёткой поддержке ударных скупо, но согласно выводили один и тот же ритм, создавая ощущение невероятной плотности звука, что обволакивал слушателей и музыкантов, объединяя их в одно целое. То, чего пытались добиться иные сан-францисские группы с помощью светошоу, бесплатной раздачи ЛСД и длительных гитарных импровизаций — единения, — эти новички, выглядевшие техасскими провинциалами, незаметно для всех добивались с помощью обычного трёхаккордного блюза, действовавшего не на мозг, глаз и слух, а на душу и чувства.

Стоявший у микрофона коренастый, среднего роста парень с широким, некрасивым лицом, одетый в клетчатую рубашку, расстёгнутую на две верхние пуговицы, и потёртые джинсы, запел низким, резким голосом, дравшим слух непривычной для белого человека негритянской тональностью, в котором чувствовались усталость и надлом. Так требовали законы жанра: блюз — это боль, поэтому исполняется на пределе. Но усталость действительно была: парень не спал уже вторую ночь, страдая бессонницей и спасаясь от неё игрой на гитаре, сочинением новых песен и шлифовкой старых. К тому же прошлой ночью прошёл дождь, в старом бунгало, которое группа снимала почти на самом побережье, протекла крыша, и он слегка простудился, несмотря на мягкий калифорнийский климат. Сейчас у него саднило горло. Но парень пел."

 

Покажите мне место в этом фрагменте текста где описание обстановки идет от лица лирического героя.

Отредактировано

Вот зачем вы про другие сайты сказали, я ж заглянула в полную версию (

Ну и, вот обещанная попытка экзистенциального разбора, часть 2

 

И так, после небольшого вступления нам показывают девушку, что собирается уехать. Не буду останавливаться на том, как киношно и наигранно-стандартно выглядит сцена, перейдём к мыслям парня.

Радуется и завидует тому, что его девушка уезжает, боится, что она там не долго будет одна, но пытается отнестись с пониманием. По факту, он будет пытаться что-либо сделать весь рассказ, но так и останется ведомый автором и его желанием донести свою идею, но это потом, пока нам представляют персонажей.

Девушка убеждает парня уехать, тот отказывается, ссылается на то, что у него тут группа, его друзья-музыканты…

Тут меня, вот даже не знаю почему, так и хотелось сказать, что автор случайно поменял пол героев местами. На секунду: девушка, 18 лет, уезжает в неизвестный город, одна, и пытается убедить своего парня, 22 лет, поехать с ней, а тот мямлит и не решается. В Америке, 68 года. Нет, это, несомненно, страна возможностей, но в такую возможность мне как-то не поверилось. Имхо, она совсем уж явно показала, что это — выдумка, и относится к ней иначе я уже не мог.

В общем, она его старательно убеждает, самыми стандартными фразами, которые ещё больше отторгают от текста, пытается вдохновить, на что он конечно же находит новые стандартные отмазки…

Про мечты, что остались в прошлом (в 22 года, ага). И это второй пункт, почему не удалось поверить в происходящее. Постоянно преследовало ощущение, что герои говорят так, потому что должны так сказать. Они — воплощение идеи автора, его куклы, а не живые персонажи. У автора родилась идея, и он попытался её донести, и создал для этого марионеток, что говорят лозунгами, приводят шаблонные ответы и у них стандартные трудности. Они не вызывали никакого сочувствия или переживания, они просто… были.

Потом снова отрывок из настоящего, который я так же оставлю без внимания, ибо не силён в музыке, да и разбор не о том, и снова прошлое. В котором парень Думает. Точнее, он думает, что Думает. На самом деле это всё те же шаблоны на тему «Что делать?», и посвящено этому целый один абзац, хотя, имхо, тут как раз и можно было развернуться, ну да ладно. В общем, к нему опять приходит девушка, ибо он всё ещё тряпка. Вещи собраны, билеты куплены, и она пришла… проститься.

А ещё дать герою мотивацию для дальнейшего развития сюжета. Наверное, надо разбирать персонажей, рассматривать их мотивацию, почему они поступили именно так. Надо. Но… какая может быть мотивация у кукол? Они — олицетворение желаний кукловода. Девушка была создана, чтобы у героя были мотивы измениться, а «прощание» — отличный способ сблизиться очень близко, чтобы было больше горечи в дальнейшем. Да ещё и у героев это первое «прощание», у обоих, нужно ведь больше драмы!

В общем, они «прощаются», девушка продолжает доминировать, подталкивая и требуя от парня всякого разного, но тот играет роль камня и прикидывается шлангом, считая, что играть в группе в захудалом городишке лучше, чем отправиться со своей девушкой в большой город и попытать счастья там. Но это всё не важно, мы уже поняли, что умом он не блещет и зачем он вообще нужен. После очередного обмена лозунгами и трафаретными фразами, они продолжают «прощаться».

Наверное, этот отрывок должен сблизить с героями, дать проникнуться ими и моментом заодно. Наверное. Если бы за них не говорили лозунги, да ещё и в таких количествах. Непонятно, зачем было впихивать историю отца девушки, которая для идеи не играет никакой роли, а значит — бесполезна и отвлекает. Зачем эти длинные разговоры, когда и так всё ясно. Зачем, зачем, зачем… Идея ведь проста, и форма — рассказ. Но в него натащили столько, словно это книжка и мы знаем героев, как облупленных. А стоило всего-то вместо бесконечных шаблонных реплик показать мысли, чувства и отношения героев. Да, всё это показано и есть в тексте, но вот форма…

Так или иначе, «прощания» закончились, настал следующий день. Тряпка не смогла уйти с работы и девушку никто не провожал, ну да не беда, она совершенно случайно проспала свой рейс и поедет на вечернем. Но тряпка на то и тряпка, что и второй шанс он упустил, заработался, бедолага.

Довольно забавный момент, как по мне. Мы как бы должны проникнуться персонажем, ощутить то же, что и он. Ну и что мы должны ощутить после того, что нам показали? Что персонажу настолько всё пофиг, что он сделал всё, лишь бы не увидиться с девушкой? Правильно, нам тоже будет пофиг. И это пофиг ставит дальнейшие события за грань абсурда.

Далее вспоминаются байкеры, что всплывали ранее, и чьё довольно длинное, как для рассказа, описание, тоже лишнее. Опять же, они — не главное в тексте, всего лишь колёсико в механизме. В общем, байкеры проехали, автобус перевернулся, герой прибыл на место аварии и узнал, что его девушка умерла.

Здесь должна быть трагедия, сильные чувства, сопереживание герою… но мы все помним, что он сделал всё, чтобы это случилось, и потому пофиг.

В общем, смерть его так сильно поразила, что он бросил всё и уехал, а за ним, внезапно, уехали его друзяки, они начали играть в новом городе и нам снова показывают настоящее, где они на пути к успеху.

Да. И так, что нам показали?

Жил парень, тряпка, как есть. Была у него девушка, сильная и независимая женщина. Она умерла, и тряпка сподобилась первый раз сделать что-то решительное. Но. Что он сделал?

Он так и не сподобился предложить поехать друзьям. Он даже не остался на похороны девушки, ибо уехал в тот же вечер, когда случилась авария. То есть, по сути, он не к мечте уехал, он сбежал. Сбежал в попытке заглушить горе и вину тем, что попытался сделать так, как требовала от него девушка.

Такие рассказы должны мотивировать. Показывать, что к мечте стоит стремиться. Нужно идти к ней, всегда и не смотря ни на что. А что нам показали здесь?

Есть тряпка, который ничего не хочет и ничего не может. У него нет ни мечты, ни целей, он просто живёт.

Есть девушка тряпки, которая чего-то хочет, у неё есть некие цели в жизни и она не хочет прозябать в городке на отшибе цивилизации.

У неё есть мечта. У него — нет.

По идее, должно быть некое преображение героя, ведь в этом и есть суть мотивации — показать, как может преобразиться человек, если приложит усилия. Но человек не преобразился. Всё, что изменилось — умерла его девушка.

Ведь в начале нам не показали цели героя, какой-то его мечты. Он ничего не хотел — от него хотели, ждали, требовали. И в конце, когда источник требований погиб, герой сподобился это требование выполнить. Может, в этом и есть мотивация? Нечего лезть к людям, а то кирпич на голову упадёт? Не знаю. Возможно, я чего-то не понял.

За попытку экзистенциального разбора спасибо.

Внесла в топик ссылку и на этот разбор, однако баллы будут считаться по плюсам за разбор первый, основной (это чтобы не плюсовать, ставя остальных участников в неравные условия))

 

У меня возникло много возражений относительно Вашего видения данного рассказа в контексте экзистенциальной литературы вообще, где герои чаще всего именно нерешительны, в силу своей интравертивности инертны и пассивны; их «заедает среда», и она же ими руководит, а люди терзаются несоответствием хочу-могу-имею, и в результате пытаются найти хоть какой-то выход, — фрустрируют и доходят до суицида, болезни, или же сублимируют, занявшись творчеством.

Собственно, все это в рассказе есть.

 

А насчет того, что девушка там решительнее и инициативнее, чем главный герой… сорри, Америка — никогда не была страной, где женщины кутаются в чадру и не имеют права на собственное мнение, выбор, поступки. Не зря ее называют страной возможностей. Имел бы человек решимость. Просто тут героиня в силу своей экстравертной направленности оказалась более решительной и целеустремленной, на нее не давят обстоятельства (плюс к тому, она все же в лучших материальных условиях, чем ее парень), потому она тверже стоит на ногах.

 

… и да, как можно оценить произведение, начисто отбросив важную его составляющую? (это я о музыке))

 

Однако это Ваше видение и восприятие, на которое, опять же, имеете полное право )

Читаю я критику на этот раунд… Столько раз было сказано что «герои разговаривают штампами», что шила в мешке не утаишь — критики сами пишут штамповку по шаблону, и частенько повторяются.

это да, редкое единодушие… тут мне почему-то вспомнилось украинское слово одностайність ))

Оффтопик

иронично переделанное в одностадність

Критика на конкурс

 

На самом деле, нет ничего сложнее, чем писать отзыв на текст, который понравился — кусая автора, в большей или меньшей степени, кусаешь себя, а склонностью к мазохизму я не отличаюсь.

Кроме всего прочего, гораздо легче объяснить, что тебя не устраивает — оно всегда на виду. Сформулировать же, почему тот или иной рассказ затронул самые глубокие струны души зачастую просто невозможно. Поэтому сразу, чтобы не обманывать ни себя, ни других, распишусь в своей полной необъективности к этому произведению.

Как мне кажется, одной из основных задач художественного текста является создание эффекта присутствия, вовлечения в новый, неизведанный доселе мир. И «Домогильный поезд» с этой задачей вполне успешно справляется. С первых строк я буквально погружаюсь в атмосферу Фриско — города свободы, города музыкантов и художников, города мечты. Непоследнюю роль в этом погружении играет музыка. Чувствуется, что автор буквально живёт рок-н-роллом, дышит им, и страсть эта невольно передаётся читателю, особенно, если сердце последнего бьётся в том же ритме. Моё бьётся.

Стоит отметить и персонажей. Они получились простыми, понятными, живыми. Им хочется сопереживать. Честно, у меня подступил комок к горлу в эпизоде с автобусом, когда герой узнаёт, что его девушка погибла в автокатастрофе. А это хоть что-нибудь да значит. Пусть даже и то, что с годами всё больше скатываюсь в сентиментализм и растрогать меня становится легче, чем семнадцатилетнюю барышню из Смольного.

Проблема текста, как видится мне, заключается в отсутствии оригинальности, может быть, смелости высказывания. Просто при чтении меня не покидала мысль, что всё это я где-то уже читал, видел. С определённого момента рассказ потерял новизну, стал предсказуемым.

Умом я понимаю, для чего автору та или иная сцена, что он хотел сказать, к чему вёл историю, вижу как одно за другим стреляют припрятанные ружья, но остаюсь при этом наблюдателем. Меня словно бы втянули в комнату, начали вести разговор, подразнили искусно приготовленными блюдами а после без объяснения причин выставили за дверь, оставив наблюдать за обедом сквозь мутное, едва тронутое льдом стекло. Это и обидно, и странно. А главное, я очень сомневаюсь, что именно подобного эффекта ожидал автор.

Впрочем, как я и говорил в начале отзыва, текст меня тронул. Ведь, как ни крути, моё сердце, как и сердце автора, бьётся в ритме рок-н-ролла, а настоящая музыка стоит миллиона слов, поскольку не умеет лгать.

Александр, спасибо за разбор, и особенно — за то, что пришли с открытым сердцем, как, собственно, и автор рассказа. Благодарю O:-)

Собралась дочитать рассказ. Прошу не засчитывать это как разбор, я уже высказывалась, что не хочу участвовать в публичных играх, потому что это тяжело, и атмосфера отнюдь не дружественная.

 

Но всё-таки, хочется высказаться, может быть, автору это будет полезно.

 

Небольшое лирическое отступление.

Тут многие нападали на диалоги, на штампованные фразы, а ещё на то, что персонажи выражают идеи автора.

Ну вот то, что персонажи выражают идеи — я не считаю недостатком. Даже если они их выражают в словах, а не в поступках. И даже если диалоги при этом немного постановочные. Всё зависит от качества постановки. Иногда (а может, даже не иногда, а очень часто), как раз идею удобно подавать в виде диалога, в виде полемики, аргументов за и против. Это один из способов донесения, правильно подобранные фразы, правильно заданные вопросы.

 

А теперь по тексту.

Про идею уже сказала — донесение идеи через диалоги персонажей считаю не преступлением, а вполне нормальным способом выражения. И тут главное — как автор реализовал.

Вот об этом сейчас и постараюсь сказать.

 

Насчёт шаблонности фраз. Вот честно, я когда читала, ни разу об этом не думала, специально эту шаблонность не выискивала, но и само оно при этом не почувствовалось. Бывает так, что что-то режет взгляд, спецом не ищешь, а оно в глаза бросается. Вот здесь такого не было, если автора это хоть немного успокоит, у меня никаких нареканий к тому, как стилистически построены диалоги, и как выполнена их постановка, нареканей не возникло по части шаблонности.

 

Чего не хватило. Не хватило более чёткого акцента на том, почему война во Вьетнаме по мнению героя — не правильная. Хотя, может быть, это мировоззрение автора, но автор сам обмолвился в тексте:

— Да, мой отец — герой. И я горжусь им и люблю его. Но я и тебя люблю. И я понимаю, что сегодня он неправ. И страна наша неправа.

(и текст до этого тоже)

То есть, всё-таки отец не прав именно сегодня? Значит, вчера был прав?

Сказано, что он воевал за Америку, но вот правда акцентировать бы, не обязательно на том, что тогда Америка была права. А именно обрисовать бы суть вьетнамского конфликта, почему герои считают, что туда лезть не правильно.

Просто мне как читателю этого не хватило именно потому, что надо обозначить позицию — почему он не хочет, потому что боится, или считает это дело не правильным? Нет, я не могу упрекнуть автора, всё-таки автор обозначил, что страна не права, но он очень уповает на то, что читатель и сам прекрасно понимает, что там и как происходило. Честно скажу, что на всё можно под разным углом посмотреть, поэтому нужна оценка героя, чтобы понять именно его мотивы. Если это анти-военный рассказ, то надо чётче выражать почему анти, помирать не хочется, или же не хочется нести разрушения?

 

Теперь по техническим моментам.

1. По поводу описания музыки. Мне кажется, плохая идея — описывать музыку словами, рассказывать о нотах, низких, высоких… Автор пробует и метафоры тоже, но по мне — этот момент не доработан, то есть над подачей музыки надо поработать ещё. Не могу подсказать ничего конкретного, но думаю, автор справится сам, если просто уделит этим моментам побольше времени. Наверное, поймёт и сам. Просто насколько я себе вижу эту часть работы — она кропотливая, трудоёмкая, и требует нескольких возвращений к этим местам, перечитываний и попыток переписать по-новому.

 

2. Аналогично — мне кажется, автор сильно много деталей приплетает, описывая внешность героя, от чего фразы становятся громосткими и замедляют восприятие.

 

3. Где-то была фраза, что герой кивнул в сторону Тихого океана, вот это я как-то плохо себе представляю, герой всегда представляет себе, где находится океан?

Может быть (я не знаю, могу только предполагать), у них просто под словом «туда» автоматически понимается Вьетнам, и кивать было не надо? В общем, момент с кивком порождает вопросы, я думаю, в романе можно уделить время и описать некую особенность героя — всегда помнить направление и уметь показать в любом месте, где что находится. Но в коротких произведениях не стоит придавать герою лишние особенности и черты, потому что на это просто нет места, а без пояснений, эти моменты будут смотреться странно, порождать вопросы и отвлекать от мысли, а этого не надо.

Стоявший у микрофона коренастый, среднего роста парень с широким, некрасивым лицом, одетый в клетчатую рубашку, расстёгнутую на две верхние пуговицы, и потёртые джинсы, запел низким, резким голосом, дравшим слух непривычной для белого человека негритянской тональностью, в котором чувствовались усталость и надлом.

Вот тут короткое действие «запел» описывается очень длинным предложением, и это плохо, времени на чтение этого предложения уходит намного больше, чем происходит само действие.

Выйти из положения можно разными способами, например, описать парня раньше, чем он запел, как описывается зал, вот перейти к его внешности, что, допустим, он у микрофона стоял покачиваясь в такт музыке, одежду на нём тоже описать через движение и через атмосферу в помещении. Это как раз и потребует несколько раз подойти к описанию этой сцены и поработать над ней, но думаю, сделать это надо, иначе теряется образность и атмосфера, и картинка превращается в чертёж, где важно не настроение создать, а описать, сколько каких деталей. Хоть автор и создаёт настроение, другие предложения в сцене более удачны, но из-за того, что случаются такие вот, назовём их сбои в подаче, замедляется темп, теряется нить настроения.

(это я привожу как пример, но в тексте есть ещё похожие места)

 

4. Ну ещё один момент… Спорный (как и все предыдущие). Я вот как-то не почувствовала необходимости делать два диалога, и этот ход, что Келли не смогла уехать сразу. Может быть, потому что где-то что-то упустила из-за подачи.

Но всё же. Возвращаясь к постановочности, мне кажется, что выигрышнее будет постановка, если весь конфликт, вся соль происходящего будет скомпанована в одном диалоге, а не в двух. Но может, была какая-то необходимость разделять их на два, но я её не очень уловила. Может быть, автору удастся более чётко всё это обозначить.

 

5. В тексте с показываний (то есть сцен с описанием атмосферы, персонажей, их диалогов), автор часто переходит на рассказывания, где просто тезисно перечисляются события. Я понимаю, что задача очень трудная, поэтому тяжело автора за это упрекать, но всё же произведение выиграет, если автор сумеет «показать» так же мгновениями из жизни, сценами то, что пересказал как ряд событий.

В тот же вечер Джон уехал.

В Сан-Франциско он снял комнатку в районе улицы Хэйт, где в то время обитала вся неприкаянная богема Калифорнии, и написал короткое, в пару строчек письмо Тиму с адресом — так, для очистки совести, ни на что не надеясь. И поэтому когда буквально через несколько дней все трое — Тим, Дик и Харви — объявились у него на пороге и Тим на правах старшего по возрасту как ни в чём не бывало спросил: “Ну что, парень, где репетировать будем?”, Джон от неожиданности поначалу потерял дар речи.

За неделю они окончательно переехали и перевезли инструменты, сняли старое бунгало на побережье и с удвоенным рвением принялись репетировать, заодно стараясь не пропускать ни одного концерта в городе — а в те времена группы выступали чуть ли не каждый день.

Они оттачивали мастерство. Их заметили и стали приглашать в большие концертные залы. Затем с группой заключили серьёзный контракт, и музыканты смогли записать альбом, который неплохо раскупался, так что музыкантам хватало и на себя, и на то, чтобы поддерживать родных. У группы появились поклонники, особенно в кругу сан-францисских диджеев…

Дальше, про то как Джон написал разные песни — в таком виде и надо было подавать, но, видимо, не после этого кусочка, а, может быть, в конце, там, где про гитару.

 

6.

Джон взглянул на брата и, кажется, только теперь понял, что всё это ему не чудится.

Вот в эту фразу как-то не верится, потому что вроде бы до этого сказано, что группа делала успехи и приобретала популярность, а тут воспринимается, словно успех и аплодисменты зала были для исполнителя неожиданны.

 

7. Понравилась концовка:

— Спасибо большое, — скупо произнёс он, отчего крики из зала усилились ещё больше. — Ну а теперь немного веселья…

Повернув голову к барабанщику, Джон кивнул: “Раз, два…”, Харви отстучал на палочках ритм, и в обрамлении “рок-н-ролльного квадрата”, словно в простенькой деревянной рамке, по сцене понеслась, загремела, закуролесила бесшабашная “Good golly miss Molly”. Это могло казаться кощунством — после столь личного, надрывного блюза-исповеди вдруг перейти на непритязательный рок-н-ролл про мисс Молли, целыми днями танцующую в «доме голубого света», — однако это было не более кощунственно, чем обычай испанцев танцевать на похоронах: ведь жизнь-то не заканчивается с чьей-то смертью… Джон смутно понимал это, и, похоже, гитара считала точно так же.

И дальше про гитару — выглядит вполне себе эпилогом, там как раз так и надо.

 

Экзистенциальное… Нут тут сложно дать происходящим событиям какой-то итог и сделать какой-то вывод. Потому что всё у всех происходит очень по-разному. Стала ли гибель Келли толчком для Джона? Не знаю. может, если бы она не погибла, он бы всё равно стал известным певцом, собрался бы через неделю, через месяц, или точно так же после не пришедшей повестки.

Для меня рассказ больше не о том, что именно потеря близких даёт нам толчок становиться гениями… Нет. Думаю не это.

Думаю, суть в другом — что человек нашёл в себе силы перебороть своё горе. И это иллистрирует как раз тот момент, где после грустной песни Джон сразу же исполняет весёлую, чтобы вернуть слушателям оптимизм, чтобы сказать, что на трагичном жизнь не заканчивается, и надо жить дальше.

Большое спасибо за столь дельный и беспристрастный анализ с конкретными замечаниями по сути. @}->-- Как на мой взгляд, это именно то, что может конкретно помочь автору сориентироваться и доработать то, что нужно. И, что мне еще нравится, «уши» критика не затеняют его поле обзора и не мешают высказаться объективно. А это уже одна из важных составляющих не просто читателя, а действительно критика.

Ответ автора для Вас —

«Большое Вам спасибо за интересный взгляд и мнение. Действительно есть над чем подумать. По поводу акцента на неправой войне могу ответить сразу так: в рассказе есть упоминание об Арденнах. Для американцев того времени не нужно было много распространяться о том, что это такое и где оно находится, поэтому мои объяснения выглядели бы искусственными и притянутыми за уши. Арденны, Арденская операция — это одна из военных кампаний Второй мировой войны (зима 1945 года), в результате которой немцы чуть было не уничтожили танковую армию генерала Паттона. Её спасло только то, что советские войска начали своё наступление на две недели раньше запланированного, и немцы были вынуждены перебросить свои войска с Западного фронта на Восточный. Естественно, что раз отец Келли воевал в Арденнах, она прекрасно знает эту историю, поэтому для неё в этом смысле всё ясно и однозначно: там был фашизм, это плохо, с ним воевали. А тут во Вьетнам полезли сами (инцидент в Тонкинском заливе случился всего лишь за три года до событий рассказа), поэтому здесь для неё тоже всё однозначно: если не звали, то зачем лезть?

Такие длинные объяснения тогдашней молодёжи были не нужны, поэтому эта часть диалога и подана так, что герои обсуждают то, что им уже известно.

Насчёт всего остального подумаю. Ещё раз спасибо».

Отредактировано

КРИТИКА НА КОНКУРС

 

В целом, ну, очень трудно писать разбор на данный рассказ, ибо критиковать его по всем правилам у меня не получится. С темой США в 60-х годов я не знаком. Технически и как это все в деталях должно выглядеть я, естественно, имею смутное представление. И это представление сложилось только по художественным фильмам, посвященным данной эпохе.

 

Поэтому я решил не думать, а именно смотреть «Домогильный поезд» как фильм. И что интересное, с этой точки зрение я увидел легко провинциальный американский городок и та драма, описанная в произведении.

 

Рассказ четко распадается на две части «до» и «после». Последняя насыщена описанием исполнения музыкальных композиций, и тут бы я на месте автора не погружался в техническую суть, а больше оперировал образами, что далеки от музыкальной терминологии. Нет, все понятно и даже атмосферно получилось. С моей точки зрения, музыкальная часть — самая сильная сторона рассказа.

 

Вторая часть произведения описывает события случившиеся до аварии. Тут автор на мой взгляд лаконичен и скуп, в тоже время точен, если не считать некоторых ляпов. Мне даже местами чувствовалось что-то фолкнеровское. Я говорю только о подачи информации.

 

Я склонен искать знаки, подтекст. И тут мне увиделась двучастная композиция, где первая часть и вторая часть разорваны на эпизоды, что чередуются друг с другом. Так, меняя тональность, композиция старается быть интересной читателю. И граница, разделяющая части, есть авария. Это важная (рубежная) точка произведения, где жизнь героя ломается. Он должен принять решение. Тут у меня возник вопрос (риторический, конечно): А если бы не было смерти героини, изменился ли герой, точнее, привела ли судьба его в концертный зал «Авалон» в лето 1968 года? Все же отвечу — да, привела. Герой (была бы эта драма или нет) все равно шел к этому. Вот только случилось все намного позже.

 

Видимо, основная авторская мысль: только драматические и трагические обстоятельства толкают человека к действиям. Если все хорошо, то и смысла нет в переменах. Зачем менять налаженный быт?

 

Теперь коротко о том, что резануло глаз:

 

“электрифицированного”

тут бы лучше «наэлектризованного»

действовавшего не на мозг, глаз и слух, а на душу и чувства.

тут свойства смешаны с частями тела. Видимо «мозг, глаза и уши»???

одетый в клетчатую рубашку, расстёгнутую на две верхние пуговицы

обычно я в своей языковой среде слышу, что предлог «на» сочетается с глаголом «застегнутый». Тут бы я написал по иному: «клетчатая рубашка, две верхние пуговицы которой расстегнуты».

маскировала огрехи в исполнении и временами словно угадывала наперёд следующую

запятая после «временами».

Ну как что? — заговорила Келли убеждающим шёпотом.

зпт

Потому что я так знаю, — отрезал парень и, немного помолчав, добавил:

Тут бы усилить: «Потому что я и так знаю».

И… что ты решил? — откуда-то из-под колен раздался её голос.

Можно догадаться о чем, но сама фраза коряво звучит.

Длиннющие тёмно-каштановые волосы болтались сзади задорным “хвостиком”.

Не, не нравится...*NO* Какое-то пренебрежение слышится в этом прилагательном. Просто «Длинные».

За авральной метушнёй Джон пропустил огни вечернего автобуса

Избыточное выражение. «За авралом Джон пропусти...»

Влага начала выливаться из глазниц.

Ну, оооочень плохо, фильм ужасов просто.

Евгений, большое спасибо, разбор принят! ))

просто отзыв

 

о музыке

Мир очень изменился с того времени, но и среди наших современников есть настоящие поклонники рок-н-ролла (намекаю на автора). Сочиняя и исполняя музыку, молодые люди верили, что способны сделать мир лучше, именно эта музыка наполняла их смыслом, смелостью, открытостью. Автору удалось погрузить читателя в атмосферу эпохи 60-х с помощью ярких музыкальных вкраплений. Мне было интересно наблюдать за энергичной рок-н-ролльной походкой на протяжении истории, при том, что я не являюсь фаном оного музыкального течения.

 

о героях

Джонни и Келли напоминают характерами моих сверстников. Были у нас на курсе похожие влюбленные. Он был старше на пару лет, из малообеспеченной семьи и не уверен в себе. А она — красивая, решительная, даже дерзкая в чем-то, единственная и горячо любимая дочь. Все у них сложилось, и слава Богу. Близнецов растят. Я это к чему вспомнила — к тому, что критики мужчины не поверили главному герою. Да, вот такой инертный, ведомый, подчиняющийся женщине мужчина.Так бывает не только в книгах, но и в реальной жизни, как бы уважаемые участники конкурса не возмущались — мужчина-тюфяк явление довольно распространенное.

 

И только смерть девушки заставила Джона изменить себя. Ради любимой он в конце концов осуществил заветную мечту, и у него рождаются настоящие хиты, которые потом терзают сердца и души меломанов.

 

Наверное сердитые критики меня забросают помидорками, но я скажу, что рассказ мне понравился.

Да уж… Мужчины в литературе — это больная тема.

Люси, спасибо за отзыв и за жизненные наблюдения! )))

Отредактировано

Критика на конкурс

Сплошное ИМХО.

Рассказ достаточно интересный, но, как мне видится, работы с ним еще много. Правда, зависит от того, чего хочет автор. Если рассказ о музыке и Судьбе… возможно, стоит сохранить баланс между Судьбой и музыкой? Пока его нет, по нескольким причинам.

Во-первых главная песня, именем которой назван рассказ, цитируется в самом начале, когда она еще ничего не значит для читателя, не вызывает полных и ярких эмоций даже у тех, кто к музыке неравнодушен. Остальным тем более все равно. Не сопереживается, не сопричаствуется. Возможно, стоит дать цитату и в конце, когда читатель уже знает, понимает и чувствует – это не просто песня?

Во-вторых – в начале много музыки, цитатами и описанием, но постепенно она исчезает, совершенно сводясь на нет к перетянутой любовной сцене, смещающей баланс еще больше, тормозящей повествование. Правда, в тексте есть желание музыки – хочу играть… И потом музыка появляется снова в финале… когда я-читатель уже почти забыла, что она была и переключилась на другие вещи.

Некоторые вещи испортили мне впечатление, но это, как и все, написанное выше – чистое ИМХО. К примеру, автор сразу начинает называть героя отстраненно – парнем – и я-читатель тоже сразу отстраняюсь, отдаляюсь…

мелочи

расплывались первые такты тягучего, несколько рваного

– это «несколько» — такое холодное формальное слово. Сразу. А стоит так?

дравшим слух непривычной для белого человека негритянской тональностью

– точно тональностью, а не тембром?

Никто из слушателей, внимавших пению с каким-то благоговейным восторгом,

— автор слишком много знает… и словно пытается этим «благоговейным восторгом» убедить читателя, настроить его. Зачем просто называть чувство, если можно – показать его?

— С тобой… А что я там делать-то буду? В Беркли?

– зачем два вопроса вместо одного?

 

Близкие повторы… такая мелочь, но мешали.

— Вон Дик на юриста учиться будет, в отцовской конторе уже стажируется. У Тима уже семья есть…

Даже разговаривать с ним об этом бессмысленно. Мы с ним просто поругаемся, если я даже заикнусь об этом…

после на слушателей обрушивалась лавина захлёбывающихся звуков, словно человек пытался что-то высказать, но ему не хватало ни слов, ни дыхания. Ноты то резко обрывались, как до этого — аккорды, то, наоборот, плавно перетекали одна в другую, словно речные волны от прошлёпавшего старого парохода;

Её бегство сопровождало молчание.

– молчание чье? Девушка перестала плакать или парень молча смотрел, как она убегает? Сопровождать — значит идти следом…

Джон импровизировал на ходу, заменяя безыскусность эмоциями

— а ведь безыкусность — синоним искренности. Автор имел в виду недостаток искусности, мастерства? Мне кажется, это совсем другое.

Их обнажённые тела — крепкое коренастое Джона и хрупкое, даже воздушное Келли — смотрелись на потёртом сидении моделями для картины какого-нибудь мастера европейского Ренессанса на тему “Адам и Ева в раю”.

– и кто тут у нас смотрит со стороны?

— Пус…ти ж ты, мед…ведь! — В голосе Келли вновь прорезалась игривая весёлость, она шутливо стала вырываться из объятий.

– скорее «стала шутливо»

— Ну Кееелии…

— Ну Джооонниии…

— Ке-е-е-елЛи и Джо-о-о-онни, я полагаю.

— Ты что, шуток не понимаешь?.. А ещё говорят, — продолжила она почти сразу, — что многие просто сжигают повестки… Убегают в Фриско.

– Во Фриско.

Джон представил себе, как автобус останавливается на остановке,

— может все же тормозит, чтоб однокоренных не было?

Автобус развернуло и поставило поперёк дороги; водитель отчаянно попытался выровняться, но вместо этого громадину лишь развернуло в обратную сторону, и, пару раз перевернув, кинуло в кювет.

– и здесь как-то…

Влага начала выливаться из глазниц

. – ох… ну зачем так-то? сразу череп плачущий представляется.

 

И еще повтор – два первых раза:

И это был первый раз, когда он улыбнулся своей прежней улыбкой

Узнав об этом, парень в первый раз улыбнулся с того времени, как узнал о смерти Келли.

Присоединяюсь к высказанному выше мнению:

Думаю, суть в другом — что человек нашёл в себе силы перебороть своё горе. И это иллистрирует как раз тот момент, где после грустной песни Джон сразу же исполняет весёлую, чтобы вернуть слушателям оптимизм, чтобы сказать, что на трагичном жизнь не заканчивается, и надо жить дальше.

Надо ВСЕГДА находить силы. Действительно надо.

Отредактировано

Ира, спасибо за разбор, принято @}->--

Кворум набран, переходим к голосованию посредством плюсов и топов за понравившиеся разборы.

1. Дора Штрамм

2. Пышкин Евгений

3. Александр Бас + прима-разбор

 

Хелп ми! Объясните мне будьте так добры что означают циферки в правом верхнем углу наших комментов и по каким критериям они ставятся? Спасибо.:-)

Отредактировано

Они сами ставятся, не обращайте внимание.

Плюсом отмечается понравившийся комментарий (ну или разбор в данной игре), минусом, соответственно, не понравившийся :)

Здесь можно голосовать либо плюсиками к разбору, либо топом. Хотя я сейчас перечитала правила… и «голосование можно дополнить топом» вроде как не противоречит тому, что можно поставить плюс и дополнить его топом. Наверное.

И, да, иногда плюсы и минусы ставятся случайно, если вы сидите с телефона и случайно заденете их пальцем. Но самопроизвольно не появляются :)

Отредактировано