анс "Конгломерат какой-то"

И пришел Конгломерат к Метису в гости, и сказал Конгломерат:

— Ты, Метис, странный какой-то. Все Метисы как Метисы, а ты странный!

— Чем это я такой странный? Ты, Конгломерат, вечно несёшь ахинею и за базар отвечать отказываешься. Но так будет не всегда.

— Хоть ты и странный, Метис, но зачем нам ссориться? — сказал Конгломерат, и зарезал Метиса нафиг. Потом подумал-подумал и зарезал сам себя.

Такая вот странная история привиделась Конгломерату в кошмарном сне, он вскочил с кровати и стал бегать по комнате туда-сюда. Он стал думать, а кто же такой Метис?

У Конгломерата вообще ни одного Метиса знакомого не было, он совершенно не разбирался в странностях Метисов, и поэтому был очень озадачен приснившимся кошмаром. Зато у него был один знакомый Капельмейстер, тоже очень-очень странный, но зарезать нафиг Капельмейстера Конгломерату никогда не приходило в голову.

Хотя, если честно, и головы-то никакой у Конгломерата не было, так, тыковка нелепая, в которую вообще ничего никогда не приходило, но Конгломерат об этом даже и не догадывался.

А если уж совсем честно-честно-честно, то эта история, как и вообще все истории на свете, о любви. Кто в этом разбирается, точно знает, что все на свете истории о любви, и только некоторые о смерти. Но эта история не о смерти.

Вообще это неправильное произведение. Оно никого не возбуждает.

Чтобы оно возбуждало, предлагаю несколько разных других вариантов:

Вариант №1

И пришел Чапаев к Фурманову в гости, и сказал Чапаев:

— Ты, Фурманов, странный какой-то. Все Фурмановы как Фурмановы, а ты странный!

— Чем это я такой странный? Ты, Чапаев, вечно несёшь ахинею и за базар отвечать отказываешься. Но так будет не всегда.

— Хоть ты и странный, Фурманов, но зачем нам ссориться? — сказал Чапаев, и зарезал Фурманова нафиг. Потом подумал-подумал и зарезал сам себя.

Такая вот странная история привиделась Чапаеву в кошмарном сне, он вскочил с кровати и стал бегать по комнате туда-сюда. Он стал думать, а кто же такой Фурманов?

У Чапаева вообще ни одного Фурманова знакомого не было, он совершенно не разбирался в странностях Фурмановых, и поэтому был очень озадачен приснившимся кошмаром. Зато у него был один знакомый Петька, тоже очень-очень странный, но зарезать нафиг Петьку Чапаеву никогда не приходило в голову.

Хотя, если честно, и головы-то никакой у Чапаева не было, так, тыковка нелепая, в которую вообще ничего никогда не приходило, но Чапаев об этом даже и не догадывался.

А если уж совсем честно-честно-честно, то эта история, как и вообще все истории на свете, о любви. Кто в этом разбирается, точно знает, что все на свете истории о любви, и только некоторые о смерти. Но эта история не о смерти.

Вариант №2

И пришел Обама к Оланду в гости, и сказал Обама:

— Ты, Оланд, странный какой-то. Все Оланды как Оланды, а ты странный!

— Чем это я такой странный? Ты, Обама, вечно несёшь ахинею и за базар отвечать отказываешься. Но так будет не всегда.

— Хоть ты и странный, Оланд, но зачем нам ссориться? — сказал Обама, и зарезал Оланда нафиг. Потом подумал-подумал и зарезал сам себя.

Такая вот странная история привиделась Обаме в кошмарном сне, он вскочил с кровати и стал бегать по комнате туда-сюда. Он стал думать, а кто же такой Оланд?

У Обамы вообще ни одного Оланда знакомого не было, он совершенно не разбирался в странностях Оландов, и поэтому был очень озадачен приснившимся кошмаром. Зато у него был один знакомый Путин, тоже очень-очень странный, но зарезать нафиг Путина Обаме никогда не приходило в голову.

Хотя, если честно, и головы-то никакой у Обамы не было, так, тыковка нелепая, в которую вообще ничего никогда не приходило, но Обама об этом даже и не догадывался.

А если уж совсем честно-честно-честно, то эта история, как и вообще все истории на свете, о любви. Кто в этом разбирается, точно знает, что все на свете истории о любви, и только некоторые о смерти. Но эта история не о смерти.

Вариант №3

И пришел Будда к Иисусу в гости, и сказал Будда:

— Ты, Иисус, странный какой-то. Все Иисусы как Иисусы, а ты странный!

— Чем это я такой странный? Ты, Будда, вечно несёшь ахинею и за базар отвечать отказываешься. Но так будет не всегда.

— Хоть ты и странный, Иисус, но зачем нам ссориться? — сказал Будда, и зарезал Иисуса нафиг. Потом подумал-подумал и зарезал сам себя.

Такая вот странная история привиделась Будде в кошмарном сне, он вскочил с кровати и стал бегать по комнате туда-сюда. Он стал думать, а кто же такой Иисус?

У Будды вообще ни одного Иисуса знакомого не было, он совершенно не разбирался в странностях Иисусов, и поэтому был очень озадачен приснившимся кошмаром. Зато у него был один знакомый Магомет, тоже очень-очень странный, но зарезать нафиг Магомета Будде никогда не приходило в голову.

Хотя, если честно, и головы-то никакой у Будды не было, так, тыковка нелепая, в которую вообще ничего никогда не приходило, но Будда об этом даже и не догадывался.

А если уж совсем честно-честно-честно, то эта история, как и вообще все истории на свете, о любви. Кто в этом разбирается, точно знает, что все на свете истории о любви, и только некоторые о смерти. Но эта история не о смерти.

Ну и всё, да. Варианты кончились, Конгломерат остался.