Валентинка № 66

— Доктор, он будет жить?

Смотрю на испуганую таксу — морда вытянута, глаза влажные, нос сухой, хвост лупит по бокам. Понятно… Волнуется. На столе под софитами лежит хозяин. Неподвижен и тяжёл. Глаза прикрыты, сознание дремлет. Тягучая смоляная душа ужасает. Отбрасываю свое отвращение и страх. Хозяину таксы нужны положительные эмоции! Проталкиваюсь сквозь осязаемо прохладное сопротивление чужого сознания, забираясь в дремотные мысли все глубже и глубже, оставляя в стороне собственное отвращение…

Подхожу ближе, протягиваю руку. Ему нужен контакт! Обхватываю за плечи, притягиваю к себе. Обещаю всё, что смог подсмотреть в непроглядных глубинах мрачного сознания, подчиняюсь его желанию, отвечаю на поцелуй, задыхяюсь в шквале чужой силы и вижу себя чужими глазами. Усиливаю иллюзию, убеждаю. Да, я — это Она!

Кажется, получилось.

Но на всякий случай нужно взять пробу и сделать анализы для отчетности. А то потом неприятностей не оберешься. Что если он окочурится?

Всхлипнув для самоуспокоения, прижимаюсь губами к сухой прохладной шее и выпускаю из-под языка жало. Оно царапает кожу, и я прижимаю к ранке стеклышко, оставляя на нем часть плоти. Вот. Теперь уже и правда все.

Помогаю мужчине сесть, хлопаю его по щекам, привожу в чувство. Пока его глаза не прояснились, говорю таксе строгим голосом:

— Следующий раз не затягивай с визитом, запущенные случаи трудно излечиваются. Приходи, при первых признаках. Как начнет чудить и не слушаться — так сразу же веди. И передай соседскому терьеру, самое время вести хозяйку на прививку.

— Что со мной? — слабым голосом спрашивает хозяин таксы, потирая ранку на шее.

— Да ничего страшного, — отвечаю ему, выписывая счет. — Споткнулись, упали, отключились на минуту. Через час все пройдет. Собаку вашу я осмотрел уже. С ней всё в порядке. Прекрасный пёс у вас. Вы можете им гордится.

Хозяин таксы жмет мне руку и выводит таксу из кабинета. Я открываю дверь и заглядываю в приёмную, полную посетителей.

— Следующий!