Сложный пациент (Вербовая Ольга)

Увидев снимок брюшной полости Витьки Кириллова, я чуть не упала со стула. Хотя мне как врачу приходилось видеть много чего, но такую картину я наблюдала впервые в жизни. Вместо сердца — наглухо закрытый стальной сейф, непробиваемый не то что добрым словом, но даже вкупе с пистолетом. Холодный, словно кусок стали, которому что жар, что холод — всё нипочём. Желудок… Его тоже было не видать. Вместо него в самом центре полости почти всю ограниченную скелетом жилплощадь занимала огромная ненасытная жаба. Ненасытная не только и не столько в плане еды, сколько в плане всевозможных удовольствий, которым он ещё в школе предавался напропалую, особенно веселясь, когда кому-то от него забав плохо. В нижней части полости, где у нормальных людей кишки, извивалась колечками огромная змея, высунув наружу раздвоенный язык, дабы ужалить жертву как можно больнее. А вот и лёгкие. Ну-ка, пациент Кириллов, чем же ты живёшь и дышишь? Какая-то парочка чёрно-белых фотографий… Где-то я этих людей видела. Ну да, конечно! Тот, что слева — известный маньяк по кличке Мосгаз. На днях по телевизору про него была передача. Стольких детей на тот свет отправил! А тот что справа?.. Тупишь ты, Ирка! Это же Адольф Гитлер собственной персоной!

Теперь я начала понимать, что заставляло моего бывшего одноклассника издеваться надо мной, невзрачной очкастой девчонкой. Каждый день, возвращаясь из школы в слезах, я задавалась вопросами: почему? за что? Как хотела я заглянуть в души одноклассников. Особенно Кириллова, чьи издевательства были самыми жестокими и изощрёнными. И вот заглянула. Пришёл в больницу такой несчастный, жалуется, что всё у него болит, надеется на помощь. Безусловно, мы медики, давали клятву Гиппократа. Помочь пациенту — наш долг. Но честно говоря, я совершенно не представляла, как его лечить.