Глава десятая – «Битва за Эшфер». / Сердце Пустыни / Райз Элли
 

Глава десятая – «Битва за Эшфер».

0.00
 

Глава десятая – «Битва за Эшфер».

Глава десятая – «Битва за Эшфер».

Глава десятая — «Битва за Эшфер».

1.

В конце концов, все Хранители Хаоса удалились, Магрогориан опустошенный и обессиленный рухнул в кресло, распустив совет Богов. Вернулся и Салидин, мрачнее тучи. Магрогориан подумал, что видимо у них был не очень приятный разговор с Королем Драконов. Салидин сел напротив Сиджей и Джейси, которые уже полчаса о чем-то ожесточенно спорили.

— Замолкли все! — Арионетта и Магрогориан подняли на Салидина глаза, он никогда еще не видел Салидина таким шокированным, он был будто бы не в себе. Сиджей и Джейси удивленно переглянулись и пожав плечами, уставились на Салидина.

Он поправил край своего плаща.

— Я понимаю, что все… произошедшее без сомнения шокировало нас всех. Но сейчас уже нет времени бездействовать. Я уезжаю в Эшфер завтра же…

— Так она сказала тебе… — Магрогориан не успел договорить свою мысль, как Салидин прервал его коротким кивком.

— Да. Первым полем битвы за эту Вселенную станет Эшфер. Поэтому я должен уехать незамедлительно, конечно же, я поручил своим генералам подготовиться, но я должен быть там и уберечь тех, кто не сможет сражаться. Сиджей, Джейси отправляйтесь в мир Ина и помогите Арионетте закончить работу над армией Магрогориана.

— Но мы должны сражаться! Мы можем помочь тебе! — Джейси рвалась в бой, и это было похвально, но Салидин понимал, что сейчас рациональнее всего оказать всю возможную помощь Магрогориану, потому что если армия Салидина не сможет сдержать Эльребу и он падет как Король, следующим на кого падет ее взор будет Магрогориан, и сейчас у Магрогориана есть реальный шанс хорошо подготовиться, пока война будет полыхать в Эшфере.

— Джейси, я ценю вашу смелость и желание сражаться, но я думаю… что шанс вам еще представится. Эшфер считайте, уже потерян, сейчас нужно мыслить реально и направить все силы и возможности для укрепления тех миров, которые находятся в составе Площади, потому что следующий удар Эльреба нанесёт именно по Магрогориану.

— Но это же не логично! Ей нужно воевать с Эвергрином, как не посмотри, он может дать ей отпор! Так почему же она нападает на нас в первую очередь, мы же не готовы к этой войне! — Магрогориан естественно сокрушался, но кажется уже практически смирился с неизбежностью.

У Салидина вновь на лице отразилась печаль, и весь их разговор с Эльребой проплыл перед глазами.

— Ее не интересует, насколько мы готовы к войне или не готовы. Она сражается, чтобы увидеть, как мы падем… я имею в виду, мы, Магрогориан, как Великие Короли.

— Так… она…

— Ее интересует только одно… как быстро мы пересечем границу Предела Пустоты и станем демонами Бездны…

Магрогориан уловил витающий в голосе Салидина безнадежный страх и заерзал на стуле.

— Так, а что ты планируешь делать? — спросил Бог мудрости, радуясь хотя бы тому, что Стражи Небес останутся на защите Площади.

В глазах Короля асуров мигнула уже знакомая Магрогориану пустота, вот о чем говорила Эльреба. Салидин перешел Генетический Предел, стал сильнее, но… он стал одинок… а одиночество было первой дверью к Бездне.

— Вернусь в Эшфер и буду делать то, что лучше всего умею. Сражаться. Точнее я буду делать то, что должен, как избранный Король асуров. Мне пора возвращаться. Меня ждут в Эшфере. Сиджей, как только появятся Боги Ночи и Каин, пожалуйста, попроси их проконтролировать здесь все, я боюсь оставлять Магрогориана одного без присмотра. Арионетта, а ты займись Джейданом и Криорис, они еще слишком плохо подготовлены и удели особое внимание Джейдану… он наша надежда в борьбе с ней.

— Ты пойдешь до конца? Даже если сражение будет проиграно, ты умрешь вместе с Эшфером? — Сиджей явно понимала, чем закончится битва в Эшфере потому, что видела глубокие образы будущего и делала соответствующие выводы.

— Да. Если такова будет воля Эльребы, значит, мне придется ее принять, но я не собираюсь так просто умирать. Я буду сражаться, в Эшфере могут и умеют сражаться, поэтому нет… я не сдамся так легко, как бы ей хотелось. Но я хочу призвать вас быть едиными настолько насколько это возможно, конечно я буду вас поддерживать из Эшфера. Но даже если мне не удастся… Магрогориан, тебе придется сплотить вокруг себя оставшихся Хранителей Созидания и продолжить борьбу. Ты останешься последним Королем, который сможет это сделать. Эвергрин… боюсь, что нам не удастся привлечь его на свою сторону ни при каких обстоятельствах.

— Будем надеятся, ему хватит смелости напасть на нее, а не ждать пока она вторгнется в Нифльхейм!

— Нет, Магрогориан. Именно этого он и будет ждать, насколько хорошо я его знаю… Эвергрин будет сражаться только на своей территории. Нам не стоит ждать ни от кого помощи. Тем же вечером Салидин покинул Площадь и отправился домой в Эшфер. Слова Эльребы всплывали в его мыслях каждую минуту, пока на фоне черного неба и сияющих звезд не показались высокие стены золотого города. Такое количество всех воинов со всех оазисов и со всех племен Салидин еще не созывал, но сейчас они все были здесь. И пребывание такого количества асуров в одном месте явно не сулило ничего хорошего, но Гослеру и Синджэ все-таки удалось как-то вразумить генералов и вождей, что Эшфер ожидает война с вторжением в их мир враждебных темных существ и необходимо объединиться перед лицом общего врага и согласно древним правилам подчиниться воле своего Короля. В период войны ни один не мог бросить Салидину вызов. Он должен был быть Королем от первой до последней минуты войны. И вот сейчас он появился как-никогда вовремя. Даже еще не доехав до дворца, Салидина встретила Синджэ и обняв его, прошептала Королю.

— Долго же ты… все уже здесь… Салидин, все готовы к битве. Но тебя не было так долго, ты собрал здесь всех асуров Эшфера, нам с трудом удалось избежать потасовок, теперь ты должен усмирить и преклонить их своей волей, иначе нам не избежать проблем с дисциплиной.

— Синджэ… не переживай, я вернулся. И со мной все хорошо, несмотря на все потери… я хочу чтобы они не были напрасными. Киран… Эа… Нэй… Хисаши, никто из них не умер напрасно и никто больше не умрет напрасно, скоро начнется наша последняя битва за Эшфер, но я хочу принять ее плечом к плечу с каждым из своих воинов, и с каждым из вас…

Гослер вышел из тени одного из многочисленных шатров, расставленных в лагере вокруг городских стен.

— Очень вовремя ты вернулся! А мы уж было думали, что ты ослаб душой, я даже хотел посидеть на твоем троне! — как всегда юный воитель-копейщик и бывший циркач был полон энтузиазма.

— Не дождёшься, Гослер! Дождемся восхода солнца, и командуй общее построение, я буду говорить перед своим народом. Нас ждет тяжелое время, но многое еще нужно успеть.

2.

А где-то далеко отсюда в темном мире в замке Минас-Аретир под оглушительный рев тысяч драконов, рассекавших темное небо, в зале заседания культа двух драконов было шумно, потому что помимо ашгардов и аэшфордов — служителей культа, в зале в этот момент собрались все Хранители Хаоса. Эльреба и Харэ находились на постаменте, Харэ создал два кристаллических трона черного цвета, а Эльреба проложила к ним дорожки из жидкого металла. Когда оба дракона заняли свои места в зале воцарилась тишина.

— Мои любимые и верные Хранители, служители культа и Харэ… невероятно представить себе, сколько тысячелетий прошло с тех пор, как я уснула, чтобы во сне наблюдать за развитием Вселенной, создателем которой стала. И все это время каждый из вас служил мне и ждал пока я очнусь ото сна и драконы вновь будут править этой Вселенной, желания всех вас я слышала, и мой долгий сон был наполнен ими, это придавало мне сил, и каждый раз я убеждалась, что выбрала верный путь вместе с вами. Поэтому, прежде всего я хочу, чтобы каждый из вас чувствовал свою значимость для меня и получил мое признание за преданность…

Тут она сделала то, что в полной мере отличало ее от других Королей. Она была истинным Королем, Королем Драконов, она была его сердцем и его душой, она была его воплощением в этой форме… но все-таки она была Королем, который был достоин звания Повелителя Вселенной не только за то, что она заплатила невероятно огромную цену равновесию за свою силу, нет, она была достойна этого… истинный Король, который ведет себя иначе и ощущает мир вокруг себя совсем иначе. То, что она сделала, стало неожиданностью даже для Харэ, который знал и понимал ее мысли лучше, чем кто-либо еще. Эльреба встала с трона, и спустившись с него по лесенке из жидкого металла, в одно мгновение оказалась на постаменте, и опустив корпус тела вниз, она села на одно колено и преклонила голову перед своими соратниками в знак того, что каждый из них более чем достоин ее самой. Глаза Харэ блеснули удивлением и невероятным новым ощущением, каждый раз она не переставала его поражать. Только истинный Король мог не только ждать повиновения и преклонения своих подчиненных, но и иметь волю и смелость преклониться перед ними, взять на себя ответственность за их преданность и желания. Эльреба была истинным Королем, Повелителем Драконов и будущим которого жаждал, несомненно, каждый из собравшихся в зале.

— И пусть каждый из вас никогда не сомневается во мне. Все ваши желания живут внутри меня, и я клянусь, что обязательно исполню их. Я Золотой Дракон — Эльреба. Я Повелитель, и бремя Повелителя лежит на мне. И поэтому я сейчас говорю вам спасибо, ибо я сейчас не стояла бы перед вами если бы не усилия каждого из вас и конечно же тебя… Харэ… она обернулась, и сквозь зеркальную маску, Харэ увидел ее настоящую улыбку.

— Спасибо, Эльреба, за то, что ты веришь в нас… — ответил Волшебник Измерения и сойдя с трона, подал ей руку и помог встать.

— И теперь я готова сказать, что готова начать наполнять Вселенную вашими желаниями и мечтаниями. Сейчас в эту минуту мы начнем строить новую Вселенную. Вселенную тьмы, где боль и печаль навсегда исчезнут в Бездне. Идемте же со мной…

По залу пронесся восторженный возглас. Они ждали ее. Они ждали и верили, что их Повелитель однажды проснется от своего сна. Они верили, что снова услышат однажды пронзительные крики драконов. Всем было безумно интересно, как же Эльреба решила расправиться со своими врагами.

— Начну, пожалуй, с того, что все вы знаете наших врагов… их имена, лица, мотивы и цели. И все мы, безусловно, понимаем, что мы сильнее. Я могу сейчас же отдать приказ драконам спалить их всех… — зал покорно разразился криками. — Но в таком случае, нам всем будет невообразимо скучно. Поэтому я планирую продлить эту войну как можно дольше, чтобы собственными глазами увидеть, как один за другим Короли, что считают себя Великими, падут к моим ногам, утонув в собственной трусости и безысходности. Это будет забавным зрелищем… я хочу посмотреть, во что страх и Хаос превратят Салидина, Магрогориана и Эвергрина…

Она кивнула Харэ, чтобы тот озвучил их общее решение и отдал распоряжения. Только он один понимал, что ее разум не может долго находиться в одном стабильном состоянии и оценивать реальность. Он знал, что сейчас ее мысли могут находиться в сотнях миров и смотреть на множество жизней, поэтому, когда она уставала взаимодействовать с реальностью, тут же Харэ перехватывал инициативу, и продолжал общаться с внешним миром, пока ее разум не приходил в норму.

— Итак, дамы и господа, перейдем к главному. У нас широкие планы, и начнем мы с Эшфера. Король асуров должен понять, что он поступает неправильно, либо погибнуть на этой войне вместе со всеми своими революционными идеями. Однако нападение на Эшфер мы запланировали в две волны и не сейчас, а чуть позже… пускай Салидин немного поживет в страхе перед каждым новым восходом солнца. А мы с Повелителем пока успеем навестить Дэливирин. Первой в Эшфер вступит армия теней. Рио, Рэй, вы как ее новоиспечённые генералы поведете ее в бой против армии асуров, скорее всего Салидин не использует армию песков, он знает, что асуры проиграют, поэтому оставит армию песков для возможного прикрытия своего отступления, проще говоря, бегства… все должно пройти именно так, по нашему плану.

— Я возлагаю на вас большие надежды, — внезапно Эльреба прервала Харэ и обратилась к генералам теней, Рэй кивнул, а Рио положила руку на рукоять меча, спрятанного у нее на поясе под плащом. Лиан, Лилирио, что касается вас… мы отправимся в Бездну вместе, я хочу, чтобы демоны Бездны, наконец, покинули свою колыбель и отправились на свет…

Оба некроманта пустоты и кошмара переглянулись…

— То есть… Эллианна, ты даешь им свободу? — неожиданно выпалил Лири.

— Да. Как и вам, вторгайтесь в любые миры, в которые только захотите, утаскивайте и кормите Бездну, столько сколько потребуется. Вы очень многое сделали за последнее время, пока я была в теле Эллианны, и вы заслуживаете за это соответствующее вознаграждение.

Оба они радостно склонили головы. Эльреба снова перевела взгляд на Харэ, они общались при помощи канальной связи, поэтому продолжил он.

— Дэмиан, Эллесс собирайте своих лучших наемников, в помощь мы дадим вам ударные группы воинов из обоих отделений культа. Пора вернуть вам утраченные титулы, забытую столицу и склонить стихии к повиновению, поэтому кому как ни вам возглавить эту миссию. Сразу по ходу Маркус, Кристиансен, соберите и подготовьте всех воинов культа.

Бывшие Элементали — мужчина в строгом сером костюме, с нефритовой тростью и барсом с перламутровыми глазами в ногах и красивая женщина с огненно-рыжими волосами, одетая в длинное шелковое полупрозрачное платье. Оба коротко кивнули Волшебнику и Повелителю Драконов. Харэ продолжил:

— Аки, Амэ… мертвецы должны быть готовы к следующей битве в Нифльхейме, поэтому поработайте над их магической защитой…

— У нас есть не большие проблемы с их контролем, но это поправимо, — ответил Аки и смерил взглядом Амэ, который улыбался.

— Впервые об этом слышу. Почему вы об этом молчали, Аки? — Эльреба была удивлена и похоже это вызвало у нее тревогу. — Насколько это критичные проблемы?

— Недавно мы начали отмечать случаи каннибализма среди них, они поглощают друга и тем самым насыщают свои тела клетками материи Хаоса.

— Мертвые клетки материи Хаоса, которые ты назвал D-интэрклетки. И что происходит, когда они ими насыщаются?

— Мутации… это невероятно, но с одной стороны они становятся меньше зависимы от некромантической магии контроля, которой мы сдерживаем их остаточные инстинкты к поглощению… с другой стороны они становятся сильнее, у них появляются мутантные органы, мы их назвали «мирсалисы» и «терсалисы», в зависимости от того в верхней или нижней части туловища они появляются, эти органы мертвецы используют для борьбы с другими своими сородичами.

— Аки, то есть ты хочешь сказать они не просто не поддаются контролю, но и становятся сильнее, умнее? Ведь в таком случае эти мутации на пользу. Значит, чем больше D-интэрклеток поглотит конкретный организм, тем более невероятный эффект мы можем получить, а тем самым усилить вашу армию. Это интересные наблюдения. Аки, Амэ, вам нужно продолжить эти исследования. Харэ, помоги им с усилением магии контроля и вообще это крайне важно и интересно, вам втроем выпадает шанс создать новый вид существ, поэтому постарайтесь…

— Если ты так желаешь, мы сделаем все возможное! А братец было уже, хотел закрыть этот проект с насыщением их D-клетками. Тем более если Харэ нам поможет, то процесс пойдет куда быстрее, — отозвался Амэ с той же забавой и радостью в голосе.

Эльреба кивнула и повернулась в сторону своих любимчиков — мечников Асудзима.

— Ики, Сатин… я прошу вас возьмите своих лучших мечниц из клана, и создайте особую разведывательную группу, мой главный советник Геллиард будет ее курировать, а я лично контролировать каждый ваш шаг, ваши миссии будут очень важными и специфичными. Кроме вас работать на дальних рубежах скрытно и не заметно от глаз наших врагов никто не может.

— Это будет честью для нашего клана, и конечно же для меня и Сатин.

— Ики, вы мои разведчики, вы мои глаза там, где мои собственные не могут видеть. Поэтому прошу вас… в качестве первой миссии найти то, что от меня спрятали… — она затихла на минуту потому, что в ее голосе появились угрожающие нотки, которые отметил лишь Харэ, сидевший рядом. — Найдите «Алые врата». Найдите их, найдите мне путь в Белый Город, Оскурас не должен стать исключением, какой никакой, но он тоже великий Король… и должен ответить за все, что сделал.

3.

Король асуров стоял на вершине Башни Печали. Он оборачивался при каждом порыве ветра, в лучшие времена там на стене у входа стоял бы высокий асур в строгом костюме и очках, такой странный и не похожий ни на кого другого.

— Вы опять здесь, Ваше Величество? — сначала официально и строго спросил бы он, а затем добавил уже совершенно другим тоном. — Салидин, не стой здесь долго, ничего не изменится… это просто навеянная прошлым печаль… — так сказал бы Хисаши.

— Но тебя нет… Хисаши, тебя уже нет… тебя поглотила Бездна… как и Нэй… нет и Кирана, нет и Эа… никого кто мог бы смыть эту печаль. Я никчемный Король. Я ведь никогда не был таким. Я был другим Королем, я был Королем, который правил миром, я был величайшим из всех Королей, так почему сейчас я выгляжу так жалко…

— Нет уж, каким-каким, а жалким ты не выглядишь! — Салидин мгновенно обернулся на голос. В проходе, где раньше бы стоял Киран или Хисаши, сейчас стояла Синджэ. Салидин знал, что в последнее время свалил на нее слишком много, как и на Гослера, но у него кроме них… никого не осталось на кого можно было бы положиться.

— Прости я…

— Думал, что я Хисаши?

— Салидин, сколько я себя помню, ты все время полагался на Хисаши, и сейчас, когда его не стало, ты стал не меньше на него полагаться, то, что он умер… сделало тебя более одиноким? По-моему ты по-прежнему живешь так будто он все еще где-то рядом, постоянно за твоей спиной? Так может так и есть? Может это выход для тебя? Считать, что он все еще с тобой?

— Я не знаю… мне не хватает не только Хисаши, Нэй… Киран, и моя мать Эа. Я запутался, Синджэ. Я совсем ослеп. От боли и потерь. Я не могу отличить правду ото лжи. Я не могу понять, что должен делать, чтобы хоть как-то изменить наши отношения с Эльребой.

— Эльреба? Это тот Король, с которым нам предстоит сражаться?

— Да. Мне не хватает любви Нэй, я почти забыл, как выглядит лицо моей дочери. Я понимаю, что не должен так жить. Я должен быть не таким Королем, я сомневаюсь во всем, что делаю. В таком случае, каким Королем мне нужно стать? Я был Королем целого мира в прошлой жизни, я был полубогом среди людей, тщеславен, красив и практически непобедим. Я жаждал власти и признания, я жаждал стать сильнее всех, подняться на ступеньку выше и стать кем-то большим. Но… я ошибался, чем больше силы и власти я получал, тем больше терял… Энкиду мой лучший друг погиб из-за моего тщеславия, из-за моего эгоистичного желания стать выше Богов.

— Энкиду — это был твой друг? Кем ты был в прошлой жизни до того, как стал асуром?

— Королем, Синджэ. Я был Королем. Я был величайшим из Королей Шумерского Царства, я был правителем города, выстроенного из чистого золота — Урука… и я хотел быть Королем среди Королей… точнее я хотел им быть… но так и не стал. Синджэ… как бы мне хотелось вернуться в прошлое и все изменить. Лилианне нужно было дать шанс… а я собственными руками подписал приговор всему своему царству и когда оно разрушилось, я сбежал. И вот теперь я снова Король целого мира и целого народа и вот сейчас я стою перед тем же выбором, что и тогда и понимаю, что ни капельки не изменился. Я по-прежнему Король, который не в силах стать кем-то большим, и я тот же самый Король, который не может оставаться просто Королем асуров и нести это бремя. Война еще даже не началась, а я уже ее проигрываю.

Синджэ покачала головой и положила руки Салидину на плечи.

— Салидин, ты наш Король… никакие ошибки прошлой жизни, даже никакие ошибки нынешнего твоего правления, Салидин, не сделают тебя в моих глазах плохим или слабым. С твоего появления в Тэрране я уже знала, что буду служить тебе и пойду с тобой до самого конца. Ты хороший Король. И мы со всем справимся. Строительство оборонительной стены практически закончено, поэтому прекрати. Это упадническое настроение до хорошего не доведет.

Строительство защитной стены вокруг города… наверняка Эльреба полагала, что Салидин идет по пути прошлых ошибок. Ведь вокруг его города величия — Урука тоже была построена защитная стена с сотнями оборонных башен по воле Короля Гильгамеша. И это не спасло Урук от разрушения, не спасло народ Гильгамеша от обрушенного на город кошмара по вине его же самого. Вина… Король Гильгамеш испытывал вину, и Король Салидин испытывал ту же самую вину. Вот почему Дамокл вне битвы постоянно застывал над головой Короля, готовый обрушиться в любой момент на него же самого. Король Салидин так и остался Королем Гильгамешем, и между этими двумя душами лежало лишь одно различие. Гильгамеш был полубогом и достиг величия, Салидин был Богом, но достиг ли он величия…?

— В конце концов, Эвергрин был прав. Мы не сможем жить все вместе в одной Вселенной.

— Амбиции одного уничтожат другого, как бы вы не хотели мира?

— Мы были друзьями, мы втроем… я считал, что так и должно было быть… но все оказалось совсем иначе, когда я понял, что у каждого из нас были иные пути, иные силы, иные амбиции и совсем разное будущее. Я понял это последним и совершил при этом роковую ошибку. Но теперь не хочется повторения прошлого. Я не хочу ошибаться снова. Да война между нами неизбежна… но никому не известно, как она закончится.

— Уж кому-то точно известно. Но наша защитная стена, думаю, будет побольше и помощнее тем та, что ты построил в прошлой жизни. Она защитит Эшфер…

— Мне бы твой оптимизм, Синджэ. Однако многое уже сделано, но нужно поторопиться, всех кто не может сражаться нужно собрать со всех оазисов и отправить туда в новый укрепленный оазис Рахнериса, если что они смогут переправиться оттуда в Аиэшфер, там не безопасно, но уж точно безопаснее, чем будет здесь.

— Я скажу Гослеру. Салидин! — Синджэ вышла в проем и ее последние слова донеслись до Короля словно эхо. — Не стой здесь долго, ничего уже нельзя исправить….

С момента разговора двух Королей на Площади пяти Лун прошло уже больше трех лунных циклов, Салидин предполагал, что с изменившимся временем, которое теперь невозможно было вообще уловить, по людским меркам прошло больше двух лет. Почему Эльреба молчит, да для нее, конечно, это не такое долгое время. Даже для Салидина оно было не ощутимо, а для нее тем более.

— Но почему она не нападает? Пирует вместе с демонами в Городе Бездны? Или же она просто выжидает, пока у меня сдадут нервы? Хотя конечно это в духе Эльребы, но если бы я точно знал, что время еще есть…

— То, чтобы сделал?! — насмешливый голос Короля Драконов зазвучал в голове Салидина, канальная связь отличалась от сна, и Салидин почувствовал эту жестокость и холодность в ее голосе.

— Почему ты говоришь со мной через канальную связь? Разве ты не хотела больше не вмешиваться? Разве теперь все не решит война?

— И что война, по-твоему, запрещает простое общение? Мы воюем, я согласна, но тем не менее с кем нам еще общаться? Вряд ли найдется кто-то… кто лучше меня мог бы с тобой поговорить. Также, как есть вещи, о которых лучше тебя никто не знает, и мы можем их обсуждать и говорить о них в независимости от нашего статуса и положения.

— То есть ты признаешь, что тебе скучно без меня?

— Без общения с тобой, а это принципиально разные вещи… как Король, единственный с кем я могу общаться на одном языке это другой Король.

— Только Король может понять Короля, что ж интересная мысль, только вот ты принципиально отличаешься от меня или Эвергрина и тем более от Магрогориана.

— Приятно слышать, что ты это понимаешь. Но разница между нами, даже если и кроется не только в силе, она не должна быть соизмерима с тем, в чем мы явно похожи.

Салидин хмыкнул, в последнее время Эшфер накрывало пустынными бурями, однако золотые стены, защищенные магическим щитом, не пропускали песок и пыль, только раскаленный воздух.

— Мне иногда очень сложно понять, о чем вообще ты говоришь. Твои мысли формируются на другом уровне восприятия, разве Харэ не единственный кто может тебя во всем понять? И разве не он тот с кем ты более всего похожа, и с кем тебе было бы лучше всего общаться, чтобы развеять скуку?

Салидин расслышал едва уловимый смешок.

— Вот уж не думала, что ты ревнуешь к Харэ, верно? Так ты уж разберись в своих чувствах, ты на мое место хочешь или на место Харэ рядом со мной?

И тут Салидин действительно задумался о ее словах. Да, деревянная кукла стала за тысячелетия и разные перерождения одной Вселенной настоящим живым существом. Мечта Эльребы о верном и любимом друге стала реальностью, ведь так? Никто из них, ни Эвергрин, ни он сам никогда бы не смогли заменить ей Харэ, стать для нее Харэ… и наверное, если задуматься, то с этой точки зрения… быть Харэ было бы куда более желанным. Он был рядом с ней постоянно, он понимал все ее мысли и чувства, если они когда-либо были. Он знает о ней-то, чего никто не знает и никогда не узнает.

— Наверное, когда я был Гильгамешем… мне больше всего на свете хотелось стать тобой, но сейчас… наверное ты права, Харэ для тебя дороже всех на свете и ради того, чтобы увидеть как ты выглядишь, может и стоит быть на его месте? И если задуматься… сколько же любви, тоски, одиночества, печали, желания и притяжения, воспоминаний ты перенесла из двух Вселенных только о нем одном. Наверное, он того стоит.

— Намекаешь на то, что ты подобного не стоишь? Так ты почти прав. Но, тем не менее, наши с тобой отношения, с моей точки зрения, весьма интересная и интригующая вещь… итак, чтобы ты еще сделал, если бы знал точное время моего вторжения в Эшфер? Стену ты уже построил так, что чего еще желать? Новых воинов тебе уже все равно не успеть собрать… чего еще ждать, Салидин? Ведь ты же понимал… мы были готовы к этой войне задолго до ее начала. Так чего я по-твоему выжидаю? Тебе не приходило в голову, что я жду, пока ты будешь готов?

— Что значит, я готов? Ты хочешь сказать, что я трусливо отсиживаюсь, да?!

— А разве нет? Я никогда не видела в тебе трусости, но сейчас, по-моему, ты через-чур перегнул с ролью несчастного Короля, который несмотря на всю горечь утраты любимых из последних сил готовится к войне… что изменится, если я скажу тебе время когда армия теней вторгнется в Эшфер и его пределы? Что поменяется в самом тебе? Ты сам достоин этой битвы?

Салидин не мог понять, так она пытается вдохновить его сражаться? Эльреба — его главный враг и противник. Так вообще бывает?

— Да, ты права. Я тяну это время. Но дело не в страхе и трусости. Я думал о том, как эта война должна закончиться. Не война в целом, наверное, это слишком долгое время, чтобы о нем думать и слишком далекое будущее, чтобы пытаться его предсказать. Я думал о том, как закончить нашу с тобой войну. Ведь она началась с меня. Из-за моей ошибки.

— Ой-ой, только не говори мне, что снова будешь просить прощения. Салидин, не глупи… пора понять, что ты никогда его не получишь. Есть вещи, простить которые нельзя, твоя глупость из тех самых вещей. Готовься к завтрашней ночи, бойся собственной тени…

4.

— Да, буду… снова и снова. Я знаю, что был не прав. Мне жаль, что ничего уже нельзя исправить… я хотел бы другого мира, другой жизни. Я так и не научился ценить тех, кто мне дорог.

И Салидин знал, что она уже закрыла телепатический канал связи, за ней всегда должно было оставаться последнее слово. И тем не менее он знал, что она прекрасно его слышит. Как слышала везде и всегда, все эти годы. Салидин понимал чего она хотела от него, по сути, она лишь также, как возможно Синджэ и весь остальной народ Салидина хотела, чтобы тот отбросил свое прошлое. Прошлое Короля Гильгамеша, который потерял свой город, потерял свой народ и потерял свое величие в погоне за славой и могуществом другого Короля. Салидину хотелось сейчас поговорить с Эвергрином ведь, наверное, он, как никто, сейчас мог дать ему какой-нибудь совет. С другой стороны сама Эльреба говорила, что если рассматривать их отношения через призму прошлого, то Эвергрин был, есть и остается виновником всех событий. Так почему Салидину отвечать за его ошибки?

Где-то на задворках сознания, он будто из сна услышал голос Эа… Хисаши… и Кирана и Нэй… ему показалось, что они говорят все вместе:

— Не сдавайся, Салидин. Еще ничего не закончено…

Салидин опустил голову и оглядел пустыню, его оборонная стратегия была безупречной. Безупречной во всех смыслах. Три кольца защиты вокруг Эшфера. И четвертое кольцо сами золотые стены города защищавшие дворец. Да, против драконов вряд ли устоит даже Эшфер, Салидин как хороший военный стратег полагал, что более укрепленного чем Эшфер замка нет, даже Минас-Аретир не так укреплен, как казалось бы должен был… у Минас-Аретира нет защитных линий обороны, стены обороны, и золотых защитных стен, но у Минас-Аретира есть выгодное преимущество — замок располагается в скале и на обрыве с другой стороны к замку подходит лишь мост, уходящий своими сваями в темную воду озера Бездны. Аутосфер вообще располагается на открытой равнине. Если что-то и могло спасти Салидина, его воинов и сам город и дворец от разрушения первой волной атаки армии теней, то это только безупречная линия обороны. Если армия Эльребы разобьётся о защитную стену, выстроенную ими, она не сможет попасть во второе кольцо, где ждет его армия лучших воинов во всей Вселенной, армия Богов Воины. Третьим кольцом обороны Салидин сделал воздушные отряды летающих машин-доспехов, в которых сражались лучшие пилоты, поэтому армию, которая сражается внизу будет прикрывать с воздуха тяжелое вооружение — ракеты, пулеметы и лазеры — все, что имеется в распоряжении. Последний рубеж обороны города будет под золотыми стенами, где будет сражаться и сам Король. В пределах видимости глаз, Салидин увидел, что вся пустыня до защитной стены была заполнена кишащими полчищами его войск, он подумал… что, наконец, готов, Эльреба была готова, это он был не уверен.

— Нэй, ты же всегда со мной, верно? — он покрутил амулет на груди и просунул его сквозь нагрудник доспехов. — Сердце Пустыни теперь всегда со мной, я в любой момент могу призвать армию песков. Безусловно, еще рано сдаваться!

Однозначность поступков Салидина всегда пугала Эльребу. Хотя пугало это лишь слово, которое полностью не передает тех красок и эмоций, которые испытывает дракон. Не пугала… нет поражала, изумляла, радовала, приводила в восторг и одновременно в оцепенение.

В замке Минас-Аретира оставался постоянно Харэ, он отдавал распоряжения культу и курировал их деятельность. Сама же Эльреба предпочла слиться с драконом и летать сквозь темные тучи мира Тьмы, они часто обсуждали это с драконом, каково это жить в таком состоянии? Они были едины, но при этом были и разъединены.

— Ты ведь хочешь, чтобы война закончилась? — спросил ее дракон.

— Как и ты, я не понимаю, лишь одного… после того, как война закончится, что будет тогда… что должно быть? Эльреба, скажи мне, каким образом я должна думать и мыслить? Что я должна сделать, чтобы война закончилась? Нет, чтобы все изменилось? Чтобы наши мечты с Харэ смогли воплотиться в реальность? Простить Эвергрина? Уничтожить Оскураса? Наконец, помириться с Салидином? Он один не видит, как я на самом деле пытаюсь уберечь его, и вовсе уже не злюсь на него, а просто хочу, чтобы его душа, наконец, стала сиять истинным золотым светом?

— Может в таком случае нам стоит быть с ним более искренними? Не думаешь? Салидин и ты… вы оба очень похожи.

— Кроме того, что я дракон, а он асур? Бывший полубог, получеловек?

— А ты бы никогда не подумала, что он может нас чему-то научить? Что кто-то кроме Харэ может быть тебе интересен, как личность. По-моему я улавливаю именно такую эмоциональную окраску.

— Может быть… но мои эмоции и чувства никогда не были причиной тому, как я поступаю. Дракон единственный, кто должен руководствоваться общей логикой при принятии решений, исключая внутреннее воздействие своих эмоций, разве не это всегда нас отличало? Эльреба я не могу простить Салидину его преступления только потому, что он значит для меня больше, чем все остальные. Это было бы неправильным.

— Вероятнее всего. Единственный к кому ты можешь относиться ровно так, как хочешь, и получать в ответ желаемую реакцию это Харэ. С остальными так не получится. Это очень печально. Мне грустно видеть, что ты саморазрушаешься, и возможно то, что я отделил тебя…

— Не пошло на пользу нам обоим, ты об этом? Не переживай… я не одинока. Ведь у меня есть ты и Харэ. И все-таки Эшфер будет разрушен… это неминуемо…

— Салидин должен понять… что не имеет права манипулировать нашим прошлым и при этом лелеять в себе бесплотные мечты о всевластии. Эльреба… знаешь, я хочу…

— Знаю, хочешь вновь стать единой со мной. Тогда у нас будет две формы, но только одно сознание… если ты готова к этому и уверена, что Харэ последует за тобой, так тому и быть.

— Это единственно верный путь. Путь объединения…

5.

Ни один день в Эшфере не длился так долго, как сегодняшний, и когда солнечное алое яблоко упало за горизонт, Салидин скомандовал своим войскам полную боеготовность. Гослер был назначен генерал-главнокомандующим над всеми сухопутными единицами. Синджэ — начальником штаба, главным стратегом, а также генералом воздушного кольца обороны. Сам Салидин с лично отобранными бойцами из лучшей гвардии дворца встречал бой на стенах города.

Армия теней вторглась в Эшфер с юго-востока и с севера, под предводительством всего лишь двух генералов. Рио — девушки, которая сама впустила в себя психоативную тень и сейчас осматривала пустыню черными глазами, неся в руке огромный энергетический меч Экскалибур, и юноши с черной повязкой на правом глазу. Его черный костюм и плащ-накидка закрывал левую кристаллическую руку, от которой во тьме, словно мерцающие светлячки, двигались синие электрические разряды. Рэй двигался почти бесшумно, наполовину тень, наполовину еще человек, его тень была психопассивной, но Рэй все больше чувствовал, что Кор эволюционирует и не в лучшую сторону. Армия теней была похожа на плывущий океан темных сгустков во тьме. Их было бы почти не отличить во тьме, но их выдавали бесформенные, мерцающие синим цветом глаза… Салидин как будто бы просчитал стратегию генералов теней о кольцевой атаке, оставив путь в Аиэшфер на юг, как путь к отступлению остатков своей армии вглубь кровавой пустыни. Однако в глубине души он подозревал, что его противники не так предсказуемы, и что не тронутый ими юг Эшфера возможно лишь ловушка. Все-таки туда спокойно могут вторгнуться и демоны из Бездны.

— Короли решают сражения, для начала обмениваясь невидимыми ударами, прежде чем начать атаку, гляди… Салидин, ты видишь это мерцание?

— Да, это их армия, Синджэ, как только сканеры дадут какую-туо картину об их численности и расположении, тут же передай мне.

— Они идут с двух разных сторон. Значит, все их фланги будут растянуты вокруг стены.

— Ты хочешь сказать, что они попытаются найти брешь в стене?

— Они не смогут ее преодолеть, просто перепрыгнув, она очень высока, а тени не умеют летать. Внешняя стена ко всему прочему защищена магическими заклинаниями и полноценным щитом, они будут искать способ его пробить. В стене нет врат, мы специально их не предусмотрели, когда ее строили, к тому же через каждые сто метров в стене имеется атакующая система пулеметов с Соломонов последнего поколения. Мы защищены, единственное… чего я боюсь… это… а ладно не важно, будем определяться по факту.

— В смысле, Салидин… есть что-то чего я не знаю?

— Возможно, Синджэ, тебе лучше этого и не знать. Гослер!

— Да! Что у вас там за перепалка?

— Ты видишь показания с приборов?

— Да, их много! Очень много тварей! Я никогда такого не видел, не видел такого огромного скопления врагов, ни духи Истолы, ни преты этим никогда не отличались, — Гослер как всегда был полон энтузиазма.

— Построение полукольцом! Всем наземным отрядам! Всем воздушным отрядам подъем на двадцать метров, следите за задней частью города! Их полчища разобьются по обе стороны стены. Они попытаются напасть с двух сторон!

В войне великих Королей единственное, что каждый из них должен был безукоризненно соблюдать — это правила игры. А правила игры на мировой арене диктовали весы равновесия. Салидин прекрасно знал, почему Эльреба не послала драконов сражаться, это было бы не честно. Ее сила во много раз превосходит возможности Эшфера, а значит применить она могла только одну из своих трех армий, при этом армия драконов превосходит обе других по силе, а значит примерно в сотню раз превосходит все остальные возможные силы сопротивления, кроме наверное армии Эвергрина, которая была способна сражаться на уровне с драконами. Но это не значит, что Эвергрин был сильнее, он все равно стоял на ступеньку ниже. Но все же… Салидин точно знал, Эльреба никогда и ни за что не нарушит правила равновесия, которые сама же и придумала, в истинность которых она заставила поверить всех в этой Вселенной. Поэтому она не имела права нарушать эти правила, кто угодно мог их нарушить, и попытаться найти этому оправдание, но только не она. Эльреба не пошлет драконов сражаться против Эшфера, и сама не будет биться с Салидином один на один пока их силы не сравняются, либо пока Салидин не проиграет армии теней, и тогда она будет иметь полное право уничтожить Эшфер, право победителя. Право победителя, воля Повелителя, все это были стороны одной медали, по другую сторону которой был проигравший. Поверженный, павший Король. Салидин знал эти правила. Сражайся чесно, и будь достоин награды как победитель или получи наказание и расплату, как проигравший. Только так Эльреба предпочитала вести любые военные вмешательства. Во второй версии Вселенной, она так и не вмешалась в битву великих Королей пока все не передрались друг с другом, в результате армия драконов просто уничтожила остатки миров… в тот раз она просто осталась единственным победителем, сейчас все изменилось. Она решила по максимуму вмешаться в процесс войны Хранителей и великих Королей, но она не может вмешиваться больше чем нужно и меньше чем нужно, только настолько… насколько от нее этого требуют подвижки равновесия. И в этом Салидин видел возможное спасение Эшфера. Но то чего Салидин боялся, и то о чем его воинам, в том числе Синджэ и Гослеру, было лучше всего не знать… так это, что единственный способ спасти Эшфер заключался в том, чтобы дать его разрушить.

Своей гордостью и непомерной жаждой величия царь Гильгамеш разрушил все, что у него было. Урук — город из золота, построенный в его честь, был разрушен и захвачен, а народа который любил и восхвалял Гильгамеша не стало. Все изменилось. Лилианна Холлинджер явилась к нему для того, чтобы предупредить его, что этот путь был ошибочным… однако, узнав правду, он не поменял своих взглядов и мнений и в результате поставил тележку будущего на рельсы, которые привели всю шумерскую цивилизацию к краху. И теперь Салидин был намерен поступить иначе, ведь все-таки Эльреба дала ему уже третий шанс, этим шансом нужно было воспользоваться. Иначе все, что Салидин потерял, было бы напрасным.

— Синджэ, переведите отряд валькирий Ардастана в боевой режим, мы можем защищаться до бесконечности, но я бы предпочел нанести удар первым.

— Приказ принят!

Салидин сделал первый ход. Валькирии Ардастана после войск Тэрраны были, пожалуй, самым мощным ударным отрядом, поэтому Салидин сделал на них огромную ставку. Салидин был уверен в своей победе, он хотел выиграть, но в глубине души исход развития этой битвы был ему уже ясен. Да, и Сиджей Морган подтвердила его глубокими образами из будущего. Салидин был уверен в своей победе, как Король, но как главнокомандующий он был вынужден принять тот факт, что Эшфер будет уничтожен в ходе этого сражения. И дело не в защитной стене… и дело не в том, что асуры сражаются хуже. Нет, дело было не в этом, армия Салидина была самой мобильной и боеспособной, но она была обучена и жаждала сражений. Армии Эльребы все три, пожалуй, не были обучены к сражениям, и если бы это битва была бы честной Салидин и его асуры, несомненно, победили бы. Армиями, которыми владел Повелитель Драконов, были обучены и созданы лишь с одной целью — разрушать и убивать… но Салидин верил, что сможет достучаться до рациональной части Эльребы, которая никогда не мыслила местью. Верил, что сможет доказать ей, что он сам изменился, и путь его тоже теперь был другим. Брешь в Эшферской стене пробил Рэй, когда во время песчаной бури сумел собрать достаточное количество статического электричества. Полный лунный цикл пяти лун Площади, по которому считали все время мира, длился около 380 суток. Армия теней вторглась в пределы внутреннего кольца Эшфера спустя 13 полных циклов луны.

— Пади на колени, Король асуров, и я тебя пощажу, иначе… я уничтожу Эшфер… — голос Эльребы зазвучал в голове Салидина в тот миг, когда защитная стена, выстроенная такими усилиями, рухнула.

— Я еще не проиграл. Это еще не конец, все только начинается. Я не отдам тебе Эшфер без боя. Может твои тени и сильны, кровожадны и жестоки, но они не умны, и не имеют навыков боя. Они просто монстры.

— Сдай Эшфер, и беги к Эвергрину!

— Никогда! Я больше не испугаюсь! Я больше не отступлюсь! Я докажу, что это мой путь и он правильный…

И внезапно тени остановились, заполнив собой внешний круг обороны, где уже ждали войска Салидина. Они замерли, все до одного.

6.

Гильгамеш был легендой своего народа. Королем, который, не испугавшись вида огромного войска вражеского царя, вышел к нему и таким образом защитил свой город. Царь города Киша увидев решимость Гильгамеша снял осаду города, которым правил юный Гильгамеш. Полубог получеловек, нашедший верного друга Энкиду с которым прошел через множество странствий и приключений, Гильгамеш был истинным героем. Спустившийся ради друга в подземную страну Ночи, чтобы увидеться с его духом, когда тот оставил Гильгамеша. Гильгамеш царь, искавший бессмертия среди Богов, и желавший власти и славы, которая не касалась ни одного живого существа на земле.Но мало кто из современников, восхвалявших Гильгамеша, знал о том, что одна из легенд о великом подвиге их героя, не совсем истинна и правдива. Гильгамеш, убивший дракона… сейчас не только народ сотворивший эту легенду, но и время исказило не только ее смысл, но и реальную историю стоявшую за этой легендой. Такой, какой была эта история на самом деле, ее помнили лишь двое. Двое которые начали ненавидеть друг друга настолько сильно, что огонь этой ненависти всколыхнул пространство, время и развитие будущих событий на многие тысячелетия вперед. Ненависть, обида, злоба, чувства, которые не могли не отразиться в душах обоих — Эльребы и Салидина, на тот момент, правда Лилианны Холлинджер и царя Гильгамеша.

В то мгновение, в той ситуации, в тот миг может быть, эти двое оба поступили бы иначе. Но ни один из них… ни Лилианна, осознано обладающая силой дракона, пускай и запертая в теле маленького ребенка, могла все изменить одними словами, однако она позволила Гильгамешу оступиться. Она позволила ему совершить ошибку. Царь Гильгамеш, ослепленный своим величием мог остановиться… зная, что выбор неверен, зная, что он поступает ошибочно, убивая лишь тело в которое вселилась часть души настоящего Короля драконов, но он все равно это сделал, мечтая получить его силу и власть.

— Ты предатель…

— Мы оба предатели, Лилианна. Оба. Ведь тогда ты все могла исправить. Ты могла все изменить. Но ты позволила мне оступиться, подтолкнув к Бездне. Ты предала меня не меньше, чем я тебя. Мы оба виноваты.

— Я не прощу тебя… я не милосердный Король, Салидин. Ты сменил имя, сменил расу, сменил народ, восхваляющий тебя и умирающий за тебя, я вновь дала тебе шанс стать Королем… однако ты ни капли не изменился, Гильгамеш!

— Меня зовут, Салидин Рэдгрейв!

— Но ведь и ты не имеешь права называть меня Лилианной.

— У тебя нет имени. Ты, вселяясь в людей, каждый раз берешь себе новое имя, но Эльреба это имя Короля Драконов… но ведь твое имя не Эльреба…

— Нет, Салидин, раньше… твой упрек был бы правдивым, но теперь это уже не актуально. Я и есть Эльреба. Мы навсегда соединились воедино, теперь мое сознание едино. Однако у меня по-прежнему может быть две формы. Салидин, что ты хочешь мне доказать? Что один из нас не прав?

— Нет. Мы оба не правы. Я не сдам Эшфер без боя.

— Будь, по-твоему… когда переступишь предел отчаянья и поймешь, что готов сдаться, я приду.

И тут голос Короля Драконов зазвучал уже не в голове у Салидина, а раздался будто гром, разлетаясь над всем городом.

— Рэй! Рио! Мои Хранители, я приказываю вам уничтожить армию асуров Короля Рэдгрейва! — и тени тут же сдвинулись со своих мест, и песок окрасился в красный… словно в мгновение ока началась холодная красная буря, пришедшая из Аиэшфера. Буря крови… зазвучали взрывы и выстрелы, звон клинков сражающихся с темными призраками. Каменные домики города в мгновение ока стали разрушаться… началась битва…

В ночи тени были сильнее, но и асуры, ночью используя ощущение аур, могли сражаться на пределе своих возможностей. Несомненно, это было противостояние мастерства и количества.

— Салидин!

— Что случилось, Синджэ?!

— Кто-то уничтожил практически все воздушные единицы! Я не вижу кто это! Она движется очень быстро, я никогда не видела такой эквилибристики в воздухе!

— Вылезай из машины, Синджэ! Всем кто находится в боевых машинах немедленно их покинуть! — Салидин, наконец, увидел взрывы в небе.

Тем временем его генерал Синджэ, выпрыгнув из Соломона, приземлилась на южной части внутренней стены, и подняв глазу к небу, она увидела тень девушки с огромным мечом, Синджэ успела уклониться прежде, чем лазерное лезвие с легкостью разрезало камень будто масло. Перед ней стояла девушка, облаченная в темную накидку с развевающимися краями, в длинных облегающих штанах, ее глаза были черными, а меч с широким лазерным лезвием сиял во тьме.

— Теперь понятно, кто уничтожил всю нашу воздушную оборону, ты будто сама соткана из воздуха! Кто ты такая! — Синджэ достала два боевых кинжала с удлинённой рукояткой. Она не была бойцом ближнего боя, но сейчас не приходилось выбирать.

— Генерал армии теней, Рио-Альшаль.

— Твоя аура очень странная. Ты наполовину человек, где вторая половина твоей души? И почему же ты так сильна, откуда эти трюки в воздухе, будто бы ты и правда можешь летать.

— А у тебя, похоже, есть время на разговорчики?! Ну что ж, давай поболтаем немного, прежде… чем я разрежу тебя напополам… ты ведь генерал асуров?

— Меня зовут Синджэ Тэррана, я генерал армии Короля Рэдгрейва. Это честь для меня сразиться с тобой.

— Ты спросила где вторая половина моей души? Смотри же, — накидка на девушке пошевелилась, открывая ее правую руку, по которой шел черный узор под кожей, ее глаза были черными, а накидка словно живой. Синджэ поняла, что это было… эта была тень, эту девушку наполовину пожрала тень.

— Ты симбиотический организм с живой тенью… Альшаль — это имя тени, верно? Вот, что дает тебе такое преимущество в воздухе…

— Теперь понимаешь, со всей своей силой… я быстрее тебя.

— Это еще ничего не решает, я Богиня войны и никогда не уступлю и не откажусь от поединка! Давай же, Рио… нападай…

В это время перед городом войска Гослера отчаянно сражались с темными призраками во главе с Рэем. Рэй с легкостью убивал асуров, его правая рука, как успел заметить краем глаза Гослер, излучала электрическую энергию и будто врывала тела асуров изнутри, стоило Рэю только прикоснуться к ним.

— Генерал-главнокомандующий! Нас теснят к городским стенам! — крикнул один из тех, кто сражался рядом.

— Вижу! — Гослер связался с Королем по внутренней связи, прижав руку к уху, а второй держал копье и умудрялся отбиваться им от врагов. Салидин! Нам не удержать эти позиции! Они теснят нас к входу в город!

— Я буду вас встречать! Гослер, продержитесь еще немного, я не могу найти Синджэ!

— Понял. Тогда я пока померюсь силами с тем электрическим парнягой.

— Гослер, будь осторожнее, этот парень один из Хранителей…

— Понял…

Гослер был очень ловким и сильным воином, уничтожив тени перед собой, он оказался один на один напротив Рэя. Парнишка выглядел очень молодым, но его аура просто поразила асура своей зловещей безысходностью.

— Генерал Рэй, ведь так?

— Да, так. А вы?

— Зови меня, Гослер. Я генерал-главнокомандующий этой армии. Ты сильный парень, но без второй половины души… она превратилась в тень и срослась с этой рукой… — Гослер указал на кристаллическую руку Рея с острыми когтями. Рэй поднял когти, по которым стекала кровь.

— Ты об этом? Я получил эту руку и тень к ней в придачу не по собственной воле, это было спасением, иначе я бы умер… однако Волшебник Измерения и Король Драконов спасли меня и Рио от смерти, поэтому я сражаюсь за них. И я не собираюсь отступать.

Гослер перекрутил копье в руках и закинул его за спину.

— Мой Король дал мне возможность быть тем, кем я являюсь, именно поэтому я умру за него… возможно, и у вас есть свои причины сражаться на этой войне. Но это вы вторглись на наши земли, мы всего лишь защищаемся.

Рэёй опустил голову и покачал, будто бы сожалел.

— Мне жаль, Гослер… но это наше право, как нападающих, право сильнейших.

— Сильнейших говоришь? — асур оскалился. — Это мы еще посмотрим!!!

Битва все ближе и ближе подступала к стенам дворца, а рассеянные сражения шли по всему городу, взрывы, горящие дома… энергетические пули и лучи, проносящиеся туда-сюда с огромной скоростью. Салидин пробивался к основным войскам, но сначала нужно было найти Синджэ. Он будто почувствовал, что воительнице нужна его помощь. Лезвие Дамокла покрылось темно-вязкой субстанцией, она оставалась на мече, когда Салидин уничтожал тень. В хаосе и огромном скоплении аур по всему городу он безошибочно чувствовал Синджэ, поэтому торопился, пробиваясь к южной стене дворца.

— Не умирай, Синджэ… — она не отвечала ему по внутренней связи уже три минуты.

Конечно то, что Король сражался вместе с остальными в гуще событий, явно придавало сил асурам, поэтому они сражались отчаянно, хотя и практически безнадежно. Салидин, наконец, сумел пробить себе дорогу к южной части города. Пробираясь сквозь обваливающиеся стены домов, и сражающиеся группы асуров и теней, Салидин обогнул дворец и уперся в южную стену, которая была разрушена в нескольких местах обломками взорванных в небе Соломонов.

— Синджэ! Синджэ!

И тут он замер, подняв глаза к небу, между двумя разрывами по стене стекала кровь… след от нее на стене был широким и свежим, будто бы кровью написали картину.

— Нет… — он разглядел руку, свисающую с края стены…

Лестница в сторожевой башне рядом была не разрушена, взбежав по ней, Салидин кинулся к девушке. Она была еще жива, но истекала кровью, под ней было столько крови, что она переливалась через край и стекала со стены. Посреди ее тела зияла огромная кровоточащая дыра, будто бы ее разрезали напополам. Никакая божественная регенерация асуров тут не поможет. Она умирает…

— Синджэ! — Салидин бросился к ней, и приподняв ее голову. Она издала хриплый стон, изо рта вытекла кровь.

— Салид… ин… я… не… сумела… ее… остановить… прости меня, Король…

— Синджэ! Ты не проиграла! Я… прости меня… — он прижался к ее холодному лицу. — Нет… я не хочу смотреть… как ты умираешь… Синджэ, хотя бы ты не умирай, прошу тебя…

Она выдавила улыбку, и кровь снова потекла с ее губ…

— Ты… справишься… еще ничего… не закончено… Салидин… у тебя есть Сердце Пустыни… и Нэй, которая всегда с тобой… Сердце Пустыни, оно у тебя есть… оставь город… но спаси свой народ…

— Синджэ! Не умирай! Не смей умирать! Ты ведь Богиня войны! Не умирай!

Холодными пальцами, испачканными в собственной крови, она коснулась щеки Салидина.

— Ты знаешь, что это не так… теперь и я знаю… Боги смертны… мы поте…ряли Эшфер… — и тут ее зрачки расширились, а глаза потухли, став прозрачно бледными, а не красными. Синджэ Террана умерла на руках у своего Короля. Короля, который проиграл сражение, но еще не сдался.

  • Может быть, возможно / В ста словах / StranniK9000
  • Авангардист / Чугунная лира / П. Фрагорийский (Птицелов)
  • Обряд на Кости / Тищенко Валерий
  • Дурной сон / Белка Елена
  • Чижикодятел. Комиксы / Скрипка на снегу / П. Фрагорийский (Птицелов)
  • [А]  / Другая жизнь / Кладец Александр Александрович
  • Флудилка / Лонгмоб: "Работа как вид развлечений" / Nekit Никита
  • Глава 6. Потому что со мной имя твоё / Кафе на Лесной улице / Васильев Ярослав
  • Апокалипсис / Год Дракона / Ворон Ольга
  • *** / Прошлое / Тебелева Наталия
  • Жадный дед Мороз / Новогоднее / Армант, Илинар

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль