— Мальчики, я отлучусь «по делам», — крикнула Надя, направляясь за груду
Потом идёт диалог, достаточно длинный.
Заканчивается он —
— Акей. Ладно, братец, пойду кемарить, а то у меня после этого педалирования сидя на жёрдочке жопа ещё под Джанкоем онемела, а ноги, по-моему, и во сне крутиться будут.
Боря захохотал. Полуулыбка на Сашином лице едва заметно дрогнула.
— Надька, ты идёшь?
— Да. Только сгоняю искупнусь. С самого поезда об этом мечтала.
Когда она вернулась из-за валунов? Можно считать это придиркой, но внимание акцентировано именно на то, что Надя уходит по «делам». Получается, что всё это время она сидит за валуном. И вдруг появляется тут, решая искупаться. Неаккуратно как-то.
разряжённая пустота.
Кто её разрядил? Или имеется в виду разреженная?
или вы почему-то выживите
Что-то тут напутано. Что сделаете: выживете.
На губах брата Саши надувались пузыри слюны.
Эту фразу я не понял. К чему эти висы? Почему не просто — на губах Бори?
А так — ничего. Но использовать идею с дырой во времени на такое убийство — большое расточительство.
Пакля — это такой продукт переработки льна. Можно сказать: пакля волос или волосы как пакля. Но «длинные пакли» — не по-русски. Кажется, у этого слова и вовсе множественного числа нет.
Последнее, что он увидел, был маленький череп новорожденного.
Черепа новорожденного он увидеть не мог. По двум причинам.
1. Ребёнок (скелет) выпал из чрева (скелета) матери. Он не успел родиться. Её приковали, принесли в жертву беременной.
2. Новорожденный — это тот, что родился только что. А не сто лет назад, от которого остались только кости.
Интересно бы знать… Милош так любит свою жену и маленького ребёнка. Чего он вдруг намылился освобождать древний замурованный труп? Даже если он художник, элементарный скепсис должен в действиях присутствовать?
Вот хороший рассказ. Правда, слегка не вяжется сам факт появления Смерти с её словами, что люди просто исчезают. Уж извините, или персонифицированная Смерть, или ничто после смерти.
И, конечно, это хоррор.
Автор исподволь подводит читателя к последней фразе. Кто-нибудь может себе представить, какой это ужас — Смерть с умом, опытом и эмоциями пятилетнего ребёнка?
Что скажу. Довольно забавно. Жаль, автор не определился, это таки чёрный юмор — или реальная трагедия? Также детектирую композиционный перекос: финальных обличалок уж слишком много. Это ведь не суд, чтобы все-все эпизоды? Можно было бы один, максимум два. Или даже одной попыткой уморить сноху обойтись.
Кстати, я не понял. Она так не жалела ехать — но попёрлась. Почему? Какой мотив? Захотела недвижимость? Тогда её и не сильно жалко — при всех старухиных безобразиях.
Да, с оформлением прямой речи надо что-то делать. Я так и не понял, из какой логики автор ставит там знаки препинания и строчные/прописные буквы. Ни под какую логику это не подходит.
Также неплохо бы с запятыми разобраться. Их там избыток.
1. Убирать лишние местоимения. В большинстве случаев они не нужны.
2. Убирать неопределённости — все эти «какие-то», «как будто» и прочее. Ну, что значит:
Из одного из них показался какой-то наполовину сгнивший мужчина. Он заорал неестественным голосом и пошел в сторону Стена.
Какой-то — какой? Ведь написано же — наполовину сгнивший. Зачем лишние слова? Они сбивают восприятие.
3. Почистить плеоназмы.
Из улицы он видел еще каких-то людей, заходящих в дом, но внутри никого не обнаружил — ни единой души.
Написано: внутри никого не обнаружил. Никого — это значит никого. К чему лишнее уточнение? Это получается масло масляное.
4. Почистить канцелярит:
Стен и Толкин в то время часто виделись, друг хотел оказать максимальную поддержку в трудный период. Именно поэтому он знал обо всех этих сновидениях:
— Ничего страшного, сон — это просто способ мозга проанализировать полученную информацию и выбросить из памяти ненужное, я читал об этом в одной статье. Не принимай близко к сердцу.
Не максимальную поддержку он хотел оказать. Так выражаться могут себе позволить дипломаты или чиновники, которым сказать нечего. Друг хотел его поддержать — и всё.
Трудный период — лишние слова. И так ясно, что Стен переживает трудный период. Смерть матери — серьёзное испытание. Вовсе необязательно об этом постоянно напоминать.
Далее, люди в разговоре так не выражаются. Можно ведь подобрать обычные слова? Например:
«Это нормально. Я читал, так мы переживаем прошлые события» — например. Или любым другим способом, без неуклюжих оборотов вроде «проанализировать полученную информацию».
5. Не декларировать чувства, а показывать их.
Его охватил жуткий страх.
Что с ним случилось? Похолодели руки? Застучало сердце? Ещё что-то?
И, вообще, мой совет — из опыта.
Если в предложении десять слов, его можно ужать до семи. Если в предложении пять слов, можно обойтись тремя. Не всегда, но чаще всего. Достаточно просто подумать, не сказано ли то же самое ранее. Как пример:
которые и так были на гране после утери матери — еще относительно молодой женщины, которую постигла неизлечимая болезнь.
Всё выделенное — лишнее. Почему?
Из контекста мы понимаем, что Стен молод. Значит, и мать его была относительно молодой женщиной. И это лишние слова, загромождающие текст. Далее: мы знаем уже, что Стен ухаживал за ней, она лежала в постели. Понятно, что она болела, и, раз умерла, то болела неизлечимой болезнью!
Такие процедуры следует проводить с каждым предложением, добиваясь максимального уменьшения объёма текста. Тут резоны простые: чем текст короче, чем предложения яснее. тем проще читателю. Значит, он не бросит ваш рассказ на третьей строке или втором абзаце, а дочитает до конца. Надо помнить о том, что длинные предложения плохо воспринимаются. Нам же не нужно, чтобы читатель на полпути забывал, о чём идёт речь?
Боря захохотал. Полуулыбка на Сашином лице едва заметно дрогнула.
— Надька, ты идёшь?
— Да. Только сгоняю искупнусь. С самого поезда об этом мечтала.
— Ничего страшного, сон — это просто способ мозга проанализировать полученную информацию и выбросить из памяти ненужное, я читал об этом в одной статье. Не принимай близко к сердцу.