Часть первая

Пролог

« Сны. Эти тонкие ломтики смерти. Как я их ненавижу»

Эдгар Аллан По

На протяжении трех месяцев меня преследует одно и то же сновидение, как собаки, убегающего зэка по белому снегу тайги. Кошмар. Нашпиговывает душу паническим страхом, будто тело зэка, свинец из автомата. Заставляет тело трястись, как предсмертных судорогах беглого арестанта на белом покрывале тайги. Страх.

И страх не тот, какой был, когда мы маленькими детьми, боялись темноты и страшных фильмов про психопатов и вампиров. И даже не так как когда-то боялись самого Фредди Крюгера. Трусили из-за него подходить к телевизору ночью, да и иногда днем, когда дома никого не было из взрослых. Почему то мы верили, что взрослые смогли бы защитить нас от него. Когда подойдя очень близко к экрану, из него послышится лязг металлических ногтей, а где-то вдалеке зазвучит детская считалочка. Он вытянет руки из боков телевизора. Сверху вылезет в шляпе его голова, схватит за наши маленькие головки и ударит со всей силы, об экран, а мы не сомневались, что силы у него хватит. Засыпали в своих уютных кроватках в надежде, что в сновидение не попадем к нему на старый заброшенный завод, где когда-то его сожгли разъярённые родители или в старый монастырь для душевно больных, где, когда то зачали его, или в ветхий заброшенный дом, где, когда то он жил. Но, он не приходил, так же как и мы не приходили к нему. С возрастом я стал понимать, что Крюгер никогда не заглянет ко мне в сон и не распластует меня на мелкие кусочки. Со временем страх к нему начинал развеиваться, словно прах на ветру, словно песок в песочных часах уползающий вниз, будто наши бренные тела, гниющие в земле.

Страх гнил, развеивался, уходил, но приходило понимание того, что если все-таки он трансформируется из телевизора и засунет мою голову в экран, а мой предсмертные крики разлетаться по всему этажу, взбудоражив всех жильцов. То, родители ни чем не смогли бы помочь, даже если были рядом, почему-то, кажется, они просто стояли на месте с ошарашенным взглядом и кричали на весь подъезд и только когда я был мертв, а Фредди трансформировался обратно, они подошли ко мне и ощупали пульс. И молились на то, что-бы он прощупывался. Потому-что так бы поступил я, не веря в реальность происходящего.