6 часть

В коридоре меня уже ждали. Хильда стояла, уперев руки в бока. Рядом переминался с ноги на ногу Прэн, а из кухни выглядывал Михай, делая вид, что проверяет булочки.

— Провожать пришли? — спросил я.

— А ты думал, мы тебя просто так отпустим? — Хильда покачала головой. — Ты у нас уже пять лет. Почти родной.

— Почти? — я усмехнулся. — Я думал, уже родной.

— Родной, — согласилась она. — Поэтому и переживаю. Ты там поосторожнее, Грег. Без геройства.

— Понял.

— Врёшь ведь. Ладно, иди сюда.

Она обняла меня — крепко, по-матерински, и я вдруг почувствовал, как защипало в глазах. Хильда была первой, кто встретил меня в этом мире. Она подобрала меня, раненого и растерянного, и дала кров. И теперь она же провожала меня в последний бой.

— Ты это… — Прэн шагнул вперёд. — Если что, я твою машину сберегу. Имперку то есть. Она хорошая. Жалко, если пропадёт.

— Спасибо, Прэн, — я пожал ему руку. — Это очень… по-хозяйски.

— А я тебе с собой собрал, — Михай наконец вышел из кухни, держа в руках увесистый свёрток. — Тут булочки. С корицей. И пирожки с мясом. И сыр. И фляга с чаем. На всех хватит.

— Михай, мы идём в канализацию, а не на пикник.

— В канализации тоже жрать хочется, — резонно заметил он. — Я проверял. Ну, не в канализации, но вообще. Бери давай.

Я взял свёрток. Он был ещё тёплым.

— Спасибо, Михай.

— Пожалуйста, — он вдруг всхлипнул. — Ты это… Возвращайся. У меня новый рецепт. Будешь дегустировать.

— Обязательно, — сказал я.

И сам почти поверил.

Хильда ещё раз обняла меня, быстро, по-деловому, и отступила.

— Всё, иди. Тебя люди ждут.

Я кивнул и пошёл к выходу. У двери обернулся. Они стояли втроём — Хильда, Прэн и Михай — и смотрели мне вслед. Как семья. Как дом, который я обрёл в чужом мире.

— Эй, — окликнула Хильда. — Булочки не забудь. Михай старался.

— Не забуду, — я похлопал по свёртку. — Прэн, Имперку береги. Если что — свечи зажигания я менял месяц назад, не вздумай трогать.

— Я только масло проверю, — пообещал Прэн.

— И не гони на поворотах, — добавил я.

— Это ты себе скажи, — хмыкнула Хильда.

Я усмехнулся и вышел во двор.

***

В ночь перед выходом мы собрались в штабе в последний раз. Все, кто уходил, и все, кто оставался. Во дворе ждали двадцать шесть попаданцев — тихие, сосредоточенные, с рюкзаками и оружием.

— Значит, так, — я обвёл всех взглядом. — Выходим через десять минут. Тоннель выведет нас к восточной стене форта. Ургинак отключает сигнализацию. Славик и его ребята снимают охрану. Мы с Бруно, Андрисом и Арией идём в главный зал — туда, где стоит пушка. Нико прикрывает вход. Вопросы?

Вопросов не было.

— Тогда пошли.

Во дворе было тихо. Тридцать три человека — тридцать три судьбы, тридцать три надежды на возвращение домой. Я посмотрел на Лину. Она стояла у дверей трактира, обхватив себя руками. Не плакала. Просто смотрела. Я не стал ничего говорить — мы уже всё сказали вчера ночью. Просто кивнул ей — и она кивнула в ответ.

У входа в тоннель нас ждал Ургинак.

— Тоннель чист, — сообщил его безэмоциональный голос. — Решётки нет. Крыс тоже.

— Отлично, — кивнул я. — Тогда вперёд.

И мы вошли в темноту.

У входа в тоннель нас ждал Ургинак.

— Тоннель чист, — сообщил его безэмоциональный голос. — Решётки нет. Крыс тоже.

— Отлично, — кивнул я. — Тогда вперёд.

И мы вошли в темноту.

Шли долго — тридцать три человека, растянувшиеся цепочкой на десятки метров. Тоннель под проливом оказался длиннее, чем мы рассчитывали, — узкий, полузатопленный, с низким сводом, о который то и дело кто-то бился головой. Зелёный свет диодных фонариков выхватывал из темноты ржавые трубы и осыпающуюся кирпичную кладку. Где-то капала вода. Где-то шуршали невидимые обитатели. Ария несколько раз спотыкалась и тихо ругалась себе под нос. Славик шёл молча, как танк. Я замыкал первую группу, Ургинак координировал движение по комму.

Через полтора часа тоннель пошёл вверх и упёрся в старую чугунную трубу — ту самую, которую нашёл дрон. Мы сгруппировались у входа.

— Значит так, — я обернулся к остальным. — Труба узкая. Все тридцать три человека в ней не поместятся. Вперёд идут Славик, Бруно, Ария и я. Проверим, что там, и дадим сигнал. Остальные ждут здесь. Ургинак — на связи.

— Почему Ария? — спросил кто-то из толпы.

— Я сама вызвалась, — она шагнула вперёд. — И вообще — я самая мелкая. Пролезу там, где Славик застрянет.

Славик хмыкнул.

— Логично, — признал он. — А стрелять она всё равно не умеет, так что патроны сэкономит.

— Я умею! — возмутилась Ария.

— В крысу с пяти шагов — не считается.

— Хватит, — я поднял руку. — Ария идёт. Если что — прикроем.

«А если не прикроем — потеря будет меньше», — мелькнула мысль, и я тут же устыдился её. Но вслух ничего не сказал.

Нико кивнул, Андрис поправил лямку рюкзака. Основная группа начала рассаживаться вдоль стен тоннеля, а мы вчетвером полезли в трубу. Ещё минут двадцать — и труба кончилась.

Мы вылезли в подземелье. Повсюду на стенах висела склизкая плесень, местами перемежающаяся фосфоресцирующим красным мхом, что придавало всему жутковатый вид. Славик снял маску, чтобы осмотреться, но тут же его вывернуло. Как объяснил он жестами, воняло хуже, чем в канализации, поэтому мы не стали снимать гидрокостюмы и маски.

Основная группа — двадцать шесть человек — осталась ждать в тоннеле, как и договаривались. Они должны были выдвинуться через полчаса после нас, когда мы проверим маршрут. Сейчас с нами шли только свои: Славик, Бруно, Ария и я. Ургинак координировал по связи, Нико, Андрис и остальные бойцы Славика ждали сигнала.

Выстроившись в цепочку, мы двинулись вперёд по заранее намеченному Ургинаком маршруту. Первым шёл Славик, за ним Бруно, Ария и замыкающим — я. Идти было тяжело. Гидрокостюмы, не рассчитанные на длительное движение по суше, сковывали движения, поэтому то и дело кто-нибудь оскальзывался и падал. Постепенно коридор становился суше, пропала слизь и идти стало легче, но и светящийся мох перестал попадаться, поэтому нам пришлось включить диодные фонарики с зелёным светом.

Мы подошли к пересечению нескольких коридоров, которые в центре образовывали небольшую площадку. Славик поднял руку и снял маску, прислушиваясь. Мы остановились и замерли, ожидая команды.

— Чисто, — наконец выдохнул он. — Можно передохнуть.

Мы сразу сняли маски. Воздух здесь был спёртым, но после канализации казался почти свежим. Я глянул на часы: половина первого. До смены караула ещё полтора часа. Успевали.

— Что дальше? — спросила Ария.

— Тише! — шикнул на неё Бруно.

— Так ведь нет никого, — возразила Ария.

— Хватит болтать, — отрезал Славик. — Сейчас идём по тому коридору и поднимаемся на первый уровень. Вылезем через люк в техническом помещении. Там не должно быть людей.

— Оружие проверьте, — напомнил я товарищам. — Мало ли что.

Оружием нас снабдил Шарим. Лазерные пистолеты устаревшей модели были списаны, но ещё работали. Составив акт об уничтожении, Шарим отдал их нашей компании. А Ургинак снабдил всякими техническими штучками, типа бомбочек со слезоточивым газом в виде зажигалки и электрошокеров в виде авторучек. Ножи, типа земных армейских, раздобыл Славик по своим каналам.

— Уже, — Бруно помахал лазерным пистолетом.

— Помните, у нас есть всего один шанс, — Славик сурово посмотрел на Арию.

— Я хочу домой! Что я сама себе враг, что ли? — буркнула Ария.

— В том же порядке и очень тихо, — скомандовал Славик и двинулся вперёд.

Моё сердце колотилось, нервы были на пределе. Вот он, наш шанс! Столько лет ушло, чтобы найти возможность вернуться домой! Осталось самое сложное — пробиться к генератору и…

Впереди послышалась возня.

— Крысы! — крикнул Славик и смачно выругался. — Прижмитесь к стенам!

Как только я толкнул Арию к стене и сам встал рядом, на нас бросились огромные, величиной с бульдога, мутанты, похожие на крыс. Ария завизжала и начала палить лазером прямо перед собой во всех подряд.

— Не во всех, дура! — рявкнул Славик. — Ты мне чуть ногу не отстрелила!

— Я не дура! Я волнуюсь!

Я отпихнул одного, который явно собирался впиться своими огромными зубами в два ряда в мою ногу, и выстрелил ему в голову. Со всех сторон летели брызги грязно-бурой жидкости, стоял жуткий писк, почти на ультразвуке, слышались удары, грязная ругань Славика, а коридор пересекали трассирующие лучи лазера.

Жуткий крик отвлёк меня от боя. На Бруно накинулось сразу несколько мутантов и завалили его на пол. Я кинулся на помощь, отстреливая крыс сверху и откидывая ногами их трупы, пока не увидел окровавленного Бруно без сознания. Одна уродина умудрилась откусить ему правую кисть вместе с пистолетом. Нужно было срочно остановить кровь, иначе Бруно не выжил бы.

— Славик, подстрахуй! — крикнул я за спину, достал аптечку и принялся обрабатывать рану.

Пока я продезинфицировал и обработал края наноклеем, возня за моей спиной утихла. Ария присела на корточки рядом с Бруно.

— Как он?

— Жить будет, — констатировал я. — А вот рука…

— Ничего, и с одной рукой живут, — философски заметил Славик, сползая по стене рядом с нами и утирая лицо рукавом гидрокостюма, что, впрочем, мало помогло, только размазав бурую кровь мутантов по лицу. Я протянул ему бутыль с водой, чтобы умыться, и посмотрел на Арию.

— Надо приводить его в чувтва и двигаться дальше, — недовольно скривила рот Ария.

— Погоди, — буркнул Славик. — Пусть оклемается. И ствол надо бы вернуть.…

— С тобой всё в порядке? — я внимательно осмотрел девушку.

— Да, — отмахнулась она. — Только ноги замёрзли. И гидрокостюм этот воняет. И вообще — долго ещё?

— Ария, — я посмотрел на неё тем самым взглядом, которым смотрел на особо бесячих пациентов. — Бруно только что откусили руку. Ты чуть не подстрелила своего же. Дай нам пять минут. Просто. Пять минут.

— Ладно, — буркнула она и отвернулась.

— Полагаю, на первом уровне таких сюрпризов не будет, — вслух рассуждал Славик. — Бруно сможет двигаться?

— Я его хорошо обезболил, в ближайшие часы он руку вообще не почувствует, но идти сам он не сможет. Славик, тебе придётся его тащить.

— Дотащу, — кивнул он. — Не впервой.

— Подожди, — я остановил его и кивнул на труп мутанта. — Ты что-то хотел сделать?

— Ага, — Славик направился к туше.

— Ты что, серьёзно решил доставать из этого пистолет? — ужаснулась Ария.

— А что ты предлагаешь? Оружие лишним не бывает. Кто знает, что нас ждёт дальше, — Славик решительно перевернул тушку крысы брюхом кверху и всадил в него нож. Как истинный сибиряк, Славик расправился с тушей в считанные минуты. Благо пистолет был не лазерный, а старый добрый пороховой — один из тех, что Шарим списал под шумок. Потом, не найдя ничего лучше, сорвал с шеи свой любимый шейный платок, смочил его водой и обтёр пистолет от крови и потрохов мутанта.

— Фу, Славик, — скривилась Ария. — Ты что, теперь с этим ходить будешь? От него же воняет!

— Зато стреляет, — он сунул пистолет за пояс. — Ладно, пора. Приводи в чувство бедолагу и выдвигаемся.

Я нажал точку Жэнь-Чжун под носом, и Бруно открыл глаза.

— Что случилось? — первым делом спросил он, оглядевшись по сторонам.

— Ты потерял пистолет, — небрежно обронила Ария.

— Ария! — рыкнул я на неё. — Имей совесть!

Бруно посмотрел на обмотанную бинтами руку и начал задыхаться — явно началась паническая атака. Я быстро поднёс к его носу пузырёк с эфирным маслом аругезии, мощным релаксантом. Бруно начал дышать медленнее и постепенно успокоился.

— Успокойся, Бруно, — тихо сказал я. — Могло быть хуже. Ты жив. Это главное. Остальное — потом.

— Да, я понимаю, — Бруно закрыл глаза и опустил голову.

— Да сколько можно! — зашипела Ария. — Ты что, маленький? Вставай, давай, пошли уже!

— Ари, — я укоризненно посмотрел на девушку. — Имей терпение. Скоро всё решится.

— Вот именно! — разгорячилась Ария. — Давайте уже! Идём! Осталось чуть-чуть!

— Не стоит торопиться, чтобы не наделать ошибок, — сказал Славик и помог подняться Бруно на ноги, вернее, подхватил его под мышки. — Всё, я его беру. Дальше идём так: я первый, за мной Ария, за ней Грег — прикрывает. Бруно пока на мне.

— Хорошо, — кивнул я, и мы двинулись дальше к лестнице, ведущей на первый уровень.

Первый уровень прошли довольно спокойно. Дежурное освещение под довольно низким потолком давало небольшое представление о помещении, в котором мы оказались. Это было что-то типа склада ненужных вещей: огромные приборы, закрытые чехлами, сломанные стулья, ящики, заполненные деталями, слегка потрёпанный диван. В углу мы нашли шкаф-купе с различными комбинезонами, видимо, устаревшей модели.

— Отлично! — первая среагировала Ария. — Пора сменить эту провонявшую хрень на что-нибудь поприличнее. — И, нырнув внутрь, начала перерывать комбинезоны, висевшие на вешалках.

— Я нашёл туалет, — подошёл к нам Славик, усаживая Бруно на диван. — Надо Бруно умыться, и мы поможем ему переодеться. Ария, найди что-нибудь для Бруно!

— Ладно, — буркнула она, выглянув из-под вороха тряпок.

Бруно едва держался на ногах, даже сидя. То, что он не чувствовал боли, не значило, что организм не находился в огромном стрессе. Я обхватил его за талию, перекинул его левую руку себе на плечо и повёл в сторону душевой. Через минуту нас догнал Славик с ворохом комбинезонов.

— Зачем так много? — удивился я.

Слышь, доктор? А вытираться чем? — Славик кивнул на мокрый пол душевой.

— Там вода только холодная, — предупредил я.

— Напугал сибиряка холодной водой, — хмыкнул Славик. — Ладно, давай его сюда. Мы усадили Бруно на лавку у стенки. Я быстро стащил с себя гидрокостюм и пошёл в душ.

— Славик, присмотри за ним — я быстро, — бросил я на ходу.

— Ок, иди, я пока помогу Бруно раздеться.

Очень быстро сполоснувшись холодной водой, я нашёл какой-то комбез огромного размера, который вполне сошёл за полотенце. Наспех вытеревшись, влез в синий комбинезон и поспешил на помощь Бруно.

— Славик, иди ополоснись, — тронул я товарища за плечо.

— Ща, — он стянул гидрокостюм и скрылся за дверью душевой.

— Грег, что же мне так плохо? А? — Бруно жалобно посмотрел на меня. Гидрокостюм с него уже сняли, просто разрезав, где возможно, чтобы не побеспокоить «пациента». Бруно мелко трясло, кожа покрылась мурашками. Левой рукой он пытался утереть слезу, предательски текущую из правого глаза.

— А что же ты хочешь, — тихим успокаивающим голосом, тем, которым я ввожу пациентов в транс, заговорил я. — Организм твой сейчас испытывает огромный стресс. Ты, вроде как после операции, должен сейчас лежать в палате, на белых простынях, в окружении прелестных медсестёр. Тебе бы принесли куриный бульончик для поддержания сил. Потом пришёл бы усатый герр доктор и важно начал бы сыпать незнакомыми терминами, чтоб придать себе солидности…

Бруно немного успокоился. Я, заговаривая ему зубы всякой ерундой, которая лезла в голову, параллельно быстро протирал его тело сначала влажной тряпкой, оторванной от очередного комбеза, затем специальным питательным и согревающим раствором, разработанным лично мной из местных трав. Затем я дал ему выпить лекарство, типа антибиотика, чтобы избежать заражения. Не уверен, что мне удалось хорошо продезинфицировать культю в тех условиях.

— Грег, ты думаешь, у нас получится? — Бруно с надеждой посмотрел на меня.

«Господи, — думал я, — меня бы самого кто успокоил. Как я могу быть в чём-то уверен? Что я могу сказать этому мальчику? Я не уверен, что мы все вообще сможем выжить! Сможем ли запустить генератор? Правильно ли рассчитал настройки Ургинак? Как пройдёт переход? В каком месте Земли мы окажемся в результате? Это не говоря уже о том, что нам нужно пробиться сквозь охрану, а там её, думаю, немало…»

— Честно? Не знаю, — я строго посмотрел на парня. — Но мы постараемся сделать всё возможное. И ты нам в этом поможешь.

— Смотри, Грег, что от меня осталось, — Бруно приподнял левой рукой правую, потом отпустил, и правая рука безвольно упала.

— Девяносто девять процентов, — решительно сказал я и протянул Бруно шоколадку. — Поешь, тебе понадобятся силы.

— Ну что, — мокрый Славик вынырнул из душевой, — я быстро одеваюсь и помогаю одеть нашего младенца.

— Не смешно, — обиделся Бруно.

— А кто смеётся? — Славик споро натянул комбез, выбрал поменьше размером, тёмно-серый, и направился к нам.

Вдвоём мы одели Бруно в комбинезон, Славик подхватил парня за талию, и мы двинулись за Арией.

— А ты не хочешь умыться, Ари? — я подошёл к девушке и протянул ей шоколадку.

— А там тёплая вода есть? — она выхватила шоколадку из моих рук и принялась жадно грызть.

— Откуда? — возмутился Славик. — Скажи спасибо, что вообще вода есть. А то бы так и ходили обмазанные кровью мутантов и присыпанные пылью веков.

— Ладно, пойду лицо ополосну, — скривилась Ария, облизывая фантик от подтаявшей шоколадки.

Часы показывали начало второго. До смены караула оставался час. Я посмотрел на Бруно — он сидел на диване, привалившись к подлокотнику, и смотрел в одну точку. Славик проверял оружие. Ария ушла в душевую. Я достал коммуникатор и набрал Ургинака.

— Мы на первом уровне. Крысы зачищены. Можно вести основную группу.

— Принято, — безэмоционально ответил прибор. — Выдвигаемся. Будем через двадцать минут.

— Как там у вас?

— Тихо. Нико нашёл на стене какие-то старые надписи. Пытается прочесть. Говорит, это может быть план эвакуации.

— Пусть читает. Нам любая информация пригодится.

— И ещё. Андрис передал, чтобы вы там не вздумали есть крыс. Он сказал, что приготовит нормальный ужин, когда всё закончится.

Я усмехнулся.

— Передай Андрису, что мы постараемся.

— Передам. Конец связи.

Я убрал коммуникатор. Славик сидел на корточках у стены и методично протирал трофейный пистолет. Бруно полулежал на диване, прикрыв глаза.

— Как рука? — спросил я.

— Не болит, — ответил он, не открывая глаз. — И это хуже всего. Я её не чувствую. Как будто её уже нет.

— Она есть. Просто пока спит.

— Как медведь в берлоге?

— Типа того.

Бруно слабо усмехнулся. Я сел рядом и привалился спиной к дивану. Часы показывали без четверти два. До смены караула — час и пятнадцать минут. Основная группа подойдёт через двадцать минут. Успевали.

Из душевой вышла Ария — мокрая, в новом комбинезоне на два размера больше, с полотенцем на голове. Выглядела она почти счастливой.

— Вода ледяная, но жить можно, — сообщила она. — Кто следующий?

— Никто, — ответил Славик. — Мы уже помылись, пока ты плескалась.

— Я не плескалась. Я приводила себя в порядок.

— Полчаса?

— А что такого? Я девушка. Мне нужно время.

— В бою у тебя не будет времени, — заметил я. — Привыкай.

— В бою я буду стрелять, а не причёсываться.

— Стрелять ты тоже не очень, — буркнул Славик.

— Я попала в крысу!

— В какую? В ту, что бежала слева, или в ту, что справа?

— В ту, что прямо!

— Прямо был я! — возмутился Славик. — Ты мне чуть ногу не отстрелила!

— Я же извинилась!

— Ты сказала «ой».

— Ну, «ой» — это тоже извинение!

— Так, хватит, — я поднял руку. — Оба. Сейчас подойдут остальные, и мы выдвигаемся. До генератора — два уровня. Там охрана, сигнализация и, возможно, Челинг собственной персоной. Вопросы?

— А можно я пойду первой? — спросила Ария.

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты чуть не подстрелила Славика. Первым пойдёт он. Ты — за ним. Я замыкаю. Бруно остаётся здесь — с основной группой. И не спорь, — я посмотрел на Бруно, который уже открыл рот. — Ты ранен. От тебя будет больше пользы, если ты организуешь оборону здесь.

Бруно закрыл рот и кивнул. Кажется, он и сам понимал, что с одной рукой в бой не ходят.

В коридоре послышались шаги. Первым появился Нико — с неизменным хвостом, перепачканным в паутине. За ним — Андрис с ящиком какого-то оборудования. Потом потянулись остальные — двадцать шесть человек, тихие, сосредоточенные, с оружием наготове. Последним вошёл Ургинак. Его дрон бесшумно парил над плечом.

— Все на месте, — доложил он. — Потерь нет.

— Отлично, — я обвёл всех взглядом. — Располагайтесь. У нас час до смены караула.  Бруно остаётся здесь. С одной рукой он не боец. Вместо него пойдёт кто-то из ваших. Нужен доброволец. Крепкий, желательно — с опытом.

Из толпы вышел коренастый мужик лет сорока. Короткая стрижка, сломанный нос, спокойные серые глаза. Я видел его раньше — он был одним из тех, кто пришёл со Славиком.

— Я пойду, — сказал он. — Витёк. Служил. Оружие знаю.

Славик одобрительно кивнул.

— Годится. Идёшь за Грегом. Прикрываешь.

— Понял.

Я протянул Витьку запасной лазерный пистолет — тот, что остался от Бруно.

— Держи. Пригодится.

Он взял оружие, проверил заряд, щёлкнул предохранителем — уверенно, без суеты. Кажется, нам повезло.

— Тогда вперёд, — я повернулся к лестнице. — Славик, Ария, Витёк — за мной.

И мы двинулись наверх.

Лестница была узкой, с высокими ступенями. Поднимались медленно, стараясь не шуметь. Славик шёл первым, прижимаясь к стене, за ним Ария, потом Витёк, я замыкал.

Наверху Славик замер и поднял кулак.

— Люк, — прошептал он. — Закрыт. Но не заперт.

— Охрана? — так же шёпотом спросил я.

— Не слышно. Но это ничего не значит.

Он упёрся плечом в крышку люка и медленно, миллиметр за миллиметром, приподнял её. В щель хлынул тусклый жёлтый свет. Славик прислушался, потом поднял люк ещё на пару дюймов и осмотрелся.

— Чисто, — выдохнул он. — Технический коридор. Как на карте.

Мы выбрались один за другим. Коридор был длинным, с низким потолком и тусклыми лампами дежурного освещения. Где-то впереди гудели генераторы — низкий, вибрирующий звук, от которого закладывало уши.

— Нам туда, — я сверился с коммуникатором. — Генераторная в конце коридора, за двойными дверями. По плану Ургинака, там должен быть пост охраны. Один человек.

— Один — это не страшно, — Славик достал нож. — Я сниму.

— Без шума, — напомнил я.

— Обижаешь.

— Я прикрою, — Витёк шагнул вперёд. — Если что — помогу.

— Не надо. Один справлюсь. Ждите здесь.

Славик двинулся вперёд — бесшумно, как большой кот, каким-то чудом умудряясь не задевать стены. Мы ждали у люка. Витёк стоял рядом, привалившись к стене, и дышал ровно, спокойно — как человек, который уже бывал в переделках. Ария молчала, но я видел, как она нервно теребит край комбинезона. Прошла минута, другая. Потом впереди что-то коротко хрустнуло, и наступила тишина.

— Готово, — раздался голос Славика из коммуникатора. — Подходите.

Мы двинулись по коридору. Охранник лежал на полу у дверей генераторной — живой, но без сознания. Славик уже пристегнул его наручниками к трубе.

— Смена караула через сорок минут, — сказал он. — Тогда его хватятся.

— Значит, у нас сорок минут, — я посмотрел на дверь. — Генератор за ней?

— Да. И ещё кое-что.

Славик кивнул на дверь. К ней была прилеплена карточка с логотипом НАТЕ и надписью от руки: «Внимание! Перед входом сдать все электронные приборы. Включён электромагнитный контур».

— Вот чёрт, — пробормотал я. — Это значит, что внутри не работают лазерные пистолеты.

— И коммуникаторы, — добавил Витёк. — Связи снаружи не будет.

— И что делать? — спросила Ария.

— Идти вперёд, — я проверил нож. — У нас ещё есть это. И гранаты со слезоточивым газом. И электрошокер.

— И трофей, — Славик похлопал по поясу. — Он не лазерный. Этому контуру пофиг.

— Значит, ты идёшь первым. Витёк — прикрывает. Ария — за мной. Держись позади и не высовывайся без команды.

— Я помню, — она вздёрнула подбородок.

— Тогда вперёд.

Славик толкнул дверь, и мы вошли в генераторную.

Генераторная оказалась огромной. Высокий сводчатый потолок терялся в полумраке, а всё пространство занимала установка — та самая пушка Теслы. Металлические кольца, вложенные друг в друга под немыслимыми углами, медленно вращались, и между ними пробегали голубоватые разряды. В воздухе пахло озоном.

— Ни хрена себе, — выдохнул Славик.

— Это оно? — шёпотом спросила Ария.

— Да. Пульт у дальней стены. Там ключ-активатор.

— Ургинак, — я нажал коммуникатор, — поднимай всех. Портал можем держать открытым, только пока работает генератор. Сколько — не знаю. Пусть будут наготове.

— Принято, — отозвался безэмоциональный голос. — Выдвигаемся. Я остаюсь на связи.

Мы двинулись вперёд. И тут из-за пульта поднялась фигура. Челинг.

— А вот и наши гости. Я ждал вас. Проходите, проходите.

— Ты знал, что мы придём?

— Голубчик, когда ты сбежал из лаборатории, я сразу понял: этот вернётся. Пять лет — и ты здесь. Похвальное упорство. — Он поднял руку. — Охрана!

Из боковых дверей высыпали люди в чёрных комбезах — человек пятнадцать, с лазерными винтовками и щитами. Славик открыл огонь из трофейного пистолета, Витёк прикрыл его слева. Мы с Арией рванули к пульту.

Сзади уже слышались шаги — основная группа входила в зал. Двадцать шесть человек, растянувшиеся цепочкой, начали вливаться в генераторную. И почти сразу напоролись на огонь. Охрана перегруппировалась и ударила с фланга. Кто-то упал сразу — пуля попала в голову. Кто-то закричал и рухнул, зажимая рану. Славик матерился, пытаясь прикрыть людей, но его самого теснили к стене.

Я увидел Бруно — он шёл с основной группой, бледный, с забинтованной культёй. Когда началась стрельба, он не отступил. Прижался к стене, вскинул пистолет левой рукой и выстрелил. Охранник, заходивший с фланга, рухнул.

— Правой нет, — сказал он, поймав мой взгляд. — Приходится левой. Ничего, научусь.

— Ты как вообще? — крикнул я, уклоняясь от выстрела.

— Жить буду!

Он двинулся вдоль стены, помогая раненым отползать к выходу. Не геройствовал — просто делал, что мог.

Из тоннеля подтянулись ещё трое — из тех, кто ещё мог держать оружие. Вместе со Славиком и Бруно они начали оттеснять охрану к дальней стене. Но потери росли. Ещё двое упали. Ещё один отползал к выходу, волоча перебитую ногу.

Мы с Арией добежали до пульта. Челинг ждал нас, и в его руке был маленький пистолет.

— Не двигайся, голубчик.

Ария бросилась на него. Просто кинулась, как кошка на крысу. Сбила с ног, вцепилась в руку с пистолетом. Они рухнули прямо на пульт, задев какой-то рычаг. Установка взвыла, кольца дёрнулись, и голубой разряд — толстый, как ствол дерева, ослепительный, как молния — сорвался с внешнего кольца и ударил прямо в дерущихся. Ослепительная вспышка накрыла обоих — ни крика, ни тени, только белое пламя, в котором исчезли разом и бесячая девчонка, и самодовольный ублюдок.

Вспышка погасла. На полу дымилось оплавленное пятно. От Челинга остался только ботинок. От Арии — ничего.

Славик, отбиваясь от последнего охранника, бросил взгляд через плечо:

— Ну… теперь её точно никто не забудет.

— Она бы оценила, — я невольно усмехнулся.

— Да. Сказала бы что-нибудь типа: «Вот видите, а вы не верили».

— И добавила бы: «А чашка у меня фамильная осталась в трактире. Проследите, чтобы не разбили».

Славик хмыкнул. Мы ещё секунду постояли над пятном, потом он хлопнул меня по плечу:

— Запускай генератор. Хватит сантиментов.

Мы вдвоём повернули активатор. Кольца загудели громче, разряды слились в сплошную стену света, и в центре установки открылась серебристая воронка. Портал.

— Все к порталу! — заорал Славик. — Раненых — вперёд! Живо!

Люди побежали. Кто сам, кого тащили под руки. Нико ушёл первым, Андрис — за ним. Витёк, прижимая простреленное плечо, шагнул в портал. За ним — остальные. Двадцать один человек из тридцати трёх.

Славик обернулся ко мне:

— Грег! Давай!

Я стоял у пульта.

— Уходите. Я остаюсь.

— Ты охренел?!

— Кто-то должен уничтожить установку. Иначе они построят новую. Уходи. Это приказ.

Славик выругался — длинно и грязно. Потом шагнул в портал. Я остался. Бруно тоже.

— А ты чего? — спросил я.

— Я без руки, — он пожал плечами. — Кому я там нужен? А здесь… здесь я уже свой. Привык.

Я хотел возразить, но Бруно уже подошёл к пульту и встал рядом.

Портал закрылся. Я открыл защитную панель, разбил стекло и нажал красную кнопку. Экран мигнул: «Подтвердите команду». Я нажал ещё раз.

«Команда принята. Самоуничтожение через три минуты».

— Уходим, — я дёрнул Бруно за плечо. — Бегом!

Мы побежали. За спиной гудела установка, отсчитывая последние секунды. Мы неслись по коридору к люку, скатились по лестнице на первый уровень. В подсобке, где мы переодевались, я схватил два гидрокостюма.

— Давай руку. Левую.

Бруно послушно вытянул руку. Я натянул на него костюм, застегнул магнитные замки, проверил маску. Потом натянул свой. Время уходило.

— Сколько там ещё? — спросил Бруно.

— Не знаю. Лучше не проверять.

Мы нырнули в люк и побежали через тоннель. Где-то позади грохнуло. Стены содрогнулись, с потолка посыпалась каменная крошка. Мы бежали, не оборачиваясь. Труба. Ещё один тоннель. Ещё одна труба. Я потерял счёт времени.

Когда мы наконец выбрались на берег, небо уже светлело. Над островом Кер-Нор поднимался столб чёрного дыма. Форт пылал. Пушка Теслы перестала существовать.

Я стянул маску и вдохнул холодный утренний воздух. Бруно сел прямо на землю и закрыл глаза.

— Идти сможешь? — спросил я.

— Смогу. Только дай минуту.

— У нас теперь сколько угодно минут.

Я достал коммуникатор. Связь ожила — электромагнитный контур остался далеко позади.

— Ургинак, мы на берегу. Возвращаемся.

— Принято, — отозвался безэмоциональный голос. — Хильда уже печёт пироги. Ждём.

Я помог Бруно подняться, и мы двинулись в сторону города. Впереди ждал трактир. Ждала Хильда. Ждал Руфи, который потребует отчёта и новую жёрдочку. Ждал Ургинак. Ждал Михай с булочками. Ждал Прэн. И ждала Лина. Я шёл домой.

ЭПИЛОГ

з подвала вышел Бруно. Он осваивал новый протез — Ургинак собрал его из списанных деталей и гордо назвал «Модель Один». Протез пока не гнулся в локте и жутко скрипел, но Бруно уже научился держать им чашку.

— Кофе? — спросил я.

— Да. И передай Ургинаку, что скрип меня бесит.

— Он говорит, что это временно. К вечеру починит.

Бруно сел рядом, осторожно поставил чашку на стол. Скрипнул протезом и поморщился.

— Знаешь, я тут подумал, — сказал он. — В городе открывается информационное агентство. Им нужен аналитик со знанием языков. Хочу попробовать.

— Иди, — кивнул я. — У тебя получится.

— Надоело сидеть в подвале, — он покосился на протез. — Да и Ургинак сказал, что если я не перестану его отвлекать, он запрёт меня в аквариуме.

— Он может, — согласился я.

— Я знаю. Поэтому иду работать.

Лина обернулась и улыбнулась:

— Из тебя выйдет хороший аналитик. Ты въедливый.

— Это комплимент?

— Конечно.

Бруно хмыкнул и отхлебнул кофе. Протез снова скрипнул, но он уже не обратил внимания.

Я смотрел, как Лина развешивает бельё, как Бруно осторожно ставит чашку на стол, как Руфи просыпается и возмущённо требует завтрак. Новые попаданцы больше не появлялись — пушка Теслы была уничтожена, а вместе с ней и аномалии, которые она создавала. Те, кто остался в этом мире, остались навсегда. И, кажется, никто из нас об этом не жалел.