Медведи и рыбы

Руки костра

круг обводят,

шаман бьёт,

бьёт в бубен,

идёт быстрее,

расширяя круги,

сужая,

рисуя на черно-красном снегу спираль.

Медведи тоскливыми голосами

выпевают а-о-ыу.

Подо льдом

рыба бьётся, задыхается,

смотрит выпученными глазами,

приникает, распластав плавники,

к стеклянной преграде.

Рыба выбирается,

прорастает

двуликим деревом огня и воды.

Ходит в черной реке,

с которой на землю сыплется

колючий мелкий снег.

Раздваиваясь, множится.

Медведи

воздевают лапы к небесным рыбам,

голубые искры пробегают по меху.

Стук бубна, ужимки шамана.

Отступаю за пределы круга,

мотаю головой,

стряхивая навязчивый морок.

И мир становится очевидным, почти монохромным,

теряет дополнительное измерение.

Голова ясна.

Я ухожу, и снег скрипит,

и костёр превращается в маленький язычок,

которому не одолеть эту ночь.

… Поскальзываюсь, падаю,

приложившись локтем, скулой...

больно...

Замираю и слышу —

что-то бьётся, стучит подо льдом...