У него было энергичное, оригинальное лицо, тонкий нос и какие— то особенные, странной формы ноздри; надменный высокий лоб, и волосы, скудно и в то же время густыми клоками росшие около висков; очень густые, почти сходившиеся на лбу брови. Рот, насколько я мог разглядеть под тяжелыми усами, был решительный, даже жестокий на вид с необыкновенно острыми белыми зубами, выступавшими между губами, яркая окраска которых поражала своей жизненностью у человека его лет. Но сильнее всего поражала необыкновенная бледность лица.
До сих пор мне удалось заметить издали только тыльную сторону его рук, когда он держал их на коленях; при свете горящего камина они производили впечатление белых и тонких; но, увидев их теперь вблизи, ладонями кверху, я заметил, что они были грубы, мясисты, с короткими толстыми пальцами. Особенно странно было то, что в центре ладони росли волосы. Ногти были длинные и тонкие, с заостренными концами. Когда граф наклонился ко мне и его рука дотронулась до меня, я не мог удержаться от содрогания. Возможно, его дыхание было тлетворным, потому что мною овладело какое—то ужасное чувство тошноты, которого я никак не мог скрыть. Граф, очевидно, заметил это, так как сейчас же отодвинулся; и с какой—то угрюмой улыбкой опять сел на свое прежнее место у камина. Мы оба молчали некоторое время, и когда я посмотрел в окно, то увидел первый проблеск наступающего рассвета.
Ну, попробуем что-нибудь совсем уж легкое и очевидное, а то моего Жюльена Сорреля в прошлый раз не угадали))
В дверь ударили с такой силой, что она слетела с петель и с оглушительным треском приземлилась посреди комнаты.
В дверном проеме стоял великан. Его лицо скрывалось за длинными спутанными прядями волос и огромной клочковатой бородой, но зато были видны его глаза, маленькие и блестящие, как черные жуки.
Великан протиснулся в хижину и пригнулся, но голова его все равно касалась потолка — уж слишком он был велик. Он наклонился, поднял дверь и легко поставил ее на место. Грохот урагана, доносившийся снаружи, сразу стал потише. Великан повернулся и внимательно оглядел всех, кто был в хижине.
Великан запустил руку во внутренний карман черной куртки и извлек оттуда немного помятую коробку. (Имя) взял ее дрожащими от волнения руками и поспешно открыл, хотя пальцы плохо слушались его. Внутри был большой липкий шоколадный торт, на котором зеленым кремом было написано: «С днем рождения, (имя)!»
— Ну так чего там с чаем? — спросил он, потирая руки. — Я… э-э… и от чего-нибудь покрепче не отказался бы, если… э-э… у вас есть.
Взгляд великана упал на пустой камин, в котором тоскливо лежали сморщенные пакетики из-под чипсов. Великан презрительно фыркнул и нагнулся над камином — никто не видел, что он там делает, но когда через секунду великан отодвинулся, в камине полыхал яркий огонь.
Да, когда он после неё сыграл в Пиратах 20 века возмущенная общественность буквально набросилась на него. «ФИ! Как можно! После Жюльена-нашего-все-Сореля и такое низкосортное кино!!! Фи! ФИ! ФИ!»)
А я стоически вытерпела и даже удовольствие умудрилась получить и юноша этот крепко врезался в память) Почему именно он первым на ум пришел — не знаю. Жюльен Сорель его зовут))) Мария, загадывайте, у Вас лучше получается))
Угу, сама была в шоке. Особенно когда упоминание о зубах увидела)
Да, это он)))
Он самый)) Автора угадаете?)
Попробуем вот так:
У него было энергичное, оригинальное лицо, тонкий нос и какие— то особенные, странной формы ноздри; надменный высокий лоб, и волосы, скудно и в то же время густыми клоками росшие около висков; очень густые, почти сходившиеся на лбу брови. Рот, насколько я мог разглядеть под тяжелыми усами, был решительный, даже жестокий на вид с необыкновенно острыми белыми зубами, выступавшими между губами, яркая окраска которых поражала своей жизненностью у человека его лет. Но сильнее всего поражала необыкновенная бледность лица.
До сих пор мне удалось заметить издали только тыльную сторону его рук, когда он держал их на коленях; при свете горящего камина они производили впечатление белых и тонких; но, увидев их теперь вблизи, ладонями кверху, я заметил, что они были грубы, мясисты, с короткими толстыми пальцами. Особенно странно было то, что в центре ладони росли волосы. Ногти были длинные и тонкие, с заостренными концами. Когда граф наклонился ко мне и его рука дотронулась до меня, я не мог удержаться от содрогания. Возможно, его дыхание было тлетворным, потому что мною овладело какое—то ужасное чувство тошноты, которого я никак не мог скрыть. Граф, очевидно, заметил это, так как сейчас же отодвинулся; и с какой—то угрюмой улыбкой опять сел на свое прежнее место у камина. Мы оба молчали некоторое время, и когда я посмотрел в окно, то увидел первый проблеск наступающего рассвета.
Ай, забыла, что она не замужем)
Викторианское звучание, отголосок эпохи. Рискну предположить — Миссис Марпл?
Самая публикуемая у нас, к примеру, Агата Кристи))) Но я все равно не узнаю отрывок.
Да, совершенно верно!
Мария, я поражена как много Вы читаете)))
Ну, попробуем что-нибудь совсем уж легкое и очевидное, а то моего Жюльена Сорреля в прошлый раз не угадали))
В дверь ударили с такой силой, что она слетела с петель и с оглушительным треском приземлилась посреди комнаты.
В дверном проеме стоял великан. Его лицо скрывалось за длинными спутанными прядями волос и огромной клочковатой бородой, но зато были видны его глаза, маленькие и блестящие, как черные жуки.
Великан протиснулся в хижину и пригнулся, но голова его все равно касалась потолка — уж слишком он был велик. Он наклонился, поднял дверь и легко поставил ее на место. Грохот урагана, доносившийся снаружи, сразу стал потише. Великан повернулся и внимательно оглядел всех, кто был в хижине.
— Ну чего, может, чайку сделаете, а? Непросто до вас добраться, да… устал я…
Великан запустил руку во внутренний карман черной куртки и извлек оттуда немного помятую коробку. (Имя) взял ее дрожащими от волнения руками и поспешно открыл, хотя пальцы плохо слушались его. Внутри был большой липкий шоколадный торт, на котором зеленым кремом было написано: «С днем рождения, (имя)!»
— Ну так чего там с чаем? — спросил он, потирая руки. — Я… э-э… и от чего-нибудь покрепче не отказался бы, если… э-э… у вас есть.
Взгляд великана упал на пустой камин, в котором тоскливо лежали сморщенные пакетики из-под чипсов. Великан презрительно фыркнул и нагнулся над камином — никто не видел, что он там делает, но когда через секунду великан отодвинулся, в камине полыхал яркий огонь.
Ой, а я его узнала)
Героя зовут Дуглас Холл, а девушку — Джинкс.
Произведение называется тринадцатый этаж, а чтобы вспомнить имя и фамилию автора мне придется лезть в Гугл, потому что в голове чистый лист.
Эх, я про роботов только у Азимова читала) А это явно не он))))
Однозначно)))
Жаль, но больше ничего знакомого не нахожу))
Я помню, как некоего Волкодава из рода Серых Псов одна старуха учила уму-разуму))
Да, когда он после неё сыграл в Пиратах 20 века возмущенная общественность буквально набросилась на него. «ФИ! Как можно! После Жюльена-нашего-все-Сореля и такое низкосортное кино!!! Фи! ФИ! ФИ!»)
А мне он в каждой его роли нравится)
Я у Стендаля только Красное и Черное читала, до остального руки просто не дошли)
Помнят, значит Жюльенку, помнят))))
Я боюсь, что никто не угадал бы) не прерывать же игру)
А я стоически вытерпела и даже удовольствие умудрилась получить и юноша этот крепко врезался в память) Почему именно он первым на ум пришел — не знаю. Жюльен Сорель его зовут))) Мария, загадывайте, у Вас лучше получается))