Юлия / ЗОЛУШКА КОТОРАЯ ПОТЕРЯЛАСЬ В ЖЕСТОКОМ МИРЕ МУЖЧИН,ИЛИ ТЕРНИСТЫЙ ПУТЬ К СЧАСТЬЮ / Юлия
 
Юлия
золушка которая потерялась в жестоком мире мужчин, или тернистый путь к счастью

— Забыла, сынок каюсь, — покраснев, пробормотала я.

— Петя, иди сюда, мама скоро придет, — повернувшись к сыну, сказал Олег.

Дорогу мне преградил солидный мужчина в очках.

— Вы к кому?

— Я к Рутиной по поводу продленки.

— Я сейчас ее приглашу.

— Виктория Игоревна что-то не так часто вас видно как хотелось, — начала жгучая брюнетка лет сорока.

— Была в пенсионе, послеродовая депрессия сами понимаете, такое бывает, но я пришла поговорить не об этом, — протянув женщине, конверт с энной сумой сказала я.

— О чем же? — тут же защебетав, спросила она.

— Я хочу, чтобы мой сын с завтрашнего дня ходил на продленку это возможно?

— Конечно.

— Вот и хорошо.

Мне снова пришлось заплатить за сына впрочем, я в лепешку разобьюсь, но у этого ребенка будет все.

— Ну, что? — тихо спросил Олег.

— С завтрашнего дня он будет, ходит на продленку двух часов в дни, когда у него секция продленку он посещать, не будет, по средам его будет забирать Марья Сергеевна по остальным дням я.

— Это только на бумаге образование бесплатно и потом ради Пети я сделаю все что угодно.

— Я знаю. Вик в эту субботу у мамы свадьба.

— С Осиповым Германом Сергеевичем?

— Да.

— К скольким приезжать в загс?

— Около часа у них регистрация. В третьем часу венчание в церкви в четыре торжество в « Белоснежке».

— Я рада за твою маму она заслужила быть счастливой.

— Ты, правда, так думаешь?

— Правда. Олег твоя мать была ко мне справедлива.

— Неужели?

— Я серьезно, а ты.

— Я тоже серьезно. Вик я рад, что ты изменилась, ты стала, совсем другой той кого я знал до брака.

— Пора ехать в сад, — взглянув на часы, прервала я затянувшийся монолог мужа.

Денис сидел, на лавке посматривая, на часы когда мы подъехали к саду.

— Долго едите, — покачав головой, проворчала Евдокия Павловна.

— Попали в пробку.

— Ну — ну все вы так говорите.

Если б этот сад не был с уклоном, ноги нашей здесь не было, а так мы вынуждены мириться с ворчанием Куницыной Евдокии Павловны. Хотя стоп, с какой радости я должна мириться мне стоит только заплатить заведующей за увольнение воспитателя соответствующую суму и дело в шляпе нашего сына вести будет подруга Натальи, Гурьянова Диана Витальевна, — мысленно рассуждала я, откр

— Здравствуйте, чем могу, быть полезна? ывая дверь кабинета Родиной Ольги Дмитриевны.

— Я хочу, чтобы вы уволили Евдокию Павловну она хамит, дети ее боятся, думаю, мы поняли друг друга, — протянув женщине конверт с двадцатью тысячами.

— Уволим, считайте, что эта женщина уже здесь не работает, — защебетав, пообещала зав детсадом.

В машине я связалась с Натальей.

— Алло.

— Наташ, Дина работу еще не нашла?

— Нет глухо, а что что-то есть на примете?

— Да. Сегодня я заплатила за увольнение воспитателя детсада она в конец меня достала.

— Ну, ты мать даешь, — присвистнув, заметила подруга.

— Не надо повышать на меня голос и потом на нее давно Денис жаловался.

— Какие мы коварные.

— Жизнь такой сделала сварливым теткам не место в детсаде.

— Может ты, и права моя ходит в «Ласточку» и там нас все устраивает, Тамара Евгеньевна чуткий воспитатель нам с ней крупно, повезло.

— Конверты таскаешь?

— Не без этого.

— Вот поэтому она и лебезит, перед вами я понимаю, тебе хочется закрыть глаза на действительность, но лучше не надо проморгаешься и смиришься с порядком вещей.

— А может, я устала, от такой действительности может порой хочется надеть «розовые очки» и хоть на мгновение подумать, что жизнь прекрасна.

— Я никогда не впадаю в апатию, потому что всегда встречаю день с улыбки: радуюсь солнцу за окном.

Я радуюсь пению птиц, тем не менее, я не живу иллюзиями по поводу того, что в саду так же будут трепетно относиться к детям, если им не будут доплачивать из своего кармана, увы, Наташа это проза жизни и от этого ни куда не денешься.

— А ведь я с головой ушла в фармацевтический бизнес, по ночам подрабатывая путаной, чтобы уйти от окружающей действительности, потом когда почувствовала, что сын стал, меня стыдиться покончила со своим ремеслом и правильно сделала, вон моя сестра загнулась, от СПИДа ведь та же учесть ждала и меня.

— Это да. Вик завтра ровно три года со дня смерти Анфисы я предлагаю завтра вечером ее помянуть.

— На кладбище за меня сходишь? — а то центр я совсем забросила, девочки зашиваются, мои клиенты телефон мне оборвали.

— Что с тобой делать схожу.

— Спасибо.

— Наташ, звякни, Дине пусть звонит в сад в самое ближайшее время.

— Хорошо.

— Лихо ты с воспитулькой.

— А так будет, теперь всегда мои дети не будут терпеть, хамство ни учителей, ни воспитателей.

— Ты ожесточилась.

— А такой меня сделала, жизнь все имеет свою цену, в том числе и рабочий персонал все зависит от того, как кто и где себя поведет.

— Раньше ты была напуганной ланью, а стала ершистой рысью.

Я такой была, до своей первой любви тогда я еще не снимала «розовых очков» все казалось, мне в розовом свете пока в волчью не увидела, мир мужиков и тут взыграло чувство самосохранения.

— С тобой все ясно. В тебе больше мужского, чем женского твой девиз: «Я все сама» порой трещит по швам, потому что это противоестественно.

— Знаю потому и не отказываюсь от твоего крепкого мужского плеча, причем этого девиза больше нет, есть: «Мы», — улыбнувшись, сказала я.

— Знаю.

После ужина дети ушли в детскую, и муж вызвал Марью Сергеевну на разговор.

— Что тебя не устраивает Олежек? — вздохнув, спросила Марья Сергеевна.

— Марья Сергеевна все хорошо, кроме того, что вы настраиваете детей против их матери да она не идеальная мать спору нет, но она их мать к тому же она изменилась это видно не вооруженным глазом.

— У меня и в мыслях не было, просто Виктория вела, себя безответственно была погружена в ваши проблемы, что я подумала, что ей не до детей.

— По средам детей забирать и отвозить, будите вы по остальным дням только забирать.

— Хорошо.

— Думаю, что мы друг друга поняли.

— Конечно племянничек.

— Мария Сергеевна мы могли бы вам не платить все-таки родственники и.

— Твоему дяде нужна дорогостоящая операция.

— Я все оплачу. Я хочу, чтобы ты жила с нами как член семьи.

— А жена-то захочет?

— Захочет против родственников мужа она не пойдет.

Я хотела вспылить, но муж прав лезть на рожон я не стану. Завтра у свекрови свадьба, на которую она пригласила и Марью Сергеевну. Свекрови я решила подарить музыкальную шкатулку это ее слабость.

— Подслушивала? — неожиданно подойдя ко мне, сзади спросил Олег.

— Ты так из меня заику сделаешь, — вздрогнув, сказала я.

— Вик, она моя родная тетка мать сразу не хотела ей платить, а чтобы она на правах члена семьи смотрела за внуками, но та сказала, что у Валентина Павловича проблема с сердцем нужна дорогостоящая операция.

— Олег, обязательно надо помочь, почему сразу мне ничего не сказал?

— Я думал что.

— У нас с ней все хорошо делить нам нечего, что же касается, твоей тети то ты должен помочь дяде устрой, ее в больницу имени Смольского я, позвоню тетке у Игоря Сергеевича связи в больнице.

— Не ожидал, я приятно удивлен.

— Олег, я изначально повела себя неправильно в самом начале наших отношений, за что расплатилась, с полна.

Взяв, телефон я связалась, с домом Абрамовым трубку сняла Софья Андреевна пятая по счету домработница тетки, что немудрено с ее-то характером.

— Дом Абрамовых слушает.

— Софья Андреевна, Зоя Васильевна дома?

— Да.

— Алло. Вик что ты хотела?

— Тетя, Марья Сергеевна родная тетка Олега она работала у нас за деньги, так как ее мужу нужна дорогостоящая операция.

— А сестра помочь ей не могла или Наталья так вознеслась, что ей было не до обычной учительницы?

— Скорее всего, вообщем нужна ваша помощь.

— Я тебе перезвоню, переговорю с Игорем и перезвоню, мы обязаны помочь женщине, тем более что дети тянуться к ней.

Зоя перезвонила, через двадцать минут сказала, что Абрамов звонил, в больницу имени Смольского говорил, с самим Смольским вообщем завтра ее мужа положат на операцию.

— Вик, ну что? — зайдя, войдя в зал, спросил Олег.

— Звонила, Зоя сказала, что завтра с утра ждут Гуриных.

— Виктория, спасибо вам я сейчас позвоню, Арине скажу, чтобы подготовила Валентина Павловича к семи часам.

— Да спасибо Наталье Леонидовне, хотя бы на этом.

Женщина явно чем-то обижена на мать Олега. Я не стала, вдаваться в подробности меньше знаю крепче, сплю. С его матерью и так не просто, а уж если начну, копаться в их родственных неурядицах то вообще, усугублю свое положение, а так у нас с Натальей Леонидовной нейтральные отношения, тем +более что сейчас она готовиться к свадьбе, которая состоится в эту субботу.

— Вик, о чем задумалась? — тихо спросил Олег, подойдя ко мне.

— О, том, что не стоит вмешиваться в отношения двух сестер.

— Я в детстве еще как-то пытался, их примерить не вышло, — пожав плечами, сказал Олег.

— Может дело в твоем отце?

— Возможно, мать всегда уходила, от разговора, когда я касался этой темы.

— Тем не менее, твоя тетка приняла приглашение твоей матери на свадьбу.

— Лед тронулся, возможно, она хочет поближе быть внучата племянникам, — пожав плечами, сказал Олег.

— Возможно чужая душа потемки. Вик давай спать уже поздно завтра насыщенный день надо будет подержать Марию Сергеевну все-таки операция на сердце дело не шуточное.

— Олежка, я хочу тебя, — коснувшись, губами его шеи зашептала я.

Извиваясь, в него объятиях, я поняла в который раз, какой дурой была, ища страстного маччо, на стороне когда вот мой принц под боком.

— Ты такая ненасытная, — закурив, заметил Олег, приподнявшись на подушках.

— Просто я поняла, что лучше тебя мне не найти во всех планах, — покраснев, буркнула я.

— Ты тоже меня заводишь ни кого я так не жалел как собственную жену.

Лучи осеннего солнца осветили, комнату я проснулась от звонящего телефона мужа. Зевая, я сняла трубку.

— Алло.

— Вика, это Марья Сергеевна Валентина Павловича прооперировали мы в больнице что-то дозвониться ни я, ни Наталья до него не можем.

— Спасибо.

Сон как рукой сняло, после завтрака надо будет, ехать в больницу ничего не поделаешь родственники мужа, как говориться и мои родственники.

— Олег, — постучав в дверь, позвала я.

— Я уже выхожу что-то срочное?

— Звонила, твоя тетя твоему дяде сделали, операцию на сердце все благополучно твоя мать с будущим мужем там вообщем нас там ждут.

— Раз ждут, значит поедем.

Дети были уже в столовой, когда мы туда пришли.

— Ирина Сергеевна, сделайте нам по кофе.

— Может салата?

— Если только немного.

— Мам, мы поедем к дяде Валентину?

— Да, сладкие мои.

ГЛАВА 8

После завтрака мы вышли из дома. Увидев Киру, помощницу мужа я скривилась, она из кожи вон лезет, кабы обратить свое внимание на Олега только в ней он видит лишь помощницу не более того.

— Кир, чего тебе? Кто дал тебе права вообще приезжать ко мне домой? Кир если ты что-то там себе напридумала, это твое права мы не сработаемся.

— Да что ты в ней нашел? Она же ноги о тебя вытирает, а ты! — пошла в наступление Кира.

— Вик, поехали, не слушай ее.

— Милый я и не слушаю ну, даже если у тебя с ней что-то и было, то это несерьезно она в не твоем вкусе, — сказала я.

— У меня не могло с ней ничего быть, потому что у нас семья.

Свекровь молча курила на улице когда мы вышли из машины.

— Здравствуйте, — подойдя к матери мужа, сказала я.

— Здравствуйте. Валентина прооперировали, состояние удовлетворительное ему заменили клапан вот такие дела. Вик, а ты изменилась.

— Меня жизнь изменила.

Увидев подъехавшую черную, иномарку из, которой вышел зеленоглазый блондин, одетый в синие джинсы и черное пальто я спросила: «Это кто»?

— Вик, это сын будущего мужа моей матери Осипов Никита Сергеевич профессиональный детектив вообщем пока будет моим помощником, а там видно будет.

— На место Киры?

— Ревнуешь все-таки? — хмыкнув, спросил Змей.

Чтобы он не говорил, но боль до конца его так и не отпустила осадок так, и остался впрочем, его можно понять Жук убил его отца, а я с ним спуталась, хотя в том, что произошло, виноваты оба.

— Олег, да я ревную, потому что я вздохнула.

— Вик, я не стану говорить, что у нас с тобой идеальный брак это не так, но ты словно магнит, который притягивает. С тобой тяжело, но и без тебя я тоже не могу вот такой парадокс.

— Олег, не хочешь дядю навестить? — прервав, нас спросила, свекровь, бросив окурок в пепельницу.

— Пожалуй, ведь за этим мы и приехали.

Увидев меня Мария, Сергеевна сдержано поздоровалась.

— Мам что так долго?

— Решали кое, — какие вопросы, — тихо сказала я Петру.

— Валентин Петровича перевели, в палату он еще слаб, так что особо долго в больнице мы не пробыли. Марья сказала, что на свадьбу, наверное, не выберется, душа будет болеть о муже, да и помогать нам она нам тоже больше не сможет.

— Ничего в детсад будет, ходить забрать буду либо я, либо тетя, — закурив в машине, сказала я.

— Думаю, что ты права.

— В центре аврал девочки ели справляются, да и отчет надо подготовить бухгалтерия взяла за гланды.

— Подготовишь в понедельник.

— Ага, в понедельник раскачка, хотя выбора, у меня, ни какого расслабилась я.

— Я вон тоже расслабился, ничего соберусь мое агентство для меня «детище» как для тебя твой психологический центр разве не так?

— Так.

— Ну вот.

За разговором мы не заметили, как приехали. Ирина Сергеевна запекла рыбу и сделала пюре. После ужина детей сморило, как и нас. Ночь была душная и лунная вдали каркала ворона на душе, было не по себе и не спроста в три часа ночи через два дома я, услышала душераздирающий крик.

— Олег, кажется у нас труп.

— С чего ты взяла?

— Я слышала голос Тюриной Варвары Павловны жены Тюри местного мафиози.

— Нам туда лучше не соваться, Тюря отмороженный ему расчленить семью, ничего не стоит его, покрывает кардинал сверху вот такие дела.

— И, что ему все сходит с рук? — закурив, спросила я.

— Сходит, когда делаешь, откат и не малый за деньги доблестная полиция закроет глаза.

— Для меня это давно не новость просто как-то дико, — потушив свет, сказала я.

— Живем, в эпоху капитализма по-другому уже никогда, не будет, — пробурчал Змей.

Заснув, под утро я впервые проснулась в двенадцатом часу. В темпе вальса помчалась в душ за окном метель пронзительный ветер брр, если б не свадьба свекрови ни за что не вышла из дома. Достав, бардовое бархатистое платье я, надев его, надела рубиновое колье с серьгами волосы уложила, в замысловатую прическу себе в зеркале я понравилась.

— Тебе идет, — надевая пиджак, сказал Олег.

— Спасибо. Дети внизу нас уже заждались.

Народу в загсе было столько, что не где яблоку было упасть в основном друзья мужа свекрови такие же антиквары, как и он. Зоя подарила, свекрови картину Весняцова свекровь коллекционирует картины это ее хобби. Свидетельницей на свадьбе была подруга Свекрови Щуркина Альбина Васильевна. Из церкви поехали в ресторан «Купидон» где пробыли до одиннадцати, потом, сославшись на то, что завтра детям в школу, а нам на работу мы уехали, домой, порадовавшись тому, что нам не встретился пост ГАИ.

— Мальчики уснули, — тихо сказала я, Олегу выйдя из машины.

— Утомились.

— Вик, в следующий выходной наша годовщина одиннадцать лет.

— Не вериться, что мы пережили кризис и не разрушили нашу любовь, — тихо сказала я, зайдя в дом.

Уложив, детей я, поднялась, в нашу комнату Олег молча смотрел наши свадебные фотографии, где мы счастливые и беззаботные.

— Я хочу тебя, — скинув платье, сказала я, увлекая Олега на постель.

Утро началось для меня с дикой головной боли и тошноты.

Как не во время, — убегая в туалет, подумала я.

К врачу схожу, завтра сегодня у меня аврал в центре я и так его сбагрила на Диану так немудрено и без центра остаться, — думала я, умывшись холодной водой.

— Вик, тебе плохо? Ты, — забарабанив в дверь, спросил Олег.

— Да, кажется, я беременна но, уходить, из центра я не буду, и не проси.

— Ты ели выносила, Дениса это может быть опасно. Ты это понимаешь? Ты можешь быть ответственной?

— Могу но, и сидеть в четырех стенах я тоже больше не могу это выше моих сил.

— Завтра же идем к Шмелевой.

— Хорошо.

— Детей развезу, кстати, у Дениса скоро день рождение пять лет.

— Как же быстро летит время, — потянувшись, сказала я.

— Он родился под Новый год тридцатого января.

— И сделал нас самыми счастливыми.

— Вик, ты если что звони.

— Олег, я не малый ребенок, — вспылила я.

Махнув рукой Змей, вышел, из дома снова зря обидела любимого человека, который уже десять лет терпит мой несносный взрывной характер. Помахав, им рукой я пошла, собираться в ванной меня застал звонок Куницыной Дины Игоревны, которая сказала, что мои клиенты ждут, только меня и девочки ели успевают такого наплыва клиентов, не было давно.

— Дина, я сегодня буду.

— Это хорошо, а тут вам расписаться кое-где надо.

— Распишусь.

Надев, черный брючный костюм я, завязав хвост, надев черные очки, вышла из дома. Под ногами приятно хрустит снежок, а ведь обычно октябрь стоит теплый под ногами шуршит листва. В машине меня застал звонок тетки.

— Привет катишь в центр?

— Качу, я и так его забросила так, и потерять его можно.

— Змей, сказал, что ты в интересном положении это так? — зевнув, спросила меня

тетка, судя по шуму ехавшая в компанию.

— Так, но к врачу я пойду, завтра сегодня у меня дел полон рот.

— Узнаю свою племянницу, но и о себе забывать тоже нельзя.

— Зоя, нотаций Олега мне хватает, за глаза тут еще ты подключилась.

— Мы за тебя беспокоимся.

— Все будет хорошо как там Матвей?

— Растет.

— Я позвоню если что.

Поставив машину на стоянку, я зашла в центр. Аня красила ноготки, когда я зашла.

— Вербова Таисия Васильевна, — позвала я кадровика.

— Виктория Игоревна, какой сюрприз, а мы.

— А вы тут устроили посиделки! Значит, так Дуброву Анну Витальевну уволить, и навести порядок на рабочих местах.

— Куницына Дина Викторовна, подайте заявку в кадровое агентство «Работодатель +» нам нужна новая секретарша, — повернувшись к заму, сказала я.

Услышав мой рык, подчиненные, присмирев, взялись за работу. Ближе к обеду я обслужила семьсот человек среди них самоубийцы, которых чуть не упекли в психиатрическую клинику, над ними я проводила гипноз. Обслуживая, дочь бизнесмена Юрина Валерия Сергеевича Кристину, которая после смерти матери ушла в себя, и пыталась, повеситься я потеряла сознание в себя пришла на кушетке.

— Что со мной было? — потирая виски, спросила я Дину.

— Ты потеряла сознание Шмелева сейчас подойдет.

— Вы позвонили в скорую помощь?

— Ну, да и как всегда не дозвонились туда звонить как в Смольный.

— Змейкова, вы всех напугали, — измерив, мне давление сказала Ольга Николаевна.

— Я знаю, мы с мужем хотели прийти к вам завтра.

— Вы беременны, пять недель беременность будет не простой, все из-за ваших скачков давления завтра жду вас в 14:00 часа у себя на приеме.

— Хорошо.

— Может, поедете домой? — спросила Дина, когда врач уехал.

— Нет мне уже лучше.

Выпив, стакан воды я продолжила гипноз над Кристиной она сказала, что была свидетельницей убийства, матери, что ее мать убил ее отец.

— Она не ведает, что говорит, — заорал мужчина.

— Виктория Игоревна спасибо вам за проделанную работу, — ворвавшись, в мой кабинет сказал следователь Ерохин Владислав Сергеевич вместе с брюнеткой в черных очках.

— Я сестра убитой извергом женщины, а эта девочка после пережитого стресса ушла в себя мы чуть не закрыли ее в дурке.

— Вам придется попить успокоительные лекарства окружить девочку теплотой и лаской.

— Я знаю, я уже, оформила, над ней опеку ведь она все, что у меня есть.

Когда бизнесмена увели, я обессилено сев в кресло спросила: «Ко мне еще есть»

— Еще пятеро.

— Перерыв пять минут.

— Загоняете вы себя, — вздохнув, сказала медсестра.

— Ничего подобного работа доставляет мне радость.

Моей клиенткой стала жена олигарха Демичева Варвара Семеновна, которая до брака с Демичевым Артуром Павловичем владельцем ресторанного бизнеса, гостиниц строительного комплекса «Атлантика» имела сеть магазинов, а, став его женой, потеряла себя как личность, растворившись в любви к мужчине. Детей пока нет, но она боится оказаться на улице с голой задницей.

— Никогда не поздно все начать с нуля. Вам повезло, что пока нет детей.

— Какие дети он потерял, ко мне интерес переключился на моделей.

— Бегите от него пока не поздно ваша самооценка на нуле пора бить тревогу, — массируя женщине виски, сказала я.

— Знаете, а вы правы, я еще молода, красива, а мои глаза уже потухли еще немного, и я впала бы в депрессию глубоко и надолго спасибо Чирова Янка не дала.

— Да, Чирова ко мне обращалась, пришла, ко мне затравленной забитой мужем который грозился, отобрать у нее детей в итоге уже шестой год, загорает на зоне за убийства любовниц, тело которых нашли в их саду.

— Жесть я до сих пор как вспомню.

Не успела, я выйти из центра зазвонил мой телефон.

— Алло Олег я уже вышла еду за детьми.

— Оперативно. Вик, почему я узнаю последним о том, что моей жене было плохо?

— Завертелась и забыла все уже хорошо завтра в 14:00 еду на прием к Шмелевой.

— Поедем вместе.

Петя молча сидел, на лавке возле школы, когда я подъехала.

— Ты во время.

— Так теперь будет всегда. Поехали в сад за Денисом.

— Мам, это, правда что у нас будет братик или сестричка?

— Правда, а кто вам сказал такую новость?

— Тетя Зоя. Мы будем рады.

Денис гонял, мяч, когда мы подъехали.

— Змейков, за тобой приехали, — позвала мальчика Эльвира Эдуардовна.

— У вас смышленый малыш.

— Мам, мне снилась, Анфиса она рада за меня, передает тебе привет, — вдруг сказал

Петя, с грустью смотря в окно.

— Мы обязательно в субботу ее навестим, я даю тебе слово.

— Спасибо.

За ужином никто не проронил, ни слова. Змей, думал о своем, а я, о словах сына. Боль утраты так и останется с ним впрочем, было глупо надеяться на то, что смогу заменить ему мать.

— Мам, мы пойдем к себе мне географию надо подготовить.

— Хорошо через двадцать минут я к вам загляну.

— Почему кислая такая? — свернув газету, спросил Олег.

— Петя так и не смог забыть свою мать, хотя я как могла, пытаясь ему ее заменить.

— И не забудет, ее убили, когда ему было шесть лет такое не забывается, он благодарен тебе за то, что ты не оставила его в трудную для него минуту не более того. Он уважает и любит тебя, но ту кто произвел, его на свет он не забудет никогда.

— В субботу три года со дня смерти Анфисы он просил ее навестить.

— Навестим. Вик как ты себя чувствуешь?

— Мутит немного.

— Я звонил, в Испанию мама рада за нас в воскресенье после обеда они будут в Москве.

«Ага, рада его матери все сложнее играть роль радужной свекрови», — хотела вспылить я, но во время прикусила свой острый язычок.

В прихожей зазвонил телефон, через пять минут в столовую зашла Ирина, Сергеевна сказала, что на проводе Зоя Васильевна.

— Скажите, что я сейчас подойду.

— Хорошо.

— Я пока, поплаваю в бассейне — крикнул мне Змей вслед.

— Хорошо.

— Поздравляю, ребенок сдвинет ваши отношения с мертвой точки, хотя у вас наметился прогресс после общения с Зариной, — сказала тетка.

— Зоя, ребенком мужика не удержишь, я это поняла, когда родила Дениса здесь важно другое важно сексуальное притяжение, а оно у нас есть, чтобы не потерять милого я изучила камасутру вдоль и поперек.

— Моя школа, — вздохнув, сказала тетка.

— Мир мужиков жесток и коварен, удержать мужика детьми глупо тут должно быть что-то еще.

— Змей, с тобой потому что, несмотря на твои недостатки, он любит, тебя не знаю уж, чем ты ему голову вскружила, но он до сих пор ходит, словно околдованный тобой, — задумчиво сказала тетка.

— Не знаю, возможно, своей непосредственностью.

— Да уж ее у тебя не отнять посмотришь, на тебя нимфа чистой воды скромна и добродетельна, а начнешь, ближе общаться с опозданием поймешь, что угадил в сети прелестной развратницы.

— Наталья знает?

— Вчера Олег ей позвонил, сказал что она рада.

— Хм представляю лицо Натальи, — хмыкнув, сказала тетка.

— Зой, она меня не трогает и ладно, а что она там обо мне думает дело десятое.

— И правильно. Вик надеюсь, в центре ты не перенапрягаешься?

— Нет, все под контролем ах да завтра, едем к врачу.

— А почему сегодня не поехала? Вика что за безответственное отношение к своему здоровью?

— Зоя, я тебя умоляю, только не начинай, — взмолилась я.

— Понимаю, Олега с тобой детка, ни каких нервов не хватит, — гнула свою линию тетка.

— Теть Зой я обещаю исправиться, — пошла на мировую я.

Господи как же устаешь от этих нравоучений, а поучить норовят все кому не лень, — вздохнув, подумала я, повесив трубку.

— Что Зоя опять плешь проедала? — надевая рубашку, спросил Олег.

— Не то слово и, в общем, она права в чем-то права я, наверное, выгляжу без ответственной.

— Это, мягко говоря.

— Олег, — поморщившись, попросила я.

— Тебе плохо?

— Мутит.

— Чувствую, что от центра тебе на период беременности придется отказаться.

— Даже не проси, я и так там давно не появлялась, — отдышавшись, сказала я.

— А если тебе будет хуже? Вспомни, как ты носила, Дениса ты чудом его доносила.

— Вот тогда и будем думать, а пока все нормально.

— С тобой невозможно разговаривать, до чего же ты упряма.

— Какая есть. Олежка посадить меня в четырех стенах невозможно, и ты это прекрасно знаешь.

— Да уж знаю. Вик обещай, если малышке что-то будет, угрожать ты уйдешь из центра на период родов.

— Обещаю, а с чего ты взял, что родится девочка, а не мальчик?

— Не знаю, предчувствие такое будет Анюта.

— Олег, я поднимусь, к Пете проверю уроки, потом спущусь к тебе.

— Хорошо я пока сделаю, один звонок перенесу встречу с ювелиром на четыре часа.

Проверив, домашнее задание сына я осталась довольна, по программе мальчик успевает.

— Мам как ты себя чувствуешь? — оторвавшись от учебника по литературе, спросил сын.

— Сносно.

— Денис, ходит в психологический кружок хочет быть психологом.

— Возможно, это он сейчас хочет стать, психологом жизнь пестрая штука еще неизвестно как она повернет, уже поздно ложитесь спать.

— Ну, мам.

— Петя не капризничай, завтра у тебя контрольная по географии ты подготовился?

— Да.

Возможно, я от него больше требую, чем от Дениса, но я хочу в память подруге, чтобы этот ребенок получил наилучшее образование и выбился, в люди я хочу, чтобы он был юристом.

Олег листал, наш свадебный альбом, когда я зашла в гостиную.

— Уложила?

— С трудом все характерные.

— Есть в кого.

— Вик, завтра в центр я тебя отвезу сам в два заеду и после домой.

— Я уже сама об этом думала, больница отымает не мало, сил после визита к врачу я буду уже не работоспособна.

— И ничего надо и о себе подумать.

 

  • Сестра севера / Рубанов Саша
  • Наш мир / Песни / Магура Цукерман
  • Грустно / Песни снега / Лешуков Александр
  • Здесь сердце родное стучит со мной рядом / В созвездии Пегаса / Михайлова Наталья
  • ОСТАВИТЬ СЛЕД / Малютин Виктор
  • Бес формы / Блокнот Птицелова. Сад камней / П. Фрагорийский (Птицелов)
  • Сицилия / Пышненко Славяна
  • Груздь  / NeAmina / Изоляция - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Argentum Agata
  • Таверна / «Необычные профессии-2» - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Kartusha
  • А как без них / Накануне праздника / Хрипков Николай Иванович
  • [А]  / Другая жизнь / Кладец Александр Александрович

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль