Глава четвертая

0.00
 
Глава четвертая

Больше всего в своей жизни Патрик Телфрин ненавидел бесцеремонность и нахальство. Будучи прямым потомком Драконьих Владык, Патрик привык вести себя учтиво и сдержанно, как и подобает высокородному аристократу. От окружающих он ждал демонстрации если не хороших манер, то хотя бы относительного их подобия. В конце концов, люди не из пустой блажи придумали правила приличия и вежливости.

Поначалу, конечно, наемники, вместе с которыми Патрик воевал, кривились и посмеивались — считали примкнувшего к ним гвенхейдца слишком заносчивым. Так продолжалось, пока сослуживцы не уразумели, что его рука тяжела, клинок быстр, а пистолет стреляет без промаха. Тогда товарищи присмирели — всего и потребовалось, что отправить на тот свет нескольких наиболее бестактных наглецов.

Ну или чуть больше, нежели просто «нескольких».

Клаус Герстер был одним из худших подонков, каких граф Телфрин знавал в последние годы. Этот молодчик, возвысившийся на алгернской службе, держался с нахрапистостью самозваного короля. Избавить от него мир было бы, несомненно, благим поступком. Патрик так и собирался сделать, вот только излишне ретивый капитан Дирхейл успел раньше него, уладив проблему одним-единственным выстрелом.

Ох уж эти Дирхейлы. Патрик достаточно наслушался об этой семье — благо, водил некогда приятельство с одним из ее отпрысков. В жилах Дирхейлов текла, благородная и чистая, древняя кровь. Их предки, подобно занимавшим престол Ворфалерам и представителям еще трех десятков самых знатных фамилий страны, стояли у истоков Гвенхейда. Основатели первых королевств некогда преодолели разделявшую миры тьму, подарив начала знаний дикарям, встреченным в этом мире.

Дирхейлы, будучи младшей ветвью одной из великих древних династий, пользовались в Тельгарде заслуженным уважением. Некогда им принадлежали обширные владения на востоке королевства. Дирхейлы утратили большую их часть в минувшие смутные времена — зато сохранили доброе имя и фамильную честь.

Глядя на мессира Делвина, легко можно было в этом усомниться. Бравый офицер проявлял покуда деликатность, больше свойственную дорожному бандиту. Впрочем, его можно было понять, если в королевстве в самом деле творится подобный бардак. Патрик помнил дядю Кледвина. Если кто и мог узурпировать трон, избавившись от Эйрона, так это он. Кледвин Ворфалер считался самым хитрым, опасным и жестоким мерзавцем во всем нынешнем поколении Драконьих Владык. Когда-то Патрик даже восхищался им.

А теперь, похоже, придется встретиться с ним в чистом поле. Ну или напротив, сговориться и присягнуть на верность, но не раньше, чем получится избавиться от этого докучливого Дирхейла, подосланного остатками сторонников Эйрона. Патрик еще не выбрал, что именно предпочтет — заключить с новым королем союз или возглавить его противников. А может, получится просто сбежать куда подальше. Как бы не запугивал Дирхейл, мир действительно велик, и двум Ворфалерам в нем место найдется.

«Мне плевать, кто сядет на тельгардский трон. Лишь бы меня не трогали и дали спокойно пожить. Мессир Делвин рассчитывает, что я кинусь ему помогать? Пусть верит в это, пока не уберемся из Димбольда на расстояние хотя бы пары сотен миль. А потом можно будет раскинуть мозгами и выбрать, по какой дороге идти».

Разумеется, для примирения с дядей пришлось бы доказать ему собственную полезность и преданность. А не то есть риск подавиться косточкой от маслины на званом банкете или словить случайную стрелу на охоте. Кледвин — не из тех, кто страдает от излишней доверчивости. Впрочем, времени думать об этом сейчас все равно нет.

Патрик собрался достаточно быстро. Ему и прежде не раз приходилось покидать насиженное место, внезапно срываясь в дорогу. Ничего удивительного — пора бы и привыкнуть, тем более оставляешь не родной дом, а лишь временное пристанище. И все же на минуту графа Телфрина кольнула тоска.

Это случилось, когда он проходил по своей любимой гостиной — с ее выкрашенными в кремовый цвет стенами, столиками в форме морских ракушек, стеллажами, заставленными модными статуэтками и кораблями в бутылках, которые Патрик в последние годы повадился коллекционировать. Милые безделушки, купленные прежде от безделья и скуки, по непонятной причине вдруг показались ему дорогими и важными. И еще книги. До одури сделалось жаль книг. Любимая коллекция старинных авторов, в ее составе даже несколько раритетов — репринты классики со Старой Земли, стоившие баснословных денег.

Патрик замер, с тоской рассматривая золоченые надписи на кожаных корешках. «Бесы меня побери. Я все же надеялся, это место станет мне со временем домом. Хоть каким-нибудь, хотя бы немного надежным — пусть не фамильной крепостью, но и не замком, построенным на песке».

— Ладно, — сказал он вслух внимательно слушавшим стенам, — нечего раскисать.

Нацепить перевязь со шпагой, уложить в седельные сумки запасные пистолеты, пули и порох. За голенища сапог рассовать метательные ножи, в рукава — поместить их же. Доставшуюся от алгернского наемника саблю завернуть в несколько слоев плотной ткани и тоже упаковать. Драться ею вряд ли придется, а вот продать можно будет за приличные деньги. Драгоценные камни, золотые кольца, подвески и медальоны — вытащить из сейфа, уложить вместе с деньгами, документами и ценными бумагами. Это лишь малая часть нажитого за десять лет богатства. Все прочее хранится не в Димбольде — и хорошо, можно будет сбежать налегке, не оставив в покинутом доме ничего особенно ценного.

Ну, кроме картин. И книг. Патрик все же запихнул в сумки те самые драгоценные репринты. Продавать он их не собирался — но и бросать тоже не хотел.

Здравый смысл подсказывал, что стоит немедленно уносить отсюда ноги. Дирхейл выкинул то еще коленце, в нарушение всех на свете дуэльных кодексов пристрелив Герстера. Городская стража скоро явится выяснять обстоятельства случившегося — успеть бы еще убраться до ее прихода. Патрик совершенно не хотел доказывать баронам и бургомистру, что не состоял в сговоре с чужеземным бродягой, пытаясь уклониться от честного поединка. Его и так решили выгнать из города — а после таких новостей неровен час передумают и отправят в колодки, дожидаться приезда дядюшкиных послов.

Через десять минут граф Телфрин уже спустился в холл, где его ждали остальные. Здесь царила подлинная неразбериха — первым делом Патрик заподозрил неладное. Ближе к дверям вперемежку столпились до зубов вооруженные слуги Патрика и товарищи Дирхейла. Сам капитан Дирхейл стоял, сложив на груди руки, и с хмурым лицом наблюдал, как о чем-то оживленно спорят Иоганн и один из гвенхейдских солдат, молодой темноволосый парень, чей левый глаз закрывала черная повязка.

Иоганн обернулся, краем глаза заметив Патрика:

— Мессир Телфрин! Только собирался за вами посылать!

— Что тут посылать, и так все понятно, — проворчал одноглазый гвенхейдец. — Ваша милость, — продолжил он бойко, обращаясь к Патрику, — здешние констебли все же приехали, сорок человек, оцепили улицу с обеих сторон. Вот только приперлись. Вооружены до зубов, злые, требуют вас. Мы пока сказали, вы, извините, в нужнике засели, скоро выйдете.

Патрик вздохнул. Вот так, собираешься мчаться во весь опор — а погоня уже опередила и стоит у ворот. «Следовало быстрее шевелиться и меньше раздумывать — да что теперь попишешь». Он передал дорожные сумки Гансу, одному из своих лакеев. Проверил, хорошо ли выходит из ножен шпага.

— Я вот что думаю, — продолжал меж тем одноглазый. — Надо поставить стрелков на втором этаже и выманить этих господ, чтоб предприняли попытку штурма. Только они попрут, тут мы их сверху и накроем. Если есть запасные мушкеты, зарядите и их. У нас с собой пять гранат имеются. Тоже лишними не будут, особенно если бросить в толпу. Вынесем гостей в два счета.

— Молодой человек, не знаю, как вас звать…

— Косой Боб, ваша милость.

— Косой? У вас всего один глаз, но видит он прямо. Отчего вы не Кривой Боб?

— Глаз у меня смотрит прямо, а сам я человек косой и паскудный. Так еще в родной деревне решили.

— Какими удивительными путями порой возникают прозвища. Хорошо, Роберт. Ваши соображения крайне дельные, только объясните — почему их выдвигаете вы, а ваш капитан сурово молчит?

Делвин словно очнулся. Опустил руки, покосился на Патрика:

— Я медитировал, — пояснил он. — Пытался сосредоточиться. Противник превосходит нас больше, чем в два раза. Несмотря на выигрышную позицию, это чревато потерями, даже если мы победим, а у нас не настолько много людей, чтобы кем-то рисковать. К тому же, к ним в любую минуту могут подойти подкрепления, а нам еще нужно из города прорываться. Стоит воспользоваться магией.

— Вы недавно колдовали, капитан. И не кажетесь сильным волшебником. Одному вам не справиться с сорока противниками, если только… Проклятье, вам что, не рассказывали, как легко выжечь себя, перестаравшись со слишком сильным заклятием? Хотите лишиться способностей или лучше того, рухнуть на землю бездыханным?

На лице капитана Дирхейла, до того почти непроницаемом, отразилась сложная гамма чувств.

— Я был не прав, — сказал Делвин неожиданно эмоционально. — Я не мог рисковать и позволить тому человеку вас убить. Но не следовало стрелять в него при таком скоплении народа. Я солдат, и привык соображать быстро. Иногда это меня подводит. Стоило подумать и найти другой вариант, как позволить вам уклониться от дуэли. Сослаться на какие-то обстоятельства, отболтаться. Наконец, прострелить вам колено по дороге в парк и выдать за нападение разбойников! — он, похоже, сам не заметил, как подобное предложение прозвучало. — Мы бы не сидели теперь в осаде, попробуй я сообразить получше. Раз я виновник этого положения, я и должен попытаться все исправить.

— Золотые слова, капитан. Вы в самом деле изрядно напакостили и себе, и нам. Стойте теперь смирно, покуда я буду разбираться с проблемой, — Патрик с решительным видом направился к дверям.

— Погодите! — схватил его Делвин за рукав. — Я пойду с вами.

— Не нуждаюсь в ваших услугах, — высвободился Патрик. — Командуйте пока тут. Поставьте стрелков в холле и на втором этаже меж окон, — план, предложенный одноглазым Робертом, выглядел вполне удачным. — Наблюдайте. Как стражники полезут на меня — немедленно открывайте огонь. Сделайте не меньше двух залпов, прежде чем выдвигаться на улицу и вмешиваться в бой.

Дирхейл коротко кивнул и принялся отдавать приказы, расставляя бойцов по указанным позициям. Те, в свою очередь, доставали пистолеты и заряжали мушкеты. Иоганн вытащил, прижимая к груди, свой любимый многозарядный стальной арбалет, за огромные деньги купленный им несколько лет назад в Наргонде. Патрик выждал пару минут, следя за тем, как идут приготовления, и затем распахнул двери, выходя на крыльцо.

На него немедленно уставились мушкетные дула. Солдат и правда собралось немало. Они оцепили подъезды к дому, укрылись в переулке напротив, заняли ближние подступы. Некоторые спешились, привязав коней к уличным тумбам, другие оставались в седле. При появлении Патрика часть стражников изготовилась стрелять, другие вытащили из ножен мечи. Предводитель, капитан в шляпе с алым пером и парадной кирасе, выехал вперед. Единственный из всех, за оружие он хвататься не стал.

Граф Телфрин неторопливо спустился с крыльца, держа на виду руки.

— Сколько вас тут, господа, — сказал он, оглядывая стражников. — Целая армия. Такой почетный эскорт сгодился бы для имперского принца. Счастлив оказанным мне вниманием.

— Мессир Телфрин! — обратился к нему капитан. — Нам донесли, в вашем доме скрывается негодяй и преступник, бесчинно убивший мессира Клауса Герстера. Передайте смутьяна нам, и сможете беспрепятственно покинуть город.

— В самом деле? — Патрик изобразил удивление. — Этот смутьян приходился мне секундантом, когда я направлялся на встречу с Герстером. Вы не собираетесь обвинять нас в сговоре? Не потребуете также и моей сдачи?

— На ваш счет у меня нет подобных распоряжений, мессир. Мне доложено, вы уезжаете из Димбольда. Вот и уезжайте подобру-поздорову, только своего друга оставьте. Родичи мессира Герстера захотят, чтобы он понес заслуженное наказание.

— Вы ошиблись. Этот человек вовсе мне не друг, сударь. Мы сегодня впервые встретились. Мой секундант запаздывал, и я решил воспользоваться услугами незнакомца.

— Вот как, — офицер расслабился. — Тогда тем более, уверен, мы быстро покончим с этим недоразумением. Разрешите войти в дом, мессир. Ваши люди не пострадают, даю слово чести. Мы заберем убийцу и сразу уйдем.

Патрик не ответил. Повинуясь сделанному капитаном знаку, остальные стражники двинулись к крыльцу, не опуская пистолетов и клинков. Очевидно, их командир решил, что с формальностями покончено и, раз хозяин дома не возражает, можно браться за дело. Граф Телфрин смотрел на то, как они приближаются, охваченный внезапными сомнениями.

Несомненно, это был удачный повод для того, чтобы избавиться от докучливого гвенхейдца и спокойно убраться отсюда. Лорду Дирхейлу не сносить головы за устроенные им самоуправства — ну и слава небу, Патрик не испытывал никакого сочувствия к его персоне. Можно будет уехать в Наргонд или Керанию, и начать все сначала. Как бы ни запугивал Дирхейл, едва ли дядя, даже если он вправду вознамерился избавиться от Патрика, в ближайшее время до него доберется. Впереди еще немало спокойных лет, а потом разберемся, как выкручиваться, если все же клюнет жареный петух.

Вот только Делвин Дирхейл взойдет на плаху, застрелив человека, покончить с которым Патрик Телфрин намеревался лично. «Я был посвящен в рыцари самим королем и помню, что такое честь», — сказал Патрик Делвину этим утром, готовясь, как он тогда думал, к своему последнему смертному бою. Что же теперь получается, какой-то нахальный молокосос принял удар на себя, в то время как рыцарь предпочтет откупиться его головой, спасая собственную шкуру?

Не бывать такому вовек.

«Я, видят боги, много в своей жизни делал дурного. Убивал и грабил, под черным флагом нападал на мирные города и ходил в захватнические походы. По ту сторону западных морей матери пугали детей в колыбели моим именем. По крайней мере, в некоторых из тамошних стран они делали это точно. Мы три дня и три ночи грабили Барзерон, и пламя пожаров возносилось в небеса. Мы бесчинствовали на улицах и во дворцах. Мы завладели сокровищами пирского императора, выставив его голову и головы его родичей на шестах перед дворцом. Но никто и никогда прежде не говорил, что я трус, прячущийся за чужой спиной. И не скажет подобных слов впредь».

Когда до стражников оставалось три шага, Патрик Телфрин выхватил из кобуры заряженные пистолеты и сделал выстрел с двух рук. Одному из солдат пуля пришлась в голову, второму — в грудь. Замертво рухнули оба. Патрик тут же бросил разряженные пистолеты обратно в чехлы и выдернул из ножен шпагу. Сделал шаг вперед, распрямляя руку — и пронзил клинком шею еще одному неприятелю. Хлынула алая кровь.

Несколькими секундами спустя открыли огонь защитники особняка, высунувшись из окон второго этажа. Загремели выстрелы, запахло пороховым дымом. Еще человек пять из числа городских стражников упали на камни ранеными или убитыми. Повинуясь окрику капитана, чудом уцелевшего в первую минуту перестрелки, произвели ответный залп нападавшие, целясь в графа Телфрина и в появившихся в оконных проемах стрелков. Патрик ждал этого залпа и оказался полностью к нему готов.

Граф Телфрин не проходил изнурительного обучения в стенах Башни Волшебников — однако с магией был знаком с детства. Всякий, кто происходит от высокого дома Ворфалер, правящего Гвенхейдом, несет древнее чародейство в своей крови. Искусству плетения заклинаний Патрика обучал его собственный отец. Лорд Тейрис достиг немалых высот в этом ремесле и все свои знания постарался передать сыну. Патрик во всевозможных лихих переделках больше предпочитал опираться на клинок и пулю, однако и волшебством овладел почти в совершенстве.

Незримые магические потоки пронизывают весь мир — от раскаленного его сердца, сокрытого в каменных недрах, до холодных пустот, раскинувшихся за пределами воздушного слоя. Переплетение невидимых сил приводит в движение солнце и звезды, направляет ветра, придает ярость языкам пламени. Опытный чародей умеет действовать в унисон с изначальными стихиями, заимствуя их силу, вплетая в их движение собственную волю. В бою с их помощью можно убивать или, напротив, защищаться. Именно последнее сейчас и предстояло сделать.

Воздух замерцал, загустевая, твердея — и ровно в тот момент, когда димбольдцы начали стрельбу, между ними и особняком воздвигся переливающийся голубым, золотым и сиреневыми цветами энергетический щит. Выпущенные стражниками пули замерли, увязнув в сверкающей преграде подобно тому, как муха может увязнуть в древесной смоле. Кусочки свинца замерли в мерцании щита, не завершив свой полет. Когда барьер окажется снят, они просто упадут на землю.

Еще трое стражников, ближайших к Патрику, оказались по эту сторону выставленного им защитного экрана. Они, не растерявшись, бросились к нему, замахиваясь мечами. «Похоже, церемониться со мной больше никто не намерен». Граф Телфрин принял рубящий замах одного из палашей на чашечку шпаги, отступил. В левую руку сам собой прыгнул кинжал.

Патрик отбил кинжалом еще один выпад, на полусогнутых ногах подскочил к противнику, ранив его в колено, закрылся шпагой от следующего удара и вновь отступил. Двери особняка размахнулись, на крыльцо выскочили слуги Телфрина и гвенхейдцы. Их вел капитан Дирхейл, размахивая тяжелым палашом, на чьем лезвии магическим светом горели руны.

«Колдовской клинок. Как интересно. Редкая вещь».

Делвин первым перемахнул через перила, решив пренебречь ступеньками, и, ловко приземлившись на мостовую, бросился на помощь Патрику. Клинок, сжимаемый Дирхейлом, вспыхнул ярче, разбрасывая во все стороны разноцветные искры, как при фейерверке. Гвенхейдский офицер скрестил свое оружие с одним из димбольдцев. Вспыхнуло бледное пламя, и вражеский меч внезапно преломился у самого основания.

Стражник, в чьих руках остались одна лишь бесполезная рукоять, опешил. Делвин Дирхейл, видя его замешательство, с неожиданной кровожадностью усмехнулся и срубил врагу голову с плеч, опуская окровавленный меч.

«Работа Древних, — оценил Патрик оружие, принадлежавшее Дирхейлу. — В наши дни подобного не изготовить. На сталь наложены чары, и весьма могущественные. Интересно, какими путями сэр Делвин получил в своем распоряжение столь ценный антиквариат».

Времени ломать над этой задачкой мозги, впрочем, не было совершенно — у Телфрина еще оставалось двое противников, и он не хотел никому уступать возможность расправиться с ними. Первым делом Патрик покончил с раненым, вонзив кинжал ему в левый глаз. Затем граф шагнул к последнему, отбив сделанный тем поспешный выпад и загоняя шпагу ему аккурат под нижнюю челюсть.

Делвин и остальные уже оказались рядом.

— Коней седлают, вот-вот выведут, — сообщил гвенхейдский капитан. — Мы возьмем с собой всех ваших слуг. С теми, кто не рвется в поход, простимся уже по дороге. Вряд ли есть смысл оставлять здесь хоть кого-то, после такого побоища. — Патрик отрывисто кивнул. — Но сперва нужны покончить с этими, — продолжил Делвин. — Иначе увяжутся следом в погоню, и попробуй от них избавься. Можете убрать барьер?

— Могу. Если вы готовы к небольшой потасовке.

— Более чем готов, граф.

— Тогда пригнитесь сразу, как только я сниму заклятье. Они уже перезарядились и готовы снова стрелять.

Патрик оказался прав. Стоило ему расплести чары, заставляя магический щит бесследно растаять, как стражники немедленно спустили курки. Товарищи Телфрина бросились кто на землю, кто в стороны. Одного из солдат Дирхейла, темноволосого парня, чьего имени Патрик не знал, все равно зацепило — и похоже, что насмерть. Гвенхейдский гвардеец упал на мостовую, кашляя и отхаркиваясь кровью. Двое лакеев Патрика тоже оказались ранены. У графа не нашлось времени на то, чтобы оценить, насколько серьезно. Он перекатился, прижимая к бедру шпагу, и затем вскочил — оказавшись прямо перед неприятельским капитаном.

Димбольдский офицер выставил вперед палаш, метя его острием Патрику в голову. Телфрин ловко уклонился и схватил командира стражников за портупею, вытаскивая его из седла. Тот замахнулся мечом, но Патрик вывернул бедняге руку. Потерявший наездника конь метнулся прочь с бешеным ржанием, а Телфрин выставил офицера перед собой, прикрываясь им, как живым щитом.

— Не стрелять! — заорал он. — Иначе я перережу вашему командиру глотку, — в доказательство своих слов Патрик приставил к шее капитана кинжал. — Позвольте нам спокойно уйти, и никто больше не пострадает сегодня, клянусь.

— Слушайте, что он говорит! — закричал и сам офицер, явно не желавший еще на тот свет. — Расступитесь и дайте им проехать!

Этот капитан явно не пользовался любовью у своих подчиненных. Один из стражников, быстрее прочих перезарядивший в царившей суматохе мушкет, все же сделал выстрел. Целился он, скорее всего, Патрику в лицо — но граф вовремя пригнулся, прячась за своим пленником. Пуля вошла тому в спину, и хорошо, что не на вылет. Офицер, убитый наповал, тяжело повалился на Телфрина.

Защитники особняка ворвались, размахивая клинками, в толпу. Колдовской меч Делвина Дирхейла сверкал, наливаясь багровым светом и обильно собирая кровавую жатву. Дирхейл отчаянно бился, во все стороны нанося размашистые удары и бешено крутясь. Высвободившись из-под трупа димбольдского офицера, Патрик поспешил присоединиться к схватке. Он успел лишить жизни еще нескольких противников, прежде чем она завершилась. Враги были деморализованы гибелью командира и тем, что сразу два волшебника выступили против них. Спустя минуту или две сопротивления они обратились в бегство.

Ворота конюшни распахнулись, и на улицу вырвалась кавалькада. Лакеи Патрика уже подготовились к бегству. Некоторые ехали по двое — на весь отряд не хватило бы коней. Делвин Дирхейл немедленно взлетел в седло, пряча свой жуткий клинок обратно в ножны. Гвенхейдский офицер не был ранен, а вот один из троих его спутников в самом деле погиб. И трое лакеев Патрика. Что ж, не такие и большие потери в сравнении с тем, чего Патрик опасался изначально.

Граф Телфрин тоже вскочил на коня — того самого, чьим наездницей оказалась его горничная по имени Марта, не пожелавшая отпускать своего господина на войну одного. Девушка коротко вскрикнула, когда Патрик пристроился к ней сзади, крепко обхватив за бедра и положив подбородок на хрупкое плечо.

— Ну как, понравилось представление? — тяжело дыша, спросил Патрик служанку.

— Это было просто ужасно, — выпалила Марта, но в ее голосе вовсе не чувствовалось настоящего страха. Скорее восторг. Девушка и в самом деле оказалась не робкого десятка.

— То ли еще будет, дорогая. То ли еще будет! Ходу!

Патрик ударил коня по бокам, и Марта, правильно истолковав его намерения, выехала вперед колонны, оказавшись бок о боком с Дирхейлом. Делвин Дирхейл и Патрик Телфрин коротко переглянулись, и граф вновь заметил, как на лицо Делвина выползла отдающая безумием улыбка. Капитан Дирхейл весь перепачкался в крови, с головы до пят, и смотрелся довольно дико — словно нажравшийся мухоморов северный варвар. Он явно наслаждался происходящим.

«Шельмец все же добился своего. Что ж, посмотрим, чья возьмет потом». Патрик отвернулся, проверяя, нет ли за ними погони. Всадники во весь опор скакали по направлению к городским воротам, распугивая уличных прохожих. Графа Телфрина не отпускало чувство, что кто-то незримый насмешливо хохочет над ним, внимательно наблюдая. Мимо проносились пряничные фасады, бешено крутились на внезапно налетевшем ветру флюгера. За спиной остался милый дом, навсегда покинутый и более недоступный.

  • Глава 2 / Дары предков / Sylar / Владислав Владимирович
  • Никогда / Печаль твоя светла / Пышкин Евгений
  • IV / Неудачная доставка / Triquetra
  • Знакомство / Почти Шерлок Холмс / Филатов Валерий
  • Джунгли зовут / Путевые заметки - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Хоба Чебураховна
  • Потеряла свои косы земля... / Обо всем и ни о чем сразу / Ню Людмила
  • ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА / Простота — это то, что труднее всего на свете. / Лазарева Искра
  • Ложка - Зауэр И. / Ретро / Зауэр Ирина
  • Стоит поднести спичку / «LevelUp — 2016» - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Лев Елена
  • Восвояси / В ста словах / StranniK9000
  • Истинная сущность / Дитрих Ангора

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль