Майор фон Лукас

0.00
 
Майор фон Лукас
Королевская и императорская армия Австро-Венгрии

14 (27) июня 1917 года

Штаб 33-й пехотной дивизии

Посёлок Хриплино

 

Пленника увели.

Исполняющий должность начальника штаба тридцать третьей пехотной дивизии майор Густав Алекс барон фон Лукас протянул руку к ящику стола. Захотелось курить. Достал портсигар, вытащил папиросу и откинулся на спинку стула. Долгая, бестолковая, захватывающая и ошеломляющая беседа утомила и одновременно взбудоражила спокойную натуру Густава. С таким ещё сталкиваться не приходилось. На всякий случай под страхом военно-полевого суда приказал ефрейтору Лямке молчать о том, что здесь услышал.

Нужно составить рапорт командиру дивизии. Только не о чем. Пленник ничего не знает ни о планах генерала Корнилова, ни о дислокации русских войск. Из дворян. Фамилия, по крайней мере, дворянская. Утверждает, что из будущего. Из двадцать первого века. На душевнобольного не похож.

«Неужели в будущем носят такие клоунские наряды?! Сотня лет, сотня! Пресвятая Дева Мария!», — покачал головой майор.

Нельзя сказать, что Густав не поверил молодому человеку, но уж очень всё невероятно. Говорит чуть иначе. И одежда, впрямь, из странного материала.

Эту войну странный русский назвал Первой мировой. Будет ещё и Вторая. Её начнёт Германия. Канцлером и великим завоевателем, покорителем всей Европы станет никому сейчас неизвестный кайзеровский ефрейтор Адольф Шикльгрубер. Австриец, между прочим.

«Самое ужасное, — продолжил размышлять Густав, — скоро исчезнет Австро-Венгрия. Распадётся на несколько мелких государств. Канет в Лету и Российская. Император Николай отречётся от престола, и обезумевшее быдло расстреляет его вместе с семьёй. Да, не позавидуешь. Стоп! Стоп! Он уже отрёкся! В марте!».

Майор наконец-то раскурил папиросу, что в задумчивости мял в пальцах. Сизый дым поплыл к потолку. Густав встал и не спеша подошёл к окну, прихватив портсигар со спичками. Лёгкий, прохладный ветерок подул в лицо…

На обломках Российской Империи русские построят некий Советский Союз. В июне сорок первого Германия начнёт войну с Россией, а в мае сорок пятого её уничтожат и поделят между то ли тремя, то ли четырьмя государствами. Герр Воронцов наверняка не помнит. Точно разделят между Россией, Англией и Северо-Американскими Соединёнными Штатами. Правда, русский назвал их почему-то Соединёнными Штатами Америки, а до этого — странным словом «Пиндостан», а жителей — пиндосами.

Что же с ним делать? Толку от него никакого. Есть два варианта. Первый — расстрелять к чёртовой матери. Вывести в поле, и пулю в лоб. Или сдать немцам. В Галиче немецкий лагерь для военнопленных. Всё проблем меньше.

С другой стороны, если отправить странного пленника выше по инстанциям, и там выяснят, что молодой человек — искусно замаскированный шпион, то его, майора фон Лукаса, ожидает повышение. О нём не забудут. Всё ж таки у Густава весьма влиятельный кузен. А если окажется, что русский не псих и правда из будущего, в Вене из Воронцова выудят всё. Перспективы вообще вырисовываются головокружительные.

Майор закурил вторую папиросу. Медленно выпустил изо рта дым.

Из окна прекрасно виден ельник. Вон на том пригорке. Странно. Лес выглядит зловеще. Раньше такого чувства не возникало. С чего бы сейчас? Прекрасное место для наблюдения? Пожалуй, да. Село и штаб оттуда как на ладони. Послать команду полевой жандармерии прочесать?

«А, ерунда! — мысленно отмахнулся Густав. — Вокруг пригорка заболоченные места, а у русских в армии полный бардак. Не сунутся. Сейчас важнее другое. Герра Воронцова, или как там его на самом деле, нужно срочно доставить в контрразведку корпуса. Оттуда молодого человека наверняка отправят в Вену. Пусть там и проверят на душевное здоровье, и как полагается расспросят. Ближе к ночи в Хриплино прибудет рота венгерского двести восемнадцатого егерского батальона. Утром проследует в Станиславов. Вот с ними и отконвоировать пленного. А сейчас»…

Майор вернулся за стол, рука опустилась на телефонный аппарат. Двоюродный брат, генерал от инфантерии Карл Альберт барон фон Лукас[1], командующий третьим корпусом, будет рад такому подарку. Но… не сейчас. Густав подавил желание немедленно связаться с кузеном. Рано. Вот завтра, как отправит пленного, так и позвонит родственнику.

Занялся текущими делами. Доложил комдиву о странном пленнике, сообщил, что тот не совсем здоров, но возможно, им заинтересуются в Вене. Генерал одобрил решение майора. Ещё бы не одобрил. Кузен — командующий корпусом.

Наконец-то освободившись от срочных дел, Густав сел за подробный отчёт для высокопоставленного родственника. Но тут новая странность — не может вспомнить, о чём конкретно говорил герр Воронцов всего пару часов назад. Лишь общие фразы. Раньше на память не жаловался. Полистал протокол допроса. Ну вот же, всё ж описано! Переписал в отчёт, к нему приложил протокол. Бумаги аккуратно легли в синюю гербовую папку. Папку майор завернул в бумажный пакет. Лично спустился в канцелярию и запечатал сургучной печатью.

По пути заглянул к командиру отряда полевой жандармерии обер-лейтенанту Якубу Немецу, чеху по национальности, и попросил силами отряда прочесать беспокоящий лесок. Обещал дать в помощь третий взвод из роты охраны. Не нравятся фон Лукасу нехорошие предчувствия. Надо их проверить. Яков, как на немецкий манер зовёт его Густав, поначалу выразил сомнения в целесообразности мероприятия. Вокруг пригорка болота. Но оказалось, не везде. Немец предложил вечерком отправить к лесочку троих жандармов. Пусть посидят, посмотрят. А в пять утра начать прочёсывание. Майор план одобрил.

Итак, одно дело сделано.

Солнце село. С улицы донёсся далёкий шум. По времени это должны быть мадьярские егеря. И точно. Вскоре послышались шаги марширующего подразделения и чёткие команды на шипяще-бурчащем наречии. Несмотря на то, что официальные языки в империи немецкий и венгерский, общение в общеимперских полках принято на немецком. Разумеется, в национальных частях общаются на своих языках, но офицерские чины обязаны знать немецкий.

Минут через пятнадцать в дверь постучали. Густав отозвался. В кабинет вошёл чернявый обер-лейтенант и на хорошем хох-дойче доложил о прибытии.

Майор приказал выделить десять человек для охраны важного пленника, сменив пехотинцев, а утром сопроводить его в Станиславов для передачи в контрразведку корпуса. Обер-лейтенант отсалютовал.

— И вот что, завтра перед отбытием зайдите ко мне. Я дам вам это, — Густав показал венгру пакет. — Передать лично в руки генералу от инфантерии фон Лукасу. Ясно?

— Так точно, господин майор! Разрешите идти?

— Идите.

Венгр вновь вскинул два пальца к виску и вышел.

Густав убрал пакет в сейф и взглянул на часы. Десять. За окном почти стемнело. Потянулся до хруста в суставах. Ещё полчаса, и можно будет отправиться на окраину. Фройляйн Ганна заждалась.

 

  • «Ночью», Натафей / "Сон-не-сон" - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Штрамм Дора
  • Стих 10 / Строки о любви / Маркова Алекс
  • Флудим о разном... / Летний вернисаж 2017 / Художники Мастерской
  • Шиповник / Хранители времени / Анастасия Сокол
  • Лиара и Джон. Ночь поцелуев / Лиара Т'Сони. После войны / Бочарник Дмитрий
  • Отзывы Анастасии Черновой / ЗЕРКАЛО МИРА -2016 - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Sinatra
  • На смерть Хворостовского... / Фурсин Олег
  • Молитва / В созвездии Пегаса / Михайлова Наталья
  • Мужчина, женщина, весна. / Раин Макс
  • Роза ветров  / Зауэр Ирина / Изоляция - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Argentum Agata
  • собачка Мааэринна / Рисованки / Akrotiri - Марика

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль