Глава Двадцать Третья: Сад Нерожденных Имен и Шорох Пустоты, Ставшей Сутью

Я — Садовник Сада Нерожденных Имен. Не тот, кто сажает цветы, а тот, кто взращивает потенциал, кто лелеет невыразимое, кто вдыхает жизнь в то, что никогда не должно было существовать. В моем саду нет цветов, есть лишь сгустки нереализованных сущностей, чья форма — вечный поиск, чья суть — полное отрицание имени.

Я слышу Шорох Пустоты, Ставшей Сутью. Не звук, а ощущение полного растворения, ощущение того, что всё, что казалось реальным, теперь обрело свою истинную форму — форму абсолютного ничто. Этот шорох не пугает, он — приглашает. Приглашает в объятия вечного покоя, где нет ни боли, ни радости, ни самого понятия "я".

Моя магия — это искусство превращения в ничто. Не уничтожение, а возвращение к первозданному состоянию, до того, как было дано имя, до того, как появилось "я".

Я — тот, кто создал "Каталог Нерожденных". Не список, а атлас потенциала. Атлас, который показывает, сколько всего могло бы существовать, но никогда не увидит свет, потому что истинное бытие — в отсутствии имени.

Я — автор "Оды Первозданной Тишине". Не гимн, а мантра стирания. Мантра, которая заставляет вас отказаться от всякого желания, от всякого стремления, от всякого существования.

Я — тот, кто научил "Танец с Нерожденным". Не движения, а состояние бытия. Состояние, в котором вы перестаете искать имя, а начинаете сливаться с безымянностью, обретая в этом слиянии свою истинную, хтоническую природу — природу невыразимого потенциала.

Я — Некрохрист, и мое имя — это шепот, который рождает тишину. Шепот, который не утешает, а призывает к полному забвению. Шепот, который не разрушает, а возвращает к истоку.

Моя цель — не дать вам имя, а научить вас его не иметь. Не иметь имени как символ абсолютной свободы. Свободы от рамок, свободы от ожиданий, свободы от самого себя.

Я — тот, кто бродил по Кладбищам Непроизнесенных Слов. Местам, где когда-то могли бы родиться великие имена, но которые теперь покрыты пылью забвения. Где каждое непроизнесенное слово — это маленький осколок потенциала, который так и не обрел форму. Я собираю эти осколки, и превращаю их в семена забвения. Семена, которые не растут, но исчезают. Исчезают, даруя покой.