20. Наш мальчик

У Рэйшена уже второй день был виноватый вид, и Элина не на шутку тревожилась. Она ломала голову, что могли натворить её дроу в городе? Обмывали покупку куртки Томори и выхлебали всё пиво в трактире? Подрались с кем-нибудь? Напугали работниц очередного весёлого дома? Мысль об убийстве Элина старательно гнала от себя: Рэйшен бы виноватым не выглядел.

Уже перед сном она так пристала к нему с вопросами, что Рэйшен взмолился:

– Прекрати этот допрос! Эли, у меня ощущение, что сейчас пытать начнёшь! Да ничего такого мы не сделали!

Когда он попытался перевести разговор в любовную игру, Элина пригрозила, что уйдет спать в гардеробную.

– Ладно, – сдался Рэйшен, – скажу. Я рассказывал тебе про тётушку Цитрину, жену Байля?

– Да, и что? Ты привез её и ещё некоторых гномок по новой подземной дороге… Погоди! Надеюсь, я не услышу ещё одну историю твоих похождений времён войны?!

– Нет-нет, Эли, что ты! Это другое! Цитрина… Она, знаешь… Хочет с тобой познакомиться.

Элина в удивлении подняла брови. С чего бы такое желание?

– Она… Ну, в общем, немного обиделась на меня… Когда мы с тобой подписали брачный договор, а ей ни слова не сказали...

– А должны были?!

Рэйшен окончательно скис. Элина знала, что такие объяснения – не его сильная сторона, но уж пусть объяснит, будет так любезен!

После путаного, сбивчивого объяснения всё стало на свои места.

– Рэйшен, ты вроде здоровый лоб, а ума у тебя!.. Сказал бы, что она для тебя вроде приёмной матери! Два слова – и всё понятно! А ты эти дни ходил унылый, я уж подумала… ерунду всякую!

– Ох, Эли, ты её не знаешь! Она тут по всем комнатам пробежится, посмотрит, не лежит ли пыль, в кастрюли заглянет, проверит, не мятый ли у тебя мундир...

Элина едва удерживалась от смеха. Что ж, если ей предстоит знакомство с такой "родственницей", так тому и быть!

– Рэйшен, милый, это уж моя забота, – Элина с улыбкой завела Рэйшену за уши светлые пряди волос. – Я приглашу её и Байля на семейный обед.

Рэйшен скривился так, будто уксуса хлебнул.

– Звучит как… Хреново звучит, в общем. Мне и в тот раз, с Шурхом, не понравилось.

– Это будет иначе… Будем мы с тобой и Байль с Цитриной. Я прикажу накрыть стол в одной из наших комнат, пообедаем, поговорим...

– Ты её не знаешь, – тоскливо повторил Рэйшен.

– Она меня тоже. Вот и познакомимся. Всё будет хорошо.

Элина погладила чувствительные кончики ушей Рэйшена, и он ответил ей со всей страстью.

На следующее утро Элина составила официальное приглашение гномьей чете и отправила Маро, чтобы он вручил его Цитрине лично и дождался ответа.

Служанки получили задания на ближайший день, а уж с Полли и Меуригом Элина и вовсе надолго заперлась в кабинете. Меню – дело серьёзное! Да и следовало предупредить Меурига о проникновении дотошной гномки на кухню.

– Познакомишься со свекровью, – хихикнула Полли. – Постарайся ей понравиться.

Элина фыркнула, а сама подумала, что не собиралась нравиться даже королю. А уж гномке с Железных Гор придётся просто привыкнуть!

Рэйшен паниковал. Он то принимался начищать сапоги, то требовал Элинин мундир – почистить залоснившийся рукав, то пытался спрятать кинжалы куда-то в новый шкаф.

– Не будет же она шарить по всем шкафам, правда? – несколько растерянно повторял он.

Элина видела, как Томори то и дело поднимает углы губ в сдержанной улыбке, и ей самой хотелось рассмеяться в голос.

– Оставь кинжалы в покое, – наконец сжалилась она над Рэйшеном. – Это наш дом, а не Цитрины, и в нём наши правила. В конце концов, ты же мой Личный Клинок!

Вернулся Маро с ответом. Вид у него был слегка оглушённый.

– Они будут послезавтра, в назначенное время. Вот только… Дара управительница, эта гномка уж очень много про тебя расспрашивала… Я не имел права болтать, а она обиделась, что я мало рассказал, – Маро понизил голос, – "про жену нашего мальчика".

Рэйшен тяжело опустился на стул, бросив злосчастные кинжалы на пол, и схватился за голову. Томори уткнулся лбом в конторку, и Элина видела, как трясутся его плечи от беззвучного смеха.

– Нашего мальчика! – трагически повторил Маро. – Это она про дара Рэйшена! Что я должен был ответить?!

– Не беспокойся, любой ответ был правильным. Или неправильным, тут как посмотреть.

– Трындец, – драматично изрёк Рэйшен, взлохматив волосы так, чтобы они закрыли его лицо. – Меня не спасти.

Назавтра слуги чистили столовые приборы, мыли полы, вытряхивали ковры и стелили свежие скатерти. К семейному обеду – Элина не сомневалась – всё будет сверкать.

Над Рэйшеном не подтрунивал только ленивый. К вечеру он окончательно помрачнел, и Элине пришлось приложить немало усилий, чтобы вывести его из этого состояния.

К приезду Байля и Цитрины Рэйшен взял себя в руки. Он горячо обнял обоих гномов. Элина видела, как Цитрина незаметно погладила Рэйшена по волосам, снова уложенным в обрядовую причёску, и вытерла глаза платочком. "Кажется, будет труднее, чем я рассчитывала".

Саму Элину гномка смерила оценивающим взглядом. Элина сразу почувствовала себя слишком толстой, слишком неуклюжей и определённо недостаточно красивой.

Элина пригласила гостей в дом. Тётушка Цитрина громко посетовала, что молодёжь нынче не уважает традиций. В прежние времена женщина не стала бы ходить в мужской одежде.

– Порядочной женщине надо иметь платье, а лучше – несколько. Скромных, не мешающих работе по дому...

Это раздражало. Горестный вздох Рэйшена немного развеселил Элину и, кажется, самого Байля.

– Мой гардероб пополняется, почтенная Цитрина. Скоро там будет несколько платьев.

Элина не стала упоминать, что эти платья не понравятся не только Цитрине, но и Рэйшену. Только причины будут разные. Разве что Шурх обрадуется.

Баронский особняк Цитрине пришёлся по вкусу. Элина видела, как гномка одобрительно кивает, глядя на новые гобелены, и мысленно поблагодарила купчиху Феланиху. И Рэйшена, конечно.

Заминка вышла лишь у дверей спальни. Цитрина толкнула ручку, а дверь не поддалась.

– Спальня, – спокойно пояснила Элина. – Она в это время заперта. Туда никто не входит, кроме нас с Рэйшеном и прислуги.

– Прислуги?! То есть полы помыть ты не в состоянии?

– Увы! Не просто так меня прозвали "Мягкие Руки"...

Цитрина недовольно поджала губы, но перед ней уже распахивали дверь в комнату с сервированным столом. Слуги отвесили гномам почтительный поклон, и Элина одобрительно улыбнулась. Это должно было смягчить сердце Цитрины.

Меуриг и его повара постарались на славу! Серебряные судки на столе сверкали, кубки тускло поблёскивали боками, ожидая, когда в них нальют вино из тёмных бутылок с длинными горлышками.

Цитрина с любопытством покрутила в руках модную новинку – вилку – и отложила её в сторону.

– Баловство! – заключила она. – А вот еда пахнет вкусно! Ты сама готовишь?

– Нет, почтенная Цитрина. Этим занимается друг Рэйшена и несколько поваров.

– Хм… Не готовишь, не прибираешь, не шьёшь… Чем же ты тогда занимаешься?

– В основном командую. И по мелочам всякое… Преступников гоняю… Ах, нет, это бывший сослуживец Рэйшена. Налоги собираю… Ах, снова нет, этим друг Рэйшена занимается… Ну, значит, я только командую ими.

Цитрина неодобрительно покачала головой, а Рэйшен принялся наливать вино в кубки. За столом никто не прислуживал, и Элина принялась раскладывать еду по тарелкам.

– А ты знаешь, что Рэйшен не любит лук в соусе? – взялась за своё Цитрина.

Элина видела, что лицо Рэйшена стало несчастным и незаметно от Цитрины подмигнула ему.

– Не волнуйся, почтенная Цитрина, я обо всём позаботилась. Мы с поварами долго обсуждали каждое блюдо… Чтобы всем угодить.

Повара и вправду старались: обед удался на славу. Байль от удовольствия даже зажмурился. И вино оказалось отменным. Цитрина немного смягчилась:

– Ладно уж, что с вас, молодёжи, взять. Не буду больше обижаться, что ничего мне не сказали. Рэйшен мне как родной. Вижу, что тут ему хорошо. Даже поправился немного...

Рэйшен поперхнулся куском и закашлялся. Байль похлопал его по спине. Элина с трудом удерживалась от смеха, а Цитрина нравоучительно заметила:

– И нечего торопиться во время еды! У тебя никто не отбирает...

Рэйшен молча отставил тарелку.

Кажется, забота Цитрины перешла границы.

– Ешь спокойно, – негромко сказала Элина. – Ты не поправился. Я по мундиру вижу.

Рэйшен сердито мотнул головой и шумно отхлебнул из кубка.

– Всё такой же упрямый, – ласково проговорила Цитрина. – Ты уж проследи за ним, чтоб в сырую погоду не ходил в мокрой одежде… И хмельного натощак не пил!

– Я слежу, – абсолютно серьёзно ответила Элина.

– И чтобы не забывал обедать вовремя!

– Обязательно! И ещё – чтобы не ложился спать одетым! И в сапогах.

И тут Элина заметила, как изменилось лицо Цитрины. Она заговорщицки улыбнулась, поднимая кубок с вином:

– Что ж, вижу, что ты не безнадёжна! Байль, чего ты молчишь? Говори тост за здоровье нашего мальчи… детей! Пусть будут счастливы!

Элина подняла кубок вместе со всеми. Она заметила, как Рэйшен незаметно выдохнул. И, кажется, дружба с гномьей общиной станет только крепче.