Без названия / Госпожа / Завадская Анна
 

Начало

0.00
 

 

* * *

 

 

Два дня пролетели, как во сне. Ну, учитывая то, что я взяла моду спать до полудня, сравнение более чем верное. Макс носился по Столице, как угорелый, договариваясь о сотне мелочей для военной компании и будущего поместья, а я спала, ела, читала, снова спала… Кстати, присланные мне книги оказались теоретическими трактатами о даре эмпов и несколькими простейшими учебниками по контролю над даром. Интересно, хоть и слишком заумно. А письма… Макс сказал не обращать на них внимания, так как все равно мне некогда и незачем посещать все эти светские приемы.

В день отъезда провожать Макса до телепорта я не стала. Во-первых, ни я, ни он долгих прощаний не любим. А во-вторых, возле телепорта сейчас будет столько народу, что мы и попрощаться толком не сможем. Лучше уж пусть будет так: он уезжает из дома, в котором я остаюсь совсем ненадолго. Ну, может на пару декад. Ну, вот и все. Последний из воинов личной гвардии выехал за ворота, те плавно закрылись.Мы снова расстались, хотя оба обещали обратное. Надо. Слово, которое я ненавижу — но которое постоянно приходится повторять себе.

— Госпожа… — тихий голос крылатого выдернул меня из моих мыслей.

Я обернулась. Лари и Ниона уже вошли в дом, наложники же стояли рядом со мной. И правда, что-то я задумалась. А ведь вечера уже прохладные, особо на улице не постоишь.

— Да, идемте.

Девочки уже расположились в гостиной, служанки подавали чай.

— Госпожа… Нам надо бы поговорить… Наедине.

Это уже клыкастый...

— Нам — это вам двоим со мной или только тебе? — уточнила я, скорее из вредности.

— Ты кое-что должна знать о нас. Да и у нас появились кое-какие вопросы, — пропустив мимо ушей мой вопрос сказал Зайр.

Пожав плечами, я направилась в свой кабинет. Хорошо все-таки, что он мне положен по статусу. Я уловила промелькнувшее удивление и любопытство у Лари и Нионы, но лишь улыбнулась про себя. Сами просили ничего не рассказывать наложникам. Вот пусть теперь мучаются. А я еще подумаю, рассказывать им или нет.

Комната довольно просторная, на шесть трайских окон, в две группы по три. Слева от входа — низкий угловой диванчик с невысоким столиком, шкаф для книг и мягкое кресло для чтения возле окон. Стол для письма, почти такой же большой, как и у Макса в кабинете, стоял напротив кресла у стены. То, на чем предполагалось сидеть за столом, было больше всего похоже на дивный гибрид стула и кресла: низкие подлокотники, мягкое сидение и жесткая резная спинка. Два таких же креслостула стояло возле самого стола. И еще два шкафа для книг стояли углом в правом от входа углу. На полу лежал ковер, стены обиты нежной оливковой тканью с золотистым узором. Ах да, забыла сказать о гобелене, висящем между столом и шкафами. Я бы назвала такой пейзаж фэнтазийным. Зеленая долина с рекой, вытекающей из высоченного водопада, высокие деревья с домами у самых крон. Красиво — и абсолютно нереально. Реакция Илира на гобелен в кабинете меня удивила. Он просто застыл столбом, не двигаясь и, кажется, забыв, зачем пришел сюда. Сев в свое кресло, я сказала:

— Присаживайтесь. Кто будет первым говорить?

Зайр толкнул крылатого локтем, тот сморгнул пару раз, как будто возвращаясь в реальность и сказал:

— Скорее всего, я. И если можно, я постою.

Я лишь кивнула, прислушиваясь к их эмоциям. Зайр явно нервничал, Илир же вновь был спокоен, как танк. Вообще, я начинала уважать моего крылатого именно за это качество: за, казалось бы, абсолютное спокойствие. Лишь иногда, очень редко, в его эмоциях я чувствовала легкую грусть и тоску. Как во время разглядывания гобелена. Илир вздохнул, ещё раз бросив взгляд на него, а потом сказал:

— Насколько я понял, мы необходимы только в качестве защитников. У нас, белокрылых, есть одна особенность, о которой, как я понял, мало кто знает на континентах. Мы не можем нападать. Даже контратаки нам недоступны. Блокировать удар, подставить щит, поймать стрелу или болт, но не атаковать самим. И с этим я ничего не могу сделать. Такими нас создал Творец.

Я задумалась. И поняла, насколько существенным является этот недостаток для телохранителя. Да, он сможет прикрыть меня, он сможет защищать, пока хватит сил. Но устранить угрозу, убить нападающего — он не сможет. И если Зайр будет выведен из строя, а помощи будет ждать неоткуда… Не с этим ли связано то, что крылатый оказался на рынке рабов?

— Да, это действительно важно, благодарю. Еще что-нибудь, что может помешать или наоборот, быть полезным? — серьезно и спокойно сказала я, прикидывая, что теперь уж точно нельзя будет из дома выйти без парочки гвардейцев.

— Кроме этого? Наверное еще то, что я привык вести воздушные бои и придется слегка переучиваться. Есть еще пара вопросов… Но это я спрошу чуть позже, после Зайра.

Я кивнула, посмотрев на полуорка. Тот широко улыбнулся, справляясь со своим волнением — и сказал:

— Меня будут искать. И если меня найдут — будут проблемы у всех. Мои родственники могут сначала сделать, а потом только подумать.

Он замолчал, явно решив, что сказал все, чтобы я поняла серьезность ситуации. Я тяжело вздохнула и посмотрела на Илира. Тот лишь хмыкнул, говоря полуорку:

— Все рассказывай, я же говорил, что ваши обычаи известны не всем.

Зайр посмотрел на меня, нахмурился — и сказал:

— По орочьим меркам — я еще ребенок. И очень часто всех детей стойбища для тренировок отправляют в походы, где проверяются полученные навыки. В одном из таких походов мы и нарвались на пиратов. Мне не повезло, я сразу попал в сеть и меня вырубили. Очнулся я уже на корабле вместе с еще двумя орками из нашей группы. Они, как и я, не знали, что случилось с остальными. Их купили сразу, в первом же городе. А меня… Я показался слишком хилым для тяжелой работы и слишком красивым, чтобы держать меня в припортовом городе. Меня отправили в Столицу. Ну так вот. Похищение детей — самое страшное преступление в Степи. Продажа в рабство карается смертью. Этих пиратов найдут и убьют. Потом пойдут дальше по цепочке и дойдут до покупателей. Ну и сама понимаешь, церемониться не будут. То, что твой муж освободил меня — хорошо. Но то, что я стал наложником… Я не должен был вообще приближаться к женщинам до совершеннолетия. Тем более — к женщинам других рас. К тому же, у нас нет ни наложников, ни наложниц. Женщина принадлежит одному мужу и муж принадлежит ей одной. Поэтому… Я даже боюсь представить, что будет, когда меня найдут.

Тяжело вздохнув, он замолчал. Да уж… А по нему и не скажешь, что он подросток. Даже не так. Если это — подросток, то как тогда выглядит взрослый? Попыталась представить. Сглотнула ком в горле. Так! Не о том я думаю! Надо найти решение проблемы, а не представлять шкафоподобные фигуры с внушительными клыками.

— Ты можешь связаться со своими и объяснить ситуацию?

Он на меня посмотрел, как на умалишенную. Потом хохотнул и сказал:

— Ну… Если у тебя есть знакомый дух, который сможет отправиться на наш континент и найти там шамана нашего клана — то могу. Иначе никак.

Я фыркнула. Знакомый дух. У меня их аж три. Правда, два вне зоны досягаемости. Ожерелье так и осталось у Макса, а обруч вместе с остальными артефактами из Ясеневого бора везут в Харш-Нар маги.

— Если попросишь Лари, она может и согласится отправить с весточкой к твоему шаману своего духа. — сказала я, а потом добавила: — Передашь, что я собираюсь использовать тебя только как телохранителя, несмотря на твой официальный статус. И готова отпустить в любой момент. Тебе можно путешествовать одному?

Зайр лишь отрицательно помотал головой.

— Ну, тем более. Отправить вместе с тобой я не могу никого, у нас каждый воин на счету. Так что ты можешь спокойно дождаться тех, кто за тобой придет у меня. Только поговори с Лари серьезно, без шуточек и подколов.

Полуорк кивнул. Я явно поставила его в тупик. Понять бы чем? Сообщением о духах? Или о том, что готова отпустить так спокойно? А, может, тем, что надо поговорить серьезно? Спросить, что ли? Представила, как это будет выглядеть — и улыбнулась на все тридцать два. Не стоит. Не время дурачиться.

— Илир, ты говорил, что возникли кое-какие вопросы.

— Да, госпожа. Наложницы твоего мужа. Их тоже необходимо охранять?

Хммм… вопрос хороший, конечно. Почему-то мне сразу вспомнились тренировки в Ясеневом бору. А потом я представила Лари и Ниону в образе беззащитных напуганных дам, визжащих при виде нападающих. Чуть не рассмеялась, настолько это было для меня дико и нереально.

— Когда мы вместе — то да. Остальное время они не нуждаются в опеке.

Крылатый кивнул и тут же задал следующий вопрос:

— Могу ли я изредка вылетать из дому в пределах города?

Я задумалась… Нет, не потому, что имела возражения по поводу его полетов. Мне бы и самой очень хотелось посмотреть на него в небе. Я задумалась о том, не будет ли у него проблем со стражей. Хотя… Думаю, проблем больше будет с зеваками, чем со стражами.

— Думаю, ты можешь летать где угодно. Только предупреди меня перед вылетом. И будь осторожнее. Я не знаю, как остальные жители отнесутся к твоим полетам.

И снова кивок. Правда, вопроса больше не последовало, и я посмотрела на Зайра.

— В принципе, я просто хотел узнать, что нам предстоит делать-то? Охранять тебя, все понятно. Только вот как? Здесь полно солдат, которые это делают даже лучше нас. Так что если я правильно понял, нам надо будет охранять тебя тогда, когда не смогут они, правильно? И когда это будет? А когда будет, как нам стоит вести себя? Я же никогда никого не охранял! Я не в курсе того, как это делается!

Я невольно улыбнулась, наблюдая за тем, как он фонтаирует эмоциями. Волнение, неуверенность, опасения и вместе с этим — радостное ожидание. И попытка выглядеть при этом спокойным, собранным и серьезным. Подросток, играющий взрослого. Творец...

— Ну, начнем с того, что у меня тоже никогда не было телохранителей, — улыбнувшись, сказала я. — И с того, что вам нельзя вести себя также, как ведут себя они. Если кто-то захочет убить меня, он прежде всего уберет тех, кто сможет меня защитить. Поэтому вам нельзя демонстрировать то, что вы меня охраняете. Вы — мои наложники. Мой каприз, мое развлечение во время отсутствия мужа. Наша ставка — на неожиданность. И на то, что вы можете быть со мной там, где охране не место, в этом ты прав. На приемах, в походе за покупками, на прогулках. Пока я здесь, в Столице, вряд ли это потребуется. Здесь и стража, и солдаты, да и выезжать я никуда не собираюсь особо. А вот на севере… Так что у вас есть декада-две, чтобы набраться сил, отдохнуть, потренироваться. Надеюсь, — добавила я, пожимая плечами.

Зайр нахмурился, а Илир понимающе хмыкнул. Эй, а чего это он? Уже в курсе того, какая у меня шальная удача? Ох, чувствую, пора проводить беседу с одной рыжехвостой ушастой красавицей. Ведь она помогает крылатому с гардеробом, это я знала точно. Ну, если это она разболтала… Значит как я — так не могу про них рассказывать, а как она — так запросто, да? Ну ладно… Я это еще припомню...

 

* * *

 

 

Родной кабинет. Я засела в него, за чтение книг мастера Тариса, сразу после завтрака. Мне оставалось прочесть лишь несколько десятков листов из трактата "Чувства и эмоции. Фундаментальное исследование механизмов их возникновения, преобразования и доказательства возможности измерения их численных величин."

— Госпожа, Граен просил сообщить, что госпожа Гиара Торинс уведомила о своем визите. Через полчаса она будет у нас.

Римина. Нехотя отрываясь от чтения (написано, конечно, совсем по-научному, термин на термине, но довольно сносные объяснения и обилие примеров помогало восприятию), я подняла глаза на неё. Гиара… Ах да, вспомнила.

— Хорошо. Приготовь мне вайну и тор. Ну и чай со сладостями, само собой разумеется.

Я положила книжку на самую близкую полку и вышла вслед за служанкой. Хорошая традиция, уведомлять о своем приезде заранее. Правильная. Послал мальчишку за полчаса до выезда с небольшим посланием, он отдал его в нужный дом, там, если хозяина нет или он будет позже, обязательно сообщат об этом. Это только я так нахально в первый раз к Максу в дом заявилась, без послания, без предупреждения, как снег на голову. Правда, никто и не подумал, что та, кто носит серьги любимой наложницы может быть вовсе и незнакома господину. Да уж… всякое на свете бывает.

Гиара была пунктуальна и прибыла ровно через полчаса. Как всегда — сама элегантность, хоть одета была и попроще, чем в среду нового года. Граен без лишних церемоний провел её ко мне. Я как раз спустилась в гостиную, а Римина буквально через минуту принесла сладости и чай.

— Я к тебе вот по какому делу, — начала моя подруга, поправив складки на вайне. — До меня начали доходить слухи о том, что Миона распускает о тебе грязные сплетни. Причем на каждом вечере, на который их приглашают, — внимательный взгляд на меня, небольшая пауза. — Вчера я специально поехала к Виндерам, зная, что она будет там. И убедилась в правоте этих слухов. Не про тебя, а про то, что это дело рук Мионы.

Многозначительная пауза, глоток чая. Я молчала, ожидая продолжения. Уж поверьте мне, я знаю, какая её пауза что означает. Вот эта — само любопытство, скажем так, возможность оценить то, насколько точно я осознала важность произнесенного и дала понять ей, что пояснения не требуются. Ну уж нет, пусть сама все проговаривает, догадываться и строить предположения мне решительно лень.

— Представляешь, эта дочь ехидны не говорит ничего прямо, но так удачно полунамеками рисует твой портрет в таких красках… И мужа своего ты охамутала с помощью своих талантов, и её саму ты всю жизнь гнобила, выставляя в неприглядном свете перед мужем. Арнега ты в себя влюбила, а когда очаровала Макса, то отказалась от своих обещаний. А еще ты выгнала их из дома во Вторник года, стерва каких поискать, не гнушающаяся использовать свои силы направо и налево. Её словам конечно грош цена, но… Учитывая то, что тебя никто не видел, с тобой никто не общался и тебя никто не знает — её слова довольно опасны. Не только для тебя, но и для твоей семьи.

Я лишь хмыкнула грустно, ставя чашку на стол и посмотрела в окно. Деревья теряли золотистую листву неспеша, со спокойной уверенностью тех, кто выполнил свой долг сполна. Им хорошо, они будут лежать, прикрывая землю от холода, чтобы она не промерзла, чтобы не погибли семена и корешки, чтобы жучки и паучки весной вновь смогли выползти из своих норок. И в принципе от них уже ничего не зависит, они уже честно отработали все лето, снабжая питательными веществами все дерево. Им остается только лежать, отдыхая от трудов праведных. В отличие от них, мне покой только сниться. Успокоишься тут, когда вокруг начинают плести свои сети сплетники высшего общества. И ведь чувствовала, что эта стерва не успокоится, будет гадить всеми доступными способами. Нашла способ. И ведь теперь фиг убедишь всех в том, что я белая и пушистая.

О чем я? Когда это я была белой и пушистой? Когда в Фар-Руне била уртваров? Или когда отбивалась от тварей в Ясеневом бору? За лаана Алар-рагана я вообще молчу. Бедного беззащитного прирезала, одурманив. А потом еще и весь город бедненьких белобрысых уродцев "вынесла", как сказали бы мои друзья из того мира. Нет, я действительно не могу быть милой, симпатичной глупой курицей. Не потому что я черная и страшная. А потому что никогда не смогу быть такой, как эти "светские дамы".

Я не буду ждать, когда за меня кто-то решит, с кем мне быть и как мне жить, как это хотела сделать Миона, выдав меня замуж за Арнега. Прежде чем сделать что-то — я очень хорошо подумаю над тем, нужно ли оно мне и что за последствия будут от этого решения. И самое пакостливое, что такие люди, как я — всегда не нравятся тем, кто считает себя в праве указывать, поучать, руководить. Миона и подобные ей просто на дух не переносят таких вот "зарвавшихся нахалок", считая, что имеют право диктовать свое мнение, обуславливая это право какими-то призрачными социальными статусами. Не имеют они права, не имеют. Нет у них надо мной власти. Не признаю я их статусы, не привыкла я пользоваться подачками с их стола. Вся моя жизнь здесь — борьба. Я живу потому что я борюсь. С уртварами, своими слабостями, предрассудками и первым впечатлением. И побеждаю. Вот только один вопросик у меня к Гиаре имелся...

— Слушай, Гиара… Вот объясни мне, почему статус моей семьи так важен? Макс говорил, что особо не заботился о своем имени раньше. Может и мне не стоит так кипишевать? Собака лает, ветер носит?

Та посмотрела на меня, как на умалишенную. А я лишь похлопала глазками.

— Подруга, если бы ты не была из уведенных, я бы тебя записала в дурочки, честно. Макс и его семья могли плевать с большой колокольни на общественное мнение, когда управляли двумя объединенными имениями в тихой местности и горя не знали. Экономические связи налажены, людей полно, живи и потихоньку развивай, накапливая и перераспределяя ресурсы. Война же — это всегда большой передел. Те, кто имел все — враз исчезли. Все — в разрухе. Откуда взять деньги на восстановление этого всего? Хорошо, если семья поколениями откладывала в гномий банк прибыль сверх налога. А если еле концы с концами сводила от урожая до урожая? А если вообще не имела ни поместий, ни дела? Никто просто так деньги не даст. И если у простого человека лишь его имущество есть залогом для кредиторов, то у дворян это прежде всего его имя. Честность, верность слову, жизнь по закону ценятся превыше всего потому что дают уверенность в том, что ты выплатишь заем и позже, если сейчас не сможешь. Ты предсказуем в финансовых вопросах — с тобой легко иметь дело. Любой даст кредит тому, кто управляет имением. Стабильным имением, которое может обеспечить себя и дворянина. У тебя же за душой если что-то и есть — уйдет на восстановление ремесел и городов враз. Но заработать на ремеслах, на городах ещё не скоро получится. И пока Макс на севере будет затыкать дыры — от тебя зависит, захотят ли его будущие кредиторы дать ему денег. Кроме того, доброе имя — это гарантия того, что к нему с удовольствием пойдут служить не получившие знака — но получившие хорошее образование дети дворян. Так что...

Гиара права. Мое имя теперь тесно связано с именем семьи Макса и с моими будущими детьми. Значит, нельзя позволить Мионе и таким, как она, его поносить. Улыбка у меня видимо вышла довольно кровожадной, раз Гиара хмыкнула и ответила:

— Да уж… Боюсь представить, что ты готовишь Мионе. Но если позволишь… Я бы советовала тебе и самой пару вечеров провести, но это потом, чуть позже, декады через две. А пока… Я могу попросить тетушку Нойрела устроить званый ужин. И пригласить на него всех способных адекватно мыслить и имеющих вес в нашем кругу. Соответственно, и тебя тоже. Да, понимаю, это будет похоже на смотрины… Но… Это единственный способ ввести тебя в круг дворян, решающих реальные вопросы.

Я хмыкнула. Конечно, Гиара слегка преувеличивала. Так, минуточку. А куча спама у меня на столе?

— Почему это единственный? У меня на столе пачка писем с приглашениями.

Гиара хмыкнула и сказала:

— Можешь выкинуть их в мусорное ведро, как твой муж поступал на протяжении последних лет. Учитывая то, что его семья никогда особо не занималась поддержанием в обществе своего статуса — серьезные люди не будут присылать приглашения тому, кто стопроцентно не придет на вечер. Хотя… Слушай… А ну-ка дай мне посмотреть эти приглашения. Может быть в связи с последними событиями что-то и изменилось.

Я кивнула, посмотрела на Римину. Та поклонилась и выскочила из комнаты. Я же осталась в тяжелых раздумьях. Идея Гиары мне нравилась. В принципе. Ну не люблю я все эти светские рауты. Я на них никогда не ходила и никогда ходить не хотела. Не могу я этого. Блин, ну какое не могу? Для того, чтобы понять, могу или не могу — надо попробовать. Значит, надо идти. Стоп, минутку… это что, мне самой вечера придется организовывать? Через сколько?! У меня округлились глаза. Это что, мне тут две декады торчать? Э нееет… Не пойдет, не пойдет, не согласна.

— Я вообще-то собиралась в имение ехать, как только Макс его освободит. — поставила я подругу в известность.

— Ты что, управляющий, чтобы делами имения заниматься? Нет, дорогая. Нечего тебе там в имении делать. Тем более зимой. Все северяне на зиму в Столицу перебираются, сама вспомни. Ты здесь как раз летом гостила именно из-за того, чтобы Мионе глаза в поместье не мозолить во время зимних месяцев. На жару — сюда, в холод — туда. А они с твоим папашей как раз наоборот. Когда здесь жарко — они на севере, в прохладе. Когда же холодно — сюда перебираются. Так что никто не удивиться, что муж оставил беременную жену в Столице, а не повез в разоренное поместье. За зиму он как раз там порядок наведет — и тогда ты спокойно туда переедешь.

Я прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла. Опять все мои планы меняются в один момент. И ведь ничего не скажешь против. Надо. Дурацкое, отвратительное слово, которое я не могла терпеть. Логично. Это слово я тоже начинаю тихо недолюбливать. Целесообразно. Этим словом я вообще пользоваться не желаю. Но именно оно наиболее точно описывает мое положение. Беременной нечего делать во время холодов на небезопасном Севере. Стоп. А откуда Гиара знает о моей беременности?

— Ох, Анна. Ты меня удивляешь. Ну а для чего ещё твой муж нанял бы лекарку-повитуху? Да все сплетницы Столицы уже давно обсудили этот вопрос и пришли к мнению, что для наложниц бы он точно не выбирал самую лучшую.

О, а вот и приглашения… Ну что же, посмотрим...

 

 

* * *

 

 

Во всей кипе приглашений оказалось только одно стоящее. Оно было от клуба "Северные звезды". Хорошая бумага, тисненые буквы, каллиграфический почерк, обилие завитушек и даже магические плетения. Правда, абсолютно ничего не значащие. Гиара фыркнула, вертя в руках шедевр местной полиграфической продукции.

— Вот уж от кого меньше всего ждала приглашения. Однако… для нас это просто выигрыш в лотерею.

Вновь многозначительное молчание. И вновь мне пришлось хлопать глазками. Гиара застонала:

— За что мне такое наказание, звезды светлые? Верните ей память, чтобы она не была похожа на младенца или идиотку, прошу вас! — потом, посмотрев на меня, совсем другим, более серьезным тоном сказала: — "Северные звезды" — клуб северных дворянок. Напыщенные высокомерные ледяные красавицы, берущие во всем пример с сангов, вот кто они. Интересно, с какой стати они пригласили тебя к себе? Нет, то, что теперь ты одна из северных дворянок мне понятно и без напоминания. То, что большинство из них лучшие подруги Мионы и она ещё в Третик рассказала им все то же, что рассказывает сейчас везде — ясно как белый день. Так для чего приглашать тебя к себе? Поиздеваться? Или же… Возможно, они, как и большинство здравомыслящих, не сразу поверили Мионе, а многие так и не поверят вообще. Посмотреть на тебя и решить, подходишь ли ты для их клуба? Знаю я, какие там разговоры ведутся, на этих собраниях. Да и они особо не скрывают. Мужчины существуют для того, чтобы ими управляли, ничего хорошего мужчины придумать не могут, созданы для разрушения, а не созидания и так далее. Вот, смотри что написано: наложникам вход разрешен. Как ты вовремя их приобрела, а? На пару дней позже — и они бы были свято уверены в том, что это именно их влияние. На какое число? Последний день первой декады… — Гиара еще раз фыркнула, отбрасывая приглашение на стол. — Вот в этом они все. Не пятница второй нирмы, а именно последний день первой декады. Стервы. Но с ними придется иметь дело на севере. Так что… Тебе придется подружиться кое с кем из них. Надо будет купить тебе что-нибудь новенькое… Ну а вечер у тетушки Нойрела мы устроим спустя нирму.

На пару минут Гиара замолчала. Надо же, я уже и забыла, как она любит поговорить. В Третик это как-то не было заметно, а сегодня… У меня от её болтовни уже голова начинала побаливать. Или это все от количества сладкого, которое я уже успела съесть? Нет, от этого голова не может болеть. Вот от голода — да, может, а от того, что поела больше, чем надо — никогда. Но не могу же я быть голодная, слопав столько пирожных и засахаренных фруктов?

— Так. Завтра мы едем с тобой за покупками, — констатировала Гиара, отпивая глоток из чашки.

Краем глаза я заметила ренку, медленно прошедшую мимо двери и старательно делавшую вид, что её совсем не интересует ни моя гостья, ни то, чем мы занимаемся. Учитывая то, что минут за пятнадцать до этого также продефилировала и Ниона… Причем от обеих веяло любопытством так, что я еле сдерживала улыбку.

— Я заеду за тобой часа за два до полудня, — сказала Гиара, поднимаясь.

Поднявшись вслед за ней, я сказала:

— Может останешься на обед?

Та лишь улыбнулась и сказала:

— Нет, я домой поеду. Если я не пообедаю дома, Нойрел точно решит, что я на твоих наложников глаз положила. Ты же завтра возьмешь их с собой? Их тоже приодеть надо.

Я улыбнулась, согласно кивнув головой. А Гиара уже выплывала из гостиной, на пару секунд затормозив в дверях, рассматривая что-то в холле. Мне стало интересно и я чуть прошла вперед. Ну конечно… По лестнице спустился крылатый и низко, как и подобает наложнику, поклонился ей. При этом сложенные крылья чуть приподнялись. Красиво… Гиара сморгнула, поклонилась в ответ, обернулась на улыбающуюся меня и пару секунд подбирала нужные слова. А потом махнула рукой и сказала:

— Завтра заеду за тобой вместе с Нойрелом, думаю. Жди.

Мы попрощались и она уехала. Обернувшись, я увидела в холле уже всех. Эльфийка и ренка стояли возле входа в гостиную, полуорк только вошел с внутреннего двора, крылатый стоял возле лестницы. И все ждали, пока я удовлетворю их любопытство. Я лишь покачала головой, махнула на них рукой. Ведь если не расскажу — будут дуться целую декаду. Семейный совет, блин. Граен предупредил, что обед будет готов не ранее получаса, так что мы расположились в гостиной. Римину сменила Майра, на столике оказалась целая гора сладостей и куча чашек, пара чайников. Я заняла кресло, остальные рассредоточились по диванчикам. Рассказ о предложении Гиары вызвал противоречивые чувства.

— Если бы дело происходило у нас — я бы её на поединок вызвал, — буркнул Зайр, нахмурившись.

— Да ладно, это не так страшно, как кажется, — пожала плечами ренка. — Тот, кто привык думать, а не только слушать — не примет эти слухи всерьез.

— Не права ты, подруга. Гиара правильно сделала, что предупредила. Интригами можно навредить больше, чем открытым противостоянием.

— Ты не должна никуда выезжать без нашего сопровождения, госпожа, — спокойно сказал Илир. — Беда не приходит одна.

Я тяжело вздохнула. Они правы. Все. Ну, значит, будем действовать согласно плану: выходить в свет, общаться, создавать положительный имидж.

— Хм… — задумалась ренка. — Я не думала, что вся эта шумиха может быть подстроенной специально, чтобы вытащить тебя из дома...

Зайр фыркнул. Ниона задумалась. Илир лишь пожал плечами.

— Может быть и не специально, но если кто-то хочет навредить — нет места наиболее подходящего, чем праздник. Никто не ожидает, никто не готов...

Вот, снова… Броня абсолютного спокойствия на пару секунд истончилась, обнажая боль, грусть, сожаление. Блин, как бы я хотела узнать об его прошлом. Не время, не место. Захочет — расскажет. Не имею права.

— Но проверить не мешает, — назидательно сказала ренка, дернув ушками.

Нет, не смогут мои наложницы долго притворятся. Плохие видимо из них шпионки. А с чего я решила, что присматривать за мной дадут профессионалу высшего класса? Учитывая нынешний расклад, я сама на себя готова махнуть рукой, сказав, что дело мое труба. Уртвары, северянки, орки вот тоже, оказывается, могут на меня зуб точить… Только от упрямства барахтаюсь и делаю хорошую мину при плохой игре.

 

 

* * *

 

 

Надо сказать, что покупки заняли гораздо меньше времени, чем я планировала. Учитывая то, что до собрания северянок было довольно много времени, Гиара повела нас не в ряды с готовыми товарами, а на улицу портных, причем именно к тому, который считался лучшим. Ой вэй… Как же долго он снимал с нас всех мерки… Как же он ахал по поводу крыльев Илира, интересовался покроем, который принят у них, делал какие-то наброски… охал и ахал по поводу того, что у него так мало времени и придется привлекать дополнительных работников… Что вместо красивейшей вышивки придется пользоваться кружевами и тесьмой, что… да многое что, на самом деле.

В общем, через три дня у меня и моих наложников должны были появиться в меру классические костюмы из лучших тканей, которые не только должны были показать наше богатство, но и вкус. Учитывая то, сколько информации о том, что я люблю и что не люблю я дала мастеру, я надеялась на то, что это все-таки будет то, что мне не будет стыдно одеть и в чем я буду чувствовать себя глупо. И рассчитывала на то же у наложников.

Кстати, надо отдать должное и Зайру, и Илиру, впервые вышедшим в качестве моих наложников в люди: держались они молодцом. Оба — сама галантность и забота по отношению ко мне, улыбки на губах, свобода движений. Вот только меня этот маскарад не обманул. Зайр почти постоянно держал руку на эфесе, а крылатый то и дело потихоньку ощупывал пространство с помощью простейшего заклинания "Поиск незримого" (плетение его было приведено в книжке о защитной магии, а вы что подумали?). И я более чем уверена в том, что у него были готовы несколько щитов на случай нападения. Ну, а о том, что рядом с моей коляской бежал серр, дополняя нашу компанию, я уже просто умолчу.

Кстати о Крайфе. Он всю дорогу тихонько похихикивал, комментируя действия наложников со своей колокольни. То они слишком серьезные, то слишком слащавые лица строят, то чересчур картонно улыбаются… Его мысленные комментарии были довольно красноречивыми и мне стоило больших трудов удержаться от смеха. Как и раньше, Крайф остался на улице, перед дверью, сообщив мне, что ему будет слишком скучно внутри и он лучше подышит свежим воздухом. Бессовестный. Мне бы он там очень пригодился, когда меня распрашивали по поводу моих предпочтений. Его шерсть так приятно перебирать пальцами, это так успокаивает. Нехороший он.

Домой я вернулась жутко голодная и слегка уставшая. Так что после плотного обеда сил заниматься книгой просто не было и я посвятила остаток дня простому лежанию на кровати и размышлению над превратностями судьбы. Надо сказать, вчера вечером Макс полностью поддержал идею Гиары и лишь напомнил о том, что мне не следует покидать дом без охраны. И я согласна с ним на все сто процентов, но… Ехать на рынок с охраной было как-то неудобно, особенно учитывая то, что Гиара и Нойрел своих гвардейцев оставили дома. Справились силами наложников и серра. И справились вполне успешно. Правда, на бал в любом случае охрану брать надо будет. Во-первых, неприлично это, без охраны одной ездить. Во-вторых, мы будем ехать вечером, а возвращаться так и вообще ночью. Каким бы прекрасным городом не была Столица, но ночные улицы, даже хорошо освещенные, даже в квартале дворян не являются безопасными.

 

День проходил за днем, время бала близилось, также, как постепенно приближалось и время освобождения Харш-Нара. Скоро, очень скоро я теоретически смогу уехать из Столицы поближе к Максу. Хотя Гиара и утверждает обратное, аргументируя все тем же: надо создавать положительный имидж семьи. Нет, она говорит "заботиться о честном имени своей семьи". И она более права, чем я. Но как же мне не хочется этого делать… Надо. Костюмы пошиты, все приготовления сделаны, завтра вечером — у меня первый выход в "свет". Званый вечер "Северных звезд". Лучше бы с Максом по полям носилась, уртвар била. Как сейчас, во сне. Ночной бой Макса с небольшим отрядом трайров и фреев в полях у какой-то деревеньки.Ну и что, что это просто мой сон? Хоть так — но рядом с ним, что называется.

А смотреть было на что. Видимо, Макс догнал отступающий немногочисленный отряд уртвар и теперь те были вынуждены вступить в бой. Я впервые увидела ездовых големов уртваров, которые от лошади взяли лишь четыре ноги и рост. Чешуя, как на летягах, на морде — рога, хвост толстый, мясистый, с костяным наростом на конце. Серры этим тварюшкам по брюхо будут, сами лошади — и то чуть пониже. У каждой — не зубы, а клыки. Сразу видно, что не травоядные. В неверном тусклом свете Фрерая, местной луны, картина боя всадников казалась совсем нереальной. Бледные черноглазые уртвары верхом на своих ездовых големах, темнокожие, со светящимися пульсирующими полосками фреи, откинувшие капюшоны, верхом на серрах и трайры, закованные в легкую, позволяющую двигаться броню. Блики отраженного света на клинках, короткие вспышки магии, слишком слабые, чтобы навредить многим, но довольно эффективные, чтобы отвлечь внимание. Основной магический поединок уже закончился и, видимо, в пользу Макса. О, а вот и Димрий. Куда лезешь, справа! Черт!

Вот всегда у меня так, стоит лишь чуть-чуть пожелать изменения ситуации — так сон сразу и уходит. И никогда не возвращается. Теперь только и остается, что гадать: сон это был или не совсем сон. Видела же я во время войны Макса в Фар-Руне? Может и сейчас то же самое? Неее… Пусть лучше сон будет, а то… Если Димрий не успел парировать удар… В принципе, учитывая броню, раны быть не должно… Главное, чтобы этот удар оказался единственным пропущенным. Ну вот, теперь гадай, что это было. Сон или не-сон, как там, в поместье. Как же я устала от всего этого! Как же мне надоела неопределенность в моих способностях. Возможно, это и счастье, что я постоянно совершенствуюсь, вот только кто бы знал, как это тяжело на самом деле.

Ну вот, проснулась окончательно. За окнами Таэмрай встал высоко и залил своим светом внутренний дворик дома Андерисов в Столице. Голые ветки деревьев, опавшая листва с которых давно убрана садовниками. Пожухлая трава и большие осенние цветы на клумбах под окнами. Прохлада воздуха поздней осени, первые заморозки и спокойная размеренная жизнь послепраздничной Столицы. Сезон дождей постепенно уступает место морозным зимним дням. Хотя на этой широте зима — это не трескучие морозы и зимние шапки на домах и деревьях, это прохладное слякотное время липкого мокрого снега и холодного светила. Не шубы, а теплые куртки максимум. Не снежные бабы и сугробы, а тонкий слой белой поземки и постоянные лужи. Потому и уезжали в Столицу северные дворяне на зиму, потому и уезжали отсюда летом. А южане — наоборот, лето проводили в Столице, на зиму отправляясь обратно. Вот теперь и я, как нормальная северянка, зиму провожу в теплой Столице. К Максу хочу. Соскучилась. Но, судя по сну, мне ещё не скоро к нему. Уртвары упорные, теперь пока их из северных имений выкуришь… Хоть самой езжай и помогай ему там. Так ведь никто не пустит. Это в Столице я защищена и считай в безопасности, а на севере… Нет, нельзя мне никуда уезжать отсюда, пока Алар-раган не перебеситься. Значит, ждут меня званые обеды и ужины, салоны, деловые встречи, дружеские посиделки и прочие радости светской жизни. Ну и книги мастера Тариса почитаю ещё, один плюс во всей этой суете сует. Хоть немного разберусь со своим даром.

 

 

* * *

 

 

Ну, вот я и готова к посещению заседания клуба "Северные звезды". И, спрашивается, чего я так волнуюсь? Ну, банка с пауками, судя по описаниям Гиары. Ну подумаешь. Что такого они мне могут сделать, если я им не понравлюсь? Всего лишь запретить своим мужьям и сыновьям иметь с нами дело. А это… Да катастрофа это. В большинстве семей на севере мужчина, конечно, глава семьи, только женщина — шея этой головы. Куда повернет — туда и муж смотреть будет. Так привыкли жить санги, такой обычай перенимают и дворянки трайров. Вот только трайры — не санги. Для них такой способ управления не подходит. И к скудности ресурсов земельных добавляется скудность ресурсов людских. Неумение принять решение, постоянная оглядка на мнение матери, а потом и жены, отсутствие сильной воли. Плохие бойцы и никудышние маги, вот кто такие северяне сейчас. Возможно, это и есть та причина, по которой Государь сделал управляющими разоренных поместий не-северян? Но тогда как мне себя вести с северянками?

Я нахмурилась на свое отражение в зеркале. Майра еще раз придирчиво осмотрела мой наряд, изъяна не нашла. И спросила:

— Госпожа, что-то не так с платьем?

Я вздохнула.

— Платье великолепное. Мой внешний вид не связан с выражением моего лица.

Платье действительно было великолепным. Юбка была свободной, но имела форму и хорошо подчеркивало наличие талии и бедер. Лиф плотно облегал, поднимая и придерживая грудь, справляясь чуть хуже корсета, который тут носили только санги, но гораздо лучше нижней рубашки трайров. Горловина без воротничка, длинный узкий вырез спускался до самой ложбинки на бюсте, рукава от проймы до локтя были узкими, а потом расширялись. Темно-синяя с тонким золотым и серебряным растительным узором ткань, тонкое широкое кружево из золотой и серебряной нити. Образ дополняли серебрянное с жемчугом колье, широкие браслеты из десятков скрепленных вместе тонких серебрянных нитей с нанизанными на них в художественном беспорядке жемчужинами, высокая строгая прическа с широкими гребнями и обилием шпилек, полусапожки на небольшом каблуке в тон платью.

— Волнуетесь? — шепотом спросила моя любопытная служанка.

— Конечно да, Майра, — сказала я, рассматривая себя в зеркало.

Ну, вроде все нормально. Я вздохнула и сказала:

— Ладно, идем вниз.

 

Наложники ждали меня внизу. Красавцы. День и ночь. Белое с золотом у Илира, черное с серебром — у Зайра. Волосы у Илира распущены, у Зайра — собраны в низкий хвост. Одет Илир был в узкие белые брюки с высокими сапогами, длинный верх а-ля камзол и широкий пояс, на котором вместо клинка висел небольшой жезл из темного дерева с замысловатой резьбой и небольшим утолщением а-ля навершием наверху. Увидев вопрос в моих глазах, он улыбнулся, достал жезл и протянул его мне.

— Сегодня только закончил его, теперь наконец-то буду ходить с нормальным боевым посохом.

Я покрутила жезл в руках. Хорошее, плотное дерево, хорошо лежит в руке, теплое и приятное наощупь. Резьба очень детальная и аккуратная, витиеватые линии и закорлючки, какие-то значки. Ни одной нити заклинания я не увидела, как ни присматривалась.

— Красивый, — сказала я, отдавая Илиру его оружие. — Только мне кажется, что это не посох, а жезл.

Крылатый улыбнулся, взял в руки жезл и… На моих глазах, без всякого видимого проявления магии, жезл превратился в посох! Полноразмерный, чуть выше головы крылатого, даже чуть толще жезла, с нормальным округлым навершием.

— Как?! — только и смогла спросить я.

— Свойство дерева, выращенного специальным образом. Мне еще ни разу не удавалось сделать посох настолько быстро.

— Когда я его в первый раз в саду увидел, сидящего перед чахлым росточком на такой-то холодине и неотрывно смотрящего на него — все, решил, бедный крылатый с ума сошел в неволе. А потом смотрю на росточек — а тот чуть больше стал! Думаю все, дожился. Начало всякое мерещиться. Оказывается, не мерещится, — хмыкнув, сказал Зайр, поправив свою безрукавку.

Зайр сегодня щеголял в широких черных брюках и свободной темно-серой рубашке с широкими манжетами, украшенными кружевом. Поверх рубашки шла длинная безрукавка черного цвета, подпоясанная широким кушаком, под которым шел тонкий пояс для крепления сабель в ножнах.Я улыбнулась. Да уж. Веселый мир мне попался. Или это я ему попалась? Не до этого сейчас. Спокойная собранность в серебристых глазах крылатого, бесшабашное веселое ожидание — в темно-синем омуте взгляда клыкастого.

— Госпожа, коляска подана, — как всегда спокойно, после поклона, сказал Граен, держа в руках теплую накидку, похожую на ту, что была во Вторник года на моей маме.

Когда мы с наложниками вышли, возле коляски уже стояли шесть спешившихся всадников. Что называется, при полном параде. Кольчуги, усиленные пластинами, а потом и магией, скрытые от любопытных глаз нарамниками в цветах рода с вышитым знаком, еле светящиеся амулеты на каждом, клинки и самострелы. Ах ну да, и Крайф, сидящий у самой коляски, навостривший уши и рассматривавший всех с интересом.

Низкий приветственный поклон, мой ответный — но не настолько низкий, все же я их госпожа, а они — моя охрана. Сесть в коляску, поправив капюшон теплой накидки так, чтобы не наползал на глаза, кивнуть кучеру — и отправиться на первый в моей жизни званый вечер по ярко освещенным улицам Столицы.

 

Что меня поразило еще когда я получила письмо — место проведения собрание. "Семь звезд" был довольно дорогим рестораном. И претендовал на звание лучшего. Я поняла, почему бы выбран именно этот ресторан, как только зашла. Бело-сине-черные оттенки, редкая позолота и яркое освещение при помощи магии. Большой зал, в котором не только разместились столики, но оставалось место и для танцев. И музыканты! Ух ты...

За все свое время пребывание тут я лишь пару раз встречала бардов, играющих в тавернах. Ну, то, что я не встречала в мире чего-то — еще не значит, что его нет. Вот, оказывается, и профессиональные музыканты тут тоже имелись. Что-то среднее между гитарой и гуслями, аналог флейты, бубен, певица. Приятная спокойная музыка, чистый нежный голос, мягкий свет, окружающий их угол. Приятно.

Едва я вошла в помещение, ко мне тут же подскочил слуга, принявший у Зайра мою накидку и их плащи, следом за ним подошел распорядитель, вежливо попросил предъявить приглашение. Я лишь кивнула, поправля несуществующий локон. Хорошо, что Гиара настояла на том, чтобы я захватила с собой это письмо-приглашение. Илир достал его из внутреннего кармана своего "камзола" и подал распорядителю.

— Госпожа Анна Андерис? — я кивнула. — Прошу за мной.

Ух ты, тут еще и столики именные! Ну-ка… куда меня посадят? Мда… в глубине зала, почти возле танцпола, на самом видном месте. Ну да, конечно… Новенькая… Звезда вечера. Они бы еще меня на сцену посадили. Ладно, разберемся.

Так, если количество столиков говорит о количестве "звезд" то… То получалось, что в клубе соберется больше тридцати родов. Неслабо… Стоп, но ведь севером Государства считаются лишь 14 имений, это если считать и одно пограничное. Значит, каждое имение представляет две, а то и три семьи? Интересно-интересно… Жены Арнега нет, моей мачихи, Мионы, пока тоже нет… А больше я и не… ой, знаю! Две женщины мне были знакомы точно. Причем именно так, как я помнила своих сводных по отцу братьев. Знакомые незнакомки. Ой! Я вспомнила!

… Гостиная в лимонно-оранжевых тонах, на диванчиках — три дамы, одна из которых Миона, в комнате ещё трое-четверо детей разного возраста. Меня о чем-то просят, я улыбаюсь и киваю, женщины что-то говорят своим детям… Трое их, точно! И они вместе со мной выходят из комнаты. И мы идем в сад…

На пару секунд я даже перестала дышать. Резкий вдох, я отвожу взгляд от беседующих дам. Блин, я вспомнила! Я впервые что-то вспомнила из этой жизни! Хохохо! Да ради одного этого стоило ехать на этот бал! Ну, теперь просто подождем, пока подтянутся остальные.

 

* * *

 

 

Новые действующие лица появлялись все чаще, некоторые из них были знакомы мне по ужину у Государя, некоторые — смутно знакомы по забытым воспоминаниям. Некоторые вообще знакомы мне не были. Пришла и Каисса с незнакомой мне подругой, пришла и жена Дагнера с наложником, которых я видела у Государя, пришли жена и дочь Шарреноса с двумя наложниками, тоже присутствовавшие на том же ужине. Моя "старая подруга" пришла не одна, а с двумя женщинами постарше. Скорее всего, со своей матерью и свекровью, заняв соседние столы. Кстати, она была без наложников, а вот её спутницы — с полным комплектом, что называется. Миона тоже уже была тут, мы с ней обменялись прохладными ленивыми кивками. И была она, кстати, всего с одним наложником. Которого я не помнила. Во как… Значит, у отца все ещё остались наложницы… Или он уже успел обзавестись новой?

Наложники — это отдельная тема для описания. Утонченные, почти женоподобные и с перекачанными мускулами, красавцы и середнячки, высокие и низкие, но все неизменно холеные, в дорогих костюмах, с украшениями, сверкавшими в ярком свете драгоценными камнями, неизменно трепетно относящиеся к своей госпоже, каждый из них был прекрасным фоном для своих дам — и каждый прекрасно понимал свою роль. Игрушки для плотских утех, каприз госпожи, полностью зависевшие от них. Многие пришли без оружия, у многих оружие было скорее ещё одним украшением, среди них не было ни одного сильного мага, хотя кое-какие задатки в магии имелись у многих.

Я посмотрела на своих ребят — и поняла, что они на общем фоне выглядят хищниками в стае ягнят. Никто никогда не поверит, что они — просто наложники, красивые живые грелки, мой каприз. Это как пытаться скалу замаскировать под бархан. Сколько песка не насыпь сверху, все равно очертания будут угадываться. Мда… Провал… А пофиг. Они — последняя линия моей обороны. И мне все равно, насколько они не подходят под описание "наложники стандартные, две штуки".

Есть хочу… Правда, жутко хочу есть. А на столе — только легкие закуски, которые никто ещё за другими столиками и не брал, да графины с соком и легким вином с пряностями. Илир налил мне в бокал сока, подал. Я кивнула, отхлебнув немного. Приятный вкус. Сладкий, с легкой кислинкой, такой хорошо освежит и утолит жажду. Наконец-то. Все столики заняты, все гости за столами. Ура-ура. Свет чуть-чуть притушили, музыка стала играть тише. Так-так… И что же сейчас будет?

На площадку перед музыкантами вышла женщина в платье с тугим корсетом и пышной юбкой-колоколом. Волосы цвета меди были подняты и уложены в высокую прическу, густо посыпанную золотистым блеском. Шепот за столами смолк, я посмотрела на неё. Нет, её я не помнила однозначно.

— Приятного вечера вам, дорогие мои сестры. В тяжелый момент выпало мне организовывать наше собрание. Война пришла в наши дома, многих забрав от нас. Но… Не будем сегодня горевать об ушедших. Сегодня мы празднуем и приветствуем новых членов нашего клуба "Северных звезд". Многие уже знакомы с ними, многие — только познакомятся. По традиции, я представлю вам их. Госпожа Анна Андерис, воспитанница госпожи Мионы Байрс, которую мы все хорошо знаем, чей муж был назначен управляющим имением "Золотая листва".

Я кивнула с достоинством, скупо улыбнувшись. Представлять, значит… Сразу указать на то, что я всего лишь дочь наложницы, подчеркнуть то, что я тут всего лишь из-за того, что мужа назначили на должность управляющим, указать старое название имения. В принципе, ничего особенного, кроме того, что имение называется по тому, какое имя носит само поместье, а что поместья "Золотая листва" уже не существует и Макс будет строить новое на другом месте, признав глупостью выбрать в качестве сердца всего имения, последней линией обороны дворянина красивый, но абсолютно незащищенный просторный загородный дом… Все понятно… Ну посмотрим, как она опишет остальных.

— Госпожа Эйра Карнер, дочь известной нам Эйраны Найнер, жена Риэна Карнера, который руководил войсками имения "Серебристой змеи". Госпожа Тайла Шарренос, дочь Илиары Шарренос, которую мы все хорошо знаем. Госпожа Лаура Заркен, воспитанница известной нам Дории Заркен и сестра Каиссы Лайдр. И госпожа Ваила Такрес эль Парен, дочь Шаины Парен, о которой мы все скорбим.

Итак… ряды "Северных звезд" сократились за счет погибших в ходе войны, это было понятно. А пополнились — за счет дочерей, сестер, жен тех, кто и так состоял в этом клубе. Ну, кроме меня, конечно. И кто же из этих "звезд" может мне помочь, а кто — будет мешать всеми силами? Надо будет посмотреть, с кем будут общаться те, кого я уже знаю. На основании этого можно будет сделать определенные выводы. Но мне одной это сделать будет тяжело… Ну так я же тут и не одна, в конце концов.

— Илир… Сможешь присматривать, с кем будет общаться этим вечером Каисса? Вот она, за пятым столиком справа. Зайр… А на тебе — моя "воспитательница", Миона. Видишь? Её столик почти у стенки, слева, у колонны? Если вы ещё и сможете сопоставить лица с именами, которые тут будут звучать — я вас расцелую.

— Обещаешь, госпожа? — лукаво спросил меня Зайр, улыбнувшись на все… гм...

— Обещаю. Вот только улыбайся ТАК пореже, ладно? А то некоторые дамы в обморок упадут.

Тем временем ведущая сказала:

— Ну что же, выпьем за то, чтобы новые звезды, засиявшие на северном небосклоне, светили долго и ярко! За "Северные звезды!"

И подняла вверх бокал. Тут же все дамы с достоинством поднялись с бокалами в руках и отсалютовали ей, повторив последнюю фразу. Я тоже встала и также, как и все, отсалютовала. Спасибо Зайру, который успел наполнить мне второй бокал пряным вином. Пригубив вино, я села на место, также, как и остальные.

— Ну а теперь, когда официальная часть нашего вечера закончилась, мне осталось пожелать вам лишь приятного вечера, сестры мои!

 

Дамы пили вино, закусывали легкими закусками, иногда вставали потанцевать, присаживались за другие столики… Танцы… Это были не те танцы, которыми славились средневековые балы и не то, что называют танцем сейчас. Это была интересная смесь танго и вальса одновременно. Покрой платьев не позволял дамам свободно двигаться, но кружится и плавно "переплывать" с места на место — сколько угодно, причем движения очень часто сменялись с плавных — на резкие, согласно рваному ритму большинства мелодий. Наложники здесь выступали не в роли ведущих, они были ведомыми, как будто угадывали желание дамы — и подстраивались под неё, то кружа, то давая опору, то поддерживая.

Каисса была хороша. Не просто хороша, великолепна. Я поняла, почему Арнег выбрал именно её из всех своих наложниц. Насколько стеснительной она была у нас дома, насколько азартной — в торговых рядах, настолько чувственной — в танце. Её платье, похожего на моё платье кроя, было лишено жесткого корсета, что позволяло ей двигаться свободнее, отсутствие пышной многослойной юбки тоже способствовало более плавным и красивым движениям. Поймав мой взгляд после очередного танца, она улыбнулась и подошла к моему столику.

— Почему не танцуешь, Анна? Я сюда прихожу только из-за танцев, больше здесь делать по большему счету нечего, — сказала она, присаживаясь на свободный стул.

Я пожала плечами.

— Да по сути я-то и не знаю, как танцевать.

Хмыкнув, она ответила:

— Что за глупость, не знает. Это же тебе не фехтование, в котором надо заучивать позы и доводить движения до автоматизма. Это танец! Ты не знаешь, ты чувствуешь. А уж прости, но с твоим-то даром не танцевать… Не верю. Давай, выбирай любого из твоих красавцев и идем. А потом я познакомлю тебя со своей сестрой и мамой.

Наложники переглянулись между собой, я посмотрела по очереди на каждого. Крылатый еле заметно качнул головой в знак отрицания, Зайр чуть склонил голову в знак согласия. Ну что же, так тому и быть. Будемтанцевать.

— Зайр, ты — со мной. Каисса, но если я опозорюсь — в этом будешь виновата ты. Я тебя предупреждала.

Она лишь белозубо улыбнулась.

— Ты — не опозоришься. Ты не сможешь. Догоняй.

И сорвалась с места, плавно переходя на полутанец. Красивая… Ну что же… Когда-то у меня получалось неплохо танцевать. Вслушаться в музыку, почувствовать её ритм, пропустить через себя мелодию… Позволить ей вести себя. Забыть обо всем, позволяя Зайру следить за тем, насколько близко или далеко я от других танцующих пар, позволить себе расслабиться, как в прежние, беззаботные времена. Поворот, ещё один, прогиб, легкая волна, на миг застыть, проводя по воздуху, в миллиметре от спины партнера рукой. Переплести пальцы рук, закружиться, меняясь местами в подобие вальса, замереть, развернувшись так, что соприкасаются лишь пальцы, вернуться вновь, прижимаясь к сильному, гибкому, уверенному телу. И вновь движение, волны, прогибы, переплетение рук… Шальные глаза Зайра, не менее шальные мои, коктейль из чувств и эмоций вокруг… И финальный аккорд, когда тело застывает, чувствуя, как с каждым ударом мелодия уходит из твоей крови. Довольная улыбка Каиссы, восхищение во взглядах окружающих. Моя чуть скромная улыбка. Хитрый взгляд Зайра и спокойно-радостный Илира. Ну, значит справилась и с этим.

Резко обернуться, почувствовав холодный колкий взгляд в спину. Миона. И ещё кто-то рядом с ней. И чего это она так пристально на меня смотрит? А в эмоциях — злость и капля торжества, немного тревоги и превосходство. Интересный коктейль. Чему мы радуемся, недоделанная целительница? Почему ты сейчас чувствуешь превосходство? Сделала мне очередную подлянку и считаешь себя самой умной? Да наплевать мне на тебя и на твои потуги испортить мне жизнь. Сейчас никто не сможет испортить мне настроение.

 

* * *

 

 

А потом Каисса, как и обещала, познакомила меня со своей матерью. Умной, расчетливой и властной женщиной. Почему-то я была уверена, что делами их торгового дома, занимавшегося лесозаготовками и продажей дерева, занимается именно она. Дория Заркен. Я запомнила это имя. Нам с Максом пригодится знакомство такого плана. Надо же у кого-то покупать древесину для восстановления разрушенного. Почему бы и не у неё? Сестра же Каиссы, Лаура Заркен, была ещё более скромной и тихой, чем Каисса. Дочь наложницы, она беспрекословно слушалась Дорию и чуть ли не в рот той заглядывала. В чем-то она была даже более красивой, чем Каисса, но вот танцевала не особо хорошо. Как будто никак не могла расслабиться, оставалась зажатой и поэтому движения получались скованными и не особо плавными. Может, именно поэтому на севере и любят такие танцы? Они лучше, чем что-либо другое отражают характер?

— Госпожа Анна, я искренне сочувствую вам. Пережить столько на юге и получить за это лишь разоренное имение… Этого никому не пожелаешь, — сказаламне Дория после нескольких пустых фраз о погоде и природе.

Я лишь улыбнулась. Вот значит как считают тут… Да я и сама так считала, пока Макс мне не объяснил все тонкости дворянской жизни.

— Помню, кто-то когда-то мне сказал, что все, что не убивает, делает нас сильнее, госпожа Дория. Так что пережитое мною для меня не трагедия, а возможность стать сильнее. Насчет имения вы, конечно, правы. Работы там будет не на одно поколение. Но, думаю, мы справимся.

Легкий флер приятного удивления. А вот не надо было судить обо мне по рассказам Мионы.

— Вы оптимистка, госпожа Анна. Многие вообще не верят в то, что север вернется под руку Государя. А если и вернется, то будет опять захвачен до следующего лета. Некоторые уверены в том, что Государю вообще не стоит тратить силы, отбивая эти промерзшие земли у уртвар. А вы надеетесь не только освободить имение, но и задержаться там надолго.

Я улыбнулась чуть жестче. Вот значит как… Великосветские барышни и матроны не хотят верить в успех, готовы бросить свои холодные дома и переселиться на теплый юг? Это вполне можно будет устроить. Только пользы от этого для Государства не будет. Они с их замашками медленно, но верно начнут диктовать свои порядки южанкам, что приведет лишь к беде. Нет-нет, Государь правильно сделал, что назначил южан на север, а не наоборот.

— Не думаю, что Государь позволит уртварам хозяйничать на своей земле. Тем более, когда ситуация и на юге стабилизировалась. Было бы неразумно отдавать уртварам такой кусок Государства. Ведь это означает лишиться торговых связей с сангами, а, возможно, и с шарнами. Это просто невыгодно. Вам ли не понимать этого.

— Да, после начала войны нам пришлось прекратить поставки в Сангрию. И это доставило нам определенные проблемы. Но после того, как пришлось прекратить добычу леса, опять же из-за войны, этот вопрос отпал сам собой. Нет леса — нечего и поставлять. Думаю, до весны мы и не решимся вернуться на прежние места заготовок.

— Я понимаю ваши опасения. Но, как говорят в народе, куй железо пока горячо. Те, кто возвращается к себе, а таких будет немало, захотят восстановить свои дома, частоколы, купить новую утварь взамен испорченной. Не боитесь потерять такую долю прибыли?

— С кого, с крестьян и охотников? Какая с розничной продажи прибыль, госпожа Анна. Копейки. Этого даже не хватит, чтобы покрыть убытки.

— Ну а крепости? Укрепления? Не все же создано из камня, — сказала я и почувствовала её легкое неудовольство. Видимо, тема была слишком неприятна для неё. Закруглимся пожалуй. — Ну да мы что-то с вами все о делах. Праздник все же. Как вам праздничная Столица? Я впервые вижу такой прекрасно украшенный город.

— Разве вы раньше не бывали в Столице на днях смены года?

— Может, и была, но мало что помню о том времени. Меня же увели через сон, память так ко мне и не вернулась в прежнем виде.

Снова нотка легкого удивления. На этот раз без радости, чистое и яркое.

— Вы уж простите меня, госпожа Анна. Я, если честно, не верила этим слухам, считая их пустой болтовней. Мало кому удается вернуться после того, как их увели через сон. Мне было проще принять версию о том, что вы сбежали от госпожи Мионы на юг, к одному из приятелей, с которым познакомились в Столице. Да, госпожа Анна, да. Именно эта версия и лидировала все те годы, которые вы отсутствовали. И что, вы все три года прожили у своего нынешнего мужа в имении наложницей?

Оппа… Вот тебе и пирожки с котятами… их ешь — а они мяукают. Сколько я там говорила Аурике в свое время? Полгода?

— Нет, госпожа Дория. Я очнулась на границе с уртварами полгода назад. Что было до этого времени — я не помню. И пока не вспомню, не смогу вам сказать, сбегала я или нет. Я просто не знаю. Полгода я была простой наложницей, потом, по приезде в Столицу, Максир сделал меня любимой наложницей, купив себе ещё двух девушек на рынке рабов. Ну а дальнейшее вы уже знаете. Государь сделал меня свободной и я стала женой уже на следующий день.

— Буду откровенна, многих удивил твой отказ Арнегу и этот поспешный брак с Максиром. Правда, после того, как стало известно о том, что вы ждете ребенка, все стало на свои места. Было бы позором, если бы ты стала второй женой Арнега, ожидая ребенка от Максира. И я рада, что все получилось именно так. Роль второй жены на севере практически не отличается от роли любимой наложницы, а занять более высокое место в семье Лайдров я бы тебе не дала, сама понимаешь.

О… Мы перешли на "ты". В одностороннем порядке, пока. Ну да ладно. Мне очень необходима информация, что называется, из первых уст о том, что обо мне думают в обществе. И поэтому поправлять не торопимся, лишь кивнем в знак того, что я прекрасно понимаю её чувства и они меня ничуть не смущают. С абсолютно серьезным лицом, без тени улыбки. Она бы действительно сделала все, чтобы защитить свою дочь от любой угрозы.

— Каисса прошла приблизительно такой же путь, как и ты, но только за два года. Мы хоть и имели внушительный капитал, но из нашей семьи уже несколько поколений никто не служил у Государя, да и магов тоже не появлялось. То, что Арнег, который к тому времени уже стал управлять имением своей семьи, обратил внимание на Каиссу и предложил той стать наложницей, я восприняла как шанс на достойное будущее моей девочки. К тому времени ты уже отказала ему и успела исчезнуть, но ссориться с Мионой не хотел ни сам Арнег, ни я. После слуха о том, что ты вновь появилась в Столице, Миона явилась к Арнегу и стала требовать выполнения давнего договора. Тот пояснил, что Каисса стала его женой совсем недавно, но нехотя согласился на то, что ты станешь его второй женой. Правда с условием, что ты сама не будешь против этого. Миона пообещала, что не будешь и стала готовиться к визиту к тебе. Однако грянула война и все это как-то забылось. До ужина у Государя.

Я вновь позволила себе улыбнуться. Да уж, ужин у Государя стал знаковой вехой в моей судьбе.Может, и не только в моей.

— Многие из тех, кто знали тебя до того, поразились перемене и начали утверждать, что ты очень сильно изменилась, причем не в лучшую сторону. Но, поговорив с тобой, я поняла, что это не так. Возможно, ты действительно изменилась, я не знала тебя до этого. Но… бывшей "Золотой листве" требуется сильная госпожа. И господин не из слабых. Думаю, вы все же справитесь. Миона зря стала оговаривать тебя. Её шаткое положение ещё больше ухудшиться, как только все узнают правду. Ты правильно сделала, что пришла. Но хватит. Мы и так слишком долго болтаем. Удачи тебе, госпожа Анна.

— Благодарю за теплые слова и бесценную информацию, госпожа Дория. Мне было очень приятно познакомиться с вами.

И я встала из-за её столика, увлекая Зайра в танец. Ну что же… Первый ответных ход в этой информационной войне я сделала, и он, вроде бы, оказался удачным.

 

В общем, прошел бал довольно неплохо. Каисса знакомила меня с теми, кто был более или менее адекватен в плане общения, кое-кто сам подходил общаться, кто-то не обращал на меня никакого внимания, причем явно демонстративно. Ладно, я все запомню, а потом разложу по полочкам. Когда-нибудь. Попозже. Не сейчас. Сейчас… Сейчас пора было возвращатся домой. В голове слегка шумело от переполнявших меня эмоций. Много эмоций для эмпы — как много вина для его любителя. Состояние похожее. Пресыщение и легкое… опьянение.

Столица спала уже давно. Конечно, патрули прогуливались по ярко освещенным улицам, были и редкие парочки, и одиночки, но в основном все же было пусто. Пусто и сонно. Коляска, окруженная воинами, спокойно ехала по городским улочкам. И все бы ничего, только тихо как-то.

— Госпожа, а вы кое-что обещали мне, — сказал Зайр, хитро прищурившись.

О чем это он? Танцы мы все протанцевали… Ах елки-палки… Он же о поцелуе.

— И ты готов сказать, с кем в этот вечер общалась Миона? С именами?

Зайр лишь утвердительно кивнул.

— Ну тогда приедем домой, все мне расскажешь и получишь свою награду.

— Вот так всегда. Сначала дело, а лишь потом награда. Нет бы наоборот, а, Илир?

А тот прислушивался к чему-то впереди коляски, вытащив посох из петли и положив на его колени.

— Что-то не так? — спросила я озабоченно.

Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Мешочек залетает в коляску, лопаясь и поднимая в воздух тучу серой пыльцы. Что за шутки? Я и подумать не успела, как уже заваливалась набок, мирно посапывая.

 

Я видела себя, спящей на лавке коляски, видела и уснувших воинов конвоя, видела спящих лошадей, храпевшего Зайра, посапывавшего Крайфа и завалившегося вперед, на меня, Илира.Видела тени, которые приближаются к нашей коляске явно не с добрыми намерениями. Видела и не могла ничего сделать! Лишь мысленно звать на помощь хоть кого-то. Хоть кого-нибудь, кто будет в состоянии услышать. Макса, Райфра, наложниц, мастера Тариса, кого угодно. Только быстрее, только как можно быстрее!

Я звала — и не могла дозваться никого. Бессилие, которое охватило меня переросло в бешенство, а легкое опъянение от эмоций на балу превратилось во взрыв энергии, которую я вдруг ощутила каждой частичкой своего духовного тела. Значит, думали взять меня сонной и беспомощной? Дураки… Не зря меня лаан Алар-рагана брал не-спящей и не позволял заснуть до того, как спеленал мой дух по всем правилам. Не зря. Я не просто эмпа, я маг духа, чтоб вас всех. И сейчас, пока мою бессознательное усыпленное тело забирали из коляски, я все ещё могла действовать. ЧТО?! Нет! Только не портал! Только не амулет уртвар! За что?!

 

  • Свадьба. Переезд в новую квартиру. Воспоминание о единении / Лиара Т'Сони. Путь через войну / Бочарник Дмитрий
  • Дизайнер и стена / Нгом Ишума / Тонкая грань / Argentum Agata
  • Вектор и Виктор в Королевстве кривых зеркал (Алина) / Зеркала и отражения / Чепурной Сергей
  • Сокрытое / Немножко улыбки / Армант, Илинар
  • Предназначение / bbg Борис
  • Записи мертвеца / Василий ОВ
  • СЛОН ЧЕРНОБЫЛЬСКИЙ / Малютин Виктор
  • Смеррь / Смерть / Голубев Дмитрий
  • 3. Добрый человек и незлой пес / Каждый может быть / Зауэр Ирина
  • Ловец снов / Сиреневые дали / Новосельцева Мария
  • Молю О Пощаде. / Молю О Пощаде / Мертвец Старый

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль