Безумный

Всё время он был подавленной стороной, к которой не проявляли ничего, кроме сострадания. Оно оканчивалось словами, и ему было больно. Обычная боль, да только приумноженная. Гладкое равнодушие, свойственное дню.

В окне он видел пресную воду, а во сне болезненный образ человека, который говорит: «Нет, я тебя не люблю». Затем эти слова, по всей вероятности, ломают в человеке волос благоразумия, данный Вселенной, и рассудок укореняется глубоко в потаённую божественным смыслом землю. Оттого многим кажется неприятным то зрелище, когда любящий и обыденный человек вдруг теряет прежний настрой и становится вестником апокалипсиса. К вышеописанному добавляется посттравматическое чувство привязанности к другому человеку, знающему или личную связь его с образом из сна, или исключительно детскую близость допотопных времён.

Человек, видящий и чувствующий это в себе, обнаруживает неспособность мозга придерживаться своих обетов. Он, как правило, не возьмёт во внимание временность этой печали, ему захочется закурить или нарушить гормональный баланс, тем самым подвергнуться уничижению. Интересно, что это осознаваемо человеком как кратковременное и следственное образу из сна или образу доверия, любви, привязанности; часто вторым образом становятся неродной брат или сестра, тётя или дядя, бабушка или дедушка и проч. Его ситуация узкого направления: где-то утерян целостный видеоряд, на котором в нормальных жизненных условиях должен был записаться спектр воспринимающихся человеком амбиций. К таким можно отнести строящиеся на социальности, взаимопонимании, совестности, честности.

Он это получил и усвоил, подобно кровь — сахар. Говорить о нём как о слабоумном не стоит с тем основанием, что он может признать, разрыхлить, если так будет удобнее, почву своих патологий; следовательно, кто-то назовёт его безумным, и это буду я.