Пародия Киры и Зимы на самих себя. Осторожно, модерн! (читательский отзыв! а что, пачиму низзя?!)
Оффтопик
Жил-был принц. Он то ли не знал, что он принц, то ли знал, но не придавал значения (подумаешь, титул, пфе!); то ли знал, но не хотел, чтобы придавали значение другие (а то еще предадут виселице, а это уже не пфе!). Загадочное творилось у него в голове, а в крови было и того таинственней. В детстве его укусила ящерица «Черная королевская», а потом еще выяснилось, что эти мудрые ящерицы кусают далеко не каждого, а только у кого кровь по статусу, группе и пафосу подходящая, но все запомнили ящерицу рядом с Принцем-который-как-бы-не-принц. С тех пор ящерица в головах и памяти окружающих подросла и превратилась в Чудовище, а Принц повзрослел и преобразовался в… тоже Чудовище. Вот прямо так и говорили — чудовищный человек. Да, пусть будет эта сказка о чудовищах ящерообразных сапиенс.
Итак, жил тот Принц-который-как-бы-не-принц довольно мрачно. Ходил он в черном, был слишком угрюм и суров, ответственностью и характером своим подавлял и угнетал не только себя. Все в целом не одобрялось. Люди были бы не против, если бы он из черного стал посветлее, но и побаивались перемен — кто знает, что там таится, в серости? Да, пусть сказка пойдет о темном цвете.
Жил Принц в Городе, где все очень любили торговать и торговаться. В Городе торговали даже тем, что продать или купить было невозможно, а торговались так долго, что могли состариться, но так ни о чем и не сговориться. Символом того, что можно было продать, являлась рыба с хвостом больше одного; символом того, до чего можно доторговаться — старая женщина с веслом и с криво сидящим на голове платком. Принц не вписывался в город никаким символизмом — он не торговал рыбой и не был старой женщиной. Поэтому его не любили дополнительно и говорили про него гадости, что у него все не как у людей. Да, сказка все-таки о людях и о рыбе, как не только о еде.
В городе, где жил Принц-как-бы-не-принц, все было удивительно длинным: и мосты, и улицы, и языки, и разговоры, и адреса-пароли-явки, и биографии независимо от возраста. Все знали про всё и стремились всем это рассказать. Например, про Принца говорили, что он тиранит жену и детей — такой вот чудовищный человек! Правда, не упоминалось, что жены и детей у Принца не было; но ведь чудовище не обязательно должно что-то делать, важно, что все верят, будто оно может. Да, отлично, сказка пойдет про длину слухов, широту взглядов и глубину веры!
Слухи в Городе ползли как щупальца у чудовища, и добрались до одной Девушки, причем так коварно добрались, что сбили с ее носа очки, которые позволяли ей видеть людей настоящими. Пока на ней были эти очки, она точно знала, что у нормальных съедобных рыб только один хвост, что платок у старой женщины сбился не в торговле, а в банальной драке. Знала она и что принц вовсе не «как-бы», а «на-самом-деле» принц; что ненавидеть его не за что, а любить — хорошо и очень даже приятно. Первое она знала много лет, второе ей довелось попробовать однажды. Да, отлично, в сказке пойдет речь о переходе чувств платонических к удовольствиям физическим.
Управлял Городом Винир — сложносоставное существо: не то паук, мутировавший до прямоходящего теплокровного, не то человек, отрастивший себе длиннющие жгутики и ложноножки, вездесущие и всезнающие. По ночам Винир перекидывался в еще более страшную свою биоформу, гадил ядом в озеро, на котором стоял Город. Яд испарялся, им дышали горожане и потом с недоверием смотрели на соседей, небо и даже свои отражения в воде и зеркалах. А уж Принца ненавидели еще более дополнительно! Яд проникал в кровь водящейся здесь рыбы, та из уважения к не спящему по ночам главе города старательно отращивала хвосты. Да, прекрасно, эта сказка расскажет о мутациях и трансформациях в живой природе.
По ночам, когда концентрация паучье-человеческо-винира яда в окружающей среде достигала максимума, Принц-который-пока-еще-не-принц спал очень плохо, а с Девушкой-все-таки-сумевшей-укрепить-на-своем-носу-очки все время что-то случалось. Ее приходилось защищать, что восторженно уменьшало чудовищность Принца в ее глазах и удлиняло языки у горожан. Винир не спал — он вырабатывал яд. Горожане спали хуже винира, а иногда не спали вовсе — все беды и даже непогоды происходили в Городе тоже ночью, из-за чего порой случалось так, что место, где можно спать, резко тонуло в темноте и в воде. Обычно по ночам еще шел дождь. Наверное, потому что дождь боялся дневного света, или потому что многохвостые рыбы, видимые при солнце, пугали даже небесную воду. Да, сказка получается про темные покровы суток и про неприятности, таящиеся в ночи.
Однажды в этих отравленных, бессонных и бездомных ночах длинные языки и виниров яд кое-как создали ситуацию, в которой Принца чуть было не повесили, а Девушка едва не созналась, что видит все настоящим через свои очки. Ни одно, ни второе не было нужно никому. Поэтому все разбежались обратно по многочисленным углам, подтопленным домам и лодкам, в которых можно было подраться и поторговаться.
Так и сюжет сказки все время убегал от автора и в конце убежал окончательно. Свести листки с листками и подвести черту из черточек могло только новое Чудовище — настоящее, без щупалец, не ядовитое, но смертоносное.
И когда оно возникнет или пропадет, тогда пойдет совсем другая сказка, в которой Принц станет принцем, Винир утонет в своем яде, Девушка-в-очках получит Мужа-которого-никогда-не-будет-дома, а горожане начнут строить себе дома, где можно спать и ничего не бояться, а глубоко верить и широко смотреть.
А вдруг тут Мэри Сья, которую два автора возьмут и перевоспитают? Да, пока непохоже, но вдруг? Была бяка-закаляка, а станет приличная барышня, обалденная Хранительница? Герои Л., вроде как, интересны с середины… Это была бы очень интересная история! Педагогическая поэма! Может, кстати, пинать героиню начать уже с первой главы?
Я пишу здесь после первой главы. Не потому, что не буду читать дальше… Именно потому, что прочитаю обязательно. Смогу ли я уложиться в отведенный срок на рецензию? Не знаю. Ибо первую главу я уже зачитала на три этак разика.
Первое впечатление: «белым личиком да о синий лед».
Романов на КПП много. Я с большой осторожностью пошарила по рецензиям, по отзывам и по отзывам на отзывы… И, честно, ожидала от Тири чего-то холодновато-расчетливого. Но то, что текст меня захлестнет сразу этаким «впилась в губы» или «поцелуй в рот», не ожидала. Нет-нет, в главе нет подобных фраз! Это лишь мое ощущение — текст поглощает, всасывает в себя, ошарашивает любовью Крошки… Чтобы тут же пристукнуть холодной расчетливостью Джи. При том, что часть от Крошки подана очень, немыслимо больно и чувственно, меня ошеломило даже не это.
Простите, читатель немного не в себе, мысли в кучку собираться не желають
Меня ошеломило созвучие собственных мыслей по поводу любви.
Ибо, как каждая — а может, самая сильная вещь, она может как восстанавливать, так и калечить. Как стать защитой, так и стать оружием. Любовь бывает разная, но она — основа всего.
Мир, конечно, пока мной понят не до конца.
Но то, что в нем растет существо на основе любви, в мире любви — обманной, лишенной памяти, лишенной всего внешнего (только зверушки — видимо, чтобы Крошка с ума не сошла) — и этой любовью кого-то будут калечить и убивать во имя высшего совершенства, экспансии и просто существования мира, меня зацепило.
Я хочу об этом порассуждать… Я хочу об этом прочесть. Я буду об этом думать!
Мне страшно, что автор, любящий Крошку, придумал для своей героини.
Я буду читать-бояться, но я — буду читать.
P.S. Текст практически совершенен и этим может бесить. Поданная в диалогах система жизни восторгает
Понимаю. Верю. Сама бы хотела.
Зато можно спокойно подрать шерстку, открутить голову… и остаться в живых!
Это альтер эго авторов. Я — Щенок, Кира — Суслик. Ни надо не намордников, ни стерилизации! Иж, разошлась, экзекуторша!
Спасибо! Читатель просто выплеснул эмоции, они рвали голову.
Суслик прыгал на животе у Щенка. И щелкал ножницами. «Вот этот герой! Он не нужен!»
«Не трррогай, тут слишком близко кожа!» — вопил Щенок.
«Дай хоть отрежу перррвую главу», — с блеском в глазах щелкал ножницами вдохновленный Суслик.
Приходите, у нас воды много!
Надо же так всех обмануть!
Пародия Киры и Зимы на самих себя. Осторожно, модерн! (читательский отзыв! а что, пачиму низзя?!)
Жил-был принц. Он то ли не знал, что он принц, то ли знал, но не придавал значения (подумаешь, титул, пфе!); то ли знал, но не хотел, чтобы придавали значение другие (а то еще предадут виселице, а это уже не пфе!). Загадочное творилось у него в голове, а в крови было и того таинственней. В детстве его укусила ящерица «Черная королевская», а потом еще выяснилось, что эти мудрые ящерицы кусают далеко не каждого, а только у кого кровь по статусу, группе и пафосу подходящая, но все запомнили ящерицу рядом с Принцем-который-как-бы-не-принц. С тех пор ящерица в головах и памяти окружающих подросла и превратилась в Чудовище, а Принц повзрослел и преобразовался в… тоже Чудовище. Вот прямо так и говорили — чудовищный человек. Да, пусть будет эта сказка о чудовищах ящерообразных сапиенс.
Итак, жил тот Принц-который-как-бы-не-принц довольно мрачно. Ходил он в черном, был слишком угрюм и суров, ответственностью и характером своим подавлял и угнетал не только себя. Все в целом не одобрялось. Люди были бы не против, если бы он из черного стал посветлее, но и побаивались перемен — кто знает, что там таится, в серости? Да, пусть сказка пойдет о темном цвете.
Жил Принц в Городе, где все очень любили торговать и торговаться. В Городе торговали даже тем, что продать или купить было невозможно, а торговались так долго, что могли состариться, но так ни о чем и не сговориться. Символом того, что можно было продать, являлась рыба с хвостом больше одного; символом того, до чего можно доторговаться — старая женщина с веслом и с криво сидящим на голове платком. Принц не вписывался в город никаким символизмом — он не торговал рыбой и не был старой женщиной. Поэтому его не любили дополнительно и говорили про него гадости, что у него все не как у людей. Да, сказка все-таки о людях и о рыбе, как не только о еде.
В городе, где жил Принц-как-бы-не-принц, все было удивительно длинным: и мосты, и улицы, и языки, и разговоры, и адреса-пароли-явки, и биографии независимо от возраста. Все знали про всё и стремились всем это рассказать. Например, про Принца говорили, что он тиранит жену и детей — такой вот чудовищный человек! Правда, не упоминалось, что жены и детей у Принца не было; но ведь чудовище не обязательно должно что-то делать, важно, что все верят, будто оно может. Да, отлично, сказка пойдет про длину слухов, широту взглядов и глубину веры!
Слухи в Городе ползли как щупальца у чудовища, и добрались до одной Девушки, причем так коварно добрались, что сбили с ее носа очки, которые позволяли ей видеть людей настоящими. Пока на ней были эти очки, она точно знала, что у нормальных съедобных рыб только один хвост, что платок у старой женщины сбился не в торговле, а в банальной драке. Знала она и что принц вовсе не «как-бы», а «на-самом-деле» принц; что ненавидеть его не за что, а любить — хорошо и очень даже приятно. Первое она знала много лет, второе ей довелось попробовать однажды. Да, отлично, в сказке пойдет речь о переходе чувств платонических к удовольствиям физическим.
Управлял Городом Винир — сложносоставное существо: не то паук, мутировавший до прямоходящего теплокровного, не то человек, отрастивший себе длиннющие жгутики и ложноножки, вездесущие и всезнающие. По ночам Винир перекидывался в еще более страшную свою биоформу, гадил ядом в озеро, на котором стоял Город. Яд испарялся, им дышали горожане и потом с недоверием смотрели на соседей, небо и даже свои отражения в воде и зеркалах. А уж Принца ненавидели еще более дополнительно! Яд проникал в кровь водящейся здесь рыбы, та из уважения к не спящему по ночам главе города старательно отращивала хвосты. Да, прекрасно, эта сказка расскажет о мутациях и трансформациях в живой природе.
По ночам, когда концентрация паучье-человеческо-винира яда в окружающей среде достигала максимума, Принц-который-пока-еще-не-принц спал очень плохо, а с Девушкой-все-таки-сумевшей-укрепить-на-своем-носу-очки все время что-то случалось. Ее приходилось защищать, что восторженно уменьшало чудовищность Принца в ее глазах и удлиняло языки у горожан. Винир не спал — он вырабатывал яд. Горожане спали хуже винира, а иногда не спали вовсе — все беды и даже непогоды происходили в Городе тоже ночью, из-за чего порой случалось так, что место, где можно спать, резко тонуло в темноте и в воде. Обычно по ночам еще шел дождь. Наверное, потому что дождь боялся дневного света, или потому что многохвостые рыбы, видимые при солнце, пугали даже небесную воду. Да, сказка получается про темные покровы суток и про неприятности, таящиеся в ночи.
Однажды в этих отравленных, бессонных и бездомных ночах длинные языки и виниров яд кое-как создали ситуацию, в которой Принца чуть было не повесили, а Девушка едва не созналась, что видит все настоящим через свои очки. Ни одно, ни второе не было нужно никому. Поэтому все разбежались обратно по многочисленным углам, подтопленным домам и лодкам, в которых можно было подраться и поторговаться.
Так и сюжет сказки все время убегал от автора и в конце убежал окончательно. Свести листки с листками и подвести черту из черточек могло только новое Чудовище — настоящее, без щупалец, не ядовитое, но смертоносное.
И когда оно возникнет или пропадет, тогда пойдет совсем другая сказка, в которой Принц станет принцем, Винир утонет в своем яде, Девушка-в-очках получит Мужа-которого-никогда-не-будет-дома, а горожане начнут строить себе дома, где можно спать и ничего не бояться, а глубоко верить и широко смотреть.
Как сказала моя подруга «А? Что?! Любовь? Да-да, где-то была...»
Не знаю, в главе — синяя! Ай-ай-ай, опять обман! Генномодифицированная?
Это Героиня в одежде МС! Да, знаю, что не верите!
Только не надо ничем в меня кидать, ни вагонами, ни пряниками!
А то я спрячусь в синюю пшеницу!
Это не утка. Это селезень. Надо знать!
У вас есть два вагона пряников?!
Вот бегала, бегала Зима по первым главам… А тут засосало…
А вдруг тут Мэри Сья, которую два автора возьмут и перевоспитают? Да, пока непохоже, но вдруг? Была бяка-закаляка, а станет приличная барышня, обалденная Хранительница? Герои Л., вроде как, интересны с середины… Это была бы очень интересная история! Педагогическая поэма! Может, кстати, пинать героиню начать уже с первой главы?
Вот где подлинные вампиры собрались!
Жму лапку
Вы готовы дочитать до конца, чтобы в этом убедиться?
Спасибо, что делитесь! Своих солдатиков всегда тяжело отдавать. О_О С четырех лет?!
Читательский отзыв
Я пишу здесь после первой главы. Не потому, что не буду читать дальше… Именно потому, что прочитаю обязательно. Смогу ли я уложиться в отведенный срок на рецензию? Не знаю. Ибо первую главу я уже зачитала на три этак разика.
Первое впечатление: «белым личиком да о синий лед».
Романов на КПП много. Я с большой осторожностью пошарила по рецензиям, по отзывам и по отзывам на отзывы… И, честно, ожидала от Тири чего-то холодновато-расчетливого. Но то, что текст меня захлестнет сразу этаким «впилась в губы» или «поцелуй в рот», не ожидала. Нет-нет, в главе нет подобных фраз! Это лишь мое ощущение — текст поглощает, всасывает в себя, ошарашивает любовью Крошки… Чтобы тут же пристукнуть холодной расчетливостью Джи. При том, что часть от Крошки подана очень, немыслимо больно и чувственно, меня ошеломило даже не это.
Простите, читатель немного не в себе, мысли в кучку собираться не желають
Меня ошеломило созвучие собственных мыслей по поводу любви.
Ибо, как каждая — а может, самая сильная вещь, она может как восстанавливать, так и калечить. Как стать защитой, так и стать оружием. Любовь бывает разная, но она — основа всего.
Мир, конечно, пока мной понят не до конца.
Но то, что в нем растет существо на основе любви, в мире любви — обманной, лишенной памяти, лишенной всего внешнего (только зверушки — видимо, чтобы Крошка с ума не сошла) — и этой любовью кого-то будут калечить и убивать во имя высшего совершенства, экспансии и просто существования мира, меня зацепило.
Я хочу об этом порассуждать… Я хочу об этом прочесть. Я буду об этом думать!
Мне страшно, что автор, любящий Крошку, придумал для своей героини.
Я буду читать-бояться, но я — буду читать.
P.S. Текст практически совершенен и этим может бесить. Поданная в диалогах система жизни восторгает
Это многое объясняет. Видимо, мы не прорвались.
Но хотя бы (, -) отделить слова автора от слов героя?.. Это же никакая бета не выживет.