Прасковья Прохоровна пряталась под пологим приземистым платаном. Прасковья пыхтя пятилась, пёрла пампушки, пряники, пралине, помадки. Потому полюбила почасовые перекусы, переспелыми плодами, печеными потрохами, пирогами, перепелами, прочее, прочее.
— Почему? Поостерегись! — просил покойный Прохор Патрикеевич пятнадцатилетнюю Прасковью.
— Папенька, помилуйте, почто предостерегаете? Пышная, пухлая, прекрасная! Парни пялятся! Почему плохо?
— Прасковья, Прасковья… — пыхтел пузатый Прохор, промакивая пот полотенцем.
Потом Прохор Патрикеевич помер. Прасковья Прохоровна потребляла продукты, полнела, пыхтела. Парни перестали пялиться. Платья перестали париться. Прасковья потолстела, постарела, подурнела. Правда, полна праведных подвигов по поеданию провизии.
Прошло полгода после пряток под платаном. Пономарь пробил полдень, панихида по Прасковье Прохоровне понравилась протоирею. Пример Прасковьи потряс подростков. Потому проповедь прошла под притихшее покаяние прихожан.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.