Холодом скован

Холодом скован твой стан горделивый,

мрак безразличия в кривости губ.

Вздрогнул я, как обожжённый крапивой.

Как же бесчувственен был я и груб!

Не разглядел в лунно-призрачном свете

слёзных дорожек следы на щеках.

Не услыхал шёпот твой: "Пожалейте!",

не ощутил расставания страх.

Вот и случилось. Теперь не исправить.

Ссохлась твоя, изболевшись, душа.

Сердце сковала, как панцирем, наледь.

Как же ошибся я, как оплошал!

Тайно смотрю, как ушла на посадку,

как разбежался и взмыл самолёт.

Мне с опозданием больно и гадко,

что умолить не сумел, идиот!

Мне бы держать тебя хваткою мёртвой,

уговорить, упросить — не сумел.

Утром услышал я, что самолёт твой

в пункт назначения не прилетел.