Читаем прямую речь Александра Петровича

"У меня стал портиться характер. Я стал нервным и раздражительным. Я вел замкнутую жизнь.

Было еще одно обстоятельство, ухудшавшее мою жизнь до предела. Это Брест-Литовское шоссе. Дорога на кинофабрику. Я упоминаю в своей биографии о ней лишь потому, что она играла и сейчас играет в моей повседневной жизни большую плохую роль. Я ее не люблю и отрицаю ежедневно вот уже в течение десяти лет. В течение этого долгого времени я переживаю неизменное чувство отвращения и протеста, и не было еще ни одного путешествия, когда бы я этого не переживал.

Это стало как бы неким пунктом моего заболевания. В течение десяти лет я ежедневно срываю с этой прекрасной прямой широкой улицы все пять нелепых рядов телеграфных, телефонных и трамвайных столбов, делающих эту улицу похожей на хмельник, и прячу кабель в землю. Я засыпаю канавы и срезаю бугры на ней, я ее нивелирую, уничтожаю трамвай, находящийся в состоянии перманентного ремонта, и заменяю его автобусами и троллейбусами до самого Святошина, а улицу заливаю асфальтом на бетонном основании. Улица делается широкой, прямой, как стрела, и волнистой. Я уничтожаю хибарки и заменяю их невысокими хорошими домами.

Я реконструирую самое разочаровывающее в Киеве место — Галицкий базар, превращая его в озеро с красивой набережной.

Мое воображение доходит до утверждения, что только после этого все режиссеры начнут делать хорошие картины. У меня развивается вредная мечтательность. В период постановки «Ивана» она достигла предельного напряжения.

Я составил тогда проект реконструкции этой улицы и с пеной у рта доказывал в обкоме партии и горсовете необходимость осуществления этих необходимейших мероприятий. Меня слушали плохо. Тогда я составил план реконструкции нескольких площадей и улиц города с целью его благоустройства и снова начал осаждать обком. Это как-то дошло до столицы. Когда правительство переехало в Киев, я, живший в это время уже в Москве, был введен в правительственную комиссию по реконструкции города."