Механизация планет, что движут свет назад

Тогда не опоясанной б — с душой,

Что можно думать в поезде — под вой

Тому б меркурианской боли — в час,

Что был вдали от личности — отныне,

Пропавшей в боли страхов — навсегда,

Но съеденной от страсти — между нег,

Где Джейк не хочет видеть — имена

Тому бы вдаль, как порознь — на деле

Родителей, и просто сам — молчит,

А Тайлер всё, подумав там — найдёт

Подземный вход к реальности — стропил,

Где много можно говорить — насчёт

Той резвой боли личности б, когда —

Я стал менять свой паспорт и — долой

Сменил бы вновь прописку — на года,

А Мур мне вывел счастьем — грозовой

Подъём ментальной вечности — прожить,

Неся мой паспорт встреченной — души,

Как лёгкий бриз, что может — поменял

Я слово в привередах сложной — жизни,

А вот, Малунг остался — позади,

Но горы с плеч не съехали — под визг

Давно в пути отмеченного — сердца,

Где Фил — был бедняком и не оббит

Тем страхом воли к смерти, что толпа

Тебя накажет в древности — клинка,

Когда смотреть ты сможешь — между нас,

Как образ на богатой воле — к миру,

Но быть никем, не брошенным — на миф

Уже другой планеты сделать — крюк

В давно своей примеченной — заре,

А просто думать в жизни — о деньгах,

Но что-то Фил разговорился — мне,

Я стал мелькать на образах — чудес

И выпал в ровный довод — между злом

И обликом вагона, где сидел в том —

Мой друг теперь, что сам он — на беду

Был скульптором и медленной — рукой

Провёл меж глаз, как образумил — мой

Порог внутри реальности, что — думал

Я вымыслом — под натиск древней мглы,

Когда читала там б Лаура — в смерть

Те древние под сердцем в миг — стихи,

Чтоб стиль вокруг приметы — обогнуть

И стать уже бы верующей — в страх

Своей судьбы, где убежать — смогу

Я в личности любой, но быть — никем

Теперь уже и для неё — под смуту.

Смотрел тот Фил так странно, что едва

Я стал ему подмигивать — под взлёт

Уже другой фантазии, чтоб — впал

Мой юный вечер к резкости — под торг

На мир неоднозначный, где — горит —

Семья уже другая в слёзах — вдаль,

А дети просто мучают мой — мир —

Внутри религиозной нити — зла,

Я старым стал и ящик мой — под вес

Уже внутри Меркурия б — пролез,

Но что-то вышло в облако — под мир

И там немного подмигнуло — мне,

Как вспомнил я одну лишь шутку — вне

Той личности искусственной, когда —

Я думал анекдотами в той — тьме

И дух людской всё развлекал — в годах.

Сказал я Филу много шуток — в слёт

Той розни, что до Мура — далеко —

Мне ехать, а потом бежать — из рот

Уже бы формы личности — в клинках,

Где много образумил сам — людей,

Но космос нынче мучил вдаль — полёт,

Уже неоднозначной верхом — тьмы,

Что Фил сегодня звал к себе — на торт,

Он был немного пьяницей — под глаз

Моих тому велений сделать — шаг —

Уже навстречу дружбы — выбирать

Тот рай внутри искусства — умирать,

А может дальше думать, что — никто,

Я стану для семьи другой — под взлёт

Уже бы объяснений, где в — толпе —

Сольюсь с придиркой личности — в уме,

Так час за часом шли — мои года,

А Фил смотрел мне в душу, как всегда

Он думает сегодня выиграть — флирт

И с дамой пообщаться — между снов,

Но был он гражданином бедным, где

Сидел у государства в том — в воде

На луже необъятной боли — в ряд —

Таких людей профессий, где — горят

Бы стены просветительской — звезды,

Что может бы назад несла — меня,

Но думала, как новый — механизм

От воли из практичности — познать

И редкий стиль волшебной нити — глаз,

Как смотрят люди на любви — приказ

И там уже не смогут бы — понять,

Что верх внутри цинизма ставит — сваи

На медленном огне практичной — тьмы,

Что космос нас соединил бы — в жар —

Уже проклятий общих, как спортсмен

Сегодня негодует выжить — в свете

Своих проблем и жён, мелькая — им

По внутренней тропе любви — в разгон,

Однако, совершенства — вылить вон —

Коньяк иль виски в метре — от любви,

Чтоб быть там гражданином — от идей

И формой необычной вслед — за ней,

Но выдумать свой космос в ряд — от слов,

Где будем мы богаты в этом — стиле,

Коль сможем повернуть свой мир — назад

И вылить смехом общество — под глаз

Уже другой потребности — играть —

В кону бы в мастерской такой — болезни.

Где мимо мне бежит тот ворон — лишь,

Он снова наблюдает в вереск — глаз,

Как я зову Лауру, чтобы — в штиль —

Она снимала свой поклон — в культуре

Той важности Богов, где мы — вдали

Отняли свой Меркурий в сердце — фраз

И больше словом не бежим — прожить

Такую точность от религий — в нас,

А дети может высохнут — в пути

И больше им песок внутри — не снимет

Ту частность вида оборотней — мифов,

Чтоб можно было открывать — назад

Не свой вагон от поезда, но — смерть,

А может опыт древний, где — иметь

Ты можешь эту участь — вдаль дождя

И быть себе — потребностью вокруг

Ума — не оправдавшегося в счастье,

Ума, перед которым стало — в нём

Всё робко бы игрой забито — днём

И встречено в потёмках формы — битой,

Когда ты бьёшь стеклянный — ренессанс,

А он от слов осколков — отлетит —

Под поздний выдох древности — от плит,

Тому не состоявшегося — в сплетнях —

Наития прожить немного — в страсть

И там принять бы долгий мир — на боль,

Уже практичной совести, ведь — роль —

Уму — неоднозначной формы ритма —

Продрогшая мораль, где осень — мне,

Как дама в том запятнанном — окне

И смотрит в жёлтый поводырь — души,

Где взгляд её неосторожно — вышел

И мерит поздний стилем день — назад,

Но сделать фатализм приятным — сам

Не сможет подлый повод — между нас,

А только в механизме там — продаст

Скульптурное кольцо презрений, где

И Фил мне будет открывать — клеймо

Внутри давно замеченного — стиля —

Рождения прекрасной боли — в нимб,

Откуда сам я Богом стать — смогу,

Но лишь жене там вверено бы — спать

От долгих рассуждений вылить — их

На уровень тревог, чтобы застыли

Те робкие огни в подземной — мгле,

Что поезд, вдруг, остановился — мне

И стало как-то холодно — в мозгах

Такой любви инерции — осенней.

Вдруг, вышел сам и стиль уже — назад,

Что сам же Фил признался, как умом

Он был немного магом — между мной

И образом строптивой боли — в мире,

Что может он помочь в такой — войне

Из сердца может женского — ко мне,

Но тайно проросли там жилы — в яд,

Как я смотрел на общество — назад,

Я быстро согласился в жизни — той

Отдаться воле может — роковой,

В стоящем трюме возле — берегов

Направленной болезни вдаль — волков,

Где могут лишь по Филу — отпустить

Той ревности края и в талом — сне —

Я буду думать, что могу — кричать

Внутри своей последней жилы — жизни,

Он ввёл меня в гипноз и — между сном

Я видел только ласковый — восход,

Лицо Лауры в личности — простой

И много, много уж тому — любовников,

А после видел странный берег — грёз,

Где там она сменяет сердце — тьмой

На образ дамы может — роковой,

Но всё же ограниченной — в болезни.

Тот сон мне оказался вдаль — чутья,

Как ласковый актёр, что может — я

Немного прогадал бы — инструмент

От выхода под рок — такого гения,

Но в Мур приехав — стало лишь светло,

Она звонит мне в счастье и — тогда,

Я понял, что нашёл внутри — звено

От той болезни в мудрости — прощания,

Что смысл вернуть на место — я смогу,

Но жизнь от той болезненной — звезды

Не могут даже Боги бы — прельстить,

Но страхом опустить уже — на сон —

В душе такого общества, что — ввысь

Я стал менять свой образ жизни, где

И суд прошёл на высохшем — плато,

А дети все согрелись мне — под медь

И там внутри остались — лишь со мной

Сегодня наблюдать восходы — глаз —

Под Муром, что струится каждый — раз,

Где воет ветер перемен — над леди,

Но видит лишь Лауру, как — в лицо —

Там смотрит смертью женщина — его,

И вдаль любви оконченной — гласит,

Что можно всё начать сначала, впрочем,

Мне стало всё равно на этот — стыд,

А Фил забрал свой выдох — и в меня

Уставился, как мантия под — взгляд

Проблем неимоверных — между крика,

Что может прокричать тот скульптор — для

Уже минуты древней между — мной

И боксом — в цвете разного огня,

Где я нашёл свободу в разум — злой,

Что он меня послушался — под жизнь

И там внутри Меркурия был — в ряд —

Уже бы благородных женщин, где —

Те вепри в страсть на отмель — говорят,

Что женской лаской Уолтер — не богат,

Но может дух спортсмена — укорить,

А после станет жадностью — во сне

Ту форму необычной леди — видеть,

Когда бы маг мне нравился — под шарм

Осенней боли в мудрости — прождать