Лето

Он не берет плату за свою работу, сам выбирает тех, чей портрет захочет написать. Просто приходит каждый день на аллею в городском парке, раскладывает этюдник, садится и ждет, вглядываясь в лица прохожих. Что он ищет в них, известно лишь ему одному.

Однажды на аллее появляется она — идет навстречу легко и плавно, почти пританцовывая, так что развеваются на ходу распущенные волосы и длинный в ярких цветах сарафан. Черты ее лица мягкие и неброские, нос слегка курносый, щедро усыпан веснушками, глаза зеленые с лукавым прищуром, губы насмешливо изогнуты. Веселая, непоседливая, озорная девчонка.

Она становится его неизменной музой и натурщицей. Ежедневно он пишет только ее. Работает, не замечая ничего вокруг. Ни людей, останавливающихся за спиной, чтобы взглянуть на портрет, ни полуденного зноя и обжигающих солнечных лучей, ни как пролетает время, и постепенно сгущаются сумерки.

Привычными, уверенными движениями смешивает краски, наносит контурные линии, кладет тонкие, почти невесомые мазки, формирует узор светотени.

Изо дня в день, снова и снова, все больше и больше эскизов в его папке.

Впервые она не приходит пасмурным и холодным днем. С тех пор в прежде красочном и оживленном парке становится непривычно тихо. В воздухе как будто висит мутная дымка, потускневшее небо отражается в лужах, листья, сменившие свой цвет, постепенно опадают на серый асфальт, и качаются на ветру уже оголенные ветви деревьев.

Какое-то время он продолжает ждать, потом смиряется, только все чаще вынимает из папки акварельные листы и подолгу вглядывается в ее изображение.

На эскизах застывший июльский полдень. Небо чистое прозрачно-голубое. Слепяще яркий солнечный диск. Огромное поле высоких зеленых трав, редкие белые вкрапления цветов. Сплетающиеся густые кроны деревьев. Ощущение растворенного в воздухе тепла. Это тепло останется с ним, пока она не вернется.