На перекрестке Старичков

0.00
 
elzmaximir
На перекрестке Старичков
Обложка произведения 'На перекрестке Старичков'

 

На переулке Старичков[1].

 

 

Дед Кукарекин был в трансе. Он не находил в себе сил для переживаний. На него волнами накатывал то жар, то холод, а сердце, казалось, уже не болело, а находилось в огненном мешке. Но если бы только сам переживал такое горе – терпимо, так тут ещё жена, больная, немощная старушка, которую, однако, он в шутку и всерьёз называл по привычке – молодкой или девочкой моей.

И деду перед своей Марусей было неловко: угораздило же ему пойти против её слова…

Когда деньги в Сбербанке стали обесцениваться, Кукарекины сильно заволновались. Но ещё на что-то надеялись, не верили, что такой банк – и может так всех объегорить? И потому не спешили снимать "гробовые".

– Да ему правительство этого не позволит! Сбербанк – это же… его денежный мешок! И связаны одной пуповиной. Они одно целое, и один перед другим в ответе. А правительство – перед государством, то есть перед народом. Это, девочка моя, серьёзное дело. Да потом, посмотри какие люди в правительство пришли, в парламент! Вон, какие заводные ребятки. Такие хлопцы не дадут обмишуриться, не дадут в обиду. Нет, нет, тут не так-то просто…

Так, или примерно так рассуждал Пал Палыч.

Но, несмотря на устойчивое мнение, о долге и чести правительства перед народом, и перед ними в частности, в государстве происходило почему-то не всё так, как пописанному. Деньги дешевели, а цены росли и на продукты, и на лекарства. Росли цены и на бесплатную медицину.

Последнее время к Марии Филипповне врачи приходили редко, а если приходили на вызов, то скорее из принуждения: он их доставал слезами и орденами, её и своими. Пал Палыч все пороги оббил в поликлинике и в больнице, куда они по месту жительства были приписаны. После удаления у неё злокачественной опухоли или доброкачественной (он не представлял разницы в этих понятиях) в "сердечной" области, что ниже пупка, девочка его отчего-то обезножила. Даже с трудом могла передвигаться по однокомнатной квартире до туалета.

А тут соседка Фаина Дмитриевна присоветовала: дескать, если ещё что-то осталось на сберкнижке, несите в коммерческие банки.

– Сейчас вона их сколь: "Селенга", "Русская недвижимость", "Хопер", "Валентина". И вот, на переулке Старичкова открылся "Ростислав". Говорят, под триста процентов вклады увеличивает. – И добавила с некоторой важностью: — Я положила три месяца назад две тысячи рублей в "Селенгу", так недавно сняла четыре. Две пустила опять на круг. А вы… что хлопаете?

И действительно, чего ушами хлопаем? Чего ждём? Так если дело пойдёт у этих ребят дальше, то и похоронить нас не на что будет, не то чтобы лечится.

Правда, Мария Филипповна посопротивлялась. Да уступила под его доводами. Он, старый дуб, настоял.

— Не от хорошей жизни, девонька моя, люди икру-то мечут. Гляди-ка Димитревна как сообразила. Через рекламу "Селенгу" нашла. А чего раздумывать? Воспользоваться надо, больше-то о нас, как видно, некому поболеть и порадеть.

И в один из злополучных летних дней снял пять тысяч гробовых, да и отнёс в "Ростислав". Хотя пять тысяч, что это теперь по тепершней жизни, когда на миллионах жить стали?.. А банк "Ростислав" располагался недалеко от дома, ближе, чем "Селенга", куда их соседка, Фаина Дмитриевна свои денежки вкладывала. Может быть и она в "Ростислав" снесла бы, так он недавно свой филиал тут открыл, на переулке Старичкова.

Оказалось, что "Ростислав" располагается в большом здании, в котором находились ещё какие-то учреждения. Через коридор, дверь в дверь, даже комитет по контролю за водными ресурсами. Какой никакой, но ведь контролирующий орган!

Да и напротив самого здания, через переулок Старичкова – Управа Центрального района города! И это последнее обстоятельство Пал Палыча очень даже подкупило и укрепило во мнении – фонд под строгим контролем государственных органов.

И положил он в тот фонд пять тысяч рублей. Крохи. Страна-то враз забогатела, жить стала на большие тысячи с четырьмя-пятью нолями да на миллионы.

Туговато пришлось эти три месяца переживать. Особенно последний из них, когда с пенсиями задержки. Маленький огородик был, три сотки, и те очистили какие-то варнаки: парничок, грядку с лучком. Укроп, пожелтевший, и тот выдрали. Картошке не дали путем налиться, выкопали. На зиму оставили без "подножного корма".

А тут и слухи разные поползли: прикрывают, дескать, коммерческие банки, и денежки вкладчиков, говорят, плакали…

Не может быть! А куда тогда эти ребятки смотрят, чего они там, в правительстве думают, в Думе той?.. Почто носы повесили, петушки?

Кукарекину тяжелая судьба досталась. Всего он повидал, и многое чего пришлось пережить. Но твердо зарубил себе "на носу": долги в первую очередь! Сам ходи впроголодь, а долг вертай… Долги отдал – и живи спокойно. Иначе можешь поплатиться бóльшим. На примерах видел, на зонах, как там за долги карали. На всю жизнь те картинки перед глазами остались.

– Да и как это можно чужие деньги и не отдавать? – удивлялся Пал Палыч.

И не выдержал. Поспешил, опираясь на палочку, на переулок Старичкова. А осень уже надвигалась, из седых облаков снег вперемешку с дождём стал сыпать.

Но всё как будто бы стояло на прежнем месте. И переулок, и большое и солидное здание Управы Центрального района. И то здание, где находятся комитет по контролю за водными ресурсами и филиал "Ростислава", тут же – дверь в дверь.

Но кое-чего все-таки недоставало.

И, оказалось, самой малости – приклеенного к двери, как раньше, листочка с наименованием финансового фонда. И народ в коридоре какой-то угрюмый, какой-то потерянный. Стоят группками и поодиночке в конце коридора у окна. Смотрят на вновь пришедших с горькой усмешкой. А на него, на Пал Палыча, вроде бы как и с сочувствием.

Кукарекину в голову как будто начало что-то горячее приливать, а под ложечкой холодить.

– И где этот… "Ростислав"? – неуверенно спросил Пал Палыч.

От него люди глаза стали отводить, в неловкости что ли, может из уважения к возрасту, к его палочке.

— Так чего молчите?.. – вновь спрашивает он. – Хопром накрылся?

– Нет, дедунь, вместе с "Хопром", – ответила женщина, прижимая к себе девочку-подростка.

– А туды-т!.. – выдохнул Пал Палыч. от досады стукнув палкой в пол. "Она как знала!.. – это уже относилось к жене. – Как предвидела!"

Стояли, выжидали невесть чего часа два. И всем, кто вновь подходил, отвечали с такой же угрюмой ехидцей, как и ему, только без снисхождения на возраст: а, тоже попался, окунёчек на крючочек?..

Стояли, стояли, ни от кого так и не дождались вразумительного ответа. Никого не нашли из этого фонда ни на первом, ни на пятом этажах. На чердак не полезли. А в комитете по контролю за водными ресурсами вообще закрылись, чтобы не доставали. Вот тебе и контролирующий орган!

Не к кому податься враз обедневшим гражданам. Было сунулись в Управу Центрального района, а там стоят какие-то в бандеровской форме два облома с дубинками и отворот-поворот выписали.

Не сговариваясь, сошлись на следующий день. Опять чего-то ждали. Люди почти все среднего и пожилого возраста. И как завороженные или зачарованные. О чём-то меж собой гомонят – не понять. Пал Палыч как не настраивал слух, ничего вразумительного уловить не смог.

Лишь на третий день начали чего-то предпринимать. Появились инициаторы.

Один мужчина больше всех выделялся своей внешностью. Он был с маленькой шелковистой посеребренной бородкой, и в шапочке из ондатры, и владел складной речью – его и выбрали Полномочным Представителем вкладчиков "Ростислав". И еще двоих к нему в помощь прицепили, в комитет. И выборность эту на бумаге скрепили, протоколом оформили.

Полномочный Представитель все эти бумажки вложил в папочку и предложил через два дня собраться, тут же "на переулке Старичкóв, где обули старичков", – его шуточка. Он за это время постарается связаться с газетчиками, с телевизионщиками и кое с кем из администрации губернатора.

Пал Палыч понял, что это не простой человек. Поди, писатель, или член какого-нибудь солидной юридической конторы.

Дома Кукарекин пока не распространялся о случившемся. Жалел свою молодку, Марию Филипповну.

Через два дня был новый сбор. И Полномочный Представитель доложил о проделанной работе:

– Пресса будет на следующей неделе. День обговорим дополнительно. Представители аппарата губернатора на наше положение только руками разводят. Говорят, надо было смотреть, кому деньги доверяете.

– А как их усмотреть, они не присоветовали?

– И почему мы, граждане, а не они должны были за ними смотреть?

– Где у них-то глаза были, когда давали им разрешение на деятельность такого рода?

– Кто им лицензии выдавал? С тех и надо спрашивать!..

– Правильно! Давай их сюда!..

– Чубайса!.. Гайдара!..

– Черномырдина давай сюда!..

– Может, тебе еще Ельцина в Калугу предоставить?!.

Шум разрастался не на шутку. Каждый пытался что-то сказать, кому-то чего-то доказать, в чём-то обвинить или убедить. В итоге дошла очередь до Полномочного Представителя. Дескать, вы, такой-сякой, плохо работаете, действовать надо поэнергичнее.

– В суд от нашего имени подавайте! – предложили из толпы.

Тут же этому крикуну Полномочный парировал:

– Это личное дело каждого! Такие иски суд рассматривает в индивидуальном порядке. – После этого сообщил: – Есть предложение: надо нашей инициативной группе, троим, может быть, двоим, – ехать в город Волгоград. Там головной офис "Ростислава". И там попытаться, может быть, с помощью милиции, прокуратуры вернуть наши тысячи, миллионы, триллионы. (Пошутил.) Пусть не все, без процентов, но хотя бы что-то.

Предложение, хоть и не с большим энтузиазмом, но прошло. Его так же закрепили голосованием. Тут же перешли ко второму вопросу.

– Для поездки нужны деньги, – объявил Полномочный.

Тут все стихли. И у Пал Палыча в голове набатом прокатилось: опять деньги!.. Да где ж их взять?..

Полномочный заехал с другой стороны.

– Тогда давайте решать по составу делегации. Сколько человек поедут?

– Да пущай едут все трое, – выкрикнул какой-то седовласый.

Ему сразу же вопрос:

– А вы на этих гвардейцев выделите средства?

– Почему я? Все.

– У всех таких денег не наберётся. Тут жрать не на что купить…

– Пусть едут вдвоём, веселей будет…

– Ага, в ресторане…

Загалдели.

– Один пусть едет, один!

– Одному опасно…

– Он что, сейф с собой повезёт?..

Успокоил Полномочный. Поставил вопросы на голосование: три, два, один.

В результате уполномочили двоих.

– Итак, решено: поедут двое, я и моя заместитель, как казначей и как секретарь.

– А ещё кем?!.. – хихикнул кто-то из толпы.

Казначейша возмущенно крикнула:

– Поезжай тогда сам!

– Не смогём!..

– Тихо! – прикрикнул Полномочный. – Дурные шутки в сторону. Теперь давайте скидываться, кто сколько может. Если не сегодня, то за эти два-три дня надо собрать. Подходите к секретарю, она запишет ваши пожертвования. На этом собрание считаю закрытым.

Полномочный Представитель, не смотря на гвалт и бестолковость в рядах вкладчиков, вёл собрание грамотно и даже жёстко. От чего у Пал Палыча к нему всё более и более росло уважение и надежда. И вообще, встречаясь с ним в толпе среди своих коллег по несчастью, в коридоре ли у окна, он испытывал к себе с его стороны даже некоторое, как ему казалось, сочувствие. Тот однажды в туалете, где была курилка, угостил его даже сигареткой.

И вот, находясь под впечатлением последнего собрания и его решения и под обаянием Полномочного Представителя, Пал Палыч, придя домой, прошёл к столу, сдвинул с него не убранную им же после завтрака посуду, не до того было, сел писать письмо. Скорее прошение.

Что ещё утром Мария Филипповна ему присоветовала сделать.

Мария Филипповна не спала, но лежала молча. Упрекать мужа, пенять ему на его бестолковость, по причине которой он вляпался в такую историю, она уже не могла. Она теперь вообще ничего не могла понять в этой жизни. И потому сочувствовала ему, себе, им обоим. Сочувствовала в том, что их так бессовестно обманули, и тому, что по её смерти ему придётся ещё – ох – сколько чего пережить… Сочувствие выжимали слёзы, и глаза, уже поблекшие, плавали в них.

Своё письмо Пал Палыч начал с обращения и, по его мнению, обстоятельного. Хотелось ёмко и доходчиво объяснить ситуацию, которая сложилась в его семье на данный момент. Письмо своё он так и озаглавил:

 

Упалнамоченому представителю.

Уважаемый товарищ! Али господин? Счас ведь не поймеш, кто ты такой. То вроде такой как все, то вроде как и другой, не такой как все. Но поскольку я тебя маленько знаю, помниш мы с тобой в курилке познакомились, то имею смелость называть тебя товарищем. Вот поэтому я и решился написать тебе письмо. Как я догадываюсь, ты поди писатель, али какой-нибудь там член юрюдический, и такой же как я облапошеный. То есть в смысле по глупости мы с тобой одного поля ягодками оказались. Так вот пишет тебе, чтоб ты понял, такой же как и ты, то ись товарищ.

Теперь про себя. Я Пал Палыч Кукарекин, 78 с половиной годов. Моей жене Марии Филиповне 68 и тоже с половиной. Пацанка по сравнению со мной. Я ей так всякий раз и говарю, ты против меня девчонка… Да это счас не имеет разницы. Разница вот в чем… в мозгах. Не получил я в свое время образования, вот оттого и мучаюсь, живу ее умом. Да только не дошел он до меня прежде, когда деньги я сунул в прореху этому Ростиславу. Но это к делу не касается. А дело вот в чём.

Да, забыл ещо сказать, чтоб ты меня не спутал с другими, нас там в курилки было много, так я тот, который с палочной у окна стоял. Меня Пал Палычем звать. Ты должен меня помнить, ты меня ещо сигареткой угостил. Я вобщето не курю, давно бросил, но из вежливости принял. Вы там ещо с этим, с большими залысинами, о больших делах каких-то разговаривали, государственного, однако, значения. И тогда вы мне показались очень умными. То ись не таким как я и не таким как тот с плешиной. Мне показалось, что вы умней меня и его. Мне показалось что вы человек с понятием. Вот почему на собрании мы вас и выбрали нашим упалнамоченым представителем. И я первый за вас голосовал. Вот почему я и решил вам написать, чтоб вы знали кто я и как мне нужны деньги, и в случае чего, то ись если вам удастся выбить хоть немного деньжат, то поимели бы меня в виду и мою большую в них нужду.

Так уж получилось, я позно поженился со своей жиной. Счас об этом можно говарить, поэтому и говарю. Я был немного сначала на каторге, то ись на Магадане, лет этак около пяти, а потом на поселении, тут немного помене, не успел полностью, война началась. Потом в добровольно принудительном порядке попал в штрафбат пока меня сильно не ранило. Там в госпитале меня выходила Марийка, пацанка, которой теперь 68 лет. Я говарил уже об ней, хорошая бабка, боевая, жаль что теперь больше лежмя лежит. Я-то еще с палочкой хожу, а она вот лежит. Я ей когда рассказывал про вас, что вас избрали упалнамоченым, она и присоветывала мне к вам обратиться с характеристикой о себе и об ней маленько. Дескать, кто мы такие и почему очень нуждаемся в деньгах как никто другой. Нас облапошаных, кто очень нуждается много конечно, но вы всетки подумайте попервости об нас, поскольку мы нуждаемся теперь очень даже. Я думаю что вы тоже и вы первый и должны их получить. Как пахану, вам и надо быть первым. И мы против ничего иметь никогда не будем. Счас так жись нашу устроили, как на зоне. Кто при власти, тот и пахан. Я в зоне был в рабах и на фронте в солдатах и потому с понятием. Потому буду совсем не против еслив вы с плешивым будите первыми при деньгах. Но если вдруг от наших денешек что-то останется после вас то поимейте в виду и меня и мою жену, нашу нужду в них. Я тот кто стоял с палочкой у окна и вы дали мне сигаретку, хоть я и не курю. Бросил может быть в семсят пятом что ли году, после второго воспаления легкого, первым на фронте отболел. На работе врач порекомендовала иначе окачурился бы. Может быть оно и лучше бы, не пережил бы такого срама и нужду какую переживаем счас. Сам посуди дорогой товарищ, хоть ты и молодой, лет может быть 50 с не большим крючочком и грамотный, однако, а мне со с моей жиной как тяжело такой обман переживать? Я-то может годок другой перемогу, не помру, а вот молодка моя, девонька-то моя, может того, ни седня завтра приставица. И жалко ее, чего она в жизни-то видала… Все какая-то нужда теребила… Да, ты не думай что эта бумажка из туалета или еще откуда, это моя слеза на нее упала, вытер ее неловко… Запачкал листочек.

Так вот дорогой товарищ упалнамоченый, в смысле представитель вы наш, будете когда в Волгограде в этом самом, будь он неладен, в "Ростиславе" и вам будут передавать наши денежки, то поимейте нас в виду, меня и мою Марью Филиповну. Я не хочу ее хоронить заранее, но сам посуди – лежмя лежит и врачи без денег к ней не хотят подступаться, то ись лечить. А без лечения и нужного ухода долго ли она протянет. Так вот дорогой товарищ упалнамоченый, будь так любезен, то ись будь с понятием, и когда получишь деньги то пожалуста поимей нас с молодкой в виду. Верни нам наши пять тыщ рублей. Они нам если что на похороны очень даже сгодятся. Хотя конечно сичас на такие деньги разве что мышь похорониш. Но всетки деньги, жалко.

Еще раз напоминаю. Я Пал Палыч. Тот кто стоял у окна с палочкой и вы мне дали сигаретку покурить. Я не курю и сигаретку не скурил, сберег. И как только вы привезете нам денежки пять тыщ рублей, я вам ее верну. Берегу ее от сырости.

Могу еще сказать, что я инвалид второй группы имею два ордена. Один Красной Звезды а другой Отечественной войны, его получил в 45 году. И еще две медали: одну за 41 год, другую за 44 год. На производстве так же имел одни благодарности.

Досвидания.

С бальшим уважением к вам господин хороший

Пал Палыч Кукарекин.

 

Написав письмо, Пал Палыч еще раз-другой перечитал его, кое-где внёс правки и сложил листочек вчетверо. Аккуратно пригладил места сгибов кулаком и понёс в прихожую. Там висел его выходной, полинявший от времени, пиджак с двумя орденами, двумя боевыми медалями и десяток юбилейных. На следующий сход он пойдёт в нём. Во внутренний карман его он и вложил письмо.

Пал Палыч возвращался в комнату несколько приободренный, подмигнул своей молодке, Марии Филипповне.

 

 


 

[1] Переулке Старичков – переулок в городе Калуга.

 

 

 

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль