Стих третий.

Свернул взор, опрокинув бокал,

И выходя из бара, радостно человек шагал.

Он горбясь, будто преклонялся,

Перед всей гигантской землей стеснялся.

Его волосы сальные были острижены,

Шел в рубахе, но уши обижены.

Не смотря на свой вид под два метра,

Расстилался виною на два километра.

Мучает совесть его.

За что он так жил и живет?

Не получит на блюдечке ничего,

Даже, когда умрет.

Он шел, улыбаясь прохожим,

Обычный, рабочий, как один на другого похожим.

Из массы той серый, отличаясь ничем,

Он был, единым никем.

Глазами глядел, слушал ушами,

Вечные в голове были цунами,

Не верил ни в Бога, не верил в судьбу,

И в будущее светлое, не верил всему.

Стал он смеяться над жизней своей,

И вскоре скончался, от ерунды этой всей.