Глава 9 / В унисон / Букова Акулина
 

Глава 9

0.00
 
Глава 9

Коляска обогнула лес с одной стороны и направилась вглубь — туда вела неширокая, едва вмещающая одну повозку дорожка. Эмин подгонял лошадей и остановил их, только когда прибыл на место. Это был небольшой красочный кусочек поляны, на которой располагалась небольшая каменная беседка. Он осторожно вынес Амину из коляски и направился внутрь, под купольный свод. Там присел на каменную скамью и стал терпеливо ждать, когда Амина очнётся. Так что когда она проснулась, то увидела, что находится уже не в темнице, а на просторе, в лесу, в окружении зелени, деревьев, и в присутствии Эмина.

— Ты спас меня? — тут же поднялась она с радостью, несколько смешанной с удивлением. «Я не думала, что он взаправду…», — отметила она про себя, с немного запоздалой досадой вспомнив, что пообещала ему взамен за помощь что-то неизвестное.

— Очевидная вещь… — почти усмехнулся он, но глаза его были строги: пронзительным взором Эмин теперь следил за ней, как ястреб, не желающий упустить из виду ни малейшего движения своей жертвы. — Ты ведь помнишь, верно?.. Ты должна кое-что сделать, а именно — произнести слова обещания.

— Ну, с памятью моей всё отлично, — с досадой ответила Амина, мысленно отметив, что не совсем понимает, какие-такие слова она должна будет сказать. И, стремясь кое-что прояснить, уточнила. — Но зачем ты меня спас?

В его глазах появилась странная эмоция, которую Амина не поняла, и она решила объяснить свой вопрос:

— Тебе ведь было всё равно, когда меня бросили в темницу, разве не так?

— Не понимаю, что ты имеешь в виду, — осторожно спросил Эмин, не отпуская с неё слишком сосредоточенного взгляда, — я ведь вытащил тебя оттуда, разве это значит «всё равно»?

— Я имею в виду… — она нахмурилась, пытаясь подобрать слова и ощущая какое-то смятение. «А моё ли это беспокойство?», — вдруг подумалось ей, но она тут же забыла об этом думать: Эмин напряжённо ждал ответа. — Меня ведь бросили там умирать, а ты даже не беспокоился о том, что мне, к примеру, нечего есть… Я должна была погибнуть, и погибла бы, если б ты не вытащил меня оттуда. А если бы я упорствовала в своём решении, отказалась бы пойти с тобой? То умерла бы от голода?

— Хм… Разве тебе не носили пищу?

Амина замялась, не торопясь отвечать, — она помнила слова Равена, что никто, кроме Баттала, не знал о его приходах к ней, и не хотела его подвести. Если бы Эмин пожелал наказать провинившегося слугу, тому пришлось бы явно несладко!.. Она молчала, и Эмин вдруг едко усмехнулся:

— О, ты, наверное, думаешь, что слуги так и таскали бы к тебе еду, если бы я не приказал им этого?

— Что? — изумилась Амина. — Это ты приказал?..

— Да, ты довольна?

— Нет, почему же тогда еда была такой… её было очень мало, она была невкусной…

— А ты хотела королевское застолье в темнице? — усмехнулся Эмин, пронзительно глядя на неё, но ощущение беспокойства у Амины почему-то внезапно отступило, как будто его и не было. — Мне, знаешь, ни к чему было, чтобы тебе там понравилось. Ещё вопросы есть или всё же выполнишь своё слово?

Он снова смотрел слишком упорно, настойчиво, и Амина, поняв, что, похоже, оттягивать момент дальше нельзя, нехотя уточнила:

— И чего ты хочешь? И вообще, почему мы здесь? — Амина быстро огляделась, но Эмин не торопился отвечать, будто ожидая, пока она сделает свои выводы.

Беседка была приятной — мраморные арочные колонны, соединяясь вверху, создавали купол, в котором казался изображенным какой-то рисунок. Впрочем, Амина сейчас не могла прочесть взглядом, что именно там было изображено: ей казались там и звёзды, и небо, и лица… Она не стала особо всматриваться и разбираться, что там было на самом деле, и остановила взгляд на стоящем посредине беседки алтаре. Он был необычен, такого она никогда не встречала — он был похож на светящуюся открытую книгу, только каменную. Вокруг алтаря стояли свечи, и Амина сразу удивилась, что не заметила их раньше. При её взоре они тут же зажглись, будто ощутив её внимание, и она вздрогнула, чуть отступив на шаг.

— Что это за место? — снова нетерпеливо повторила она, чувствуя тревогу, которая, впрочем, по её ощущениям не была связана непосредственно с самой этой беседкой. Это было что-то другое, неуловимое, непонятное…

— О, это просто алтарь, — ответил Эмин, пронзительно следя за ней острым взглядом. — Ты ведь должна будешь исполнить своё обещание, произнести слова, верно? А для этого нужно положить на алтарь руку.

Амина ещё раз с сомнением посмотрела на непонятную каменную книгу.

— И что, моя сила станет твоей? — негромко, чуть закашлявшись, вдруг спросила она.

Эмин сдержанно улыбнулся.

— Нет, это мне ни к чему. Не беспокойся: как я и говорил в темнице, ты не погибнешь и не потеряешь свою силу. Но сдержи своё слово!

Он положил левую руку на левую сторону алтаря и указал, что Амина должна поступить также. Видя, что с его рукой ничего не случилось, она всё же рискнула и протянула правую руку к оставшейся половине. Но как только её ладонь коснулась правой стороны алтаря, что-то произошло! — её ладонь оказалась будто прикована к каменному листу, она не могла ею пошевелить, а книга внезапно засияла ещё ярче, объединяя немыслимым светом их руки!..

— Я начну, — произнёс Эмин, не обращая более внимания на старания испуганной Амины сдвинуть свою ладонь с алтаря. Он был сосредоточен, как никогда.

«Клянусь, что беру в жены Амину и во все века буду с ней, во всех жизнях, что будут моими и её», — произнёс он твёрдо, и Амина с ужасом уставилась на него.

— Что ты?..

— Бедная, как ты перепугалась… — мягко отметил он, глядя в ответ, но глаза его были ещё пронзительней, ещё черней, чем минуту назад. — Ты не должна бояться. Ты просто должна сдержать своё слово: сказать что-нибудь, и всё! А алтарь — это просто: что скажешь, то и исполнишь, — он тут же взял правой рукой её левую руку.

Амина задумалась. Страх понемногу отпускал её, потому что нужно было решить, что произнести. Конечно, она не собиралась говорить такие же слова, как Эмин, нужно было сказать нечто нейтральное, что-то, что бы никоим образом после не принесло вреда ей самой и не заставляло её находиться рядом с Эмином остаток её жизни!

Вскоре ей показалось, что нужные мысли нашлись, и Амина открыла рот. И слова сами полились из неё:

— Клянусь в верности Эмину…

Амина замолчала на миг, но тут же поняла, что не имеет сил остановиться! Но это были не её слова! Внезапно она вполне явственно, всем нутром и всеми своими чувствами, уставшими после последних событий и всех дней, проведённых в вампирском замке, ощутила поток энергии, волю Эмина, которая окутала её, лилась со всех сторон, заполняя всё её существо! Слова резали мозг, нужно было сказать их, он так хотел, велел, посылал свою волю!

«Нет, это говорить нельзя!..», — в отчаянии мысленно воскликнула Амина и напряженным усилием воли повернула голову, чтобы посмотреть на Эмина. Он глядел в её сторону пристально, неотрывно. Чёрные глаза, в которых она думала найти жалость, пронзительно смотрели, посылая больший поток энергии-воли! Он желал, чтобы она произнесла всё!

От напряжения слёзы скатились из её глаз и руки задрожали. Но она не могла даже отнять свою левую руку — Эмин держал её в своей, и облако его требования окружало всё плотнее и всё сильнее давило, заставляя сделать по-своему! Амина до боли сжимала зубы, но всё же не смогла справиться с этим адским напряжением, с нахлынувшей волной энергии его воли, его ожидания. Он был слишком силён!

— Я никогда не оставлю его, буду с ним во всех жизнях и даже в самой вечности! — быстро выдохнула она и резко замолчала.

Каменная книга на миг осветилась ещё сильнее, окутывая облаком света уже и их самих, а после также быстро погасла. И Амина ощутила, что правая рука её теперь свободна от каменного плена. В отличие от левой, которую всё ещё сжимали пальцы Эмина.

— Ты обманул меня, — тихо произнесла она, не поднимая на него глаза.

— Нисколько, — спокойно ответил Эмин, ощущая внутри дрожь от того, что, наконец, всё свершилось так, как он желал. — Я обещал вывести тебя из темницы — я сдержал своё слово. Ты обещала произнести слова — ты это сделала. Да и слова ты говорила сама, я ведь тебя не неволил.

Амина не поняла, услышала ли в его словах издёвку, и резко подняла голову — в глазах его играли огоньки.

— Ты заставил меня произнести то, чего я говорить не хотела!

— Ну, милая, это недоказуемо! — теперь точно усмехнулся Эмин. — Ты ведь видела моё лицо — я не сказал ни слова.

Она помолчала.

— Зачем тебе это всё? Ты никогда не знал меня, никогда не видел раньше… Зачем тебе нужно губить мою судьбу, только встретив меня у Джальфара?

Эмин снова усмехнулся, казалось, её вопросу, но глаза его вдруг стали ещё строже, а лицо — сосредоточенней.

— Ты просто не представляешь… как долго я искал твой свет… — задумчиво ответил он. — Знаешь, есть одна скала. Высокая, она вся испещрена надписями и знаками, многим из которых давно уже не один век. Я тоже подходил к ней, изучал, что там написано… Там много слов и надежд — в давние времена среди людей существовала легенда: стоило высечь на этой скале своё пожелание, и когда-нибудь оно обязательно должно было исполниться, и потому люди шли и пытались донести просьбы до своей судьбы, оставляя знаки на скале… Я много веков был один, но я не желал именно этого. Просто мне никого не хотелось видеть рядом с собой. Но это было так мучительно!.. И в какой-то момент я тоже отыскал эту скалу, — она там, в твоём мире, — и я оставил свою надпись: чтобы найти ту, кого смогу любить. Шли года, десятилетия, и даже несколько веков прошло уже с тех пор; и, наконец, недавно я смог узреть знаки на небе, показавшие мне путь к той, которая могла дать мне счастье. Это была ты.

Я недолго следил за тобой. Ты не замечала меня, занятая своим миром и своей жизнью, и спокойно проходила мимо десмода, сидящего среди густых ветвей. Ты не замечала меня, когда я вдыхал один и тот же, что и ты, аромат ночи, паря у твоих открытых окон; ты не видела меня, когда я шёл близко от тебя! Как ещё я должен был повернуть тебя к себе? Я больше не представлял жизни без тебя, а ты меня не замечала! Ты должна была стать моей, такова судьба, и ты стала моей. Теперь ты не можешь, не имеешь права никуда от меня деться. Да и к чему тебе это? — ведь раз ты прекрасно слышишь мои мысли, ты должна понимать, что и я слышу твои. А твои говорят мне, что я всё равно тебе нравлюсь — несмотря ни на что, несмотря на то, как мы встретились. Ты уверишься, что я предназначен тебе!

«Следил за мной… А не был ли в таком случае он рядом и тогда, когда Джальфар сражался со старым вампиром?», — вдруг вспомнила Амина их поединок, размышляя, не был ли Эмин каким-либо образом причастен к произошедшему, к тому, что она сама в тот раз внезапно вот так столкнулась с вампирами. Но тут же решила, что об этом подумать можно и позже, ведь сейчас вопрос был гораздо серьёзнее: Эмин смотрел прямо в её глаза, не отрываясь, и Амина снова ловила себя на странной мысли — что она не может понять: действительно ли она внутренне готова согласиться с ним, или же это опять только его воля заставляет принимать его слова за истину?.. «Нет, пожалуй, я ему не верю…», — глухо подумала она внутри себя и нахмурилась: в этом случае нужно было срочно найти выход!

— Ты не веришь мне? — удивлённо вскинул он брови, но Амина посмотрела внимательно и даже пристально.

— Я не могу тебе доверять, даже если мне и нет причин не верить твоим словам.

— Скажи, что сделать, чтобы доказать тебе…

— Мне нужен мой кинжал! — быстро перебила Амина, даже не дав ему договорить. Внутри неё что-то задрожало, и руки тут же вспотели от новой яркой мысли, которую она постаралась тут же заглушить в себе, чтобы он не смог прочесть. — Принеси мне мой кинжал: Джальфар забрал его. Принеси и я поверю тебе, пойду за тобой!

Эмин долгим взглядом всмотрелся в её глаза. Она трепетала, мысленно надеясь, что он согласится. Конечно, она ни на секунду не сомневалась в том, что он не сумеет достать её оружие! Давняя подруга Маранта заговорила его ей на защиту, и потому раньше, до всех этих событий, воспользоваться кинжалом могла только сама Амина. Но увидев его в руках Джальфара, она поняла, насколько тот силён, если даже чары Маранты были ему нипочём! А мог ли Эмин забрать теперь у него кинжал? «Это было бы невероятно!», — решила она, рассчитывая, что просто так Джальфар кинжал и не отдаст, а значит, двум вампирам придётся бороться. Кто бы победил в той битве, предугадать было невозможно, но если бы Эмин — тогда кинжал вернулся бы к ней, а если бы Джальфар… — она сама ему уже была не нужна, так что исход в любом случае был бы Амине на руку…

— Хорошо, я принесу его тебе!

Эмин протянул руку, желая провести пальцами по её щеке и поцеловать, но она отодвинулась и опустила взгляд.

— Дождись меня здесь, — строго сказал он, сдержав разочарование. — И помни своё обещание!

Он развернулся и, направившись к выходу, по пути резко превратился в десмода и тут же улетел.

Последив за ним немного и быстро потеряв его из виду, Амина поняла, что терять больше нельзя ни минуты! Выскочив из беседки, она кинулась к стоящей неподалёку коляске. Схватив поводья, Амина резко дёрнула их, надеясь, что лошади не волшебные и не заговорённые, и послушаются её. Те и впрямь тут же поняли приказ и помчались по дороге вперёд, дальше в лес.

Конечно, Амина вовсе не знала, как добраться к тому месту, откуда она по велению Джальфара впервые ступила на эту землю. Но она надеялась, что, проехав лес до самого конца, наверняка найдёт там то море огня, которое ей было нужно! В любом случае, времени на сомнения и особые размышления у неё не было, так что она продолжала подгонять лошадей.

Лес был густой, но проезжая тропинка терпеливо вела всё дальше, и кони несли за собой коляску. И вскоре Амина заметила, что впереди лес уже начал немного просвечивать, а после и вовсе растаял, и коляска вылетела, наконец, на простор.

Перед ней был огненный океан. Далеко вверху над его плоскостью, в небе, находился знакомый портал со спиральными волнами, уходящими в невидимое отсюда пространство. «Там мой мир», — подумала Амина и тяжело выдохнула.

Ей почему-то стало так странно тускло, как будто что-то сдавило грудь. «Помни своё обещание…», — услышала она вдруг в своей голове, но не поняла — являлось ли это чьими-то словами сейчас, или же это было лишь её собственным воспоминанием недавнего разговора в беседке, или даже отголоском совести и чувства вины, которые вдруг всколыхнулись в ней. Амина резко огляделась в поисках того, чьими мыслями это могло бы быть. Всё же нигде никого не было — ни на земле, ни в небе, — и Амина снова схватилась за поводья. Но, сколько она ни пыталась, дальше идти лошади отказывались! «Видимо, слишком боятся огня», — с досадой отметила она. Жар от океана действительно ощущался даже здесь. Было душно.

Амина выскочила из коляски и бросилась бежать к океану. Что она хотела бы сделать дальше, она и сама ещё не знала! Просто ей нужно было хоть что-то делать, хоть что-то, а не сидеть в коляске, ожидая, когда её здесь найдут!

Остановившись на берегу, она с досадой уставилась на горячее море.

«Превратись в лёд!», — приказала она ему нерешительно, но морю было всё равно. «Джальфар говорил, что это поле воли… Надо попробовать приказать ещё… — подумала Амина, но тут же осеклась, — нет, наоборот! Если он не лгал, и это его поле воли и поле его мысли, то любое моё вторжение в них станет ему известно! Может быть, он даже уже знает о том, что я здесь…». Она похолодела и, подняв голову, всмотрелась в портал.

«Мне нужно туда!», — мысленно воскликнула она, горя всем телом. А потом вдруг воскликнула вслух, всей душой стремясь вверх:

— Мне нужно туда, туда!..

Но слов своих она уже не услышала: они почему-то не отразились в этом мире, будто она их и не произносила! Не успев удивиться этому, Амина тут же ужаснулась иному — внезапно она увидела, что огненный океан резко поменял своё направление: он был уже не впереди, а прямо под ней, далеко внизу… Она посмотрела по сторонам и поняла, что её несут тёмные жилистые крылья. «Я стала десмодом…», — как в тумане, отметила она, но попробовала не расстраиваться. «Нужно лететь дальше, лететь… это же так просто… я не свалюсь вниз, в огонь, я смогу долететь…», — с тревогой подумала Амина о том, что не знает всего, не знает, как правильно летать и даже как стать обратно человеком. Впрочем, ощущение полёта быстро поглотило её, и она вдруг поняла, что никогда ещё не была так близко к возлюбленному небу, которое каждой ночью дарило ей звёзды!..

Она мысленно почти улыбалась уже, чувствуя невероятную свободу, когда вдруг, подлетев к порталу Джальфара, ощутила самое настоящее беспокойство. Вблизи портал всё больше напоминал сгущенные тучи, наполненный невероятной энергией. Казалось, что, стоит только попробовать туда сунуться, как вся эта тёмно-серая гуща тут же ударит по тебе сдавленной энергией, не позволяя пройти дальше!

Подлетев к самой сердцевине мрака, в который уходили как серые плотные мрачные линии, так и те, которые с земли виделись синими, а вблизи оказались состоящими просто из сплошного сосредоточия молний, Амина беспомощно зависла в воздухе на одном месте, не решаясь двинуться дальше. Было слишком страшно понимать, что тебя сейчас может просто испепелить одно неверное движение, а если и не испепелят синие воздушные волны, наполненные электричеством, то наверняка уничтожит своей мощью густая серая масса! Как вдруг она растерялась ещё больше — рядом послышался шелест и, обернувшись, Амина увидела, что к ней приближается десмод.

«Надо решиться, надо решиться…», — подумала она в отчаянии, понимая, что её всё-таки нашли, но никак не могла заставить себя двинуться вперёд! Время шло, а она всё также растерянно махала крыльями, не зная, как безопасно пройти сквозь портал.

Всё же, когда десмод был уже близко, Амина, наконец, сорвалась с места. Ей больше не из чего было выбирать. «Только туда, только на свободу, пусть даже через мрак!..», — горько подумала она, резкими взмахами стараясь придать себе уверенности. Она вонзилась крыльями прямо в серую густоту и ощутила, что теряет силы: электричество заискрило в её жилах, плотная масса стала давить всё сильнее, а сердцевина мрака не становилась ближе, хотя и края неба со всех сторон уже пропали с глаз долой…

«Наверное, не смогу…», — вдруг тихо, с досадной грустью подумала она. И если бы сейчас Амина была на земле, была человеком, она сумела бы заплакать от обиды и разочарования! Но теперь она могла только продолжать растерянно бить крыльями, пытаясь выжить в этом странной, слишком густой воздушной массе.

Прошло очень мало времени с тех пор, как она вонзилась в самую гущу тьмы, но силы её были уже на исходе. И неизвестно, чем бы закончилась для неё отчаянная смелость, если бы внезапно что-то не подхватило её, — какая-то сила, а точнее, чьи-то острые когти, — и не потащило куда-то. Открыв глаза, Амина поняла, что тьма перед ней стала ещё резче, ещё… а потом она просто уткнулась взглядом в самый кромешный мрак, который когда-либо могла видеть, и — всё…

Когда Амина очнулась, вокруг всё ещё было темно, а рядом с ней находился опять тот же Эмин — они лежали на земле, и он прижимал её голову к своей груди, ожидая, когда она придёт в себя.

— Как ты здесь оказался? — чуть отстранившись, сварливо спросила она, не глядя на него.

— Ты быстро освоилась — хорошо летаешь, — вместо ответа сказал он, чуть усмехнувшись, и с намёком добавил, — так что мы с тобой теперь не так уж отличаемся. Правда, тебе ещё нужно многому научиться. Например, не бросать меня, где попало.

— Мне нужно было вернуться в свой мир, — недовольно буркнула Амина, — поэтому не обессудь: у нас разные пути.

Эмин почему-то снова усмехнулся.

— Какая же ты наивная!.. Ты ведь даже в свой мир можешь попасть только вместе со мной!

Теперь уже усмехнулась сама Амина.

— Я прекрасно помню, что уже прошла, то есть пролетела, через портал. Так что сейчас я на месте и скоро вернусь в свой дом, а вот куда денешься ты…

— Ну что ж, попробуй… — вдруг равнодушно пожал он плечами и даже ослабил объятия. Амина тут же отодвинулась от него и, наконец, поднялась, чтобы пойти к себе домой.

Правда, оглядевшись, она не увидела никакого ориентира, указавшего бы ей нужный путь, — вокруг было всё также темно, как и пять минут назад, и Амина не заметила ни тропинки, ни знакомых очертаний чего-либо, что бы рассказало о том, где именно она сейчас находится.

— Итак?.. — ухмыльнулся Эмин.

— Ничего, пойду как-нибудь, потом всё равно посветлеет… — буркнула она и, не обращая более на него внимания, направилась в одну из сторон.

Через пару минут Амина даже сумела немножко собраться с силами, и у рук её появилось бледное сияние — она рассчитывала, что и с кусочком света будет гораздо легче идти! Впрочем, она быстро остановилась, пройдя всего несколько метров, — но даже не потому, что внезапно поняла: она не ощущала никакой силы, обычно так мягко стекающей с неба и наполняющей её энергией, а потому, что внезапно различила некоторые очертания, и они показались ей знакомыми…

— Не может быть… — с тревогой пробормотала она, подходя ближе к одному из камней, которые ей привиделись в темноте.

Она подошла ещё ближе и поднесла ладони со светом, чтобы прочесть… Но ошибки быть не могло: это точно было кладбище, а прямо перед ней — камни могил… Амина отпрянула и поёжилась, ощутив, что стало холоднее.

— Что-то не так? — плечи её снова обхватил Эмин.

— Ничего, просто это, наверное, ещё далеко от моего дома… — у меня в окрестностях кладбища нет, — тихо ответила Амина: ей было страшно неуютно находиться здесь ночью, особенно рядом с вампиром.

«Странно, что ты меня боишься… ты ведь такая же, как я, теперь уже точно такая же…», — подумалось ей, и она вдруг вспомнила, что способна превратиться в десмода.

«Ну да, конечно, так я быстрее найду дом!», — мысленно воскликнула Амина и, сама не заметив, как это произошло, быстро превратилась в десмода и поторопилась улететь ввысь.

Но там ей не понравилось — она полетела вверх, но вскоре почему-то оказалась в каком-то тупике, будто неба в этой темноте действительно не было, а была какая-то плотная стена. Полетав ещё вверху, Амина с досадой поняла, что это всё впустую, и решила спуститься чуть ниже, чтобы полететь в одну из сторон невысоко от земли.

Она летела уже достаточно долго и своим прекрасным зрением ночной птицы отчётливо видела за всё это время только одно: ряд могил, который всё тянулся и тянулся вдаль, куда она направлялась. В конце концов, устав от этой картины, она резко спустилась вниз и превратилась в человека.

— Итак? — снова услышала она знакомый голос. — Может быть, теперь ты дослушаешь меня?

Амина резко обернулась.

— Что значит, «дослушаю»? Что ты хочешь сказать?

— Ну, для начала — раз ты всё осмотрела, я думаю, ты уже и сама знаешь, о чём я расскажу, — с намёком взглянул Эмин.

— Это — не мой мир? — терпеливо предположила она, но тут же воскликнула, отвергая эту мысль. — Невозможно, я тебе не верю!

— Отчего ж? Думаешь, Джальфару очень надо было перемещаться из твоего мира в свой? Нет, у него есть… ммм… перевалочный пункт. Вот это место. Тот, кто знает, как отсюда уйти, перейдёт, куда ему нужно — в твой мир или же обратно в мир Джальфара. Вопрос теперь только в том, знаешь ли ты, как отсюда переходить?

Амина помрачнела.

— Я вот знаю, — многозначительно отметил Эмин, видя, что она молчит. — И думаю, ты тоже знаешь, как можешь отсюда уйти.

Она продолжала молчать, и он осторожно взял её за руку.

— Послушай, я понимаю, что тебе, вероятно, сложно начать доверять мне вот так сразу. Но сейчас уже ничего не изменить — ты принадлежишь мне, я — тебе, и наши пути теперь всегда будут идти вместе. Просто прими это, как данность.

Он чуть склонил голову, чтобы поцеловать её, но Амина отодвинулась, кое-что вспомнив и почему-то уже не сомневаясь в ответе.

— Тогда… в ту ночь, когда Джальфар отправился в мой мир… Скажи, ты ведь был там?

Она пытливо всматривалась в его глаза, но он не собирался лгать, хотя и не хотел особо обсуждать эту тему.

— Допустим.

— Значит, ты был в моём мире. Ты следил за мной! — воскликнула она, не удержавшись. Глаза её горели, а Эмин замер, впиваясь холодным взглядом в её лицо.

— Так и есть, — кратко сказал он и вдруг обхватил её руками, ощущая всё возрастающий в ней гнев и даже страх.

— Значит, это ты привёл меня на ту тропинку, ты привёл меня прямо к Джальфару!

— Нет, я спас тебя! — резко произнёс он, видя, что в её глазах проявляются нежданные слёзы. — Ты шла неторопливо, наслаждаясь ночным дурманом — тайным дыханием ядовитых цветов, спрятанных во тьме и невидимых глазу; ты не заметила ни меня, когда я осторожно перебирался с дерева на дерево, чтобы сопровождать тебя, ни даже того, что пересекла границу и оказалась в поместье вампира! Ты сама пришла туда. Я просто знал, что встреча твоя со стариком неизбежна, и потому прислал к тебе Джальфара. Да, он должен был забрать тебя, но только чтобы привести ко мне! А если бы я не прислал его, ты знаешь, что бы произошло, ты понимаешь, что ты бы погибла?..

Он крепко прижал её к себе, и Амина даже не сопротивлялась — она всё ещё плакала, но внезапно ощутила такой покой, такую надёжность… «А если он лжёт?.. — подумала она, но вдруг тут же перебила сама себя. — К чему ему лгать?..».

— Да, вот ещё, — Эмин внезапно отпустил её и из полы своего плаща достал знакомый ей клинок. — Твой кинжал. Я забрал его у Джальфара, как ты и просила.

Амина быстро дотронулась до ледяной стали и даже почувствовала внутри себя новый огонь — так приятно было снова держать кинжал в руке! Она тут же засияла от радости и ощутила странное тёплое чувство, похожее на благодарность.

— А он… жив? — вдруг тихо спросила она, немного померкнув, но Эмин пристально посмотрел в звёздные глаза.

— Не стоит об этом. Лучше дай мне руку и скажи, что теперь ты готова идти в свой мир вместе со мной.

Амина помолчала. Ей снова стало неловко, правда, уже не так сильно, как раньше. Впрочем, и это ощущение неловкости быстро исчезло, когда она вновь взглянула в чёрные горячие глаза.

— Что ж… если ты хочешь пойти со мной, то вполне можешь… — она сама не поняла, как это сказала, протягивая ему руку, но Эмину было довольно и этого: он тут же крепко обнял её.

— Тогда не отпускай меня, никогда, и ничего не бойся! — он вдруг резко повернул её в сторону одного из надгробий и взмахнул рукой.

Могильный камень откинулся в сторону, открывая перед собой зияющую яму, и Эмин, крепко держа Амину, уверенно шагнул во тьму…

Через мгновение они оказались уже в другом месте — там, где много дней назад на глазах Амины рядом с могилами произошла битва Джальфара со стариком-вампиром. Они вернулись из мира Джальфара — вышли из каменного серого гроба в поместье его отца…

Прошло много лет. Амина никогда не думала, любит ли Эмина, но она всей душой привязалась к нему. Он дал ей много знаний, научил контролировать силу, восстанавливать её, следить за вечным ходом мира энергии и времени… Он не пьёт чужих жизней. Между ними, возможно, не любовь, но страсть и вечная жизнь. И их сердца до сих пор бьются в унисон.

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль