Часть 2

— Давно ждёшь? — Диа была в тёмном брючном костюме. Волосы собраны в высокий хвост, за спиной рюкзак.

— Уже почти заснул, — проворчал я поднимаясь с лавочки, предусмотрительно установленной рядом с воротами.

— Шутишь?

— Кто знает? — я пожал плечами и улыбнулся. — Пошли?

— Пошли, — Диа как-то погрустнела, но старалась виду не подавать.

Мы брели в темноте молча, освещая дорогу маленькими артефактными фонариками. Минут через пятнадцать мы зашли в рощицу и нашли небольшую полянку. Ещё минут сорок у нас ушло на все приготовления. И вот мы сидим перед костром, рядом воткнуты шампуры с мясом кролика, над костром в котелке заваривается травяной чай.

— Это ты за два часа поймала? — я кивнул на шампуры, где уже с одного бока начало шкворчать мясо и по поляне пошёл аппетитный запах жареного.

— Ну, да, — кивнула Диа. — Лес недалеко, кроликов много.

Мы сидели на поваленном бревне, окружённые причудливыми движущимися тенями. И тут я вспомнил про Плюшку. Позвал её и она мгновенно появилась из ближайшей тени.

— Гав, — раздалось на всю рощицу.

— Плюшка, — обрадовалась Диа. — Она ест сырое или приготовленное мясо?

— По-разному, но больше любит приготовленное, — я перевернул шашлыки другой стороной к огню.

— Сейчас приготовится, и я тебе дам шашлык из кролика. Я сама его поймала, — Диа болтала и чесала Плюшку за ухом. А собачка млела и принюхивалась к ароматам жареного мяса.

Внезапный порыв ветра качнул деревья и несколько жёлтых листьев упало на поляну. Один попал прямо в костёр. Он быстро скукожился и распался золой. Я смотрел на всё это с какой-то отрешённостью. И не понимал, куда делись силы, накопленные в отпуске на озере? Я мысленно перенёсся на берег, прошёл по двору, посмотрел на почерневшие жерди моего «рыбоперерабатывающего завода», заглянул в избушку. Напоследок зашёл на мостки и вдруг услышал: «В пути обретаешь силы…»

«Лэндэли?» — встрепенулся я и начал оглядываться по сторонам, как будто это кто-то, кого можно увидеть.

«Ах…» — услышал я шелест листьев.

— Ларан! Что с тобой? Ларан! — меня трясли за плечи.

Я медленно открыл глаза, пытаясь понять, что произошло и где я нахожусь. Передо мной маячило испуганное лицо Диа. А я лежал на траве.

— Всё-таки тебе надо было полежать дома. Сотрясение хоть и лёгкое, но это же голова. Мало ли что может случиться! Зря я тебя потащила на пикник, — сокрушалась девушка, помогая мне подняться.

— Говорят, что при сотрясении спать нельзя, — прошептал я, так как голова болела и любое движение причиняло ещё большую боль.

— Не знаю, что там говорят, но тебе нужно домой. И Казимира позвать, пусть посмотрит получше.

— А вот домой сейчас я точно не дойду.

Жуткая слабость накатила на моё тело, голова разрывалась от боли и ко всем прочим неприятностям меня начало рвать. А поскольку ел я давно, рвало меня желтоватой жижей. Зато голове стало легче, и я даже смог открыть глаза.

— На, пей, — Диа сунула мне в руку флягу с водой, но поддерживала, опасаясь, что я не удержу.

Я сделал первый глоток, и мне стало ещё легче. Тогда я вырвал из её рук флягу и выпил всю воду за несколько глотков. Головная боль ушла, спазмы в желудке закончились. О произошедшем напоминала лёгкая дрожь в руках. Я поднялся и прошёлся по поляне. Плюшка смотрела на меня с опаской, но с места не двинулась.

— Ты чего встал? — удивилась Диа. — Ещё десять минут назад я думала, ты помираешь!

— Я в порядке, — присел пару раз на всякий случай, помахал руками, покрутил головой и вернулся на бревно. — Абсолютно в порядке, только есть хочу. Шашлык там не сгорел, пока я тут…

— Да вроде нормальный, — Диа успокоилась и принялась снимать шашлык с костра. — Так, делю на троих. Нам по четыре, остальное Плюшке.

Собака осторожно подошла ко мне и положила голову мне на плечо. Я погладил по голове Плюшку и послал ей мысль: «Всё хорошо».

В моей голове появилась мысль собаки: «Было страшно…»

«Ничего себе! Чтобы теневой гончей стало страшно, что это должно было быть?» — подумал я, вгрызаясь в первый шашлык. И тут я вспомнил. Я снова слышал Лэндэли… Только что мир сказал мне?.. Я на мгновение застыл с шашлыком в руках и уставился невидящим взглядом на деревья передо мной.

— Что случилось? — подскочила Диа. — Тебе опять плохо?

— Нет, просто задумался, — я тряхнул головой и продолжил грызть шашлык.

Ели молча. Диа иногда поглядывала в мою сторону. Но ничего не говорила. Хотя я понимаю, как ей хотелось всё выспросить, чтобы хоть немного унять переживания. Странно, чего она переживает за меня? Плюшка тихо чавкала своей порцией шашлыков в сторонке и ничем больше не выдавала своё присутствие. Хотя тоже иногда поглядывала на меня. «Вот, тоже переживает, хотя вроде бы собака…»

— Может, уже пойдём домой? — тихо спросила Диа, когда мы доели все приготовленные шашлыки и пили травяной чай.

— Да, пожалуй. День сегодня был тяжёлый, — согласился я. Так и не смог вспомнить, что было, когда я провалился в… даже не знаю куда. В любом случае мне нужно в ванную и спать.

Допив чай, мы собрали наш импровизированный лагерь и отправились в сторону замка. На небе уже сияла луна, время приближалось к полуночи. Ветер усилился, и я начал подмерзать.

— Холодает уже, — как-то безэмоционально сказала Диа.

— Да, пора одеваться теплее, — согласился я и опять погрузился в свои мысли.

Так, в молчании, мы и дошли до замка. Плюшка тихо следовала сзади и даже ни разу не гавкнула. Мы поднимались по лестнице, когда Диа заговорила:

— Может, всё-таки позвать Казимира?

— Нет, спасибо, со мной всё в порядке. Просто переутомился. Сейчас отмокну в ванной и высплюсь. Всё будет хорошо.

Мы добрались до третьего этажа.

— Ну, как знаешь, — Диа чмокнула меня в щёку и отправилась к себе. Сделав пару шагов, она обернулась. — Но, если что, зови меня. Хорошо?

— Обязательно, — я помахал ей рукой и скрылся за дверью.

Бросив рюкзак у входа, я, пошатываясь, побрёл в ванную. А Плюшка молча запрыгнула на кровать, предварительно уменьшившись до адекватных размеров.

— Всё, — выдохнул я, погрузившись в тёплую воду с пенкой. Облокотился на борт ванной и закрыл глаза.

Некоторое время я лежал без единой мысли в голове. Потом постепенно начал вспоминать, как я, сидя на поляне, ушёл в трансовое состояние и пошёл бродить по усадьбе. Вот я дошёл до мостков, посмотрел на воду и тут… Всё внезапно всплыло в памяти.

— Лэндэли, — прошептал я, резко открыв глаза. — Он со мной опять говорил!.. «В пути обретаешь силы…»

Я задумался. А ведь он прав. Всего пять дней в клане и мне уже хочется куда-то бежать. Неужели судьба моя скитаться до скончания дней? Хотя на озере я прожил целых десять дней и не хотел бежать… Видимо, дело в окружении. Люди — зло. Хотя, скорее не люди, а их количество. Ведь Виля и Талла, даже взбалмошного Криса я спокойно переношу. Да, видимо так… Вода начала уже остывать, и я решил перебраться в кровать и додумать эту мысль уже там.

Я вылез из ванной и высушил феном волосы. Да, не зря я бегал к артефакторам. Помимо всяких полезностей в дорогу я приобрёл у них фен. Теперь не будет слухов о ночных гостях Криса. Подвинул Плюшку на край кровати и погрозил ей пальцем, чтобы даже не думала меня скидывать утром. И вот, устроившись поудобнее в мягкой и тёплой кроватке, я подумал: почему прошлый раз я слышал Лэндэли и говорил с ним без неприятных последствий? А сейчас просто опозорился перед девушкой. Она небось рассчитывала на приятный пикник, а в итоге, пришлось переживать за моё здоровье. В чём разница между тем разом и этим? Да всё просто. Первый раз я реально был на озере. Второй просто представил, что я там нахожусь. Получается, что я могу слышать Лэндэли только на озере? Надо послать птичку Дамиану…

Через минуту я уже спал.

Утро встретило меня моросью за окном и Плюшкой, уютно свернувшейся калачиком на моей подушке. Ну, хотя бы проснулся на кровати, а не на полу, уже хорошо. Пока умывался и брился, думал: «Теперь так всегда будет, когда Лэндэли захочет мне что-нибудь сказать? Надо послать птичку Дамиану…»

Проснулся сегодня довольно рано, зато полон сил и энтузиазма. Минут через тридцать пойду будить Виля. Сегодня полигон. Погода, конечно, усложнит ему прохождение, особенно болота, но жизнь не подстраивается под наши желания. Я сел в кресло, собрался с мыслями и поднял руку. Над ладонью закрутился маленький смерч из прозрачной энергии и разноцветные искры закружились в нём. Когда сформировалась пёстрая птичка, я описал произошедшее вчера и отправил птичку в окно. Это была особая птичка. Такую отправляют, когда хотят сохранить в секретности информацию. Посидел ещё немного. Осторожно мысленно заглянул на озеро. Вроде ничего такого не почувствовал и вернулся в реальность.

— И так, пора, — я поднялся с кресла, накинул на себя непромокаемый плащ, надел высокие походные сапоги и отправился через балкон к своему ученику.

— Виль, пора вставать. Болото тебя ждёт, — постучал я к нему в спальню.

Дверь почти сразу открылась и на пороге передо мной предстало «приведение» Вильгельма Ларимара. Похоже мальчик вообще сегодня не спал. Чёрные круги под глазами, бледная кожа и заторможенный взгляд.

— Учитель, я готов, — Виль попытался снять с вешалки плащ, но руки поднимались с трудом.

— Ты почему не спал? — строго спросил я ученика. — Ты разве забыл, что сегодня должен мне сдать прохождение болота?

— Просто, я был с Гагатом, — парень виновато опустил голову. — Он такой хороший, умный. Мне с ним так хорошо, что просто не мог заставить себя уйти.

— Ты, что всю ночь в конюшне провёл?

— Нет, не всю, — Виль теребил пуговицу куртки. — Вернулся полчаса назад.

— Отлично, ученик, — я сложил руки на груди и сверлил недовольным взглядом Виля.

Я чувствовал, что парню это было необходимо. Гагат его первый друг. Это естественно — хотеть проводить с ним больше времени. Но Виль будущий маг, возможно даже станет главой клана. Если сразу не приучить его держать собственное слово, потом будет сложно. Стоит хоть раз позволить себе слабость и развитие замедлиться.

Виль побледнел ещё больше.

— Учитель я могу сейчас…

— Сейчас ты ничего не можешь! — я отчеканил каждое слово. — Сейчас у тебя есть только один выход.

— Какой? — Виль жалобно посмотрел на меня.

— Ложись спать! Днём придёшь сдавать тест.

— Но…

— Никаких, но! В таком состоянии толку от тебя не будет никакого. Ты вон руку поднять не можешь, не то, что прыгать по столбикам. Всё. Жду тебя на полигоне в два часа дня. И не вздумай ничего есть перед тестом.

— Хорошо, Учитель, — прошептал Виль и быстро скользнул в спальню.

Я остался под дверью считывая эмоции парня. Вина, отчаяние, жалость к себе, решительность и … тишина. Заснул.

Я улыбнулся и пошёл в столовую завтракать.

В фуршетном зале я сразу наткнулся на сонную Диа, ковыряющую какую-то еду в тарелке. Увидев меня, она подскочила и кинулась навстречу.

— Доброе утро, — я улыбнулся.

— Как ты себя чувствуешь? Голова не болит? — затараторила она.

— Всё в порядке. Я выспался, голова свежая. Сегодня последние приготовления перед дорогой. А ты что такая измученная? Не выспалась?

— Я не могла заснуть. Мысли всякие крутились. Вдруг тебе плохо станет, а я сплю…

Я набрал в тарелку лёгкий завтрак из каши, омлета, нескольких пирожков и чашки горячего чая. На улице сыро и промозгло. Хочется чего-то горячего. Устроился за столом Диа, и мы продолжили завтрак.

— А куда ты уезжаешь?

— В Глицинию, — ответил я, доедая кашу. — Там осенняя ярмарка и премьера иллюзорного спектакля.

— Я бы тоже хотела посмотреть спектакль, — она всё ещё вяло ковырялась в тарелке с рулетиками. — Но меня не отпустят. Плановые проверки провинций.

— Так тебя отправляют в командировку?

— Что-то типа того, — она отпила чай. — Это всё из-за того урода. Еду на южное побережье.

— Там сейчас ещё лето, — подбодрил я девушку. — Сможешь в море купаться.

— Только море никуда не денется, а спектакль…

— Спектакль тоже никуда не денется, — успокоил я Диа. — Если, конечно, не провалится. Но, я думаю, у них всё получится, и ты сможешь его посмотреть.

— Надеюсь, — Диа, наконец отодвинула тарелку с раскрошенными рулетиками, допила остатки остывшего чая и вздохнула. — Я сегодня вечером уезжаю. Проводишь?

— Вечером? Вечером я свободен, обязательно провожу.

— Тогда до вечера, — она грустно улыбнулась и быстро ушла.

«И что с ней делать?» — продумал я. «Рассказать не могу, а не рассказать, так она и будет мучиться…» Я машинально поглощал еду и не заметил, как кто-то вошёл в зал. Только когда передо мной приземлился Талл с тарелками я поднял глаза и удивился.

— А ты как здесь оказался, я тебя не заметил.

— Не удивительно, — усмехнулся Талл. — Я тебя зову, зову, а ты витаешь где-то в облаках и не слышишь.

— Да пытался найти решение дилеммы, но так ничего и не придумал.

— А ты не мучайся, — Талл отломил кусочек запеканки и отправил его в рот. — Иногда решение приходит откуда не ждёшь.

— Да, пожалуй, ты прав, — я посмотрел на хороший аппетит друга и порадовался за него. — А ты где пропадал? После гонки Брика и Криса я тебя нигде не видел.

— Так новая работа, — пожал плечами Талл. — Вчера вот Гила мне передала мини-МЭСку. Полдня учился управлять. А Брик, молодец, подарил матери такой конструктор, что все строители забыли есть и спать. Играют, словно дети малые. Ну и я с ними.

— Однако кушать не забываешь, — Я кивнул на его тарелки. — И это правильно.

— Как Вильгельм? Я слышал вчера ему коня выбирали.

— Как и следовало ожидать — всю ночь общался с конём, теперь оба дрыхнут.

— Ха! Мальчишка молодец. Так и надо. Друг — это святое.

— Да, но и слово надо держать.

— Согласен, — Талл задумался. — Нет, не готов я ещё брать своих учеников. Сложно это. Кстати, насчёт мебели. Я подумал, не буду ждать строительства в Ирбисе. Напрямую договорился с мебельщиками из Глицинии. И ближе, и проще доставить. Так что, через месяц у нас будет дом полностью обставлен.

— Отлично, — настроение улучшилось, как только я вспомнил нашу усадьбу. — Давай съездим на озеро, когда туда мебель привезут. Отдохнём пару дней, рыбу половим. Как?

— Да я только за! — обрадовался Талл. — Я там, можно сказать, заново родился.

— Договорились, — я сыто откинулся на спинку стула. — А ты не в курсе, Брик так и ходит к Гиле в гости?

— Ходит, — Талл допил чай и пошёл за добавкой. — А ты хочешь поговорить с Бриком?

— Да не то, чтобы с Бриком, — я достал их кармана обломки ручки и показал вернувшемуся с чашкой горячего чая Таллу. — Вчера сломал подарок Гилы. Хочу к ней зайти попросить починить. Вот и думаю, сейчас зайти или позднее.

— Можешь идти сейчас, — хмыкнул Талл. — Брик уже ушёл кормить завтраком нашего артефактора.

— Даже так…

— Мальчишка явно нашёл в нашей безумной женщине вторую мать. Но Гила вроде не против.

— Ладно, Талл, — я поднялся из-за стола. — Рад был тебя видеть. Завтра я уезжаю, надеюсь ещё увидимся до отъезда?

— Я вечером к тебе зайду, если ты не против.

— Заходи после ужина.

— Хорошо.

Я вышел в промозглое серое утро и неспеша направился в сторону крыла артефакторов. Я просто шёл, наслаждаясь одиночеством и мерзкой осенней погодой. В какой-то момент меня догнала Плюшка, и мы с ней решили прогуляться по парку. Сделали пару кругов вокруг фонтана и прошли по боковой аллее, ведущей прямо ко входу артефакторского крыла. У дверей Плюшка гавкнула и растворилась в тумане, оставив в моей голове картинку большой кровати и собаки на ней. Что ж, она может себе позволить.

На дверях висела большая табличка, где яркими буквами было написано: «Жмите на кнопку, умники! Хватит стучать!» И подпись — Гила Бату-Пермата. Стрелочка указывала на большую красную кнопку на стене рядом с дверью. Я пожал плечами и нажал.

Раздался мелодичный звонок, потом что-то щёлкнуло и сверку раздался недовольный голос Гилы:

— Кого принесло в такую рань?

— Здравствуй, Гила, — улыбнулся я. — Это Ларан. У меня к тебе просьба.

— А… Ларан… Заходи.

Опять что-то щёлкнуло, и дверь сама открылась. Я осторожно заглянул внутрь. В коридоре никого не было. Тогда я смело шагнул в полумрак коридора и отправился прямиком в гостиную. Голоса становились громче:

— …а если сделать не литой, а сборный? Тогда мы сможем менять деталь, не ломая всё остальное, — объяснял Брик.

— Мальчик, иногда тебя посещают неплохие мысли, — хлебнув чего-то ответила Гила.

— Всем доброе утро, — я зашёл в гостиную и присел в одно из кресел. — Гила мне нужна твоя помощь.

— Что, опять гребень сломал? — Гила подозрительно посмотрела на мои аккуратно причёсанные волосы и хмыкнула. — Или что другое?

— Извини, Гила, но твой подарок пал смертью храбрых, — я достал обломки ручки и протянул артефакторше. — Можешь починить?

Брик молча смотрел на меня. В одной руке у него была вилка с насаженным на неё сырником, а в другой чашка с чаем.

— Могу, конечно, — Гила поставила свою чашку на столик и задумалась. — Но лучше давай по-другому.

Артефакторша встала, закуталась в свой пушистый платок и пошаркала в мастерскую.

— Как дела, Брик? Как работа? Как мама? — я решил заполнить паузу.

— О, ты со мной разговариваешь? — Брик положил вилку с сырником на тарелку. — Дела отлично. Мама хорошо. А у меня есть работа?

— А ты разве не в строительном ведомстве работаешь?

— У нас с мамой разный угол приложения способностей, — Брик хлебнул из чашки и поставил её на стол.

— Так чем думаешь заниматься? — не отставал я от парня.

— В смысле думаю? Я уже занимаюсь.

— Чем?

— Помогаю артефакторам с мелкими деталями.

— Вот, Ларан, — Гила вернулась с небольшой коробочкой в руках. — Эта намного лучше.

Я взял коробочку, открыл и присвистнул. Там была новая экспериментальная модель ручки-самописки, которую, по слухам, вообще заправлять чернилами не надо. Она была благородного фиолетового цвета с золотым узором и кнопкой на конце.

— Хотела подарить тебе на девяностолетие, — хмыкнула Гила. — Но цифры — это цифры, а вещь нужна тогда, когда нужна. Так что, с днём рождения, Ларан.

— Спасибо, Гила, — я с восторгом смотрел на блеск золотого узора, проверял как ручка лежит в руке. — Что будет, если я щёлкну кнопкой?

— Вылезет наконечник, — подсказал Брик.

— А когда снова щёлкну — кнопка выскочит наверх, а наконечник уберётся внутрь? — догадался я.

— Ага, — подтвердил Брик мою догадку.

— Слушайте, это же гениально! — я щёлкнул кнопкой и с другой стороны ручки вылезла тонюсенькая трубочка с маленьким шариком на конце.

Я достал из кармана блокнотик и попробовал написать своё имя. Линии получились ровные тонкие и фиолетовые. Я оценил. Ручка под цвет моих глаз.

— Гила, ты превзошла саму себя. А заправлять маной, как и предыдущую надо?

— Не, сама заправляется, из воздуха. А вообще, я тут только начинку сделала, — отмахнулась Гила. — Остальное всё этот парень придумал и сделал.

Я вопросительно посмотрел на Брика.

— Видел такие ручки у Вермута. Решил сделать что-то подобное, — Брик снова взял вилку с сырником и откусил половину.

— У Вермута? — я задумался, постукивая пальцами по подлокотнику кресла. — Ладно, не буду вас отвлекать от завтрака. — Я встал с кресла, положил ручку в коробочку и спрятал в карман куртки. — Ещё раз спасибо, за подарок. Он очень кстати, завтра уезжаю в Глицинию.

— Ну, удачи, — буркнула Гила и вернулась к сырникам.

— О, я тоже еду, — обрадовался Брик.

— Ты верхом или на МЭСке? — остановился я в дверях.

— На МЭСке.

— Ну, тогда встретимся в Глицинии, — я махнул рукой и вышел в коридор. До меня долетел голос Гилы:

— Ну, что, Брик, не хочешь к нам на постоянную работу?

Что ответил Брик я не слышал, так как уже вышел на улицу. Морось теперь не падала сверху, а просто зависла в воздухе в виде тумана. Я накинул капюшон и пошёл в своё ведомство. Перед отъездом надо проверить как там обстоят дела. Посмотреть отчёты, отругать подчинённых. Да мало ли дел? По крайней мере там тепло и сухо.

Подойдя к двери своего ведомства, я услышал возмущённый голос Поппо:

— Я просто сказал, что на МЭСке удобнее. Тем более там погода, сами видите.

— Вера, ну пожалуйста, давай поедем на МЭСке, — Алусия поддержала Поппо.

— Да что вы заладили МЭСка, МЭСка, — ворчала моя заместитель.

Я открыл дверь и зашёл внутрь.

— О чём спор? — я оглядел своих сотрудников.

— Шеф, ну скажи, в МЭСке ехать удобнее, чем в дормезе, — возмущался Поппо.

— И лошадей кормить не надо, — поддакнула Алусия.

— Спелись, молодняк, — поморщилась Вермел.

— Вера, я не знал, что ты у нас приверженец дормезов и прочей тяжёлой колёсной движимости, — я устроился в своём рабочем кресле во главе стола.

— Вы не понимаете, — Вера упрямо гнула свою линию. — Дормез — это же дом на колёсах. Мы можем остановиться в любом месте и переночевать. А если ехать в МЭСке, придётся искать ночлег и туалет, что не мало важно!

— Стареешь, Вера, — хмыкнул Поппо. — Уже от туалета страшно отойти?

— Ой, ладно, — махнула рукой Вера. — Давайте спросим у нашего сопровождения. Ларан, ты в курсе, кто с нами поедет?

— Нет, — я вытянул руку и создал небольшую птичку, — сейчас узнаем.

— Крис, пришли к вербовщикам своего бойца, кто с ними поедет. Нужно обсудить детали.

И выпустил птичку. Окно было закрыто, но мои птички научились просачиваться сквозь стекло. Все молча проводили птичку глазами.

— А мои не могу так, сквозь… — пожаловалась Алусия.

— Научишься, — отмахнулся Поппо. — И долго нам ждать?

— А вы что, прямо сейчас выезжаете? — я посмотрел на парня и тот сник. — Лучше покажите пока отчёты.

— Да, сейчас, — Вера встала и пошла к своему письменному столу, заваленному бумагами и папками. Порылась там и вернулась с тонкой папкой. — За последнюю неделю в клан приехали: двадцать шесть магов земли, два мага гравитации, один водник, тринадцать металлистов, три следопыта с разной специализацией…

Вера зачитывала отчёт, а я ушёл в себя. Одна мысль давно крутилась в моей голове. Как раз с тех пор, когда старый интриган Базиль отдал мне свою должность. Правильно ли я тогда согласился? Может лучше было остаться в лесу?

— Это всё, — закончила Вера и закрыла папку.

— Хорошо, — я стучал пальцами по столу.

— Чего это хорошо, шеф? — в который раз возмутился Поппо. — Вот когда мы ездим, мы вербуем в два раза больше. Они небось сидят в каком-нибудь трактире, а потом жалуются, что никого не нашли. Давайте установим нормы.

— Поппо, какие нормы? — я укоризненно посмотрел на не очень дальновидного менталиста. — Это же не табуретки собирать, а искать самородков, как в лесу грибы. То густо — то пусто.

— Правильно шеф, — поддакнула Вера. — Какие нормы в нашем деле?

— Нет, ну давайте посчитаем сколько в среднем каждая группа вербует за неделю и поставим планку ниже на одного.

— А почему на одного, — хлопнула ресницами Алусия.

— Ну, это будет формально ниже среднего, — Поппо скрестил руки на груди.

— А знаешь, Поппо, ты молодец, — я улыбнулся, — вот тебе задание. Сегодня до совещания со второй группой, посчитай норму. Мы обсудим, и, возможно, я приму твою инициативу к исполнению.

— Шеф, так осталось всего три часа, да минус обед, — растерялся Поппо. А Вера злорадно улыбнулась.

— Запомни, Поппо, — я сделал паузу, привлекая внимание всех, — инициатива — наказуема исполнением. Ты предложил — ты и выполняй!

— Девочки, поможете? — Поппо растерянно посмотрел на Веру и Алусию.

— Без меня, — отрицательно покачала головой Вера, — у меня, как у главы отряда, и своих дел хватает.

— А я помогу, — смутилась Алусия. — Что надо делать?

— Алусия — ты лучшая, — Поппо театрально прижал руки к груди.

В это время в дверь постучали и на пороге появился один из боевиков Криса. Это был молодой парень, маг земли Жоэль Цитрин. Он не раз ездил в сопровождение, так что перезнакомился со всеми моими сотрудниками.

— Добрый день, дэлы, — он слегка склонил голову в приветствии и присел за стол. — Крис сказал, что вы что-то обсуждаете по поездке. Я в вашем распоряжении.

— Жоэль, здравствуй, — Вера облегчённо выдохнула. — Завтра отправляемся на юг. Возник вопрос на чём ехать: дормез или МЭСка. Твоё мнение?

— Я за дормез, — не задумываясь ответил парень.

— Ну вот, теперь нас двое на двое, — сник Поппо. — Ну смотри сам, Жоэль, на МЭСке быстрее — это раз. Не надо кормить лошадей, — это два. МЭСка может гнать без остановки хоть месяц, а лошади устают, — это три. Как тебе?

— А мы разве куда-то торопимся? Господин Чароит, объясните суть мисси.

— Суть проста как куриный бульон, — хмыкнул я. — Едете по деревням и ищете одарённых юношей и девушек, приглашаете в клан. Всё.

— У нас же нет обязательного количества магов, которое мы должны обеспечить к определённому числу, я правильно понимаю? — уточнил Жоэль.

— Пока нет, — я покосился на Поппо. — Сегодня в три часа будет совещание, там и определимся с планом.

— Ну, полагаю, тогда и решим на чём поедем, — Жоэль встал из-за стола. — Могу быть свободен до трёх часов?

— Можешь, — я посмотрел на большие напольные часы, стоявшие в углу кабинета. Было около двенадцати. — Я, пожалуй, тоже пойду, к трём вернусь.

Я быстро вышел из кабинета, оставив своих сотрудников в лёгком недоумении и направился прямо в мастерские. Было там у меня одно дело к шорникам. Основные товары из кожи, конечно, поставляли из Ирбиса. Но по всему материку Хитанга работали мастера, обученные в Ирбисе. Сшить какую-то мелочь, или починить что-то кожаное всегда проще на месте, чем ждать, когда доставят с другого конца материка. Так что в нашем замке была настоящая шорная мастерская.

У шорников я провёл почти час. Оставалось ещё достаточно времени, чтобы спокойно пообедать и идти на полигон. В фуршетном зале никого не было, так что я спокойно поел и прибыл на полигон за десять минут до назначенного времени. Сел на лавку и задумался. Мысли опять унесли меня на озеро. Что имел в виду Лэндэли, сказав: «В пути обретаешь силы…»? Неужели он имел в виду, что мне нельзя останавливаться на одном месте? Хотя я и сам чувствую, что больше недели не выдерживаю. Устаю, начинает всё раздражать. В кабинет хожу редко, делами почти не занимаюсь… Как меня Агатес ещё не выгнал? Эх, хорошие у меня главы отрядов. Всю работу тянут, пока я наслаждаюсь поездками по миру. Вот благодаря им, Агатес меня и не выгоняет пока.

— Учитель, — кто-то тронул меня за плечо, и я повернулся в сторону говорившего. — Учитель я пришёл проходить полосу.

Я сфокусировал зрение и увидел то, что сначала почувствовал. Решимость в глазах. А это самое главное.

— Хорошо Виль, — я встал и тряхнул головой, прогоняя сонливость, — твоя задача пройти всю полосу. Главное — не скорость, а качество. Понятно?

— Да, Учитель. Я пошёл.

Виль развернулся и твёрдым шагом пошёл к стене. Я снова сел и засёк время. Начал Виль в два часа шесть минут. Ну, теперь посмотрим. Виль проходил полосу медленно и осторожно, там, где основная нагрузка ложилась на руки. И легко пробегал, там, где нужны были ноги. И вот, наконец, он добрался до болота. Парень застыл на несколько секунд. Я прямо чувствовал, как напряглись мышцы на его ногах, как опустела от мыслей и сомнений его голова. И вот первый прыжок, второй, третий… Буквально несколько секунд и парень уже подпрыгнул и зацепился за первую перекладину рукохода. Я даже не заметил, что не дышал всё то время, которое Виль проходил над болотом. Шумно вдохнув, я опять затаил дыхание. Ведь за столь малое время Виль не успел достаточно прокачать мышцы рук. А рукоход ошибок не прощает. Парень шёл медленно, иногда зависая на несколько секунд на двух руках. Потом собирался с духом и перехватывал следующую перекладину. Да, он шёл долго. Но он не упал. А я опять поймал себя на том, что забыл, как дышать. Всё. Дошёл. Теперь бревно, прыжок и бег. Думаю, ту всё будет в порядке. Правда, в прошлый раз Виль сорвался именно на прыжке через ров с водой. И вот прыжок… Виль приземлился на самом краю, пошатнулся и чуть не полетел назад. В последний момент он резко наклонился вперёд и рванул к финишу. Добежав до финишной черты, парень рухнул на колени, тяжело дыша. Руки тряслись, пот струился по лбу. Изо рта шёл пар. Я опять засёк время. Четырнадцать двадцать девять. Для первого раза неплохо.

Я провёл рукой по лицу и понял, что пот на лбу не только у Виля. Проклятая эмпатия. Я как будто пробежал вместе с ним! Я встал и подошёл к парню. Помог подняться и накинул на него куртку, которую он оставил на скамейке рядом со мной. Виля колотило мелкой дрожью, он боялся посмотреть на меня и просто стоял и молчал.

— Виль, ты молодец, — я закутал его в куртку и приобнял. — Ты прошёл всю полосу сам. Нигде не сорвался. А болото — я просто в восторге. Поделишься как ты так прошёл его с первого раза?

— Учитель, — Виль поднял на меня глаза, полные слёз, — я тренировался.

— Что ж ты такой плакса у меня? — я посадил парня на скамейку и дал ему свой платок.

Виль вытер слёзы, застегнул все пуговицы у куртки и накинул капюшон.

— Давай, рассказывай, как ты тренировался?

— Я сначала замерил все расстояния и диаметр каждого бревна. Потом нарисовал на земле точное расположение и прыгал. Сначала с открытыми глазами, а потом с закрытыми, — парень всхлипнул и съёжился от холода.

— Всё гениальное — просто, — улыбнулся я. — Ты знаешь, что до тебя ещё никто ни разу не додумался тренироваться на земле?

— Серьёзно? — Глаза Виля сделались огромными от удивления. — Это же логично! Сколько времени уйдёт, чтобы вылезти из болота, потом переодеться, потом снова вылезти. Я за это время успевал пропрыгать раз пятьдесят. Вот это да…

— Что ж, слово ты сдержал. О времени сдачи мы не договаривались. Так что можешь бежать в столовую. А потом собираться. Завтра с утра выезжаем.

— Хорошо, Учитель, — парень радостно подскочил со скамейки и умчался в столовую, ещё быстрее, чем проходил дистанцию.

А я вдруг подумал, а что, если бойца не кормить, а в конце дистанции поставить стол с жареной курицей? Бр-р… Придёт же в голову! Я выкинул эту странную картинку из головы и пошёл в сторону кабинета. Скоро начнём совещание двух групп. Пока шёл, съел пирожное, прихваченное из столовой. Знал, что понадобится. Проходить трассу тяжело. Ещё тяжелее смотреть как её проходит твой ученик. Облизав пальцы, я толкнул дверь кабинета. Веры не было, а за столом с сумасшедшим взглядом сидел Поппо и листал журналы, выписывая оттуда какие-то цифры. Рядом корпела над журналами Алусия.

Я прошёл на своё место и поставил перед собой на стол большую коробку, перевязанную верёвочкой.

— Что это, шеф? — Алусия с удовольствием оторвалась от цифр в журнале и посмотрела на коробку.

— Как что? — удивился я. — Пирожные, конечно. Я же не выдержу такое количество эмоций. Мне надо будет съесть чего-нибудь сладкое. Для спокойствия духа.

Алусия с сомнением в глазах посмотрела на это количество и вернулась к журналам. А я тем временем развязал верёвочку и начал выкладывать пирожные на огромное дежурное блюдо.

— Алусия, будь добра, брось это неблагодарное дело, и поставь чайник, — попросил я девушку. — В конце концов — это была инициатива Поппо.

Поппо открыл было рот, чтобы возмутиться, но потом посмотрел на часы и ещё быстрее начал выписывать цифры на бумажку. Алусия с сожалением посмотрела на коллегу и пошла ставить чайник и расставлять чашки на стол. А я тем временем съел ещё одно пирожное. На моём лице появилась блаженная улыбка и я сжалился над нашим менталистом-грубияном.

— Поппо, — я выдержал паузу, дождавшись, когда парень оторвётся от журналов и посмотрит на меня. — Вот ты вроде умный парень, Поппо.

— Ну… да…

— Скажи мне, Поппо, — я выжидательно посмотрел ему в глаза, — а почему ты не подумал зайти к Феликсу и просто спросить среднюю цифру прибывших дэлов?

На растерянную физиономию Поппо было приятно смотреть. Часы показывали без пяти три.

— А что, так можно было? — прошептал Поппо и пулей вылетел из кабинета.

— А Феликс это кто? — спросила Алусия.

— А Феликс Флюорит, Алусия, — терпеливо объяснял я девушке, — это самый главный человек в клане.

— А как же господин Хрингур? — Алусия хлопала глазами, не понимая о чём я говорю.

— Не, Агатес, всего лишь глава клана, — махнул я рукой. — А Феликс — наш казначей. Маг памяти. Он помнит любую цифру, всё до последней полушки, каждый алл. Считай, он ворочает миллиардами аллов. Я таких денег даже представить не могу.

— Ох, — Алусия села на стул, пытаясь осознать масштабы величия нашего казначея. — Вот это талант… Я могу запомнить сразу только три цифры, а он…

Дверь внезапно распахнулась и в кабинет ворвался взволнованный Поппо, тряся какой-то бумажкой.

— Вот! Он всё сказал, а я записал. Все цифры, за пять последних лет! Представляете?

— Молодец, — я взял ещё одно пирожное и откусил, — теперь сядь, успокойся и скажи. Как ты планируешь устанавливать норму? Сколько магов земли должны собрать все вербовщики за год?

— Тысячу двести тридцать один, — прочитал в бумажке Поппо.

— А теперь скажи, сколько реально нам нужно магов земли? А сколько это будет в пересчёте на магов гравитации? А ты учитывал силу дара? Слабые как правило идут работать в строительство дорог, творчески одарённые в ландшафтный дизайн. Кого нужно больше в этом году, учитываешь? А когда они закончат обучение, сколько понадобится ассенизаторов? Ты это всё учитываешь?

Поппо завис, а в кабинет начали заходить мои вербовщики. Чинно раскланивались и садились вокруг стола. Последними зашли Вера и Гога, глава второго отряда, что-то обсуждая. Наконец все расселись, и я начал совещание.

— Господа дэлы, приветствую вас. Я рад, что мне удалось застать пересменок групп, так как завтра я снова покидаю клан на неопределённый срок.

Все зашушукались, поглядывая на мою причёску, но быстро затихли, так как я предложил продолжить нашу встречу под чаепитие с наисвежайшими пирожными. Звякали ложки, наливался чай, дэлы шептались о своём, а я считывал общий фон двух групп. Всё в пределах нормы. Ведь когда я принимал на работу вербовщиков, прежде всего я смотрел на сколько они умеют владеть собой. Дабы не создавать проблем своим коллегам-эмпатам. Поппо — моя персональная оплошность. Мальчик оказался груб и неуравновешен. Он пришёл ко мне на стажировку в то время, когда я переживал смерть ученика. И мне просто было не до Поппо. Так он и остался здесь, нарушая гармонию одним своим присутствием. Но я работаю над его воспитанием. Надеюсь, лет через тридцать он окончательно успокоится. А пока придётся терпеть.

— Гога, скажи, вы же ездили в сторону Глицинии?

— Да, шеф. Там всё спокойно, если ты об этом.

— Спасибо, Гога, именно об этом.

«Хорошо иметь менталиста в группе, ничего объяснять не надо», — подумал я.

— По цифрам, это вы уже без меня разберётесь. Кто-нибудь интересный есть?

— О, да, — вклинился Келим Беломорит, маг слова. Кстати, очень интересные у него способности. Он умеет подстраиваться под речь и манеры собеседника. Так что у человека складывается впечатление, что он знает Келима всю жизнь. — Мы нашли милейшую девочку. Представь, она маг времени. И ведь сама научилась пользоваться, ну, правда в бытовых целях. Еле уговорили мамашу, чтобы отпустила её на обучение.

— Это интересно, — я барабанил по столу пальцами. — Маг времени… Непременно расскажите Агатесу. А впрочем, вы и сами всё знаете, что я вас учу.

— Конечно, шеф. Всё расскажем, отчитаемся как положено, — вернул себе слово Гога. — А вообще, если бы не Аронга, мы бы её и не нашли.

Аронга Гелиодор, помню, как привёл её в клан лет двадцать пять назад. Тоже интересный дар. Её ноги несут туда, куда она хочет. Буквально. Вот захотела она найти кого-то интересного, и вот вам — девочка маг времени.

— Аронга, переходи к нам, — взмолился Поппо, сделав жалостливые глаза. — Или меня к себе возьмите, что ли.

— Поппо, ты бы лучше помолчал, — цыкнул на него Гога. — Аронгу мы никому не отдадим.

— Поппо, ты невыносим, — огрызнулась Аронга и тут же прослезилась от умиления, глядя на своего командира. Вот такой у неё характер. Не эмпат, но очень чувствительная.

— Это всё, конечно, хорошо, но вот скажи мне Гога, на чём вы ездили? — Вера всё не могла решиться.

— Верхом, — пожал тот плечами. Нам же через горы, да и дороги там не очень.

— Ну да, сникла Вера, вы же на восток ездили, а нам на юг.

— А что вы не можете решить на чём ехать? — удивился Гога. — Скажи Булат, на чём ехать на юг лучше?

Боевик, сопровождавший второй отряд, Булат Танах, тоже маг земли, ездил в сопровождении не очень часто. Но уже успел побывать во всех частях Хитанги.

— Дормез, — коротко бросил он и продолжил жевать пирожное.

— Да что вы, боевики, все так на дормезах любите ездить? — возмутился Поппо. — На МЭСке же удобнее.

— Безопасность, дом, свобода передвижения, — коротко бросил Булат и продолжил пить чай.

— Я же говорю, лучше дормез, — Вермел с благодарностью посмотрела на боевика.

— Ну так что вы решили насчёт транспорта? — я сыто отвалился на спинку кресла. — Дормез или МЭСка?

— Дормез, — решительно заявила Вера, а ей вторил Жоэль.

— МЭСка, — упёрся Поппо.

Все повернулись к Алусии и в кабинете воцарилась гнетущая тишина.

Девушка сначала побледнела, потом покраснела, а потом пошла пятнами.

— Не знаю… — не нужно быть эмпатом, чтобы почувствовать её отчаяние.

А ещё я почувствовал, как Поппо опять пытается воздействовать на девушку ментально. Она это тоже чувствует, но в таком состоянии сопротивляться очень сложно. Ещё немного, и она просто отключится в обмороке.

— Поппо! — я сердито посмотрел на зарвавшегося менталиста. — Я снимаю тебя с этой поездки.

— Что? — опешил Поппо.

— Ты нарушил два правила, — холодно сказал я. — Какие?

Тишина стала ещё тяжелее. По крайней мере Алусия немного успокоилась. Помогать тут ей никто не будет, пока это не угрожает её жизни. С таким она должна уметь справляться сама.

— Ментальное воздействие на коллегу запрещено, — прошептал Поппо.

— И? — я надавил на него своим даром.

— Я нарушил гармонию, — Поппо опустил голову, понимая, что перешёл черту и даже не заметил этого.

— Хорошо, что ты это понимаешь. В таком случае, пока группа будет в командировке, твоя задача свести данные за пять лет в сводную таблицу по десяти параметрам. Информацию можешь брать у Феликса, если он тебе её даст. В противном случае, журналы в твоём распоряжении.

— Хорошо, — Поппо совсем сник, но возмущаться даже и не подумал.

— Значит, полагаю, что вопрос с транспортом закрыт? — я посмотрел на Вермел.

— Да, шеф. Дормез.

— Хорошо, есть ещё какие-нибудь вопросы, просьбы, пожелания? Я завтра уезжаю.

— Есть ещё пара вопросов по индивидуальному обучению, — Гога достал какие-то бумаги и разложил перед собой.

Почти три часа мы обсуждали важные и не очень вопросы. Около шести я всех отпустил и поспешил к воротам, чтобы проводить Диа. Она меня уже ждала. В походной одежде с высоким хвостом и рюкзаком за плечами. За воротами суетился водитель мини-МЭСки, упаковывая сумки, под сидения.

— Как ты себя чувствуешь? — первым делом она пристально посмотрела мне в глаза.

— Всё хорошо, не переживай, — я улыбнулся. — Ты надолго?

— Как получится, — Диа посмотрела на машинку, готовую к отбытию. — Сначала разберусь с тем типом. Потом надо проверить всю документацию, посмотреть местный приют и школы. Найти замену… Дел хватает.

— А ты собираешься на мини-МЭСке до самой Ургалы?

— Нет, только до Гунга. Утром сяду на речной кораблик и к вечеру уже буду на месте. А ты надолго?

— Тоже не знаю. Надо изучить атмосферу клана, посмотреть спектакль, переговорить насчёт кандора. А то и ещё что всплывёт по ходу… Если хочешь, можешь мне писать в резиденцию Глицинии. А я тебе могу птичку-послание присылать.

— А ведь и правда, — я почувствовал, как настроение Диа резко изменилось. — Я же могу писать магической почтой.

— Только учти, нам туда добираться восемь дней. Так что можешь писать через неделю.

— Хорошо, — она опять оглянулась на водителя, терпеливо ждущего её в мини-МЭСке. — А ты ведь можешь мне присылать весточку и с дороги.

— Могу, — согласился я. — Если будет о чём писать, то обязательно.

— Ладно, мне пора, — она поправила рюкзак на плече. — Увидимся, когда увидимся.

Я почувствовал грусть. Только не понял её или мою. Захотел сказать какую-то банальность, но она резко поцеловала меня в щёку и не оборачиваясь пошла к мини-МЭСке. Машинка сразу же тронулась с места и, набрав максимальную скорость, быстро скрылась в надвигающихся сумерках.

Я постоял ещё немного, прислушиваясь к своим чувствам. Эта грусть была не моя. Выдохнул и отправился в сторону кухни. Есть ещё одно дело, пока я не уехал. Заглянув на кухню, я почувствовал смешение разных ароматов: от копчёного мяса до нежнейшего ванильного суфле. И услышал командный рык Аде:

— Кто додумался посолить пудинг? И что, что он рыбный?

Я хихикнул и подошёл к шеф-повару.

— Аде, может солёный пудинг в этом году станет очень популярным, а ты возмущаешься.

— Ларан, — подскочил Аде, — напугал. Нельзя так подкрадываться к людям, работающим с ножами.

— Ну, у тебя в руке ложка, а я их сам делаю, так что не боюсь. Дина отпусти на часик. Завтра уеду, надо его проверить.

— Да хоть насовсем забирай, — хохотнул Аде.

— Что, накосячил где? — удивился я.

— Нет, — хохотнул Аде, — слишком много работает. Отдыхать гоню — не идёт.

— Ладно, скажи я зову на тренировку.

— Ага. Дин! — прогрохотало на всю кухню так, что у кого-то выпала из рук скалка и с гулким звоном покатилась по каменному полу.

Через секунду мальчишка уже был перед нами, весь испачканный в муке, взмокший и растрёпанный.

— Дин, ты ли это? — я прищурился, разглядывая паренька. — Я тут пришёл перед отъездом проверить как твои успехи в тренировке, а мне говорят, что тебя с работы не выгнать!

— Господин Чароит, я тренировался, честно, — Дин вытер пот со лба рукавом, размазав муку ещё больше.

— Жду на полигоне как можно быстрее. Приведи себя в порядок и приходи, — я сурово посмотрел на парня, развернулся и пошёл на выход.

По дороге прихватил мясной рулет, сел на лавку перед полосой препятствий. Позвал Плюшку, и мы с ней честно поделили рулет на двоих. Над трассой уже зажглись артефактные фонари, когда появился умытый и причёсанный Дин.

— Проходи полосу, максимально быстро, но не торопясь. Я посмотрю на сколько полезные упражнения для тренировки ты придумал.

— Хорошо, господин Чароит.

Я поморщился, но ничего не сказал. Только засёк время и стал наблюдать за действиями Дина.

У Дина всё было наоборот. Ноги слабее рук. Так что на стену он взлетел довольно быстро. Канаты прошёл относительно бодро, а вот на наклонном бревне я напрягся. Почти стемнело, бревно скользкое… Тут нужно просто пробежать за счёт инерции. Он справился, пробежал. И без малейшего колебания прыгнул на первый столбик в болоте. Я ущипнул себя за руку, чтобы не погружаться в процесс, так же как с Вилем. Парень прыгал неспеша, уверенно, только вот брёвнышки оказались скользкие. На последнем Дин поскользнулся и чуть не упал в болото. Я почувствовал, как мои ногти впиваются в ладони, настолько сильно сжал кулаки. Но парень умудрился удержаться и сразу же запрыгнул на рукоход. Тут я смог немного расслабиться. Дин пробежал эту лесенку за секунды, а вот дальше пятиметровое бревно. Он шёл медленно и осторожно, выверяя каждый шаг и балансируя руками. Что меня удивило, ров перепрыгнул Дин легко. Но вот последний бросок ему дался тяжело. Добежав до финиша, он просто рухнул на землю еле дыша. Я посмотрел на время прохождения и мои брови поползли к волосам. У обоих парней четырнадцать двадцать девять. Но ведь так не бывает! Что за странное совпадение, Лэндэли?

Я подошёл к парню и помог подняться с земли. Накинул ему на плечи куртку, и мы присели на скамью.

— Я прошёл, господин Чароит, — Дин тяжело дышал, но улыбался.

— Да, Дин, ты молодец. Правильные упражнения нашёл.

— Мне Виль помог. Мы вместе тренировались. И про болото он меня научил. А Вы надолго уезжаете?

— Не знаю, Дин. Как получится. Надеюсь, не больше месяца. Так что смотри, тренируйся без меня. У вас с Вилем удивительно одинаковое время, четырнадцать двадцать девять. Когда вернёмся ещё раз вас проверим и посмотрим кто из вас лучше тренировался.

— Хорошо, господин Чароит, — Дин не переставал улыбаться.

— А теперь марш домой, прогрейся в ванной и отдыхай. Сегодня никакой работы, понял?

— Ага, — ещё больше заулыбался парень. Хотя куда уж больше?

Дин встал, слегка поклонился и побежал в сторону дома. А я устало побрёл в столовую. Устал и проголодался. Рулет не в счёт. Зайдя в столовую, как обычно хотел поесть в фуршетном зале, но меня окликнул Агатес из фиолетовой столовой. Пришлось идти туда и изображать на лице «Как я рад вас видеть!».

— Садись Ларан, — Агатес указал на стул напротив. — Завтра ты уезжаешь, насколько я знаю.

— Да, — кивнул я, изучая меню. Говорить уже не было сил.

— Какие планы? Имею ввиду в Глицинии? Что по срокам?

— План один — добраться в целости и посмотреть спектакль, на который меня пригласили, — я убрал меню и сделал заказ.

— Понятно, понятно. — Агатес попивал вино, закусывая фруктами, привезёнными Тарой в подарок от клана Глициния.

— Что там с расследованием по Раде? — я устало откинулся на спинку стула. — Что-нибудь нашли?

— Пока собираем информацию, сам знаешь это не быстро, — Агатес закинул в рот виноградину.

— А менталистов подключить не пробовали? — Агатес меня сейчас действительно раздражал.

— Чтобы их подключить, надо знать, что и у кого спрашивать, — он прищурился и заподозрил меня в неприязни.

— Понятно, — а что подозревать, когда у меня и так на лице всё написано.

Мне принесли ужин, и я принялся закидывать в рот всё подряд, не разбирая вкуса. Даже не стал заказывать ни торт, ни пирожное. Просто захотелось спрятаться от всех в ванной, закрыть глаза и ничего не чувствовать.

Агатес, не увидев на столе горы пирожных, явно был озадачен, но мудро ничего не сказал. Так в молчании мы и доужинали. Потом я откланялся и ушёл наконец-то к себе.

Я успел полежать в ванной и расслабиться до прихода Талла. Плюшку я попросил проследить, чтобы Виль сегодня ночевал дома, а не в конюшне. Так что девочка ответственно выполняла поручение и собиралась ночевать с Вилем. А я, накинув халат и развалившись в кресле, просто отдыхал. Смотрел на ночное небо и ни о чём не думал.

Сколько я так просидел не знаю. Только очнулся я от стука в дверь. Картинка озера таяла. И вместе с ней уходило что-то ещё — то ли шелест листвы, то ли слово, похожее на «ищи». Не разобрал.

— Заходи, — крикнул я Таллу.

Парень определённо стал выглядеть лучше. Чёрные волосы отрастил и убрал в хвост. Мода такая что ли? Или с меня скопировал? Щёки порозовели, а в глазах я увидел живой интерес. Похоже он смог принять себя, как отдельную личность. Он сел в кресло напротив и поставил коробочку на стол.

— Ларан, я принёс пирожные, будешь?

Что-то тёплое волной прокатилось по телу, и я понял, что обязательно буду. Даже, если не хочется.

— Давай, — я открыл коробку и взял один эклер.

Талл взял другой, и мы молча жевали. Оказывается, и так можно. Просто сидеть рядом и есть пирожное.

— Нравится у строителей? — я немного взбодрился. То ли от сладкого, то ли от присутствия человека, перед которым не надо притворяться или прятаться.

— Не скажу, что нравится, — Талл подхватил пустую коробку и отнёс в мусорное ведро. — Мне там интересно. По мне, так это важнее.

— По мне так тоже, — согласился я. — Мне нравится созидать, а не разрушать.

— Вот, — Талл подался вперёд. — Я не умаляю пользу работы Криса и его команды. Это тоже нужно. Но у боевиков созидание занимает меньше половины… А строители заняты постоянно. Постоянно что-то строят, придумывают, улучшают. Так что — теперь я на своём месте.

— На своём месте, — задумчиво повторил я, барабаня по подлокотнику кресла.

— Так что я пришёл поблагодарить, что поддержал нас. Особенно меня. Я понимаю, что тебе это далось тяжело…

— Зато теперь ты мне помог, построил дом на озере.

— Ну так я же не просто так, — Талл подвигал бровями, намекая, что строил и для себя, в том числе.

— Согласен, — я устало улыбнулся. — Давай считать отныне это место нашим совместным убежищем. Гости не возбраняются, только предупредить. И сразу предупреждаю — Вильгельм там не гость. Он полноценный житель усадьбы.

— Разумеется, — ухмыльнулся Талл, — мы с Вилем в озере нагишом вместе плавать учились. А это, я тебе скажу, покрепче любых отношений!

— Эх, — вздохнул я, — хорошо, что в нашем мире нет «нормальных» людей.

— Ха-ха-ха, — рассмеялся Талл. — Это точно!

Мы помолчали, наслаждаясь тишиной и молчаливым присутствием. Часы непритязательной мелодией отметили десять вечера.

— Завтра ты уезжаешь, — Талл посмотрел на часы и поднялся. — А через неделю наши едут туда строить кандор. Я тоже поеду, договорился. Так что встретимся в Глицинии.

— Буду рад тебя видеть, — я поднялся следом и обнял Талла. — И всё у нас будет правильно…

Проводив Талла, я обессиленно рухнул в кровать и закрыл глаза. Даже не заметил, как провалился в сон.