Пролог

Разрушение было ощутимым. Жизненные силы иссякали, пока ткань реальности втягивалась в крутящийся и постоянно растущий вихрь.

Мэри стояла на поверхности луны самой дальней планеты системы, холодная поверхность обжигала пятки даже сквозь подошвы ботинок. Отсюда она видела неумолимую силу Раскручивания во всей красе. Более того, она ее чувствовала. Чувствовала, как каждая унция энергии вливается в вихрь, поглощающего целые планеты.

Она начала со звезды системы, и какой же это был прилив адреналина. Она чувствовала, как вихрь растет с каждой поглощенной планетой. Каждая сущность и сознание, которые он поглощал, подпитывали аннигиляцию, и Мэри знала, что достигнет цель Искиос даже быстрее чем они изначально ожидали.

Когда разноцветный вихрь пронесся по системе и предстал перед Мэри во всей своей красе, по ее смертному лицу внутри атмосферного пузыря, потекли слезы. Слезы радости. От свершившегося. От грусти.

Мэри тряхнула головой, пытаясь прогнать несмолкающий голос разума, звучащего где-то в глубине ее сознания, крошечный такой голосок, твердивший, что все это неправильно. Что она может все это остановить, что ей просто нужно подчиниться голосу, вернуть ему контроль.

В голове промелькнул образ другого смертного: короткие темные волосы с проседью по бокам, улыбка, от которой у нее потеплело сердце. Имя. Дин Паркер.

— Убирайся! — закричала она.

Мэри положила руку на живот, туда, где она чувствовала изменения. Внутри нее росло отродье, она чувствовала, как его энергия проникает в ее кровь. Но не было времени разбираться в мотивах этого сосуда.

Им предстояло многое сделать.

Мэри смотрела, как поглощается бурлящей пастью вихря последняя планета системы. Она взлетела с маленькой одинокой луны и полетела к следующей цели, задержавшись здесь ровно настолько, чтобы увидеть, как разлетается на части луна.

А потом закрыла глаза и исчезла.