БЕЛОГОРКА. Шестой рассказ.

0.00
 
Наумова Ирина
БЕЛОГОРКА. Шестой рассказ.
Обложка произведения 'БЕЛОГОРКА. Шестой рассказ.'

К сегодняшнему дню, а это суббота, я окончательно выздоровела (небольшая хрипотца в голосе мне даже нравилась. Я люблю, когда у меня от простуды голос становится ниже тона на два). Поскольку это было заслугой Андрея Витальевича, мне очень хотелось его отблагодарить. Собираясь в Белогорку, я положила в рюкзак диск с индейской музыкой, намереваясь подарить его, при удобном случае, меломану и музыкальному эстету дяде Андрею. Случай удобнее некуда подоспел, и нынче утром, перед ежеутренним звонком с высоты, я вручила Андрею Витальевичу диск. Вручила — это мягко сказано, уместнее будет выразиться — всучила и убежала, поскольку этот одичавший человек крайне агрессивно реагировал на подарок: видишь ли, только он может дарить и радовать…

Днём совершила два восхождения за родниковой водой в Кирпичный. Во время второго Андрей Витальевич, чей дом стоит у тропы к роднику, ещё, видимо, обиженный ЗА ПОДАРОК, бросил в меня недовольный взгляд и снежок.

… У зимнего дня короток рабочий день. Настал мой любимый момент, в любое время года, когда с неба плавно опускается шифон нежных оттенков голубого, розового и фиолетового цветов. Время цвета лунного камня. Небо в эти мгновения разговаривает с тобой о Любви, но слова его полны волнения и тайны, каждое слово — символ и загадка, каждому слову Неба сердце с дрожью и счастливыми прыжкам внимает…

 

… А не истопить ли мне баню? Я и водой специально запаслась…

Топлю вовсю… Что-то дыма многовато… Ой, кто это на пороге? Фух, Андрей Витальевич, напугал, честное слово.

Голос Андрея Витальевича:

— Твою ж!...

Я схвачена за куртку и в грубой форме вытащена на улицу (чуть не шлёпнулась на скользких ступеньках).

— Ах ты… Блондинка ты крашена! (это немного изменённая крылатая фраза из фильма «Любовь и голуби») Ты чего творишь?!

— Почему же крашена? Это мой натуральный цвет…(поддерживаю я диалог из «Любовь и голуби») Я баню топлю.

— (передразнивает) Баню топлю. Ты чего добиваешься? Завтра приедет твой папа и спросит меня, как дела. А я ему отвечу, как в той песне: баня сгорела, дочка ваша тоже, а в остальном, прекрасная маркиза, всё хорошо!

— А что не так-то, Андрей Витальевич?

— Да всё так, Лиля. Только трубу надо было открыть…

— Точно!

— Иди погуляй, приготовь чай, займись чем-то полезным, а мы уж тут с баней как-нибудь сами…

 

Какую ж папа добрую баню построил вместе со своим старшим братом, дядей Сашей! Как приятно в ней находиться! Она маленькая, но уютная и удобная, никаких излишеств — всё по банному делу. А вот это деревянное зеркало с полочками и термометр подарила папке я в честь окончания строительства, года четыре тому назад.

Сижу в парилке (она же помывочная), греюсь (Андрей Витальевич не сильно натопил, и это хорошо), вспоминаю, борюсь со сном...

В глухом месте нашего сада, среди яблонь и вишен, стоит-спит старая баня, срубленная ещё дедушкой методом "по-чёрному". Её я с детства считаю опасно-таинственным местом и боюсь до мурашек и замирания сердца. Почему так? Просто я была уверена, что там кто-то или что-то страшный существует… Я и по сей день в этом уверена и стараюсь пореже бывать в том месте сада...

Мыться в "чёрной" бане нам, каникульным дикарятам, приходилось не раз. Удовольствие сомнительное. Я с ужасом ждала в тесном предбаннике, когда мама откроет толстую, обитую чем-то ватным, дверь и позовёт меня на помывочную экзекуцию. Помню только:

Жар

Темень чёрная

В углу трепещет маленький розово-оранжевый огонёк

Единственный источник света — маленькое прямоугольное окошечко, сквозь пот и туман которого видны размыто-зелёные ветви яблонь, вплотную растущих к стене бани

Мамины руки, что моют моё безвольное детское тельце

После третьего ковша воды на голову и третьего произнесения мамой магической фразы "С гусь вода, с Лилечки худоба!", — можно рвать когти из этого жара-пара вон — в предбанник! На свободу!

Быстро (но с трудом, потому что тело мокрое, а вытираться лень и сил нет) одеваешься, выходишь на воздух и идёшь по земляной тропинке вечернего сада, наслаждаясь невесомостью, слушая дальнее мычание коров и лай собак, мечтая об ожидающих в печке бабушкиных пирожках на ужин...

 

Воскресенье. Сегодня приедет папа. Посчитаем: если он отправится от городского дома в девять, плюс два часа на дорогу, значит, в одиннадцать он будет у края соседней деревни, плюс час на лыжебег (нет, папа не юноша, поэтому, час на лыжеход), значит, примерно к полудню надо его высматривать среди белого сугробья.

Полдень. Я приготовила овощной супец-молодец, сварила картошку "в мундире", а к ней открыла банку малосольных огурчиков и банку кабачковой икры, выгребла остатки сладких запасов, щедро осыпав ими стол, заварила чай, высвободила дыханием круглое местечко в стекле окошка и стала ждать.

… Ожидание прибытия родного странника — это древнейшее из человеческих чувств, родившееся ещё во времена пещер и больше присущее (понятно почему) женщинам… Помню, живя здесь на каникулах, мы каждый выходной, как орлы, осматривали дороги к дому, ожидая приезда родителей, ведь они, как всегда, привозили нам вкусненького-сладенького. Сейчас я ждала не того, что папа привезёт мне, а ЕГО САМОГО… Понимаешь? Прожитое шлифует Душу...

В двенадцать: тридцать я заволновалась сильно и, не выдержав больше статики, оделась и вышла во двор. И удачно вышла!

Вот они! Но не с той стороны, с какой я предполагала их увидеть.

Они — это папа, сестра Валя и, судя по всему, взятый ими в плен и сдавшийся в неравной битве, Андрей Витальевич...

Я к ним. Папа и Валька на лыжах, разумеется. Оба гружёные. Папа машет мне лыжной палкой.

Встретились...

— Привет, пап! Привет, Петух (прозвище Вальки из-за её бойцовского склада характера)!

— Привет, Ушка (Ушка — это я, приятно познакомиться)!.. А-а, папа смотри, какая она бледная! Наверное, не ест тут ничего...

— А я-то что могу сделать?!..

Ну, на ча ло сь...

… Они приехали с ночёвкой.

… Уже ночью.

Под держащий себя в рамках приличия папин храп и под близкое сопение сестры (спим с ней на одной кровати) думаю о наших взаимоотношениях…Третья сестра Нина не приехала. Она вообще не появлялась в тех местах, где была я. Пару лет назад в ней что-то произошло, и она стала ненавидеть меня. Это больно. Горько. И мне совершенно непонятно.

Как только «вылупилось» моё сознание, помню себя с сёстрами вместе. Конечно, младшенькие двойняшки были для меня не подарком) Эта их противная черта характеров — жаловаться на меня родителям по всякому поводу, особенно обидному для меня, — будто я, худая палка, поколотила их, двух пухлых хомяков. Да, справедливости, конечно, было мало в моей с ними жизни: взрослые всегда принимали сторону двойняшек. Но… и тепла меж нами было предостаточно. У нас были друзья, но самыми близкими друзьями были мы. Нас крепко связывали общие интересы: в раннем детстве — рисование, чуть позже — рисование, книги и музыка.

А рисовали мы… После ложки, мы научились держать в руках карандаш. Мы постоянно рисовали. Что? У нас была Империя бумажных кукол. Мы им нарисовали всё: родственников и друзей, домашних животных, одежду, места обитания, школу, музыкальные инструменты, магазины, машины, даже злодей-преступник у нас имелся… Порисовав, мы приступа ли к игре, по ходу придумывая истории… Это было классное время! Я до сих пор храню свою часть Империи…

… А сегодня с Ниной полный разлад. У неё даже сформировалась аллергия на меня)

… Интересно, почему взрослые укладывали нас спать «валетом» на кровати? Надеялись, верно, что мы перед сном не будем болтать… Но мы же лягались, как жеребята)

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль