К Тоту

Знаешь ты

язык нетленных.

Режет маятник Фуко

в глубине твоей вселенной снов парное молоко.

Помнишь вкус небесной манны, знаешь тайну Рождества...

В лунном облаке туманном никнет птичья голова.

В подземелий руслах тонких, в недрах мёртвых городов —

древних жизней многотомник, свитки вымерших родов.

Двух миров посередине за времён глухой стеной

замираешь на витрине статуэткой костяной.

Глу́хи по́лки, будто варны, мир вещественный деля —

в старой лавке антикварной, где на книгах вензеля,

где застыл священный ибис среди чучел редких птиц,

между гипсовых амфибий и дагерротипов лиц,

где фигурки на шарнирах, где хранятся взаперти

блеск стеклянных сувениров, глянец масляных картин...

В неподвижных архетипах спит невидимый магнит,

и реликтовая рыба

тайну Логоса

хранит.