Школа жизни для Габи / Бенетт Миара
 

Школа жизни для Габи

0.00
 
Бенетт Миара
Школа жизни для Габи
Обложка произведения 'Школа жизни для Габи'
Школа жизни для Габи
Фестиваль огня

 

 

Габи закрыла лицо рукой и сонно зевнула. Привыкнуть вставать в семь утра и идти на уроки оказалось не так-то просто. Все в классе казались сонными и разбитыми. Ярко выделяющийся загар учеников, в который раз, подчеркивал, что детей вытащили прямо с пляжей и усадили за школьные парты. Учительница немецкого языка мисс Вольдман, выглядевшая, если быть объективным, не намного лучше своих учеников, старалась бодро вести урок, что хоть и с трудом, но все-таки получалось. Девушка уткнулась лицом в тетрадь и попыталась разобрать корявый почерк своего одноклассника. Шон Контрих, приехавший в Таунсвилл по обмену из Германии, не очень хорошо владел пунктуацией, но, зато, он единственный в совершенстве знал немецкий язык. Если бы не Шон, большая часть класса завалила бы все контрольные.

Не успела Габи написать и половины домашнего задания, как над ней навис неприятный голос учительницы:

— Советую вам поднять глаза на меня и объясниться, Брисбен.

— А я советую вам поднять свою задницу со стула и удалиться, — тихо пробормотала Габи и встала, предвкушая получасовую нотацию на тему важности самостоятельного изучения языка и тому подобное. Но, вместо этого, миссис фриц, как привыкли называть строгую учительницу с фашистскими замашками, встала и направилась к выходу. Почти дойдя до двери, она сказала:

— Извините, я не могу сейчас продолжить урок, у меня появились непредвиденные обстоятельства, — с этими словами фашистка пулей вылетела из класса. Габи удовлетворенно улыбнулась, воображая, что именно она прогнала это исчадье ада прочь. Вдруг девушка словила на себе удивленный взгляд Сьюзи, сидящей за соседней партой.

— Ты хоть поняла, что сейчас произошло? — возмущенно спросила подруга.

— Конечно. Мисс Вольдман приняла мысленный импульс и побежала исполнять мою волю, — засмеялась Габи.

— Этот твой мысленный импульс слышала половина класса, — съязвила Сьюзи, — и, боюсь, что фриц тоже. Не исключено, что она сейчас вернется с директором.

— Никуда она не вернется, — еще сильнее засмеялась Габи, — я обратила внимание на юбку фрица, когда она уходила. Сью, у нее к юбке жвачка прилипла, вот она и убежала. Даже если учительница все-таки успеет все оттереть и вернуться к концу урока, все равно про меня она и не вспомнит. В данный момент ее больше будет волновать какой-то другой шутник. Сьюзи удивленно сдвинула брови:

— И кому это только в голову пришло?

— Не знаю, но уже его обожаю, — Габи задумчиво посмотрела на подругу и продемонстрировала свою белоснежную торжественную улыбку.

Придя домой, Габи открыла новую общую тетрадку с мопсами на обложке, которую специально купила сегодня в киоске. Аккуратными круглыми буквами на первой странице она вывела: мой первый дневник. Габи нервно постучала пальцами по столу, пытаясь сообразить, с чего начать. Темные глаза девушки блеснули яркой искрой, поймав идею, и Габи написала несколько строк.

13 марта

Я никогда не вела личный дневник. Даже в начальной школе, когда это делали все. Все равно, тогда это бы не был личный дневник. Мне было смешно наблюдать, как маленькие девочки с розовыми бантиками писали трактаты о неразделенной любви, а потом пускали их по классу, чтобы все друзья могли прочитать об их «взрослых проблемах». В этом дневнике тоже не найдется трогательных фразочек на вечную тему любви и счастья и стихов наподобие слезы-розы. Это слишком наивно, оставлю эту тему детишкам, которые испытывают иллюзию первой влюбленности. Она, хоть и не настоящая, все равно, самая чистая, самая светлая, самая искренняя. Никто лучше детей не умеет чувствовать. А я веду дневник, чтобы хоть кому-то выговориться обо всем.

Раньше обо всех своих проблемах я могла рассказать друзьям, и все неприятности таяли, как свечка. Но сейчас все так туманно, что я запуталась. Я вовсе не упрекаю Мэтта и Сью в непонимании, наоборот, они очень чуткие и отзывчивые друзья, но я не могу рассказать им ЭТО. С тех пор, как я получила это злосчастное письмо, вся моя жизнь понеслась кувырком. Наверно глупости, но я действительно переживаю из-за всего этого. Сначала это расследование, которое довело меня до паранои, потом этот странный Дэн и его придурковатый сыночек. Прошло уже почти две недели, после моего визита к нему, но я до сих пор не могу забыть этот стеклянный взгляд. И мне почему-то кажется, что эта история меня не могла просто так оставить. Постоянное присутствие вокруг сумашедших людей сделало меня саму какой-то ненормальной. Мне кажется, что погода подстраивается под мое настроение, хотя я прекрасно знаю, что это не так. Это противоречит всем законам природы, всему, на что я хочу положить свою жизнь. Я же всегда смотрела на жизнь глазами биолога — человека, знающего структуру этого мира. А сейчас я сама себе противоречу. Я шарахаюсь от каждого человека, замечая в нем что-то странное. Иногда мне кажется, что я чувствую что-то вроде энергии в каждом. Слышу какие-то мысли. Мои, но вроде бы не мои. В пору обратиться к психологу, но так не хочется, чтобы кто-то знал, что у меня такие проблемы. С виду же я нормальная, даже красивая девушка. Когда в кафе на моем столике появился стакан вишневого сока, я почувствовала себя настоящим психом. Я была раздражена, напугана, а ведь это просто кем-то забытый сок! Такими темпами и до истерики недолго осталось.

Внезапно застучали в дверь. Габи испуганно закрыла тетрадку и спрятала ее в ящик письменного стола. Девушка быстро спустилась по лестнице вниз на первый этаж и поспешила открыть дверь. На пороге стояла Сьюзи. Выглядела она на все сто. Легкий белый сарафан оригинально сочетался с ярким неформальным макияжем. Голубые глаза, ярко подведенные черным карандашом с обеих сторон, были, как две капли воды, похожи на маленький черный маятник, который висел у нее на груди как медальон. Роскошные светлые локоны волной спускались по плечам. Черные кожаные туфли с шипами и бесчисленное множество подобных грубых украшений завершали образ.

— Вас приветствует богиня белой магии! — торжественно отчеканила Сью, — как тебе мой костюм? Я похожа на современную ведьмочку?

— Ты действительно собралась на это глупое подобие Хэллоуина?

— Габи, это же масленица! Масленица — это всегда весело! И даже интереснее, что в этом году будет вечеринка в стиле Люксембургского «Фестиваля огня». Магия всегда была интересным занятием!

— Нет ничего интересного в магии. Это занятие привело к развитию шизофрении миллионы людей. Тем более что физиками давно доказано, что никакой магии, мистики, мантики прочей чертовщины не существует, — сердито ответила Габи.

— Не будь такой скучной. Пошли, повеселимся. Нет ничего плохого в том, чтобы немножко поиграть в славянских языческих ведьм. Уверяю, это не приведет тебя к шизофрении. Габи, пошли, тебе же всегда нравились карнавалы на набережной!

Габи немного поломалась и согласилась, в который раз убеждаясь, что спорить в чем-либо со Сью — бесполезно. Когда появляется эта белокурая бестия, собственное мнение уходит вникуда.

Девушка стояла перед зеркалом, примеряя наряд темной ведьмы. Старое платье, в котором Хелена когда-то выступала на празднике в Клонкорри — единственное, что хоть немного подходило по этому случаю. Но, откровенно говоря, даже настоящие языческие ведьмы не рискнули бы надеть на себя то, что сейчас представляла собой эта одежонка. Платье было безвозвратно испепелено временем, где-то глубоко в подоле длинной юбки была небольшая дырочка, прожженная, видимо, когда-то, сигаретой. В общем, Габи была похожа на ведьму, только что стерпевшую казнь сжигания на костре или восставшую из могилы, в которой томилась столетиями.

Сьюзи осмотрела подругу с ног до головы и поморщила свой хорошенький носик. Несколько секунд она молчала, подбирая самые безобидные слова по поводу этого весьма оригинального наряда, после чего неуверенно произнесла:

— Правдоподобно, конечно… но, если ты его оденешь, мы с тобой будем не очень синхронно смотреться. Может, ты тоже выберешь образ современной ведьмы, как я?

— Ты можешь предложить что-то конкретное? — спросила Габи, ожидая отрицательного ответа. Глубоко в душе девушка надеялась, что при виде платья ее мамы, Сьюзи навечно похоронит идею тащить ее за собой на этот фестиваль, в очередной раз, напоминающий о ее проблемах, и спокойно пойдет одна, но Сьюзи всегда была непоколебима в своих решениях. Отважная подружка продолжала выплескивать наружу очередную идею:

— Как известно нам, со времен Коко Шанель, в гардеробе каждой любящей себя девушки найдется маленькое черное платье. Это платье универсально и может преподать себя в любом образе. Помнится мне, я видела, как и в твоем шкафчике томиться такое, ожидая своего выхода в свет. И сегодня мы можем с помощью специальных аксессуаров превратить эту вещицу в костюм темной языческой ведьмы. Будем с тобой олицетворением партнерства добра и зла, дня и ночи, света и тьмы… говоря человеческим языком, будем белой и черной ведьмочками. Габи лишь измученно кивнула головой, понимая, что без часовых экспериментов не обойтись.

— Ну, что ж, тогда за дело. У нас с тобой мало времени. Через час за нами придут. Я пойду на фестиваль с Мэттом, как любящая сестра, а для тебя он приведет какого-то своего друга. Его зовут Джейк. Я его не знаю, но Мэтт сказал — секси.

— С каких пор Мэтт в этом разбирается? У него же, вроде бы, все в порядке с ориентацией, — попыталась пошутить Габи. Ее должно было хоть что-то отвлекать от магии, а все вокруг будто издевалось над ней. В этом состоянии у девушки шалили нервы.

— Не вроде бы, а все в порядке, — даже обиделась Сью. Не забывай, что я с ним живу, я много знаю о своем сводном братике. Тем более, ни для кого не секрет, что девушки к нему так и липнут, как мухи на сладкое. А ты не вздумай Джейку такой вопрос задать. Постарайся ему понравиться. Я буду очень рада, если у тебя наладится личная жизнь. Мне надоело, что все парни, с которыми мы знакомимся, остаются только друзьями. Так что сейчас сделаем из тебя кокетливую чародейку и будете отличным украшением карнавала.

Последние полчаса ушли на подбор украшений, похожих на атрибуты темной магии, макияж и прическу и, в конце концов, Габи оправдано смотрелась на фоне подруги. Они действительно были похожи на свет и тьму. Такие разные, противоречивые, по-своему неповторимые и превосходные, как черная и белая кошка.

— Какое чудо я могу сделать из простого черного платья! Ты выглядишь просто непревзойденно! Учись, пока я жива, — констатировала Сьюзи. Этот комплимент был больше адресован профессионализму Сьюзи в области дизайна, чем красоте ее подруги, но приятно было обоим. Когда образ служительницы зла был завершен, у Сьюзи как по взмаху волшебной палочки, загудел мобильный телефон.

— Мы уже подходим к дому Габи, выходите навстречу, — побеждая сильные помехи связи, зазвучал голос Мэтта.

— Поняла, — ответила Сьюзи, — надеюсь, твой Джейк действительно такой потрясающий, как ты рассказывал, потому, что я сделала из Габи настоящую конфетку. Будет обидно, если все это зря. Обидно тебе, конечно, потому что если все это было зря, я сотру тебя и твоего друга в порошок, ты меня знаешь, Мэтт.

— Рано, Сьюзи, рано. Устроишь истерику, когда что-то пойдет не так, а пока все в порядке. Девушка обиженно положила трубку и обернулась в сторону своей сегодняшней жертвы:

— Пошли, они уже подходят. Девушки похватали свои маленькие сумочки и поспешно вышли из дома.

Не успела Сьюзи открыть дверь, как на пороге они столкнулись с Мэттом и его другом. Габи возмущенно посмотрела на Джейка и хотела, было, что-то сказать, но осеклась. Перед ней стоял высокий стройный парень в костюме языческого жреца. Из-за маленького черного пиджачка выглядывали загорелые кубики преса. Серебристо-серые стеклянные глаза с восхищением разглядывали наряд девушки. Не было сомнений, что перед ними стоял Джейкоб Корнелли. Сын автора загадочного письма — сумасшедшего борца с темными силами, Дэна Корнелли.

Джейк насмешливый взгляд. королевским жестом поправил густые каштановые волосы и устремил на Габи свой почтенно-насмешливый взгляд.

— Добрый вечер, Габи. Мэтт о тебе много рассказывал.

— А, точнее, Джейк много о тебе расспрашивал, — засмеялся Мэтт, — мы с ним только о тебе и разговариваем.

— В любом случае, я очень рад сопровождать тебя на фестивале огня. В каждой женщине живет темная языческая магия. И я просто восхищаюсь девушками, которые принимают и раскрывают в себе эту сущность.

— Ну, это восхищение ты выразил моей подруге Сьюзи. Это она уговорила меня пойти и придумала образ, — злорадно улыбнулась Габи, — я, честно говоря, иду на этот вечер только ради нее.

— Это ничего. Надеюсь, после вечеринки твое впечатление изменится. Бургзонндег — очень неожиданный праздник. Мало ли, какими событиями развернется сегодня шабаш 13 ведьм.

— Шабаш 13 ведьм? — удивилась девушка. Прежде она не слышала о подобном, но сейчас та противоречивая жилка, сидящая в ней, подбивала узнать побольше. Джейк заметил, что Габи заинтересовала эта тема и начал свои объяснения:

— Дело в том, что в Люксембурге до сих под распространен некий культ ведьм. Конечно, уже не как религия, но, все равно многим нравятся истории и придания про ведьм и их магию. С древних времен считалось, что тринадцатый день третьего месяца — весьма благоприятный день для магических таинств. Люди собираются на площадях и сжигают костры, приветствуя весну. А когда этот день выпадает на пятницу, в городе собираются 13 ведьм и устраивают шабаш. Если пятница тринадцатое выпадает именно на март, ведьмы, согласно приданию, получают очень большое количество энергии для своих колдовских ритуалов, и этой энергии хватает им на весь год. Поэтому, Бургзонндег принято еще называть шабашем 13 ведьм. И, хоть сегодня и среда, но, надеюсь, нам удастся повеселиться на славу.

— Даже не сомневайся в этом, — насмешливо улыбнулась Габи, чувствуя какой-то странный прилив энергии. Ощущение было похоже на опьянение. Может, история про энергию ведьм так завела девушку, может это были первые стадии истерики, а может ей действительно захотелось развлечься и забыть обо всем, — этой ночью мы зажжем по полной программе. Девушка достала телефон и быстро напечатала смс: Бен, мы с Сьюзи и Мэттом на фестивале огня. Не хочу тебя будить, так что сегодня переночую у них. Не переживай. Спокойной ночи, Габи.

— Это чтоб наверняка, — пояснила она друзьям, — кто знает, до скольки продлиться праздник. Может, пробудем на набережной до утра.

— Ты же не хотела идти, — шутливо напомнила Сьюзи.

— Ну и что? — засмеялась Габи — Мнение имеет свойство меняться, — может, — меня убедил сексуальный костюмчик Джейка? Габи смерила Корнелли младшего кокетливым взглядом и направилась в сторону набережной.

— Я попросил взбодрить ее, а не накачать, — заметил Мэтт.

— Я ничего не делала! — обиделась Сьюзи, — но, в любом случае, через полчаса или час все будут точно такими же, и ты ничего не заметишь.

Быстрыми шагами компания подбиралась к Сранду. Огромная набережная славилась карнавалами и шествиями, которые проходили на ней, а также была самой длинной во всем раене. Большинство подростков обожали проводить время на Странде. Даже когда не намечается очередной праздник, здесь можно было просто погулять, посидеть в каком-нибудь открытом кафе с видом на море, бесчисленное множество которых располагается по всему побережью. А во время фестивалей здесь твориться самый настоящий фейерверк из людей, одетых в яркие карнавальные костюмы, бродячих артистов, продавцов детских фонариков и побрякушек, сладкой ваты и прочей радости. Более взрослых участников праздника радуют маленькие деревянные столики с бесплатным спиртным. Набережная оживала и жила отдельной жизнью до самого утра, пока все не устанут и не разбредутся кто куда. Сегодня Странд, как обычно, кипел ночной жизнью и это радовало слегка потерявшую рассудок Габи. Развеселевшая непонятно от чего, девушка добралась до первого деревянного столика с горячительными напитками и взяла высокий стакан с коктейлем под названием «вулкан». Смешанные кола, кофе и коньяк создавали неповторимую шоколадно-алкогольную пену, под воздействием которой Габи повеселела еще больше. Опрокинув в себя еще парочку таких коктейлей, девушка обернулась и начала искать глазами своих друзей. Вдруг ее кто-то подхватил сзади за локоть:

— Не там ищешь, подруга, — грубо съязвила Сьюзи, — ты что творишь, алкоголичка? Чего ты позоришь нас перед Джейком? что он теперь о нас подумает? Ты в своем уме или нет?

— Все мы здесь не в своем уме, — продемонстрировала Габи знание творчества Льюиса Кэрролла и поняла, насколько прав был старик-сказочник, сочиняя свою «Алису». — А твой Джейк пусть лучше думает, что о нем подумала я. У меня о нем есть такая интересная история, что вы все еще пересмотрите вопрос на тему, кто из нас сумасшедший. И, вообще, пусть катится отсюда подальше вместе со своим тронутым папочкой. Хватит за мной следить. Сами со сдвигами по фазе и из меня такую же сделать решили.

— Я не понимаю, вы что — знакомы с Джейком?

— Сьюзи, тебя там Мэтт обыскался, — послышался сзади голос Джейка. Парень стоял позади Сью черный, как гробовая доска. Он ненавидящим взглядом посмотрел на Габи, и девушка поняла его сигнал:

— Сьюзи, иди к Мэтту, мы сами во всем разберемся, — немного протрезвевшим голосом сказала она и пустила в сторону Джейкоба не менее ненавидящий взгляд.

Когда Сьюзи ушла, Габи снова расплылась в пьяной улыбке, — давай разъясним ситуацию, — начала она голосом переговорщика, — магия — бред, а я не сумасшедшая. Все. Пошли купаться.

— Габи… — попытался возразить Джейк, но девушка потянула его за руку по невысокой каменной лестнице, ведущей вниз к пляжу. Несколько минут — и они уже были на берегу.

— Габи, подожди, ты же не знаешь…

— Не знаю и знать ничего не хочу. Я купаться хочу, — пьяная девушка легким движением скинула с себя платье, обнажая загорелое тело. Золотистый купальник сливался с вечерней зарей и ярко подчеркивал фигуру. Габи быстро скинула черные босоножки, бросила на красавчика кошачий взгляд и жестом поманила за собой в воду.

— Но Габи, Дэн…

— Слышать ничего не хочу про Дэна. Противный двинутый старикан. Мне он совсем не понравился, — ответила девушка и, пройдя несколько шагов вглубь, грациозно нырнула в воду. Вынырнув, Габи подняла голову и огляделась вокруг. Вдали море казалось ровным и ласковым. Золотая дорожка заката расстилалась по мелкой ряби, словно звездный подиум, приветствовавший кого-то прекрасного, уникального и очень важного для всех в этом мире. Внезапно далеко на глубине появился образ парня. Габи посетила уверенность, что именно его встречает эта дорожка. Образ был слишком далек, чтобы девушка могла его разглядеть, но четко виднелся длинный черный плащ колдуна и серебряная карнавальная маска.

Габи пошла навстречу этому далекому образу. Непонятно, почему, но девушку совсем не смутило, что парень стоит посреди воды — выпитые коктейли брали свое. Вскоре Габи почувствовала, что под ногами исчезает дно. Вода выталкивает ее давлением вверх, но Габи не собирается плыть. Девушка просто не хочет. Откуда-то издалека слышны крики Джейка: «вернись! Не дури, утонешь», но слушать его тоже как-то не хочется. Что-то внутри говорило, что парень ничего не знает. Он просто не понимает, что Габи не может утонуть.

Девушка шла все дальше вперед. Дно под ногами давно исчезло. Вода выталкивала девушку вверх, и Габи покорялась волне. Ноги все выше поднимались из воды, и, вскоре, Габи поняла, что идет просто по воде. Габи не чувствует ее, как будто под ногами ничего нет, кроме воздуха, но какая-то неведомая сила дает ей возможность идти по этому воздуху за несколько сантиметров над водой. Это фантастическое ощущение давало новый прилив неизвестной энергии, и Габи восторженно засмеялась, удивляясь тому, что это делает она! Она, всегда смеявшаяся над всеми, кто верит в мистику! Она, девушка, которую Джейк иронично называл госпожа — юный биолог из-за неверия во все сверхъестественное! И теперь этот Джейк ей в подметки не годится, а госпожа — юный биолог легко идет по воде! Потрясающе! Все больше восхищаясь собой, Габи шла по воде. Сейчас ее можно было сравнить с булгаковской Маргаритой. Все происходящее забавляло, и лунная дорожка заливалась восторженным и, в то же время, потешным смехом девушки. Габи смеялась над собой и над всем происходящим. Долго хранившаяся, истерика, наконец, выплескивалась наружу.

Габи поняла, что прошла много и находится теперь далеко на глубине моря. Далекий образ загадочного незнакомца в костюме темного колдуна теперь приблизился почти вплотную. Теперь девушка могла разглядеть, как играют на ветру полы его шелкового плаща, как искрятся из-под маски черные, как ночь глаза. Незнакомец протянул руку навстречу ей, и Габи без опаски протянула в ответ свою. Смех ее восхищения сменился на восторженную улыбку. Этот восторг посвящался уже не ей, а этому великолепному, уникальному, важному. Вне всяких сомнений, именно он был удостоен звездной дорожки. Смеяться при нем было страшно. Встреча с НИМ была слишком торжественным моментом для смеха.

Габи видела, как соприкасаются их пальцы. Незнакомец стоял в воздухе выше, и девушка не могла подняться на эту планку. Жестом парень приглашал ее на свою высоту. Габи оперлась о ладонь великолепного и, вдруг, услышала какие-то странные слова, произносимые в ее сознании кем-то неизвестным. Мужской голос, который показался Габи очень неприятным, повторял: «не иди на поводу у зла, зло не стоит тебя». Эти слова повторялись сквозь торжественную тишину и невыносимо давили на виски. Девушка отпустила руку незнакомца и приставила ее ко лбу. Голова просто разрывалась от боли, а глаза обжигал неизвестно откуда взявшийся огонь. Габи зажмурилась, и будто провалилась сквозь землю.

Внезапно боль стихла. Ощущение напоминало то, когда Габи очнулась от кошмарного сна. Но сейчас было более чем понятно, что все происходящее — не сон. Габи открыла глаза и увидела Джейка. Парень стоял совсем рядом и смотрел на нее ошарашенным взглядом. Девушка огляделась и поняла, что стоит на берегу у самой воды. Рядом на песке лежало искомканное черное платье и босоножки. Габи кое-как нацепила обувь на ноги, подняла платье с земли и одела прямо на мокрое тело, не сказав ни слова.

— Ты ходила по воде! — не сводя с девушки изумленного взгляда, воскликнул Джейк.

— Да? Значит, не приснилось, — спокойно ответила Габи. А то я боялась, что это опять галлюцинации.

— У тебя бывали галлюцинации?

— Да, но врачи сказали, что это был тепловой удар. В общем, ничего особенного. Так, значит, я действительно ходила по воде? Это не глюки из-за перебора коктейлей? — Габи говорила быстро и много, так, что ее можно было перепутать со Сью. Она, как маленьких ребенок раз за разом задавала Джейку один и тот же вопрос: «я действительно ходила по воде?» и никак не могла удовлетвориться ответом. Госпожа биолог говорила, что это невозможно, любопытная девочка интересовалась, как это получилось, а противоречивая всему булгаковская ведьма была просто довольна собой. Но кто из них представлял собой саму Габи? По большой части это было не важно. Главное, Габи, наконец, ощущала настоящий праздник. С чудесами и приключениями, как в детстве.

— Джейк, а пошли танцевать! Я так хочу потанцевать — ты не можешь себе представить! На набережной наверняка много всяких бродячих музыкантов.

— Давай, лучше, поищем Сьюзи и Мэтта, мы их совсем потеряли.

— Не важно! Они не маленькие, не потеряются! Не хочу искать Сьюзи и Мэтта! Потом с ними встретимся, все равно, домой вместе идти — я-то у них ночую! Ну, пошли танцевать, я даже отсюда слышу, как играет музыка.

Джейк не нашел другого выхода и безвольно повиновался напору девушки. Габи и Джейкоб поднялись на набережную и постепенно влились в толпу подвыпивших танцующих подростков. Габи быстро нашла небольшой подиум, на котором обычно стояла барабанная установка, когда на набережной выступали рок-группы, и забралась туда, потащив за собой Джейкоба. Поднявшись на свою маленькую сцену, она начала танцевать в такт громко играющей музыки. Это был настоящий танец вакханки — грациозный, по-своему дикий и прекрасный. Габи полностью отдалась этому танцу. Ее каждое движение подтверждало, что в мире не существует больше ничего, кроме этого импровизированного танцпола, музыки и ее самой. Люди не обращали на нее никакого внимания, потому что сами были слишком увлечены праздником. Но Габи не расстраивалась по этому поводу. Этот дебют был посвящен только ей одной.

Когда композиция закончилась, и все начали танцевать под другую музыку, Габи быстро сошла с подиума и направилась к деревянному столику с напитками. Не успела девушка добраться до очередной порции горячительного, как ее душа снова поймала то торжественное ощущение, которое она чувствовала при прикосновении руки незнакомца на воде. Мимо нее промелькнула серебряная блестящая маска. Забыв о стоящем на подиуме Джейке, Габи побежала вслед за парнем по набережной мимо зажженных к празднику больших костров. Незнакомец спустился на пляж и поднялся на невысокий холмик, жестом приглашая девушку за собой. Габи неосторожно поднялась вслед за ним, с трудом справляясь с высокими каблуками, и восторженно улыбнулась, стараясь разглядеть под маской искристые черные глаза. Незнакомец с любопытством разглядывал Габи и говорил тихим приятным голосом:

— Каждый год 13 марта люди парами поднимались на холмы и разжигали костры, встречая весеннее солнце. Это единственный из четырех обрядов огня, который сохранился до наших дней. К сожалению, не каждый знает, как правильно разжечь весенний костер. Тот, кому это удастся, получит энергию солнца не меньше, чем на шабаше 13 ведьм. Надеюсь, вы не откажитесь мне помочь?

— Неужели я могу отказаться?

Незнакомец отрицательно покачал головой и протянул девушке руки. Габи протянула свои хрупкие руки ему навстречу. Парень сомкнул свои ладони вокруг ее, начал медленно поднимать их руки вверх и разомкнул ладони. Внезапно там, где только что были сомкнуты руки, появилась маленькая красная искра. Огонек упал под ноги девушки и образовал костер. Огонь разгорался с бешеной силой, словно сбывался самый страшный ночной кошмар девушки. Но, вместо боли, Габи почувствовала мощный поток энергии, приятно растекающийся по всему телу. Девушка подумала, что такой силы действительно может хватить на год, или, даже, на несколько лет.

В свете огня Габи увидела все события, которые с ней когда-либо происходили. И вдруг девушка поймала себя на мысли, что магия всегда была в ее жизни. Она медленно двигалась в ногу с девушкой, пока Габи ничего не подозревала. И теперь, когда все понятно и известно, нужно жить этим. Магия — это не просто вымысел человеческой фантазии, это вполне реальный образ жизни. Магия не ограничена заклинаниями и ритуалами, как раньше представляла Габи. Она многогранна, и это нужно чувствовать. Это нужно понимать без лишних объяснений. Это рок.

  • Погибшим горько и живым обидно / Васильков Михаил
  • Последний лист. / Сборник стихов. / Ivin Marcuss
  • Все для победы / Макаренков максим
  • Дорога Жизни. / Фурсин Олег
  • Погибнет мир, когда не станет русских / Васильков Михаил
  • Главный / СТОСЛОВКИ / Mari-ka
  • В тенях лип / Пять минут моей жизни... / Black Melody
  • «Путешествие не удалось» / Запасник / Армант, Илинар
  • ФЛИРТ / СТАРЫЙ АРХИВ / Ол Рунк
  • Сказка близко (Cris Tina) / Мечты и реальность / Крыжовникова Капитолина
  • Афоризм 520. Об учении. / Фурсин Олег

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль