УЩЕЛЬЕ САМОУБИЙЦ

0.00
 
Сумрак Евгений
УЩЕЛЬЕ САМОУБИЙЦ
Обложка произведения 'УЩЕЛЬЕ САМОУБИЙЦ'

Слезой кровь не смоешь. (поговорка)

 

Глава 1. Омерт

 

Весь городской парк был объят золотистым цветом осени. Тихий ветерок время от времени кружил опавшие с деревьев листья. Казалось, окружение природы сливалось с одиноко стоящим человеком.

Он вспоминал их встречи, последняя из которых произошла в этом парке, где-то месяц, назад. Он хотел открыть свои чувства, сказать, что давно любит, но замешкался и не сказал заветные слова, то ли стесняясь, то ли боясь отказа. Таким образом, как и раньше, парень оставил их очередную встречу в виде обычной прогулки хороших знакомых.

А сейчас, он прижимал любимую к своему сердцу, не желая открывать глаза, ибо открывая их, парень видел смеющуюся над ним реальность — он обнимал лишь образ, воспоминание. Ибо ныне, поздно что-то изменить — вскоре, после их последней встречи, девушка умерла…

Он даже и не задумывался над тем, что резать вены это так больно. В доме никого не было и еще долго никого не будет — парень тщательно подбирал подходящее время. Держа обычное лезвие от бритвы, рука наносила порезы по венам другой и вдоль и поперек, снова и снова. От вида крови, его заполонила истерика, и вскоре, боли уже не ощущалось — порезы снова и снова.

Тело парня обмякло в наполненной водой — что окрасилось кровью — ванной. До последнего мига он держал в сознании лицо любимой, пока его не поглотила мгла…

«Гребанный *****» — так Леша окрестил патологоанатома, который проводил вскрытие его бездыханного тела. Парень очнулся еще в холодильнике, перед вскрытием. Ему было трудно и странно осознавать то, что он видит, слышит, и — хоть и как то странно — чувствует, но сделать и тем более сказать ничего не может.

Вскоре последовали гроб, печальные лица родственников, похороны и т.д. И вот, позволив мгле поглотить узкое пространство, заколотили крышку гроба и опустили в яму. Слетающая с лопат земля, некоторое время ударялась о крышку красного ящика, постепенно заглушая звуки, доносящиеся с верха могилы. А затем — тишина…

Парень не знал сколько прошло времени с того момента, как оказался под толстым слоем сырой земли в поглощении гробового мрака. Алексей чувствовал гниение тела. Внутри него что-то шевелилось, что-то маленькое, многочисленное, что начинало вылезать из-под кожи и ползать по ней; и ощущалось, что такое же, словно скребётся по стенкам гроба с его наружной стороны. Все звуки мирские, что слышал при жизни земной, стали эхом в его сознании, пока не смолки вообще, словно канув в пустоту. Остались лишь беззвучные картинки из прошлого, что как кинокадры немого кино, возникали и неспешно сменялись, и вновь возвращаясь, но уже в более плохом качестве, как пленка со временем изнашивается.

Умирали и эмоции, ибо его не настигла даже паника, и в конечном итоге, парень полностью смирился с неизбежностью — покоиться в могиле, пребывая в тишине и полном обездвижении.

Сквозь тишину, в сознании раздался веселый голос:

— Что, гнием потихоньку?

— Кто здесь? — сказав это, Леша чуть не крикнул от неожиданности, и больше от факта — он может говорить, чем от возникновения голоса, задавшего вопрос.

— Я не здесь, а там. А вот ты… хммм. Не холодно тебе?

— Кто ты?

— Ах, — раздался вздох. — Я тот, кто сейчас стоит на твоей могилке прямо над тобой и думает, вытащить ли тебя из гробика или нет.

Нависло недолгое молчание, после коего, парень спросил:

— Что тебе нужно?

— Об этом погоди, вопрос в другом — что тебе нужно.

Через несколько мгновений, наполненных задумчивой тишиной, человек произнес:

— Да.

— Что «да»? — поинтересовался веселый голос.

— Вытащи меня отсюда.

— Аххах, а теперь вопрос обо мне. Я тебя вытащу, а ты убьешь человечка, для меня.

— Что? Да ты… — парень хотел возмутиться, но отметил, что движет им некий автоматизм, чем эмоция, которой и не было.

— И любовь свою увидишь… живую. Маша, вроде, да?

— Машенька? Жива?.. Где она?

— В общем… бывай! Я пошел.

— Стой!!!

— Что орать-то?

— Я согласен.

— Ай?

— Согласен я.

И тут, парень ощутил, что может двигаться. Он сжал кулаки, и несколькими ударами, с легкостью пробил крышку гроба. Посыпалась земля. Будто не замечая ее веса, парень начал неторопливо «карабкаться» наверх. Через некоторое время, к кончикам пальцев рук, прикоснулся кладбищенский ветерок. И вот, мертвец вылез из могилы, выпрямился, и ощутил прикосновения свежего ночного воздуха, что проник в его гниющее нутро через рот и швы.

— Легче? — на каменном кресте рядом стоящего надгробия, сидело маленькое существо с белой, как снег кожей и горящими как угли догорающего костра глазами. Человеческого вида тело было обнажено, отсутствие каких либо половых органов, говорило о без полости — казалось, и голос был таким же. Из-за белоснежности тела, черты лица не различить. На голове красовались заостренные ушки, а сзади виделся небольшой, озорно двигающийся хвостик.

— Где Маша?

Существо покачало головой:

— Ты в начале, наш уговор выполни, если не хочешь обратно в могилку.

— Да пошел ты! — Алексей решительно развернулся, но едва он сделал шаг, как ноги внезапно подкосились, и парень упал.

Существо к нему приблизилось и поведало о том, что предупреждать не любит, но за каждое предупреждение берет свое. Далее парню стало известно — он двигается, благодаря белому, маленькому человечку, по воли которого, мертвец может вновь испытывать неограниченное время все посмертные муки на ощущениях земного тела.

— Ну а теперь, пошли, — существо спрыгнуло с креста и пошло к той стороне, где находился выход из кладбища, после которого, под ноги бросалась тропинка, ведущая сквозь заросли деревьев в город.

Парень последовал за ним.

Не дойдя до кладбищенских ворот, пара остановилась. В ночной темноте, они увидели пожилую женщину, которая сидела через несколько надгробий от них — на коленях, около одной из могил.

— Стой-ка ты здесь, так как ты виден. А я сейчас, — сказал белый, маленький человечек, и тут же, проворно оббегая металлические оградки и перепрыгивая через надгробия, направился к живому объекту, что нарисовался в его поле зрения.

— Светочка, зачем ты ушла? — сквозь не громкий плач, бормотала женщина.

Добежав до цели, существо шустро запрыгнуло на плечи человека и, склонившись над головой, закричало:

— Ой-ушлааа! Ой-померлааа!

— Света! — вскрикнув, женщина упала на могильный холмик.

— Исдооохла!

Истошно завопив, женщина потеряла сознание.

Отцепившись от жертвы, существо вернулось к Алексею.

Из своего наблюдения, парень сделал вывод — существо питается энергией живых, и на них же воздействует, но не физически; исходя из чего, у него возникла догадка о причине его надобности существу.

— Сожалейки, — фыркнул белый, маленький человечек, двигаясь по прежнему курсу.

Проходя через ворота кладбища, существо представилось как омерт.

И вот — тропинка, выводящая из лесопосадки, позади, а перед глазами шоссе.

Удивился бы какой-нибудь водитель, видя разносящего смрад, покойника, что переходит дорогу. Но ни единой машины не было. Так что, не отвлекаясь ни на что, объект гнилостного цвета, благополучно пересек шоссе и вошел в город…

 

Глава 2. Охотники (время «до»)

 

В этом городе — не важно, как в других регионах и странах — между бессмертными и людьми, воюющих с ними, был заключен договор о прекращении многовековой войны. Вампиры трогают только так называемый сброд; а охотники (как они сами себя называют) условно забывают об их существовании и не принимают никаких действий для разоблачения.

У охотников, как и у вампиров, был клан, и как у любого клана — старейшина. Старейшина клана охотников постарел и в итоге скончался, оставив трех взрослых сыновей сиротами.

Эти сыновья были очень недовольны этим договором о примирении, и хотели войны. Но беспрекословный авторитет отца, не давал им действовать наперекор наказу умершего старейшины. Зная сыновей, покойный передал свое место одному из своих друзей, а книгу свою, которую он составлял много лет — как выслеживать и убивать упырей, — решил передать вампирам, чтобы они отнесли ее в хранилище, построенное обоими кланами как один из символов возникшего мира. Но где находится книга, старейшина не успел сказать, так как неожиданно умер. И вот, как-то ночью, трое сыновей случайно нашли эту книгу на чердаке своего дома…

Приближалась полночь. Освещенные уличными фонарями, городские улицы, были тихими и безлюдными. На одной из них, внезапно показались две фигуры. То были два парня.

Они шли быстро, иногда опасливо озираясь по сторонам — в чем не отдавали себе отчета. За их спинами, пересекая улицу от крыши одного дома до крыши другого, время от времени проскальзывала чья-то тень, которая и была причиной их беспокойства — чувствовали преследование. Внезапно, на одном из своих пересечений, тень замерла — тот, кому она принадлежала, почувствовал искреннюю энергию боли и отчаяния, в которой не было примитивного хаоса эмоций, переросшего в бред.

Источник этой энергии находился в одном из старых домов, поблизости. Оставив без внимания двух парней, вампир направился к источнику.

Влетев в полностью покрытой ночной темнотой квартиру, в ванной комнате он обнаружил девушку по имени Мария — слегка покачиваясь, она висела на петле, по ногам ее стекала коричневая жидкость. Но, не смотря на признаки наступившей смерти, вампирскому чутью открылось сразу — в самоубийце еще теплится жизнь; она решила поставить точку в своей земной жизни не так давно.

Причиной ее суицида стала любовь по имени Алексей. Она очень стеснялась признаться ему в том, что безумно любит его, лишь личными знаками давала ему намеки на это. Парень же, сколько бы они не встречались, никак не замечал их и не делал не то что первого шага, а вообще, по ее мнению, не давал ни малейшего намека на взаимность.

Маша решила, что никому не нужна… даже самой себе.

Подлетев к девушке вплотную, вампир ощутил как ее душа с трепетом, будто бы давно ожидая, из какого-то далекого, наполненного отчаянием и болью места, потянулась к нему. Он знал про это место. Он так же знал, что она, возможно, тянется к нему по причине безысходности, не более. Но он так устал быть один!

Во тьме, его глаза сверкнули красным, и он прильнул к ее шее, из которой тут же полились две тонкие струйки…

Тем временем двое парней продолжали свое ночное шествие.

— Жду не дождусь когда этого урода увижу. Выследили! Выследили гада! — ударяя кулак о свою ладонь, сказал второй — он, в отличии от первого, был без галстука (оба в классике) — Теперь никуда не денется. — Я его по взгляду сразу приметил! как почувствовал.

— А вдруг он нас тоже заметил?

— Вряд ли.

Тут у парней началась отдышка. Они сбавили темп, но их обувь все равно беспощадно била тротуар.

— До полуночи сколько? — спросил второй.

— Двадцать минут, — ответил первый, глянув на часы.

— Норм, успеваем.

— Ты ничего не перепутал?

Тот, что без галстука резко остановился и злобно проговорил:

— Я никогда ничего не путаю. Упырь говорил с манерной как и он сам сучкой. Он говорил, что сегодня в полночь, встретится с кем-то из своих сородичей, на мостовой. Бал у них там какой-то, уроды. Главное включить диктофоны, а потом… наш клан поверит нам! И мы возобновим войну!

— Ну ладно-ладно, пошли.

— Все по инструкциям, ошибок не должно быть.

— Ок.

Они двинулись дальше, идя по пустынной улице в сторону мостовой.

С улыбкой луна нежно прижималась своим сиянием к свечению окружающих ее звезд. Дующий с темного горизонта моря ветер, ласкал каменную гладь мостовой.

На ней не было никого, кроме черного силуэта, поджидающего двух людей. Вокруг него лишь звуки легкого завывания ветра и тяжелого колыхания глубоких, темных вод. Его глаза на миг блеснули красным и, в то же мгновение, показались два тела — они шли быстро, громко стуча обовью.

Оба резко остановились около вампира.

— Молись, сука.

Спокойное лицо вампира — ни тени, какой бы то ни было эмоции, — продолжавшего спокойно стоять на месте, было не старое и не пожилое, но глаза говорили о сильно обманчивом впечатлении насчет его возраста — его тело было стройным, крепким, молодым, а в глазах, не одно столетие.

— Рукопись, ваш батюшка… ваш старейшина, не успел отдать в отчаянии своем, и сжечь ее он хотел, но мы выразили протест свой, в итоге чего было принято взаимное решение о передачи ее нам для сохранности и символичности, передачи истории, ибо любой договор, особенно с нашей стороны, вечен. — голос был спокоен, слова звучали четко и ровно. — Но вам же повод нужен, так ведь? А вы значит после прочтение этой книги… и кем же вы теперь стали? — и насмешливо добавил: — наверно, настоящими охотниками. — а затем продолжил прежним тоном: — Вы из числа тех, кто не более чем только особи, что примитивны и замкнуты в своем мнимом величии, и имя вам — деградация. И что же, любезные? Не охота теперь вас отпускать. — вампир улыбнулся: — Я жду.

Когда он говорил, люди, помимо своей воли стояли молча. Но сейчас, когда воцарилась тишина, оба вышли из ступора и тот, что без галстука, дико закричал и выхватив из своего пиджака острый, осиновый кол, ринулся на вампира.

В этот самый миг, где-то рядом, раздалось леденящее сердце рычание.

Нападающий взвизгнул. Пальцы его руки вяло разжались. Он выронил кол.

Парни пятились назад, в ужасе. Но бежать было поздно — над ними возвышались вылетевшие из-под мостовой огромные — выше двух метров — летучие мыши с телами, формой как человеческие. Люди попали под власть сковавших их страха и ужаса; из уст, вместо крика доносился лишь писк.

Миг, и чудовища настигли свои жертвы.

Человеческие головы, под резким сжатием могучих лап, тут же лопнули, словно воздушные шарики.

Когда облако кровавых брызг рассеялось, крылатые существа схватили лапами обезглавленные тела людей, и взмыв в воздух, бросили трупы в морскую черноту моря, волны которого, словно причмокнув, приняли угощение. Затем чудовища, паря в воздухе, развернулись лицом к мостовой и подлетели к стоящему все на том же месте, вампиру.

Крылатые приземлились и сложили свои крылья.

Вампир положил правую руку на грудь и вежливо поклонился:

— Благодарствуйте.

Крылатые ответно поклонились, но задействовали лишь головы — крылья мешали.

— О, не стоит, — сказало одно из существ, голос был рычащий, оба крылатых были почти вдовое больше своего собеседника. — Как и предполагали — провокация.

Вампир улыбнулся.

— Через несколько дней бал, мы собираемся в замок, репетиция танца.

— Вам еще костюмы одевать, для чего измениться еще надо, — словно напоминая самому себе, сказал вампир. — Не смею вас более задерживать.

Трое существ отдали друг другу вежливые поклоны — кто как мог ввиду своего облика, — и разошлись каждый в свою сторону: два вампира, превращенные в чудовища, скрылись в ночном небе, другой, проводил их взглядом и, слившись с темнотой, направился в город.

Его сердце предвкушало скорую встречу с его избранницей — первая, которую он выбрал из числа смертных; и которая была мертва… пока что.

Снова вечный цикл, когда уходит ночь, оставляя дню своих верных соратников — тени, и вновь с ними сливается, верша правосудие.

 

Глава 3. Самоубийца

 

Пропитанное за день горем родственников кладбище, погрузилось в ночь. Каменные надгробия и деревянные кресты, под взором яркой луны, светились как призраки, блекло освещая тропинки, петлящие между могилок, возле коих замерла печаль.

Во тьме, красным блеснули глаза. Взирая на свежий холмик земли, вампир стоял около него. Где-то рядом, над еще двумя недавними захоронениями, хлопая крыльями, закружились одни из обитателей ночного мира. Сверкая глазами и издавая писк, совы встречали две не упокоенные души, которые еле слышно завыв, словно туман поплыли к тем, кого будут преследовать, пока не насытятся справедливой местью.

Из слегка покачивающихся на ночном ветерке кладбищенских деревьев, вылетела огромная ворона — в два раза больше обычной. Она приземлилась на надгробии за спиной вампира, и издала пронзительное «кар!». Вампир отступил на шаг от могилы, ни на миг не отрывая от нее глаз — ее холмик начал трескаться словно скорлупа. Трещины стали шире. Куски земли, отслоившиеся друг от друга — при этом став похожими на некие островки, — за пульсировали и начали раскачиваться как морские волны.

И вдруг, все остановилось и замерло.

Прошло несколько мгновений.

Успокоившаяся земля стала вздуваться, рассыпаясь по сторонам. В этот самый миг, из нее резко поднялась крышка гроба — словно могила высунула свой язык, кривляясь пред земным миром.

Покойница стояла, слегка содрогаясь. Ее волосы свисали с плеч, а одеяние было заляпано землей. За ее спиной, освещая красивое тело усопшей, улыбалась луна. Глаза мертвой девушки смотрели на вампира.

Они приблизились друг к другу.

Она тут же прижалась к нему как дитя. Не нужно было никаких слов, чтобы понять, как девушка благодарна ему за то, что он вытащил ее оттуда, где она была совсем недавно, куда она сама же себя и загнала — откуда возвращаются, но лишь единицы.

Он нежно обнял ее и, в этот миг, их энергии ласково соприкоснулись и, ярко вспыхнув серебристым светом, слились воедино, словно создав новую звезду.

Пара глянула в покрытые мраком глаза друг друга, и замерла в блаженном молчании.

Ворона, все это время сидящая возле них на надгробии, нетерпеливо расправила крылья. Два упыря глянули в ее сторону, а затем вновь обратили свои взоры на себя. Улыбнувшись, они немного оголили клыки и, под радостное карканье огромной вороны, укрепили свой союз поцелуем.

 

Глава 4. Небольшое отступление.

 

Омерты — темные, ночные существа "параллельщики", обладающие колдовской силой, редко, но могут действовать и днем. Их могут видеть только мертвые и те, кто относится к загробному миру. Могут воздействовать на живых, но полная власть их способностей — за пределом земного мира. Озорны. Веселы. Иногда, чтобы побороть скуку, принимают участие в разнообразных шалостях. Контачат, иногда и сотрудничают, хоть и не часто, с другими представителями темного мира. Живут в пещере или системе тоннелей, что под каким-нибудь большим старым деревом — предпочтительней дубом, который растет на кладбище; живут поодиночке, но бывает, хоть и редко, в команде. Вовлекают в свои дела недавно умерших людей. Омерты пробуждают в усопших умершие или умирающие чувства, и, играя на них, вводят в заблуждение, что всем упокоившимся, суждено пребывать в гробу, вечно. Омерты быстро находят к каждому подход. Они дают мертвецу возможность двигаться, а так же, наделяют его способностью самоизлечения — путем поглощения крови здравствующих людей. Затем, омерты просто ими манипулируют. О. выглядят как существо белоснежного цвета, очень хорошо маскируются на фоне снега, особенно ночью. Имеют небольшой рост, худощавого телосложения, острые ушки и хвост. Редко встречаются в виде маленького худого гнома с длинной, седой бородой; тело у таких О. белого или синего (трупного) цвета; без хвоста. Глаза такие же «горящие» В глубокой древности, омерты чаще встречались именно в виде «мертвых» гномов. — не энциклопедия, а пересказ автора этих строк.

 

Глава 5. Ущелье (время настоящее)

 

Из ночного бара вышел изрядно подвыпивший парень.

«Чертовы упыри. Чертов клан!» — он говорил про клан охотников, которые отказали ему в возобновлении войны. Парень никак не мог понять, куда пропали двое братьев. Ах, почему же отец не передал место старейшины кому-нибудь из них! А клан, чертов клан, все о мире беспокоятся, оно и понятно, такое перемирие первое в своем роде, и его обе стороны будут надежно охранять. Третий был уверен, что в пропажи двух его братьев, причастны именно вампиры… или это заговор? Пока не будет доказательств, при чем неоспоримых, мы никаких действий, которые могут нарушить мирное соглашение, принимать не будем — таким был ответ нового старейшины, в общем, и всего клана. Охотники — скоро от этого слова, останется только слово, и то, даже оно развеется в прах.

Сейчас же, пьяное тело парня шаталось по ночным улицам. Очутившись в одном из темных переулков, оно замерло, ибо хозяин почувствовал внезапный холод, резко пробежавшийся по его спине:

— Кто здесь?! — крикнул он.

В ответ раздался будто бы приглушенный, стон.

Смотря на молодого парня, Алексей стоял в углу, в самом темном участке переулка.

Омерт неожиданно подбежал к жертве и встал около нее.

Леша впал в недоумение, и вопросительно глянул на белого человечка.

— Идиот! Он меня не видит! Нападай же!

И тут же, мертвый человек в запачканном землей похоронном костюме, вышел из своего убежища.

Третий не успел и рта открыть, как мертвец схватил его за гортань и тут же, под «аккомпанемент» кровавого «гейзера», выдернул данную часть человеческого тела.

Туловище парня лежало на асфальте и дергалось, пока не испустило дух.

— Гнить теперь ему в гробике. Ну а там и я нарисуюсь, — молвил омерт, после чего, они отправились обратно на погост.

Вступив на территорию спящих вечным сном, Алексей краем глаза заметил лежащего среди могил, не очень далеко от него, знакомого человека— женщина очнувшись, отползла от могилы некой Светланы около трех метров, а затем умерла от остановки сердца.

— А теперь и о твоей любимой поговорим, — произнес омерт, когда они стояли у «выпотрошенной» могилы Алексея. — Значит так, в аду ее нет, — он запрыгнул на надгробие — то же, что и при их первой встрече. — и…

— Значит она в…

— Ты что! В раю тем более! Там вообще, только пару святошь, которые от скуки в нарды играют. Твоя любимая даже перед Эммой не предстала.

— Где же она?

— Она в гробу… теперь не лежит, ожидая своей участи. А ходит по миру, вольная в мире живых делать то, что пожелает.

— Объясни.

— Среди бессмертных она.

— Вампир что ли?

— Догадлив. Они причислены к темному круговороту — вечная тьма — как колдуны и ведьмы. Последние, после своей смерти, сразу же покидают земную оболочку и, доделав незавершенные дела прошедшей жизни, воплощаются в очередную оболочку по своему вкусу и выбору. У них не все как у людей — конечно, это про настоящих, — омерт улыбнулся.

— И как я ее увижу?

— А на это, план следующий: эту ночь ты будешь в могиле, а на следующую, как снова убьешь человека, я покажу тебе место, где завтра будет твоя любовь. Готов?

Мертвец недовольно скрестил руки на груди:

— А как же наш договор?

— Ну во-первых, я не уточнил один очень приятный для тебя момент — ты можешь кушать живых, а тело твое будет улучшаться, что со временем от живчика не отличишь. А насчет этого, не надо было мне тогда дерзить. Говорил же, что за каждое, беру свое. Где твоя этика? Кто с ней, тот не знает проблем… когда дела серьезные. И помни, правила диктую я, или ты забыл?

— Нет.

— Вот и ладушки у бабушки, — омерт хихикнул — в этот момент, парень вспомнил умершую на погосте женщину. — полезай тогда обратно. Поспишь пока, а я тем временем погуляю где-нибудь.

Беспрекословно, парень повернулся к яме и, только он начал проявлять действия, которые потребовал омерт, как вдалеке. увидел блеснувшие во тьме красным огоньком глаза. Миг, и три вампира уже окружили парня и омерта, встав от них на расстоянии метра.

Среди вампиров был и тот, глаза которого видел Алексей. Около этого вампира стояла девушка. Она обнимала его левую руку. В ней, парень узнал свою любимую.

— Машенька, — будто бы вечность этого ожидая, мертвец упал перед ней на колени. — Прости меня, прости. Я так люблю тебя, так люблю.

От третьего вампира, стоявшего за его спиной, донесся смешок — женский.

Мария, глянув в глаза парня, тут же изменилась в лице. Она его узнала.

— Я люблю тебя.

Девушка резко отвернулась.

И не слыша дальнейшие слова своей земной любви, Мария посмотрела на вампира, за руку коего держалась:

— Я люблю, но его, и благодарна тебе очень, но я с тобо не буду.

Беспристрастное выражение вампирского лица, никак не изменилось, он лишь спокойно, и даже как то хладнокровно, сказал:

— Тебе решать.

Девушка тут же бросилась к Алексею, на что последовал комментария омерта, который прижал ладонь ко лбу и покачал головой:

— Ой дура.

Мария припала к Алексею, и они тут же обнялись.

Вампирша, что стояла напротив вампира, злорадно ухмыльнувшись, довольно произнесла:

— Как и предполагалось.

Внезапно, лицо Марии стало иным — уже не было изящного бледного лика, вместо него была синева, а затем, сразу же, цвет кожи начал стремительно приобретать все оттенки гниющего тела.

Из неба ночного расправилось не видное взору живых, огромного размера — способное по желанию своему поглотить и всю планету — чернее тьмы космической, черного цвета крыло, будто бы неведомой летучей мыши. Оно молниеносно схватило парня и девушку, и унесло их к звездам, что в миг этот канули во тьму. И люди узрели под собой черный лес, над которым они теперь неслись, а затем и разрезающий его покров пущей чернотой, не широкое, но длинное ущелье. Их бросили в него, и крыло исчезло.

Двух человек тут же объяла пропасть, и, падая уже внутри, они уцепились за одну из выступ одной из двух абсолютно вертикальных стен ущелья. По их острым как бритва, холодным, каменным зубьям, калеча свои части своих тел, несчастные — коих здесь было неисчислимое множество — пытались взобраться вверх, к краям невиданной глубины ущелья, нутро коего было залито желтоватым свечением — единственным источником (хоть и блеклого) здешнего освещения, видного лишь изнутри.

Наверху, где царила тьма беззвездной ночи на протяжении всей длины ущелья, царило движение. По обеим сторонам этой пропасти, с отступом от ее краев, располагался черный лес. Из тумана, что накрывал собою пространство меж пропастью и лесом, выбегали существа серого цвета. Строение их тел по большей части было антропоморфное, с тем различием, что имели три ноги — третья из копчика буквой «г», служащая для отталкивания либо перед прыжком, либо для ускорения движения; странные головы трехногих, подходят под следующее описание — волчья голова, морда которой словно вдавлена да размера человеческого лика. Они подбегали к краям ущелья, и грубо хватали за волосы людей, что смогли взобраться наверх, и резко выдернув, уволакивали несчастных в туман во мглу леса — будто бы в очередную ступень ада.

В этом хаосе криков боли и ужаса, и постоянно присутствующего, какого-то потустороннего гула — словно некий гигантский мотор, Мария поймала себя на мысли, что ей легче от присутствия Алексея, что она… даже рада, что он вместе с ней разделяет эти муки.

Парень что-то крикнул ей, но девушка теперь молча смотрела вниз, где в глубине, непроглядным мраком зияло испускающее холод дно — и именно оттуда доносился тот тяжелый гул гигантского «двигателя»

Она обвела взглядом борющихся за жизнь людей — борющихся именно сейчас — и, расслабленно опустив руки, непринужденно оттолкнулась от стены. Сквозь жуткие стоны несчастных, Мария летела в черноту, достигнув которой, в мгновение ока стала пустотой.

Алексей разразился истерическим воплем. Он звал любимую и просил о помощи остальных, что сбоку, сверху, снизу от него, и обессиленно ползли наверх, кто-то просто замер в ожидании неизвестной участи. В ответ он получал лишь беспомощные взгляды, полные сострадание и боли, а в ком-то парень видел одно безмолвное смирение с обреченностью. Кто из них, на что-то надеясь, крича и издавая стоны от боли и усталости, продолжал взбираться вверх; кто-то срывался вниз, и некоторые добровольно; а кто-то просто замер в наивном ожидании чего-то лучшего.

Внезапно, парень еще сильнее почувствовал холод, исходящий из пасти пропасти, иной, сумрачный — он обволок несчастного, призвав непреодолимое для него притяжение вниз, в черную бездну…

 

Глава 6. Старые знакомые (время настоящее)

 

Когда пара сгинула во мрак, вампирша и омерт переглянулись — оба знали что их план по разрушению мирного соглашения между людьми и вампирами, на сей раз не удался, не смотря на то, что омерт пытался «замутить» с сыновьями почившего в мир иной старейшины клана охотников. Она и омерт снова что-нибудь придумают, не в первый раз ведь. Белому существу нравятся такие игры — уж очень хорошо они убивают скуку.

Эта графиня любит кровь и войну. Ей не нужны какие-бы то ни было перемирия, тем более с людьми. На этой почве, несколько веков назад, она и стоящий напротив нее вампир, как-то поссорились, в виду разных мнений на сей счет. В итоге, два ночных существа, давно жившие друг с другом, с тех пор не виделись ни разу. Лишь недавно они встретились, и для него, весьма случайно, именно в этом городе, в котором графиня, о чем вампир не знал, возглавляла местный клан упырей. Он же был представителем довольно древнего клана, который находился в очень далекой от этого места области; ныне, прилетел на слет — бал, что проводится раз в сто лет в честь древнего божества — темной богини; очередь его проведения пала на этот район, представители всех кланов обязаны быть на нем.

— Ну, я пошел, — сказал омерт, и тут же удалился куда-то в темные заросли кладбищенских деревьев.

Вампир естественно заподозрил странное — омерт, труп, которого «белая» сущность вытащила из гроба, и неясность его целей, плюс совокупность недавних событий, и безусловный факт того, что графиня и омерт не один раз встречались и прибывают в весьма хороших отношениях. Но по какой-то причине, он не стал вникать в это все, так как он был немного раздосадован потерей новообращенной.

Почти впритык, графиня приблизилась к нему. Она была восхитительной!

— Почувствовала силу и стала мнить из себя что выше создателя, — молвила она.

— Это сейчас не важно, мы снова возвращаемся к прежней теме, — сказал вампир.

— Да перестань. Ты же скучал по мне, и очень сильно. Даже на человека решил запасть. Меня заменить, — графиня улыбнулась. — Я тоже по тебе скучала, очень.

— Компромисс, — вампир задумался: «а нужен ли он? «хватит быть наивным простачком — романтиком» — Но ты хороша, сколько веков о тебе не видно и не слышно.

— Сейчас, нас, ждет, бал, — она улыбнулась, он ответил тем же.

Вампир элегантно предложил графине свою руку, та слегка поклонившись, приняла его приглашение.

«Перемирие, — подумал вампир. — К черту его. Синоним слова человек — разочарование, в которое лучше не лесть, если дорожишь драгоценным — своим»

Вампиры плавно поднялись в воздух и, слившись с ветром, исчезли во тьме лунной ночи.

 

Эпилог. Бал

 

Это другая история.

 

 

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль