Контракт с демоном

0.00
 
Дитрих Ангора
Контракт с демоном
Обложка произведения 'Контракт с демоном'

— Жаль, все-таки, что демонов не найти так просто сейчас, — печально вздохнув, сказала Минерва.

— Угу, если ты их заинтересуешь, прибегут, виляя хвостиком.

— Может и так… Ладно, пошли в клуб, давно там не были.

— Ну, пошли.

 

Всю дорогу мы молчали, размышляя каждый о чем-то своем. Через 20 минут, уже стоя напротив входа в дорогой ночной клуб под названием «Жизнь во тьме»; название, конечно, не очень, но клуб неплохой, я, недолго думая, зашел в него. У нас, даже не просили пропуск, как ни как постоянные клиенты. Минерва и я встречаемся уже года 2, но дружим с детства. Хотя, нас сложно назвать парой: мы просто спим время от времени, никаких поцелуйчиков, свиданий, конечно, ходим прогуляться, но не в обнимку, и, не вися, друг на друге, бесконечно повторяя слова любви. Наверное, мы просто секс-друзья.

В клубе всегда были либо живая музыка, либо супер-крутой ди-джей. Большая часть людей танцевали, остальные — толпились у бара, и только единицы, сидели и просто смотрели на веселящийся народ со стороны, с какой-то злобой и завистью. Мина пошла за выпивкой, а я остался рассматривать клуб. Ничего особо примечательного: все оформлено в непонятном стиле, ярких, бросающихся в глаза тонах, видных даже в полумраке — совершенно не сочетается с названием. Мои глаза пробежали по танцполу и, увидев ее, остановились, сердце замирало от одной мысли: она — великолепна…. Черные волосы собраны в высокий хвост, аккуратно подведенные голубые глаза, тонкая, чистая кожа, немного бледноватая, стройная фигура, идеально подобранная одежда. Девушка всегда танцевала в клубе вечером. Каждое движение в такт музыке, грациозно и чарующе, завораживало и притягивало необъяснимой силой. Ее зовут Эвелена, для друзей просто Эрл.

Первый раз я увидел ее, когда Минерва привела меня в «Жизнь во тьме» год назад. Честно говоря, ни разу не заговорил с ней за все время, что здесь был. Смысла нет. Вокруг Эрл крутится столько людей, мечтающих видеть ее в своей постели, но она никого не подпускает ближе чем на расстояние пушечного выстрела. А если кто-то слишком наглый, рискнет и приклеится к ней, то Эвелена отправит бедолагу в нокаут одним ударом. Казалось, что в нее кто-то вселялся: глаза горели нездоровой злостью и ненавистью, на лице играла хищная ухмылка, больше похожая на оскал гиены; а один раз мне показалось, что черная татуировка в виде волка на ее животе горела алым пламенем. Пару раз видел, как парней на носилках уносили со сломанными конечностями, вид у них был не очень. Я даже не хочу знать, откуда в ее, на первый взгляд, хрупком тельце столько сил.

— Держи, — вывела меня из размышлений Минерва, протянув Мохито, — она шикарна, — Мина проследила за моим взглядом. Хорошо, слюни не потекли, — может, хоть заговоришь с ней?

— Не издевайся. Сама прекрасно все знаешь.

— Я не обижусь, иди, — девушка подтолкнула меня в сторону танцпола.

— Отстань, сказал — нет, значит — нет! — я вывернулся из ее рук и отошел в противоположном направлении.

— Только не говори, что решил остаться верным своей девушке, — она посмотрела на меня пренебрежительным взглядом.

— Да иди ты! — махнул рукой — резко развернулся и вышел.

Через час пришла сообщение от Минервы: «Мы больше не пара. Мечтай дальше о своей девочке». Ну и до свидания.

На следующий день, я решил, что нужно помириться с Миной. Как-то неправильно, вот так потерять близкого друга, с которым был почти всю свою сознательную жизнь. Почему люди, обычно, делают, а потом думают? Я постоянно все порчу. В детстве мне все прощали: «Он же ребенок! Вырастет — не будет глупости делать». Я не изменился, как бы ни старался. Желая сделать что-то лучше — делаю только хуже. И этот случай не исключение. Но надо попробовать помириться с Миной. Где ее найти? На звонки, все равно, не ответит. Какой сегодня день недели? Вторник. Пар нет. А она по вторникам с утра любит гулять в парке. Время? 10:14. Наверное, еще там.

Я быстро умылся, оделся и пошел в парк. Добежал я до него минут за 10, зима, холодно, не очень хочется гулять. Я тепло люблю. Радует, что снега выпало много. Вокруг все праздничное, белое. Дома, улицы, дороги, деревья…

Сейчас не до этого, нужно найти Минерву. Искал ее не долго: девушка сидела на лавочке, смеясь и улыбаясь, говорила с кем-то. И не холодно? Мне стало обидно: со мной она редко радовалась чему-то. Конечно, сам виноват, но все равно неприятно. Быстрым шагом я подошел к ним, остановившись в паре шагов. Моему удивлению не было предела. Девушка, которую Мина слушала с большим интересом, не отводя взгляда, была Эвелена. Когда они начали общаться? Как долго знакомы? Что между ними? Мысли в голове начали кружиться и жужжать, словно пчелы. В груди, еле слышно, отдавалась тупая боль.

Пока я пытался понять, что происходит и вернуться в реальный мир, Минерва заметила меня — улыбка сползла с ее лица, на ее место пришла злая ухмылка. Меня передернуло, по коже побежали толпы мурашек. Мина, бросив что-то собеседнице, встала и, подойдя ко мне, сказала:

— Рассудок протрезвился — прибежал извиняться? — в точку.

— Мина… эм… я… — все, что мне удалось выдавить из себя. Девушка скрестила руки на груди, вздохнула, посмотрела на небо, делая вид, что меня здесь нет.

— Эрл, ты сможешь приступить к выполнению контракта сейчас? — тихо, еле слышно, проговорила Минерва, все так же смотря ввысь. Какой контракт? О чем она? Я, не понимая ничего, перевел взгляд на Эвелену. Она улыбнулась.

— Как пожелаешь.., — брюнетка подошла к Мине, шепнув ей что-то на ухо и получив немного неуверенный кивок, развернулась, зашагав в сторону выхода из парка. Странно, как Эрл смогла услышать шепот девушки, если та говорила тихо даже для меня?

— Что это было? — Недоумевая, спросил я.

— Скоро ты все узнаешь. Поверь: очень скоро.

Понимая, что пришел сюда зря и что ничего не получится узнать у бывшей девушки… Бывшей? Не нравится мне, как это звучит. Я отправился домой — есть целый день, чтобы выспаться.

 

***

 

— Остановись! Она нечего не сделала тебе! Перестань! Ты не обязана это делать! — мой голос срывался, становился все более хриплым с каждым словом. Сердце замирало от картины, представшей перед глазами, по щекам текли слезы, падая на руки, руки… были в крови.

— Прости — обязана, — черная тень отбросила бездыханный труп моей младшей сестры, из которого на моих глазах, секунду назад, вырвала сердце. Ей было 11… Тень сверкнула красными глазами, полными жажды убивать, — ты будешь нести это бремя до своего последнего вздоха, — Тень исчезла.

 

***

 

Я проснулся в холодном поту, понимая, что задыхаюсь: от шока парализовало все тело. Судорожно хватая губами воздух, пытался понять, что произошло. Из глаз, не переставая, лилась соленая жидкость.

Осознав, что мне просто приснился кошмар, я немного успокоился. Голос, которым говорил «убийца», показался мне знакомым, кажется, я слышал его раньше.

Звон телефона.

 

— Алло, — мой голос все еще дрожал.

— Сынок, — мама говорила, еле сдерживаясь, чтобы не зарыдать в голос, — твоя сестра...

 

Уже через минуту я несся в больницу: на мою младшую сестру было покушение. К счастью, парень, который проходил мимо, спугнул убийцу — он не завершил начатого. Неужели у меня был вещий сон? Это бред на грани фантастики. Я могу еще допустить существование демонов или других сверхъестественных тварей, но то, что во мне проснулись какие-то невероятные способности…. Что имела в виду Минерва, говоря о контракте? Что это за контракт? Может, это договор по недвижимости или сделка. Ага, «Сделка с дьяволом». Мне спокойно можно идти в режиссеры, сценаристы, писатели. Даже если фильм с таким названием уже есть. Почему на Кару напали именно сейчас? Это только догадки, но я недавно повздорил с парой знакомых. Да что вообще, б****, происходит в этом безумном городе!?

 

Попав в больницу, я сразу же побежал на второй этаж, и не долго думая, быстрым шагом подошел к, сидящей в кресле, матери. Несколько секунд назад от нее отошел доктор в белом халате, скорее всего, он оперировал мою сестру. Выражение его лица мне не понравилось.

— Кара… Кара… — не переставая, она повторяла имя дочери, заметив, что я, наконец-то, пришел, повернулась, подняв на меня свои заплаканные глаза, — ее слишком сильно ранили…, — всхлип, — моя девочка умерла на операционном столе… Ал, сынок, почему? За что? Она не сделала ничего плохого…, — мама обняла меня дрожащими руками.

Это невозможно. Совсем недавно моя сестра говорила со мной, дразнила, а сейчас ее больше нет. Она ушла и никогда не вернется. Эта боль невыносима.

Через пару дней тело Кары кремировали. Я держался из последних сил, чтобы не зарыдать: маме нужна поддержка и опора, а не размазня. Все эти дни она не сомкнула и глаз, а я лишь сидел вместе с ней, зная, что если начну утешать — будет только хуже. Я тоже не спал: боялся увидеть тот сон вновь, но с участием матери — теперь единственного близкого мне человека.

В понедельник я попытался вернуться к обычной жизни: сходить на пары. Это была, мягко говоря, плохая идея. Посмотрев на себя в зеркало утром, ужаснулся: там был не я, а то, что осталось от человека по имени Алан. Синяки под глазами, неестественно бледная кожа, тусклый, затуманенный взгляд, искусанные до крови губы и торчащие во все стороны волосы. А, ладно, мне сейчас абсолютно все равно, как я выгляжу и на кого похож. Быстро умывшись, я пошел в свою комнату, собрал учебники и тетрадки, сообщил маме, куда направляюсь. Она посмотрела на меня безжизненным взглядом, ее глаза были похожи на два матовых хрустальных шарика. «Будь осторожнее и не задерживайся», — было брошено мне. Я, конечно, понимаю ее, но жизнь на этом не заканчивается. Надеюсь, она скоро придет в себя и все станет, более или менее, как раньше.

В университете о нашем горе знал почти каждый: сплетни расходятся быстро. Все смотрели на меня жалостливым взглядом. Я спрятал свое лицо за длинной черной челкой. Терпеть этого не могу. Несколько экстремалов, даже попробовали высказать мне свои соболезнования по поводу утраты, но после одного простого «отвалите» и вида моего замученного лица, отшатнулись, отойдя куда подальше. На этом список самоубийц закончился. Минерва на занятия не приходила. У меня не было желания ни говорить, ни гулять, поэтому после занятий я сразу направился домой. Проходя мимо ночного клуба, все-таки решил зайти — если там будет Эвелена, попытаюсь расспросить ее о том странном разговоре и не менее странном контракте. К счастью, а может и нет, девушка была в клубе: сидела за одним из столиков, в одиночестве попивая напиток. Я нерешительно подошел к ней. Эрл посмотрела на меня своими пурпурными глазами.

— Эм… — начал я, — Привет, ты, наверно, меня не помнишь, но я друг Минервы… бывший, — немного подумав, добавил я. Нет смысла скрывать это: все равно она это узнает от Мины, если уже не узнала, а лишний раз врать Эрл — не лучшая идея.

— Я прекрасно знаю, кто ты, — в словах девушки не было ни капли сомнения или смущения. Спокойный, ровный тон, немного холодный, — и что привело Алана ко мне? — такое ощущение, что Эвелена читала меня, будто открытую книгу, однако, издеваясь, решила выслушать мою версию.

— Хотел спросить о той встрече в парке… — не знаю, почему я начал нервничать. Глаза девушки смотрели на меня внимательно, но без интереса, — о каком контракте вы говорили?

— Твоя «бывшая» сильно разозлилась на тебя из-за своей большой любви. Ревность может поменять человека. Особенно, если он слаб. Минерва — слабая. Она заключила со мной контракт. Его главным условием было заставить тебя пройти через боль в сто крат сильнее той, что пришлось пережить ей, — Эрл говорила это спокойным тоном, как обычно говорят о погоде или прочей чепухе. Смысл ее слов доходил до меня очень медленно.

— Из-за вас умерла моя сестра?! — это было скорее утверждением, чем вопросом. Я не верил своим ушам.

— Не из-за «вас», а тебя и этой Мины. Я исполнила ее желание — она продала свою душу. Если что-то не устраивает, то все вопросы к ней. Пока месть будет свершаться, Минерва будет жить в этом мире. Потом ее душа станет моей, — ухмылка.

На пару минут я выпал из реальности. Из-за какой-то мелочи я лишился всего, абсолютно всего. Нет, еще не лишился:

— Если я правильно понял, то моя мать тоже… — она кивнула, я нервно сглотнул, — можно…

— Нет, — коротко и ясно. Мне не спасти самого дорогого человека. Девушка, в которую я влюблен, — демон. Что может быть хуже?

— Из всего замкнутого круга, выживешь только ты, — добавила Эрл, видя вопрос в моих глазах.

Сон оказался вовсе не сном, а скорее предсказанием.

Узнав, что ничего вернуть нельзя, я пошел домой к маме, сел рядом с ней на диван и обнял. Мы просто сидели.

Очнулся на утро, наверно, уснул. Мамы не было рядом, хотел было зарыдать, но услышал шум с кухни и запах свежезаваренного кофе. Облегченно вздыхаю, иду к источнику аромата. Слышу ее немного грустный голос, легкая улыбка на губах. Мама долго думала: решала начать все с чистого листа, хотела быть со мной, улыбаться, смеяться — жить, а не существовать.

Но счастливого конца у этой истории не будет.

Со временем маме становилось хуже и хуже. Ей пришлось лечь в больницу. Через неделю она умерла от неизвестной болезни. Это произошло на моих глазах: я сидел возле нее, она мирно спала. Внезапно, пульс начал учащаться, тело подрагивало. Прибежали врачи, пытались привести ее в чувства. Во мне все еще была надежда, я пытался прогнать это чувство: знал, что ничего тут не сделаешь. Душа и сердце не верили, а их надежды разбились в один миг: было слишком поздно — пульса не было.

В этот же день исчезла Минерва. Ее тело так и не нашли.

А сейчас я стою у двух каменных плит, не у трех, потому что родители Мины отказались «заживо» хоронить свою дочь. Я им не препятствовал — пусть делают что хотят.

Погода хорошая: солнце светит, легкий морозец, несильный ветер гуляет между безжизненными и холодными надгробиями…. Усмехаюсь своим мыслям.

Ложу на могилы по букету свежих цветов: Каре — белые розы, а маме — синие ирисы. Их любимы цветы. Чаще, чем раз в год, не прихожу: не нравятся мне кладбища.

Со дня смерти моей сестры и матери прошло два года. Каждый день был по истине невыносим… Каждый раз, когда пытался покончить с собой, каждый раз мне не давали это сделать, каждый раз что-то мешало. То скорая, то друзья, то сама Эвелена…. «Ты будешь жить» — говорила она и удалялась в неизвестном направлении. Через полгода смирился с этим, но боль проходить не собиралась. И как она могла? Просыпаясь, каждый раз в голове крутились воспоминания тех безумных дней, того времени, того последнего разговора с Эрл. Как бы я не хотел, сбежать не получалось: демон пресекает любую попытку. Нет, она не ходит за мной по пятам, Эвелена что-то сделала со мной…. Каждый раз пытаясь закончить начатое и сбежать из этого фильма ужасов, демон останавливает меня невидимыми оковами, которые сжимают мою душу, точнее то, что от нее осталось.

Хотелось бы забыть, а снова — нет. Такие воспоминания не стираются, они въедаются в тело, в мысли, в сердце. Помню все, как будто этот кошмар был только вчера.

Все же я нашел прекрасный способ заглушать чувства боли и отчаяния. Вот уже год я работаю на Эрл: выполняю ее мелкие поручения, к примеру, убираю ненужных свидетелей, пытаю, кого скажут; а иногда Эвелена берет меня с собой в поместье, где она живет, и живут самые доверенные ей лица. В доме они ходят в человеческой форме, однако от этого демоны не становятся менее угрожающими. Признаю, все они прекрасны в плане внешности, а души…. Конечно, их нет, но если бы они были, то своей тьмой затмили черные дыры всей вселенной.

Время вылечило меня. Раны, которые оставило прошлое, давно зажили. Мне все равно, сколько лет я буду жить, что произошло с Миной, как мои друзья, кем бы я стал, не случись всего…. Плевать.

Несмотря на все, я почему-то считаю себя свободным. Совершив немало ошибок и потеряв все, я, наконец, стал свободным. Я это чувствую. Я это знаю.

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль