Как почётный святой, почётный великомученик...

"Как почётный святой, почётный великомученик, почётный папа римский..."

(про титулы и звания)

"ПЕРВЫЙ МИНИСТР. Да! Я взбунтовался. Вы, вы, вы вовсе не величайший из королей, а просто выдающийся, да и только.

КОРОЛЬ. Ох!

ПЕРВЫЙ МИНИСТР. Съел? Ха-ха, я пойду ещё дальше. Слухи о вашей святости преувеличены, да, да! Вы вовсе не по заслугам именуетесь почётным святым. Вы простой аскет!

КОРОЛЬ. Ой!

ПЕРВЫЙ МИНИСТР. Подвижник!

КОРОЛЬ. Ай!

ПЕРВЫЙ МИНИСТР. Отшельник, но отнюдь не святой.

КОРОЛЬ. Воды!

ЭМИЛИЯ. Не давайте ему воды, пусть слушает правду!"

(Е. Шварц "Обыкновенное чудо" )

"… Я здесь лишь для того, чтобы разъяснить закон, не знающий лицеприятия. Но я прошу вас, пока не поздно, не ссылайтесь на титулы! Не предъявляйте прав аристократа и пэра.

— Почему это? — спросил неугомонный Арчер.

— Потому, — отвечал смертельно бледный Херн, — что у вас хватило глупости поручить мне и здесь поиски правды".

(Г.К. Честертон «Возвращение Дон Кихота»)

Одной из отличительных особенностей нашей эпохи стало обилие людей, называющих себя президентами, генеральными директорами, председателями правлений, председателями советов директоров различных ООО, ОАО, ЗАО, ЧП, СП, ПО, КО и т. д. Причем нередко за подобными пышными вывесками ничего реально им соответствующего не стоит.

В советские времена даже руководители многотысячных коллективов — заводов, фабрик, крупных совхозов — назывались просто директорами. И только руководителям промышленных объединений (как правило, гигантов типа "Южмаша" ) позволялось называться генеральными директорами (генералами производства). (1) (примечания см. в конце статьи). К тому же, по военной терминологии такие предприятия назывались флагманами производства. В подчинении "генерала" находились, как правило, руководители заводов, научно-исследовательских институтов, санаториев и т. д. А сам генеральный директор имел в своем распоряжении ресурсы, нередко сопоставимые с ресурсами небольшого государства. Например, "Лугансктепловоз" имел около 40 тысяч рабочих, а "Уралмаш" — около 60 тысяч плюс рабочий городок в Свердловске, сравнимый с полноценным городом.

Но вот пришли времена перестройки, наступил расцвет всяческих кооперативов и кооператоров. Именно тогда мне в руки попала визитка, отпечатанная полукустарным способом, на которой тем не менее значилось гордое звание — генеральный директор кооператива, ну условно скажем, "Витязь". В моем родном городе есть оборонное предприятие, на котором трудилась чуть ли не половина жителей города, и руководитель предприятия тоже был "генералом", в чём никто особенно не сомневался. Но откуда в небольшом городке появился еще один "генерал"? И решил я посмотреть на этот могучий кооператив "Витязь". Вскоре оказалось, что "Витязь" представляет из себя… ларёк! Обычный ларёк, но продавец этого ларька с гордостью носит титул "исполнительного директора", снабженец — "коммерческого директора", ну а их начальник, безусловно, "генеральный директор". Не исключено, что там был ещё и "президент", это название уже начинало тогда входить в "эксплуатацию", но с "президентом" я не имел чести познакомиться…

Поначалу ситуация с "Витязем" напомнила мне детские игры в индейцев, когда наряженные в соответствующие одежды участники племени называют себя кем угодно — вождями, воеводами, старейшинами, шаманами, казначеями — вот только простыми воинами никто быть не хочет. (2) Но вскоре я понял, что такая игра в то время приносила вполне определенную пользу в становлении частного бизнеса. Ведь для бизнеса немаловажное значение имеют представительские функции. (3) В то время кредит доверия к званиям был ещё высок, все знали, что советская власть не швырялась ими направо и налево, (4) поэтому такой "генеральный директор", как руководитель "Витязя", вполне мог быть принят в высоких кабинетах и прокрутить свои дела соответствующим образом.

Однако медаль имела и свою обратную сторону — началась девальвация пышных званий. Такой процесс идёт всегда, просто в определённый период времени он ускоряется, в определённый — замедляется, а иногда власти удается волевым решением и вернуть доверие к званиям. Был, например, такой император — Павел I, который обильно присваивал звания, исходя из сиюминутной симпатии. За четыре с небольшим года правления он стольких людей сделал генералами, что должностей на всех стало не хватать, и новоиспеченным генералам приходилось сидеть в своих деревнях без дела. Однако Александр I смог спасти ситуацию, замедлив присвоение очередных званий даже тем, кто их заслуживал, и генеральский чин в России девальвирован не был.

Хотя воинские звания всё же постепенно девальвировались. Например, герой советской историографии Петр Шмидт, возглавивший в 1905 г. восстание на крейсере "Очаков", носил звание лейтенанта, которое со временем как бы срослось с его фамилией (помните "детей лейтенанта Шмидта"?). В том, что восстание возглавил лейтенант, нет ничего удивительного. Восстание может возглавить и рядовой матрос — была бы хватка и харизма. А вот как ещё до восстания лейтенант Шмидт был командиром миноносца в 1905 г.? Неужели лейтенанту могли доверить миноносец? Не слишком ли низкое звание? И почему Шмидт носил звание лейтенанта в довольно почтенном возрасте?

Все эти вопросы разрешатся, если мы заглянем в царский табель о рангах. Там мы прочтём, что лейтенант царского флота и желторотые лейтенанты-выпускники современных военных училищ — разные вещи. Это сейчас лейтенант по сути младшее офицерское звание (не считая младших лейтенантов, но таковые, если сейчас и встречаются, то очень редко). А во времена Шмидта лейтенант — чин 9 класса (из 14 имевшихся) — довольно высокое звание, равное титулярному советнику. Тем более, что в царское время уже само попадание в табель, в разряд офицеров, давало значительные привилегии.

Девальвация военных званий шла и дальше. Советский капитан послевоенных 1940-х годов (например, герой фильма "Место встречи изменить нельзя" — Глеб Жеглов) гораздо "круче" капитана 1980-х годов, (5) и уж ни в какое сравнение не идет с современными капитанами. Вообще надо сказать, что после падения советской власти руководители постсоветских стран пытаются раздачей НИЧЕГО ТЕПЕРЬ НЕ ЗНАЧАЩИХ званий и обесцененных наград компенсировать недостаток материальных благ. Я ничего не имею против того, что ветеранам, которых уволил ещё Хрущёв майорами, дают через 40 с лишним лет звание подполковника и медаль в придачу. Сам видел радость этих людей и знаю, что очередное звание они заслужили, тем более, что для них это еще ТО — не обесцененное звание.

Но есть одно «НО» — если будем давать много ничем не подкреплённых званий, то они девальвируют. Точно так же, как деньги. Ни для кого не секрет, что если напечатать денег в тысячу раз больше, то государство не станет в тысячу раз богаче, просто каждая денежная единица станет в тысячу раз дешевле.

И уж совсем неоправданным новшеством выглядит раздача очередных званий негосударственными структурами. Когда после распада СССР часть депутатов последнего союзного парламента во главе с Сажи Умалатовой создали постоянно действующую структуру — это было логично. Я не касаюсь политических симпатий и антипатий, но в ликвидации последнего советского парламента было множество нестыковок. Можно понять логику, когда структура, возглавляемая Умалатовой, присвоила звания (героев Соцтруда или очередные воинские) заслуженным людям, которые по чисто техническим причинам НЕ УСПЕЛИ получить эти звания в СССР. Но когда звания полились потоком, то структура Умалатовой (так называемый Постоянный президиум Съезда народных депутатов СССР) превратилась в наградной клуб. И уж совсем нелогично, когда звания начали присваивать общественные организации типа Союзов офицеров.

Наряду с офицерскими званиями девальвировали в СССР неразрывно связанные с ними ордена и медали. В Гражданскую войну орден Красного Знамени вручался так редко, что ценился чуть ли не выше, чем звание Героя Советского Союза в Великую Отечественную. И такой орден в Гражданскую получали как высшую награду, а в Великую Отечественную он хоть и был в почете, но был уже далеко не первым. А при Брежневе, когда Героями Советского Союза и Соцтруда стали делать чиновников высокого ранга, девальвация начала затрагивать и эти звания, а вместе с ними и высший советский орден — орден Ленина. Девальвация советских наград замерла на мёртвой точке после смерти Брежнева, в разгар войны в Афганистане, и в связи с распадом СССР не успела дойти до своего логического конца.

Ряд званий и, соответственно, должностей девальвировал научно-технический прогресс. Возьмем, к примеру, должность инженера. В конце советской эпохи это слово стало чуть ли не символом малообеспеченной технической интеллигенции (главных инженеров крупных предприятий это не касалось). Однако на заре советской власти (а тем более — в царские времена) инженеры были совсем другими. Инженеров было мало, получали они большие деньги, и их положение в обществе было весьма высоким. Инженер считался не только высокообразованным, но и обеспеченным человеком. Работать инженером было престижно. Небольшой пример. Многочисленные инженеры 1970-х годов, читая роман "Двенадцать стульев", удивлялись, как ИНЖЕНЕРУ Брунсу удавалось в 1920-е годы вести весьма шикарный образ жизни на инженерскую зарплату. Даже менее обеспеченный коллега Брунса — инженер Щукин — мог содержать в Москве жену Эллочку, которая одевалась по последней моде того времени. Инженер Щукин получал 200 рублей — почти в пять раз больше официальной зарплаты подпольного миллионера-счетовода Корейко (46 рублей) из "Золотого теленка".

Обесценивание научных и ученых званий (особенно низших — кандидатов наук, доцентов) связано не только с развитием НТР (объективно число носителей таких степеней должно было увеличиться), но и тем что, начиная с советских времен звание кандидата наук можно было купить, или его мог необоснованно получить крупный руководитель. Я где-то читал о выступлении одного из советских генеральных секретарей, в котором тот предупреждал, что если среди министров и секретарей ЦК не остановится повальное присвоение докторских степеней, то он выгонит их из руководства и пошлет в науку. Увещевание помогло, но ненадолго. Сейчас многие "в верхах" могут написать на своих визитках в дополнение к основной должности слова "кандидат (доктор) таких-то наук". И это я говорю о, так сказать, легитимных докторах, получивших звания через ВАК (Высшая аттестационная комиссия), а не через самозваные конторки.

Немного о таких конторках. Как-то нам с товарищем срочно понадобилось сделать ксерокопию одного документа. Зайдя в ближайший магазин, где был ксерокс, мы обнаружили очередь из одного человека. Человеком этим была девушка с целой стопкой аппликационной бумаги разных цветов. И целых десять минут мы наблюдали замечательное действо. Девушка отпечатывала дивные документы — дипломы, свидетельствующие об окончании различных "магических" курсов, сертификаты, удостоверяющие степени магистров и докторов различных оккультных, эзотерических наук и т. д. и т. п. То есть, организация, выдающая эти дипломы и сертификаты будущим "докторам магии", даже ксерокса собственного не имеет. И цена таких степеней соответствующая.

Ныне использование тяги людей к высоким титулам, спекуляция на человеческом тщеславии превратилась в весьма прибыльный бизнес. Академики Академии наук Украины, например, неоднократно проявляли беспокойство по поводу повального нашествия новоявленных "академиков", состоящих в многочисленных "академиях" (6) — "Экологической академии наук", "Академии экономических наук", "Академии горных наук", "Академии инженерных наук", "Академии наук высшей школы", "Академии наук технической кибернетики", "Академии правовых наук", "Украинской технологической академии", "Международной кадровой академии", "Телевизионной академии", не говоря уже о всяких оккультных академиях. (7) Академиями теперь называют себя некоторые общественные организации и даже хозяйственные структуры. В утешение настоящим академикам бывшей академии наук УССР дали статус национальной. Кстати, этим статусом власти как-то пытались сохранить престиж той или иной структуры, выделить её среди одноименных организаций. Национальный университет, национальный совет, национальная компания… Но… Но организаций с приставкой "национальный" опять-таки становится всё больше и больше (лоббизм, понимаешь), и этот статус тоже начинает обесцениваться.

В 1994 году мне пришлось докладывать в Верховном Совете Украины вопрос, касательно Национального совета Украины по телевидению и радиовещанию. И я вспоминаю, с каким ожесточением депутаты обсуждали стоит или не стоит давать этой организации статус "национальной". Теперь подобных вопросов практически не возникает. "Национальные" организации растут как на дрожжах.

Но и то хорошо, что государство, так или иначе, пытается оставить за собой право на слово "национальный" (хотя ряд негосударственных структур всё же каким-то образом умудрились зарегистрировать в своих названиях слово "национальный" ). Правда есть ещё и другие важные слова, претендующие на всеукраинский, а иногда и на всемирный, масштаб. И если законы о политических партиях, общественных организациях ещё требуют какого-то представительства в регионах Украины структур организаций со всеукраинским статусом, то коммерческая организация вполне может назвать себя Союзом кабельного телевидения Украины, Народным телевидением Украины, Украинским газом… А иногда происходят вообще уникальные случаи. Как вам — ООО (общество с ограниченной ответственностью) "Международная корпорация N"? Естественно, слово "ООО" пишется только там, где его нельзя не написать (в бухгалтерских документах, хозяйственных договорах). А на визитках, вывесках оно ненароком упускается. (8) Я, кстати, не в укоризну это пишу. Если государство допускает ляпсус, то почему бы людям этим не воспользоваться? Ведь удачное наименование тоже работает на то или иное дело.

Как-то поэт Осип Мандельштам заметил, что одним из факторов, внесших вклад в победу ленинской партии во время Революции и Гражданской войны, было само название партии — "большевики". Россия в то время была в основном крестьянской, а в среде крестьян старших в семье — кормильцев называли "большак", "больший", и к партии с таким названием крестьяне априори испытывали уважение. Мне кажется, что даже если бы Ленин в 1903 г. остался на съезде в меньшинстве, он вряд ли позволил бы назвать свою партию "меньшевистской". В современной Украине показателен пример организации из Днепропетровска — ЕЭСУ (Единые энергетические системы Украины). Это удачно выбранное словосочетание и впрямь зазвучало во всеукраинском масштабе. Хотя кроме названия были и иные причины столь громкой славы.

Нынешнее время вообще благодатно для самовыражения. Скажем, вряд ли какой-то советский журнал без предварительно проведенного опроса осмелился бы назвать себя "найулюбленішим журналом українських жінок" («наилюбимейшим журналом украинских женщин»). А проводимая частными лицами тусовка вряд ли в советское время могла бы именоваться всеукраинским конкурсом. Сейчас же подобными "перлами" заполнена вся реклама.

Ещё раз повторю: я не осуждаю подобного использования семантических особенностей языка. Более того, когда встал вопрос о продвижении журнала "ВРЕМЯ Z" (с 2003 по 2005 год — "Твое Время" ) на рынок, мы поместили на обложке прямо над названием словосочетание "журнал для интеллектуальной элиты общества". (9) Конечно, мы изначально позиционировали свой журнал, как издание для думающих и неравнодушных людей, как альтернативу глянцевитой "желтой прессе", как продолжение ныне утерянных традиций так называемого "толстого" журнала. Но дерзкую надпись про "элиту" (слово, вызывающее ныне у людей не всегда позитивную реакцию) на обложку помещать бы не стали, если бы у нас была какая-нибудь другая возможность сделать так, чтобы читатель узнал о нашем журнале как можно быстрее. Ведь реклама в электронных СМИ или место на бигборде стоит очень дорого… Вот и пришлось идти, как говорится, "напролом", используя броскую, немного раздражающую, но при этом неоднозначную фразу. Особый оттенок ей придает слово "общества" — оно имеет широкий всеобъемлющий характер и дает понять, что под "элитой" мы подразумеваем не "бомонд" и не "истеблишмент". Вернее, не только их.

Другой пример из собственной практики. В СССР при Союзе писателей существовали так называемые литературные объединения, в работе которых участвовали пишущие люди, причем не только начинающие, но и со стажем, не только молодые, но и в летах, многие имели изданные книги. Но в Союз писателей (СП) вступить могли немногие, тогда это было очень сложно, существовало множество "подводных камней". Вначале это было связано с тем, что члены СП получали неплохие деньги, потом такое членство деньги приносить перестало, но традиция не принимать в СП "чужих" осталась. Я был в начале 1990-х годов председателем Луганского областного литературного объединения им. В. Сосюры и неоднократно сталкивался со случаями, когда членов нашего объединения — талантливых, грамотных, со стажем, имеющих изданные книги — в СП не принимали, а принимали вместо них менее достойных. (10) И вот, не мудрствуя лукаво, мы зарегистрировали свое объединение в облгосадминистрации (благо, структуры у нас были во всех крупных городах области) как общественную организацию под пышным названием "Независимое объединение писателей Луганщины им. В.Н. Сосюры". И прописали себе право присваивать (в рамках объединения) своим самым талантливым членам статус писателя (не больше, не меньше). Чиновник, который оформлял документы, был очень смущен. "Как вы можете давать статус писателя?", — удивлялся он. Видимо, он думал, что звание писателя присваивается где-то на самом верху в высших эшелонах власти (в СССР так оно и было), чуть ли не самим Господом Богом (по сути — так оно и есть). А тут пришли какие-то граждане и… писателей, новоявленных будут "штамповать", "корочки" им еще соответствующие (с печатью) будут выдавать… Непорядок. Мы согласились с чиновником, что непорядок, но ведь коллеги-то наши из Союза писателей занимаются тем же самым. А по сути они — такая же организация, как и мы, только мы — объединение, а они — союз. Они образовались в 1934 году, а мы на 60 лет позже — вот и вся разница. Пришлось чиновнику нас зарегистрировать… Хотя сомнения его были небезосновательны в том плане, что во времена СССР — Союз писателей был по сути министерством, одним из ведомств, отвечающих за идеологию (наряду с Министерством культуры, Союзом журналистов и т. д и т. п.). С изменением общественного строя СП статус министерства потерял, писатели потеряли свои оклады, остались лишь здания в городских центрах и санатории, за которые сразу же разгорелись войны (самые ожесточенные в Москве и Киеве). Но это уже из другой оперы.

Если вдуматься глубже, выходит, что то или иное звание (название) изначально приобретает вес в обществе не благодаря своему звучанию, а благодаря тому, что за ним стоит что-то реальное. Когда наименование становится "раскрученным", оно какое-то время может приносить дивиденды и само по себе, но если не подкрепляется реальным содержанием, статус его уменьшается и постепенно сходит на нет.

Например, во времена Пушкина быть писателем в России было не особенно престижно, (11) писательством занимались либо поденщики, развлекающие толпу, либо дворяне в свободное от основной работы время. Престиж звание писателя получило только благодаря тому, что писателями стали такие великие люди, как Пушкин, Лермонтов, Шевченко, Гоголь, Толстой, Достоевский. Пушкин получил от властей звание камер-юнкера, а писателем он был от Бога. Через сотню лет после его смерти власти спохватились и стали присваивать звание писателя за верную и безупречную службу так же, как они присваивали звание комкора или комбрига.

"— Ваши удостоверения? — она с удивлением глядела на пенсне Коровьева, а также и на примус Бегемота, и на разорванный Бегемотов локоть.

— Приношу вам тысячу извинений, какие удостоверения? — спросил Коровьев, удивляясь.

— Вы — писатели? — в свою очередь, спросила гражданка.

— Безусловно, — с достоинством ответил Коровьев.

— Ваши удостоверения? — повторила гражданка.

— Прелесть моя… — начал нежно Коровьев.

— Я не прелесть, — перебила его гражданка.

— О, как это жалко, — разочарованно сказал Коровьев и продолжал: — Ну, что ж, если вам не угодно быть прелестью, что было бы весьма приятно, можете не быть ею. Так вот, чтобы убедиться в том, что Достоевский — писатель, неужели же нужно спрашивать у него удостоверение? Да возьмите вы любых пять страниц из любого его романа, и без всякого удостоверения вы убедитесь, что имеете дело с писателем. Да я полагаю, что у него и удостоверения-то никакого не было!"

(М. Булгаков "Мастер и Маргарита" )

То же и с академиками. Слово "академия" происходит от местности, где Платон философствовал со своими учениками… Тень великого Платона тысячелетия освещала статус академии, придавая этому званию отблеск мудрости и величия. В том же Союзе звание академика давали членам не всех отраслевых академий, а только избранных. А сейчас стало столько "академиков", что никакой Платон уже не спасет это звание от девальвации.

Еще одно правило — те, кто носит статусное звание, должны быть не только достойными людьми. Их должно быть немного. Иначе звание потеряет статус. Нобелевская премия превратилась в наипрестижнейшую международную премию не в последнюю очередь благодаря малочисленности её лауреатов (ну и большой денежной составляющей, естественно).

В какой-то степени звания сродни брендам торговых марок. Ведь в экономике сплошь и рядом мы встречаемся с ситуацией, когда фирма годами производит высококачественную продукцию, завоевывает авторитет среди покупателей и… сразу же появляются паразиты, которые пользуются чужими заслугами, делают ширпотреб, на который цепляют бренд заслуженной фирмы, чем этот бренд девальвируют, отпугивают покупателей. Но фирмы хоть активно защищают свои бренды, тратят деньги на поиск и судебное преследование мошенников. А вот Платон свой бренд защитить не может (да и не стал бы — он и так Платон).

Раз уж мы затронули тему брендов, приведу ещё один пример, который перекликается с тем, что говорилось выше. После приватизации и перерегистрации многие советские заводы стали получать новомодные наименования, звучащие на иностранный лад и не связанные с предыдущими. Завод "Протон" мог превратиться в ЗАО "Благовест", завод "Сатурн" в ОАО "Интервест", причем из названий предприятий изымалось в первую очередь слово завод, которое ассоциировалось с чем-то пролетарски-советским и многим казалось тогда старомодным. Но со временем руководители бывших заводов поняли, что их предприятия много теряют, называясь подобными именами, и ничем не выделяются на фоне других ООО, ОАО, ЗАО. Они поняли, что называться заводами — это "круто", и постепенно слово "завод" вернули в названия. Появились ЗАО "Завод "Протон", ОАО "Завод "Сатурн", ООО "Завод "Фотон". Но с другой стороны, кто помешает зарегистрировать ООО "Завод "Нейтрон", в котором от настоящего завода ничего кроме названия нет?

Хотя обходятся иногда и без заводов. Например, регистрируются несколько ООО или ЧП, из которых половина существует лишь на бумаге и служит для отмывания денег. Потом эти ООО объединяются в различные холдинги, корпорации, концерны с громкими именами типа "Холдинг "Масмедиасервис" или "Корпорация "Империал бизнес-ЛТД" (к чему здесь "империал" — непонятно, зато красиво и внушительно). Недавно прочел, что когда начали проверку одной корпорации, состоящей из более чем двадцати предприятий, то оказалось, что в ней реально работает меньше тридцати сотрудников.

Еще раз повторюсь: престиж званиям дают конкретные люди и организации. Вот название руководителя одной из сверхдержав ХХ века (в середине этого века — самого могущественного человека на Земле) — Генеральный секретарь ЦК КПСС. Состоит этот титул из двух, казалось бы, несовместимых составляющих: скромной "секретарь" и величественной "генеральный" (при Хрущёве слово "генеральный" заменяли на "первый", но сути это не меняет). И если рассуждать чисто логически, не зная исторической подоплеки, то титул генсека (позже такой титул переняли руководители многих соцстран и даже руководящие работники ООН, НАТО и т. д. и т. п.) выглядит довольно нелепо. Если человек является чьим-то секретарём, пусть даже не лица, а органа, то он находится в подчиненном положении к этому органу — он должен оформлять протоколы собраний Центрального Комитета, а не главенствовать в нём. Было бы понятно, если бы пост назывался Председатель ЦК КПСС или просто Председатель КПСС, а еще логичнее — Председатель СССР (подобные прецеденты были в ряде соцстран, например, в Китае при Мао Цзедуне). Но Генеральный секретарь в ЦК и в стране в целом отнюдь не секретарствовал, а управлял, и пост сей в почёт вошёл не потому, что был изначально высок, а благодаря личности его первого обладателя — Иосифа Сталина. В СССР при Ленине властные функции между первыми лицами страны распределялись примерно так, как в современных нам Германии, Израиле и многих других государствах. Есть лицо, наделенное формально высшими функциями, хотя на практике они носят преимущественно церемониальный характер. В Германии и Израиле это президент, в ленинском СССР — председатель Всесоюзного центрального исполнительного комитета — ВЦИК (его занимал Калинин). И есть глава правительства, руководящий текущей политикой: в Германии это канцлер, в Израиле — премьер-министр, в Союзе — председатель Совета народных комиссаров (пост этот занимал Ленин, он и был, по сути, главным в стране). После смерти Ленина расстановка сил среди основных четырёх претендентов на вакантный "трон" была такова, что ни один не мог занять место Ленина, и этот пост достался руководителю "второго эшелона" — Рыкову. А генсек Сталин через несколько лет разбил своих соперников и стал ФАКТИЧЕСКИ главным в стране (показательно, что с 1934 Сталин формально был всего лишь одним из секретарей ЦК, но фактически — генеральным). Таким образом в 1924 году порядок управления Советского Союза перестал быть похожим на тот, который мы наблюдаем в так называемых парламентско-президентских республиках и конституционных монархиях. То есть, глава правительства перестал быть руководителем страны и по сути управлял только её хозяйством (не считая двух коротких периодов, когда пост главы правительства совмещался с постом Генерального (первого) секретаря ЦК Компартии).

Жил когда-то на белом свете такой герцог Бургундский — Карл Смелый. Всё было у этого герцога — богатства невиданные, армия преогромная, территории обширные, вассалы знатные, города и сёла богатые. Одного только не было у герцога — королевского титула, хотя по всем показателям (богатству, знатности, влиянию) он мог дать фору любому королю. Более того — современники считали герцога самым могущественным монархом Европы и ставили его не ниже не то что короля — самого императора! И что вы думаете? Получил герцог королевский титул? Вовсе нет! Несчастный Карл так и остался до конца своих дней всего лишь герцогом.

Другая история. Жил в Африке один людоед (в самом что ни на есть прямом смысле). Звали его Бокасса. Как-то этот людоед захватил власть в небольшой стране — Центральноафриканской республике, назвал себя президентом, а ещё дал себе звание маршала (это в стране, где вся армия составляла 2-3 тысячи человек). Но мало этого показалось людоеду. Решил Бокасса стать императором. И что вы думаете? Получил людоед императорский титул? Получил. И весь мир за ним этот титул признал. Загляните в любой справочник и увидите, что Центральноафриканская республика с 1976 по 1979 г. (год свержения Бокассы) называлась Центральноафриканской империей.

Вот как изменилось отношение к титулам! Могущественнейший монарх Европы, один из самых могущественных государей мира — Карл Смелый — не смог стать в XV веке не то что императором, а даже "простым" королем. Это при том, что в древности (когда короли ещё, собственно, не назывались королями) существовало Бургундское королевство. А полуграмотный путчист Бокасса в ХХ веке называет себя императором и становится им.

В XVIII веке заслуженный царедворец и военачальник, светлейший князь и фельдмаршал, президент военной коллегии (что-то вроде нынешнего министра обороны), правитель столицы и губернатор множества других территорий А. Меншиков безуспешно добивался от Петра I, затем от своей бывшей служанки и любовницы Екатерины I, звания генералиссимуса (он им всё-таки стал ненадолго, это случилось при малолетнем Петре II, когда Меншиков был фактически правителем государства). А в ХХ веке конокрад Трухильо, захвативший власть в островной Доминиканской республике, ничтоже сумняшеся присвоил себе звание генералиссимуса. Кроме того, он имел и другие титулы — президент республики, адмирал флота, "Благодетель отечества", "Восстановитель независимости", "Покровитель изящных искусств и литературы", "Первый студент", "Первый врач", "Первый учитель", "Первый доктор наук" и т. д. и т. п. С тех пор Трухильо гордо фигурирует в справочниках наравне с другими генералиссимусами — Евгением Савойским, Александром Суворовым, Иосифом Сталиным и Чан Кайши.

Анекдот в тему:

"В полк с проверкой приезжает генерал. Военнослужащие по очереди ему представляются:

— Командир танка сержант Иванов!

— Командир танка старший сержант Петров!

— Командир танкового корпуса прапорщик Сидоров!

— Что за чертовщина?! — спрашивает генерал у комполка. — Как прапорщик может корпусом командовать?

— Да он раньше танком командовал, а когда башню пропил, один корпус остался".

Шутки — шутками, но титулистика всегда была в почете. Вон даже народные депутаты Украины не выдержали и приняли закон, по которому им — депутатам — депутатский титул пожизненно принадлежит (даже если срок депутатства давно вышел).

Тут у наших депутатов небольшая промашка случилась. Когда они вносили изменения в Закон "Про статус народного депутата Україны", то вычитали его невнимательно. Так, пункт 5 статьи 1 говорит, что звание народного депутата с указанием номера созыва Верховной Рады сохраняется пожизненно (я согласно этому Закону теперь называюсь "народный депутат Украины второго созыва" ). Но статья 3 этого Закона запрещает народным депутатам быть министрами, мэрами, возглавлять коммерческие структуры и т.д. Если понимать закон буквально, то все члены Кабмина, которые хоть несколько дней были нардепами, не имеют права быть министрами. Конечно же, другие законы опровергают данную описку. Но все же я предлагаю депутатам добавить в статью 3 слова "действующего созыва". То есть, начало статьи 3 сформулировать так: "Народний депутат діючого скликання не має права…" и дальше — по тексту. Тогда статья приобретёт тот смысл, который в неё закладывали законодатели. Надо внести соответствующие изменения и в другие законы, например, в Закон "Про господарські товариства". В Законе "Про статус народного депутата України" очень много описок подобных той, которую я разобрал. В одном месте говорят о пожизненном статусе депутата, в другом — употребляют выражение "бывшие депутаты", в третьем — "народный депутат, срок полномочий которого закончился", в четвёртом — "народный депутат предыдущих созывов". Я думаю, последнее выражение самое точное — его надо использовать и в других местах Закона.

Помимо всего прочего народным депутатам по окончании полномочий еще присваивается первый ранг госслужащего (из 15-ти имеющихся), то есть, что-то вроде действительного тайного советника первого класса царских времён. (12)

Против последней меры (присвоения рангов) я спорить здесь не буду, ведь народный депутат, наряду с президентом, является фигурой, определяющий политику и законодательство страны, и в этом плане он ничуть не ниже министров и губернаторов. И если губернатору ранг присваивается, то депутат имеет на него не меньше прав. Другой вопрос — нужны ли ранги самим губернаторам. В советское время руководители областей и без них обходились — довольствовались только номенклатурой.

Номенклатуре досталось во времена перестройки от язвительных СМИ. Хотя зря её ругали. Ведь по сути номенклатура — это тот же табель о рангах, только более демократичный. Известно, что в царские времена чинопочитание достигало абсурдных размеров. Те, кто читал рассказ Чехова "Тонкий и толстый" могут вспомнить, как изменился и в какую лесть впал тонкий, узнав, что товарищ его детства по чину выше его.

"—… Ну, а ты как? Небось, уже статский? А?

— Нет, милый мой, поднимай повыше, — сказал толстый. — Я уже до тайного дослужился… Две звезды имею.

Тонкий вдруг побледнел, окаменел, но скоро лицо его искривилось во все стороны широчайшей улыбкой; казалось, что от лица и глаз его посыпались искры. Сам он съежился, сгорбился, сузился… Его чемоданы, узлы и картонки съежились, поморщились… Длинный подбородок жены стал ещё длиннее; Нафанаил вытянулся во фрунт и застегнул все пуговки своего мундира...

— Я, ваше превосходительство… Очень приятно-с! Друг, можно сказать, детства и вдруг вышли в такие вельможи-с! Хи— хи-с".

(А. Чехов "Толстый и тонкий" )

К началу ХХ века это всем изрядно надоело, и в 1917 году большевики отменили все титулы и чины, включая военные. Потом поняли, что кроме массы отрицательных моментов в системе чинов были и положительные стороны. Человек, который не прошёл низших чинов и должностей, как правило, не мог попасть в высшие. Это приводило к тому, что на постах находились как, правило опытные кадры. Поэтому большевики уже в 1935 году вернули чины военным. Чины у военных обусловлены спецификой службы и, за редким исключением, используются во всем мире. Для гражданских же кадров большевики создали более хитрую кодификацию — номенклатуру — перечень руководящих должностей, назначение на которые утверждалось партийными органами. То есть, для низших руководителей районного звена это был райком партии, для высших руководителей районного и части областного звена (кроме верхушки) — обком и т. д. Таким образом, номенклатура использовала очень важный положительный момент царской системы: кадры двигались вверх, как правило, пройдя низшие ступени, но из-за того, что кадры номенклатуры не имели классных чинов — не было чинопочитания, пронизывающего весь служилый люд.

Разумеется, рядовой инженер, наверное, неловко бы себя чувствовал, путешествуя в одном купе с директором СВОЕГО завода. Но встретившись с директором ДРУГОГО завода или, скажем, с академиком или председателем колхоза, вряд ли стал бы вытягиваться перед ним по стойке смирно, как коллежский асессор перед тайным советником, или капитан перед генералом. А сколько зависти, лжи, лицемерия породил табель о рангах! Даже дружба людей, находящихся в разных чинах, считалась в обществе чем-то ненормальным (нечто похожее было с известным писателем Гофманом, после того, как его лучший друг, Гиппель официально вступил в права барона, им приходилось публично соблюдать субординацию, не позволяя себе того дружеского поведения, которое было у них в юности).

Разумеется, во все эпохи место человека в социальной иерархии было очень важным. Но если в эпоху египетских фараонов, турецких султанов, русских царей любой, кто стоял хоть на ступеньку выше, относился к нижестоящим как к рабам, то в демократиях Запада и странах социализма такое безобразие исчезло. В наше время в постсоветских странах, важнейшее значение имеет финансовая составляющая. Появился слой богачей, и произошёл социальный раскол общества. Мне приходилось работать в одной организации, владелец и рядовой сотрудник которой когда-то учились вместе. Когда я наблюдал встречу этих двух людей, то видел, что психология их отношений куда более ненормальна, чем психология чеховских «толстого и тонкого». Нынешний «тонкий» только в узком кругу вспоминал, как они были накоротке с «толстым». Причём «тонкий» даже был его на курс старше. Теперь всё изменилось. «Тонкий» вытягивался в струнку перед своим бывшим товарищем.

И если в советское время директор завода и рядовой рабочий оба были наемными работниками государства, то в этом плане они стояли на одной ступени (рабочему было, КУДА жаловаться на произвол начальства). Теперь один — ВЛАДЕЛЕЦ, то есть, абсолютный монарх на своей фирме, а другой — НИКТО. Но тот же «толстый» лебезил перед рядовыми клерками проверяющих государственных органов. Он всем своим поведением подтверждал верность высказывания древнеримского полководца Марка Курия Дентата: "Самое главное — это иметь не золото, а власть над теми, у кого оно есть". Но если в советские времена, благодаря той же номенклатуре, наверх поднимался, как правило, опытный управленец, как говорится, прошедший и Крым, и Рим, то сейчас любой более-менее влиятельный чинуша может возвести на самую высокую степень госслужбы своего кума или любовницу, не имеющих ни малейшего опыта работы, ни малейших знаний и навыков. Например, если вы посмотрите биографию вице-губернатора одной из крупнейших промышленных областей Украины, то будете весьма удивлены. Родился он в 1980 году. С 2001 по 2005 год работал главным экономистом одного ООО, а в 25 лет стал вице-губернатором. За какие заслуги? Разгадку сей задачи можно найти лишь в родственных связях новоявленного вице-губернатора. Да и среди народных депутатов Украины немало людей, попавших в парламент благодаря родственным связям.

Одного отрицательного качества царской системы — старения высших кадров — номенклатура избегнуть не смогла. Хотя и во многих других системах, при той же развитой демократии, на высших постах тоже, как правило, пожилые люди. Исключения — революционные и военные потрясения, перевороты, коренные сдвиги государственного устройства, когда появляются двадцатичетырёхлетние командармы и двадцатисемилетние главы государств. Хотя и в этих случаях пожилых и людей средних лет в верхах больше. Просто никто не удивится сорокалетнему командарму, а его двадцатичетырёхлетний коллега — диво. Отсюда повышенное внимание СМИ и историков. Другим исключением являются системы, где должности (и сопровождающие их титулы) наследственные. Тогда герцогством может управлять и семнадцатилетний властитель. Конечно в том случае, если умер его отец. А другой при родителях-долгожителях может до седых волос сидеть в наследниках (как английский принц Чарлз). Кстати, в царской России великие князья, да и просто титулованные особы, ещё молодыми людьми получали очень высокие посты (и чины к постам в придачу), но занимали их до глубокой старости. Так великий князь Константин Николаевич четырех лет от роду уже имел высшее флотское звание — генерал-адмирал!

Сейчас все должностные лица стали как бы на звание выше, хотя реальный вес их уменьшился. То же можно сказать и про организации. Цеха советских времен стали заводами, заводы — объединениями. Бывшие ПТУ, техникумы и институты стали лицеями, колледжами и университетами. Те должности, которые в СССР занимали полковники (например, начальник облуправления МВД) сейчас занимают генерал-майоры и даже генерал-лейтенанты. Те посты, которые раньше занимали подполковники и майоры, сейчас занимают полковники. Любой, кто ездит в метрополитене может встретить там много полковников. Если это своеобразный демократизм, то я только "за". Но в данном случае это означает лишь то, что людям дали звания, не обеспечив их при этом даже транспортом. Раньше, если уж давали полковника, то только служащим на очень высоких должностях, и им непременно полагался персональный автомобиль с шофёром.

Большинство тех, кто при СССР были директорами заводов сейчас ГЕНЕРАЛЬНЫЕ директора, а директорами называют бывших начальников цехов. Хотя объём производства и количество работников, как правило, меньше, чем раньше. Практически исчезла должность, которая использовалась в СССР для руководителей небольших структур — детских садов, ясель, магазинов — "заведующий" (хотя заведующие отделов Центрального комитета Компартии были очень большими начальниками, но это исключение). Сейчас большинство бывших заведующих в лучшем случае директора. Редактора "районок" стали ГЛАВНЫМИ редакторами, хотя сами газеты стали выходить реже, тиражи их упали, штат редакций сократился. Там, где раньше работал просто бухгалтер, сейчас ГЛАВНЫЙ бухгалтер. На самой завалящей фирме сейчас все сплошь и рядом менеджеры, директора департаментов, начальники служб. Например, звание менеджера, которое задумывалось очень высоким, ассоциируется сейчас во многих постсоветских странах с рядовыми сотрудниками коммерческих структур.

Так во время парламентских выборов 2006 года я скачал с сайта Центризбиркома данные о всех кандидатах и прошерстил эту информацию на наличие аббревиатуры "ТОВ" (ООО) (13) и вот какие руководящие должности в ТОВ я обнаружил: директор, финансовый директор, исполнительный директор, генеральный директор, председатель совета директоров (!), управляющий ("керуючий" ), руководитель ("керівник" ), председатель (обычно в тех ООО, которые раньше были колхозами), председатель правления, председатель административного совета, председатель наблюдательного совета (14) и даже ректор (вот это да!). (15) Очень много попалось мне директоров и начальников структурных подразделений — отделов, департаментов, управлений и даже управлений филиалов (надо понимать, что ООО имеют филиалы, в каждом из которых есть управления, а в тех, соответственно, отделы, в тех — подотделы, сектора и т. д.), есть директора дочерних предприятий, есть и такая должность — "директор-главный редактор" (именно так — вместе!) дочернего предприятия. В общем, очень бюрократические сейчас у нас ООО.

Когда я работал (в качестве и. о. председателя) в Национальном совете Украины по телевидению и радиовещанию, мы посчитали нескромным в своем аппарате создавать управления, хотя имели на это все права. Так как Нацсовет по статусу выше министерства, его аппарат приравнен к аппарату Кабмина. Но из-за того, что у нас тогда в штатном расписании было около 160-ти должностей, мы посчитали чрезмерным иметь управления. Ограничились отделами. А структурные подразделения более высокого ранга назвали нейтрально — службы. В аппарате у нас было много кадровых управленцев номенклатурных времен, и они знали, что в те времена управления и главные управления (главки) — структурные подразделения министерств и ведомств — имели подчас больше сотрудников, чем во всем нашем аппарате.

Хотя и госорганы ныне тоже заразились титуломанией. Например, когда я был народным депутатом Украины (с 1994 по 1998 год), то в нашем комитете по СМИ были председатель, зам, секретарь и три председателя подкомитетов (по печатным СМИ, по электронным СМИ и по законодательным инициативам). Остальные депутаты были рядовыми членами комитета. Сейчас практически в каждом комитете есть, помимо председателя, ПЕРВЫЙ зам, замы, секретарь, а председателей подкомитетов куда больше, чем рядовых депутатов. То есть, в подкомитетах по сути нет простых членов — только начальство.

Разумеется, я далёк от утверждения, что все посты (даже приведенные мной в списке должностей ООО) — дутые. Я не исключаю, что есть крупные ООО, в которых есть громадные филиалы — настолько большие, что в них целесообразно создавать управления и департаменты. Но всё же отсутствие законодательно регламентированного перечня должностей и требований к ним приводит к тому, что многие руководители впадают в искушение дать себе и своим сотрудникам титулы более пышные, чем их реальная составляющая. Действительно — вот пришла наниматься на работу симпатичная девочка сразу после института (ой, простите — после университета). Что мне стоит вписать ей в трудовую книжку и на визитку слова "главный бухгалтер"? Да ничего не стоит. Зарплата и обязанности у неё будут те же, что и у бухгалтера, а так — сделал человеку приятное. Хотя даже простая логика подсказывает, что если есть ГЛАВНЫЙ бухгалтер, то в подчинении у него должен быть хоть один ПРОСТОЙ бухгалтер. Но причём тут логика, если нет законодательной регламентации штатного расписания не только в негосударственных, но и во многих государственных структурах.

Нельзя сказать, что государство совсем не занимается подобной регламентацией. Например, в Законе Украины "Про господарські товариства" установлен перечень обязательных руководящих должностей коммерческих структур. Для акционерных обществ — это председатель правления, для обществ с ограниченной ответственностью — директор или дирекция, которую возглавляет генеральный директор. Но вот расписывать в каком случае назначается директор (это логично для небольших ООО), а в каком — генеральный директор (это логично для больших ООО) законодатель не стал. А зря. Можно было бы вписать в закон минимальные требования. Например, при создании любого ООО его возглавляет директор. Если ООО вышло на такой уровень, когда штат его сотрудников перевалил за сотню, учредители имеют право создать дирекцию и ввести пост генерального директора. А если сотрудников по тем или иным причинам стало меньше, скажем, тридцати, то генеральный директор снова становится директором, а финансовый, исполнительный, коммерческий директора становятся замами директора. Естественно, я предлагаю это как один из вариантов. Возможны и другие подходы — скажем, увязать титулистику с объёмом уставных фондов предприятия.

Как я уже говорил, я не осуждаю людей, которые воспользовались тем, что государство так легкомысленно предоставило им возможность титулотворчества. Почему бы не назвать своё ООО — "Международный научно-исследовательский институт", "Академия бизнеса", да хоть "Генетическая лаборатория", если это не запрещено. В моей трудовой книжке тоже есть записи председателя правления всеукраинской общественной организации, президента и гендиректора коммерческих структур. Иногда такие звания давались авансом. А то, как я стал президентом одной небольшой киевской телерадиокомпании, вообще может служить прекрасной иллюстрацией к данной статье. В 2000 году в парламенте началась череда голосований по отставке четырёх членов Нацсовета по ТВ и РВ, избранных по квоте Верховной Рады в 1999 году. Причиной было изменение политической ситуации в стране после президентских выборов. Когда стало ясно, что отставка неминуема, я, естественно, начал искать себе новую работу. Договорился с учредителями одной из телерадиокомпаний о том, что в случае чего я возглавлю ее. Компания была небольшой. Я не знал, что там уже есть руководитель, думал, что пост вакантен и мне придется работать директором. Каково же было мое удивление, когда я узнал, что вместо скромного (особенно по нынешним временам) звания "директор", я буду пышно именоваться "президентом ТРК". На мои возражения я получил следующий ответ от учредителя этой организации: "Так что мне — директора теперь выгонять?". Оказывается, там уже был директор, а мой вопрос решили просто. Внесли соответствующие изменения в документы и "водрузили" над постом директора еще одну должность — президента. А меня утешили тем, что слово "президент" не несёт в данном случае никакой "крутизны". Его здесь надо понимать в изначальном смысле, то есть, как "первый" — просто первый из двух руководителей небольшой организации.

Наверное, нет ничего страшного в девальвации званий и титулов. Подобное происходило во все времена и у всех народов. Также во все времена находились люди, спекулирующие на человеческом тщеславии. Главное — не попадаться на их удочку.

Автор: Аксёненко Сергей Иванович

ПРИМЕЧАНИЯ:

1 — По аналогии с военными, где звание генералов давали командующим объединениями (армиями, фронтами, военными округами). Командир соединения (бригады, дивизии) часто довольствовался званием полковника.

2 — В эти игры в перестроечные времена начали играть и вполне взрослые люди, например, объединения казаков. Они шили себе пышные мундиры (наподобие генеральских) и среди них было трудно отыскать рядовых — все есаулы, атаманы и генеральные атаманы. Казаки и до сих пор не наигрались в "атаманов", хотя со времён перестройки прошло 20 лет.

3 — Многие разоряющиеся бизнесмены до последнего момента держат роскошные автомобили с водителями, дорогие офисы. Держат тогда, когда реального капитала у них уже нет. Но пышное "обрамление" оставляет шанс наладить нужные связи и восстановить бизнес. Если же этот бизнесмен начнет ездить на встречи в метро, то вряд ли кто-нибудь захочет иметь с ним дело. Да и многие мошенники нередко "разводят" на большие деньги, зарабатывая кредит доверия дорогими костюмами, взятыми напрокат "Мерседесами" и прочей представительской "шелухой". Пословицы "По одежке встречают …" ещё никто не отменял.

4 — Во время службы в армии, дивизией, где я служил, командовал полковник и звание генерала ему дали лишь когда он уходил на повышение.

5 — Сильный удар по престижу званий нанесло создание кадрированных частей, в которые большинство солдат призывались лишь на время учений (войны). Мне как-то довелось служить в одном кадрированном полку, так в нём на семьдесят офицеров приходилась не тысяча солдат, как в полноценной части, а всего лишь семьдесят.

6 — Приводя длинный список академий, я отдаю себе отчёт, что среди них есть вполне солидные и достойные организации. Перечисляю я их лишь для того, чтобы показать, как их много. Но с другой стороны, использование титулов академиков различных академий способно вводить людей в заблуждение. Однажды один бизнесмен вручил мне визитку с надписью: "Академик Украинской академии наук". Такой титул обычно ассоциируется с официальными академиками, состоящими в академии, которая является правопреемницей Академии наук УССР. На настоящего академика мой визави был не похож, и я решил узнать, что же это за организация. Оказалось, что "Украинская академия наук" — всего-навсего общественная организация, которая раньше называлась "Украинская академия наук национального прогресса".

7 — Нельзя сказать, что в советское время была только одна академия наук. Тогда помимо неё были (они есть и сейчас) академии педагогических, медицинских, сельскохозяйственных (ВАСХНИЛ) наук, академия художеств. Но тогда "пробить" появление той или иной академии было трудно. Академиков было мало, звание это, как правило, хорошо оплачивалось и ценилось в обществе. Кстати, не стоит путать академию как научное общество с академиями как наименованиями высших учебных заведений.

8 — А вот пример иного рода. Когда Верховная Рада Украины не смогла учредить орден как государственную награду (а делать это должен был именно парламент, путём принятия Закона), президент Л. Кучма создал своими указами награды с хитрым названием: "Відзнака Президента "Орден N". Вместо буквы N вставлялось, естественно, то или иное название, например, "Орден князя Ярослава Мудрого" или "Орден Богдана Хмельницкого". Слова "Відзнака Президента" употреблялись только в официальных бумагах. А в народе говорили, что президент наградил орденом (а не "відзнакою Президента" ) такого-то и такого-то. И многие "орденоносцы" даже не знали, что награждены не настоящим орденом, а наградой другой категории. Такое положение сохранялось до того, как в 2000 году появились настоящие ордена и медали Украины, в том числе и орден князя Ярослава Мудрого, Богдана Хмельницкого и т. д. Последняя "відзнака" была вручена 28.03.2000, а первый настоящий орден — 13.04.2000.

9 — Гораздо позже подобное словосочетание стал использовать журнал небезызвестной МАУП ("Межрегиональной академии управления персоналом" — оцените, как звучит!). До августа 2004 года журнал "Персонал" использовал надпись: "Журнал для всех, кто работает с людьми", а с сентября 2004 — "журнал интеллектуальной элиты". Довольно резкая смена вывески! Я думаю, не случайно эта перемена произошла именно после того, как наш журнал вышел на рынок печатных СМИ.

10 — Менее достойных, естественно, исходя из нашего субъективного мнения, ведь оценка творчества — вещь в известной степени субъективная и абсолютных категорий здесь нет.

11 — Тредиаковский, Ломоносов, Сумароков, Державин были ПРИДВОРНЫМИ писателями, и престиж им придавало то, что они были вхожи к монархам, замечены ими.

12 — Тогда тоже было примерно столько же рангов — четырнадцать, на один меньше, чем в современной Украине, но в царские времена по табели о рангах они назывались классами.

13 — ТОВ (товариство з обмеженою відповідальністю) или по-русски ООО (общество с ограниченной ответственностью) — знаменитое ЛТД — может создать группа граждан, внеся определенное (не очень большое) количество денег в уставной фонд. "Ограниченная ответственность" подразумевает всего-навсего то, что при банкротстве за долги участники ООО отвечают не всем своим имуществом (как при полной ответственности), а лишь теми деньгами, что внесли в уставной фонд. ООО на сегодня — один из самых распространенных видов субъектов хозяйственной деятельности. В реальности статус ООО имеют самые различные организации, от таких громадных структур с многомиллионными оборотами и сотнями сотрудников, как студия "1+1", до крошечных компаний, часть из которых существует только на бумаге, то есть, не имеет ни одного сотрудника.

14 — Так я перевел сразу два титула "голова наглядової ради" и "голова спостережної ради".

15 — Естественно, на визитке такой "ректор" не станет писать, что он ректор ООО "Институт культуры" или там ректор ООО "Институт экономики". Он напишет, что он ректор института культуры или института экономики, без всяких там "ООО".

Дополнение к статье "Про титулы и звания"

Наверное, нет ничего страшного в девальвации званий и титулов. Подобное происходило во все времена и у всех народов. Также во все времена находились люди, спекулирующие на человеческом тщеславии. Я уже хотел закончить эту статью конкретными примерами, как мне принесли публикацию Андрея Бойртона, где уже описаны почти все те случаи, о которых я хотел рассказать. Поэтому в качестве иллюстрации я решил дать краткие выдержки из упомянутой статьи.

С.И. Аксёненко

"КОРОЛЬ УКРАИНЫ" АЛЕКСИС ДУРАИШЭ

Олелько II, Алексис (Алехо) Бремейер-Ду-рацио-Долгорукий-Анжу — "наследник" российского престола, претендовавший также на украинскую, неаполитанскую и сербскую короны. Все началось с того, что в 1982 году некто Алексис Бремейер издал во Франции книгу "Я, Алексей, правнук царя". В ней сорокалетний самозванец приписал себе в родню почти половину венценосных особ Европы. Бремейер щедрой рукой раздавал титулы, жаловал своим спонсорам — новоиспеченным "баронам" и "атаманам" — несуществующие поместья в Сербии и в Украине, а в феврале 1992-го даже удостоился визита лидера Сербской радикальной партии Воислава Шешеля, от которого получил приглашение занять сербский престол. Разгоралась нешуточная интрига, которая, однако, разрешилась самым естественным и печальным образом — в 1995 году Олелько II скончался в Испании от СПИДа.

"ИМПЕРАТОР ПАВЕЛ II"

Еще один царь по паспорту именуется Эдуардом Борисовичем Шабадиным. Шестидесятилетний химик объявил себя Императором всея Руси Павлом II и сообщил, что является прямым потомком Павла I от его брака с графиней Варварой Прозоровской. Шабадин завел себе пиар-центр, именуемый "Пресс-служба Русского Императорского Дома". У царя Эдуарда Борисовича тут же нашлись подданные, готовые платить за счастье быть приближенными Его Величеству и, главное, иметь у себя дома красивые дворянские грамоты, подтверждающие их высокие дворянские титулы.

ДЖУНА ДАВИТАШВИЛИ

Одним наложением рук прокормиться можно, но сложно. Эта мысль пришла в голову экстрасенсу Джуне Давиташвили, когда она вдруг выяснила, что перестала быть единственным официальным экстрасенсом СССР и на этом целинном некогда поле началось лихорадочное толкание колдунов, знахарей и ясновидящих бабок Лукерий. Поэтому Джуна открыла Академию своего имени и стала, соответственно, президентом. А еще она создала организацию "Российское дворянское общество — новая элита", предварительно объявив себя ни много ни мало ассирийской царицей. Что это такое, мало кто понимает, зато всем очень нравятся золотые медали и рубиновые кресты, которыми Джуна щедро оделяет своих дворян. Что с того, что вступительные взносы стоят куда дороже этих изящных украшений, дело ведь не в деньгах — дело в Имени, в титуле нового дворянина российской элиты, который так приятно произносить перед своим обыденным Иван Иванович Иванов. Экстрасенсорные способности Джуны пока остаются под вопросом, но в ее умении видеть людей насквозь сомневаться, пожалуй, не приходится.

Кстати, стоит упомянуть, что академик и царица Джуна — еще и глава представительства Мальтийского ордена в России. Какого из двадцати ныне существующих? Это вопрос, который можно изучать долго. Но то, что раздаваемые Джуной кресты не имеют никакого отношения к древней рыцарской организации и без исследований понятно. Орден все-таки католический, и не католиков в него принимать было бы большим грехом.

"ИМПЕРАТОР НИКОЛАЙ III"

Некто Николай Дальский в девяностых годах стал ходить по различным государственным деятелям и рассказывать про цесаревича Алексея, которого в последние дни перед расстрелом царской семьи якобы подменили поваренком. Цесаревич вырос под чужим именем, вылечился от гемофилии, и у него родился сын, будущий император Николай III. И вот он тут, кхе-кхе, собственно, перед вами. Некоторые чиновники верили.

В 1993 году Николай III издал Манифест о восстановлении монархии и собственным императорским рескриптом присвоил себе звание генерал-адмирала. После чего занялся политикой. Был кандидатом в депутаты от Партии афганцев. В 1996 году решил стать президентом России, и Центризбирком даже зарегистрировал инициативную группу, выдвинувшую кандидатуру Дальского на пост президента Российской Федерации. Потом он передумал и начал вести активную агитацию за Ельцина, объявив, что своей царской волей назначает Б.Н. Ельцина президентом. В том же году "короновался".

КРЕССИ МОРРИСОН, РОДНИ НИКОЛС И ДЖОЭЛЬ ЛЕЙБОВИЦ

Все-таки первый приз за простоту и гениальность должны получить не угрюмые вереницы императоров и командоров, а эти нью-йоркцы, чей план оказался безупречен.

Они сняли офис на Манхэттене и зарегистрировали фирму под названием Нью-йоркская академия наук. Потом они всерьез взялись за научную литературу. Подошли они к делу ответственно: выбирали действительно тех людей, которые что-то делали для науки, после чего рассылали гениям письма, где сообщали о том, что за работу такую-то, опубликованную тогда-то и там-то, гении избраны членами Нью-йоркской академии наук. Вот номер членского билета и наши поздравления. Чтобы получить диплом, перечислите 96 долларов 48 центов на счет Академии (для иностранных членов сумма поднималась до 115 долларов). В принципе, все было честно. Академиками становились действительно талантливые люди. Они за сущие копейки получали красивые дипломы, которые эффектно смотрелись на стенах кабинетов. Ну а кто считает, что себестоимость диплома едва равнялась трем долларам! Сейчас, надо сказать, планка Академии упала. Войдя во вкус, отцы-основатели стали штамповать "академиков" тысячами.

Ярмарка тщеславия все еще раскручивает карусели, ее зазывалы не хрипнут, а шелковые ленты с орденами и званиями идут нарасхват. Хотя некоторые особы и смеют глумиться над величественным действом. Как, например, создатели Сосисочной интернет-академии (СИА). Зашедший сюда может немедленно получить диплом академика в любой области, любой титул и любое звание — имена посетителей, как обещают создатели сайта, будут навеки запечатлены в золотой книге Академии, а диплом с вензелями и латинскими девизами можно распечатать на принтере. Причем совершенно бесплатно.

(Андрей Бойртон)

Эта статья была напечатана в январском номере журнала «Время Z» за 2007 год (в реальности журнал «Время Z» №1/январь 2007 вышел из типографии и появился в продаже 28.12.2006).

Сергей Аксёненко

На иллюстрации — герцог Бургундии Карл Смелый, который так и не смог стать королём.