Бегство

0.00
 
Бегство

Он успел выстрелить из пистоли. Поднял тяжеленную эту дубину и выстрелил. Прямо в оскаленную морду боевого коня. В зверя, упрятанного в доспех из стали, в котором уже трудно было разглядеть благородное животное. Лошадей да Вэнни любил и в другой ситуации не смог бы поднять на красавца ствол пистоли и нажать на курок. Но этот конь в шипастом налобнике и бешенными глазами, был похож на демона, вырвавшегося из Преисподних и теперь озабоченным только одним желанием — нести смерть всему живому.

Он выстрелил и попал прямо в глаз. Массивное тело тяжеловоза чуть сместилось в сторону. Рыцарская пика, направленная в грудь командиру мушкетерского полка, прошла мимо. Сам рыцарь не успел сообразить, что тело животного под ним уже мертво, потерял равновесие и стал вываливаться из седла. Падая, мертвый демон врезался в буланого и выбросил капитана из седла. При падении на землю в глазах у него вспыхнули искры. Он уже не видел, как рыцари прошли сквозь его полк, как острый нож хозяйки — сквозь слегка подмороженное мясо. Не видел он, как разметав его людей, Ангелы развернулись и ускакали искать других противников. Он видел только грязь перед глазами, но вскоре перестал видеть и ее.

 

Первое, что он увидел, когда сознание вновь вернулось к нему, была грязь. И собственные руки в латных перчатках, которые вонзились в эту грязь, силясь поднять его тело. Еще он увидел отрубленную по локоть руку и мушкет, с раздробленным конскими копытами прикладом.

Все тело капитана замерзло и тряслось. Он не знал колько пролежал на холодной земле, но судя по окоченевшим до потери чувствительности членам, достаточно долго. Дополнением к холоду служила полная тишина и невозможность сфокусировать взгляд хоть на чем-то. Каждая попытка это сделать заканчивалась головокружением, а к горлу подступала рвота. Судя по вони грязи возле самого его носа, один раз его уже вырвало.

Понемногу глухота стала проходить. Сперва звуки были едва слышными, словно кто-то натолкал ему в уши корпии, но со временем звук их нарастал и нарастал. Стоны, отдельные слова и фразы, в которых не было никакого смысла. Сосредоточившись на одном из голосов, что звучал совсем недалеко, виконту удалось понять слова. Кто-то громко, почти крича, возносил Творцу молитву.

—… и будет Суд твой скорым и справедливым! И никакое дело человека не укроется от Тебя! И укажешь Ты праведным, что соблюдали заветы Твои! На место по правую и левую руку от Себя! А нечестивым покажешь на провал в Преисподнии! И молвишь — вот ваш дом! И будет так! И будет так! И будет так!

Взгляд виконта наконец обрел хоть какую-то четкость и он смог разглядеть молящегося. Средних лет мужчина в кожаном дублете и нашивкой сержанта на правом плече. Весь в грязи и крови, но не имеющий на первый взгляд никаких серьезных ран, стоял на коленях. Его остановившийся взгляд был направлен прямо перед собой, а руки опущены вниз. На фразе "И будет так!" он явно забыл, что говорить дальше, а потому повторял и повторял ее без остановки.

Земля вокруг молящегося, да и вокруг виконта, была завалена телами ополченцев. Множеством мертвых тел. Большая часть его полка лежала недвижно. Остывая.

Кое-где все-таки встречались и выжившие. Одни только выбирались из под тел товарищей и ошарашено смотрели вокруг, другие пытались неизвестно куда и с какой целью ползти, и третьи, уже вполне оправившиеся, сосредоточенно мародерствовали. Примеривали снятые с менее удачливых товарищей сапоги, потрошили поясные кошели. Размышляя, вероятно, так: мертвым вещи ни к чему, а нам еще послужат.

Не с первой попытки, но Джулиано смог подняться на колени. Совсем недавно это было не сложным действием, но сейчас отняло остатки сил. Пытаться встать на ноги он даже не пробовал — понимал, что не выйдет. Вместо этого он плюхнулся задом в грязь и стал медленно, едва шевеля непослушными руками, проверять снаряжение. На месте оказалась перевязь со шпагой и дагой, а вот шлем куда-то подевался. На кирасе с левого бока оборвались ремешки и теперь незакрепленный кусок стали болтался и мешал при каждом движении.

Дагой капитан срезал ремешки с правой стороны и броня упала в грязь с влажным хлюпаньем. Вслед за ней отправились наплечья и латные перчатки. Дышать стало немного легче. С другой стороны, теперь любая рана в корпус может стать для него смертельной. Он на миг представил себе, как выходит с клинками и без доспеха против пикинера или панцирного пехотинца и издал странный звук — то ли смешок, то ли всхлип.

"К демонам все!" — подумал он, отбрасывая в сторону дагу. Помолчал и вслух повторил:

— К демонам все! Катитесь к демонам со своей верностью мертвому императору! Вместе с ним и катитесь! А я пойду домой! Понятно! Домой!

Никто не ответил на его крик, не воззвал к присяге, верности слову и синьору. Только мародеры в светло-зеленых шарфах, повязанных поверх дрянных кирас на манер кушаков, бросили в его сторону недовольные взгляды. Они были недовольны своим вопящим капитаном. Мало того, что он притащил их на верную смерть, так теперь еще и орет, привлекая внимание к тихому месту, вокруг которого еще шумела битва. Виконт этого не видел, но один из мушкетеров даже посмотрел на нож у себя в руке, явно раздумывая — не прирезать ли крикуна.

К счастью для аристократа, он посчитал его недостаточно слабым и решил не искушать судьбу.

— Домой! — бормотал да Вэнни, при помощи измочаленного и более непригодного как оружия мушкета поднимаясь на ноги.

— Почему я должен подыхать за вашего дохлого императора! — шептал он, опираясь на импровизированную клюку и едва переставляя ноги, направляясь к чахлой рощице, откуда совсем недавно вылетела фрейская легкая конница.

— Я даже не видел его ни разу! Ни разу, вашу мать, я его не видел! — хрипел он, с трудом переступая через тело мушкетера, которого ударом меча разрубило от плеча до середины грудины.

— Император сдох… И мы тут все сдохнем! — вытолкнул он и едва не упал, подскользнувшись на чем-то сильно похожем на внутренности.

Сколько он смог пройти таким образом, да Вэнни не знал. Сотню шагов? Две сотни? Три? Мертвецов вокруг стало меньше, но еще встречались. Проклятая роща, до которой он пытался добраться, ближе не становилась. Наконец остатки сил покинули его и он тяжело опустился на землю.

Ему стало окончательно плевать — жив он или уже умер. Ушел даже терзающий его сердце страх. Хотелось сидеть на месте и смотреть, как вдалеке, почти не различимые — скорее угадываемые — сражаются люди. Одни убивают других. Во имя каких-то третьих. Просто сидеть. И ни о чем не думать. Особенно — о последствиях.

Но человеческий разум — штука устроенная Создателем очень хитро. Стоило кончику хвоста мысли о последствиях мелькнуть в темных глубинах сознания молодого дворянина, как он уже не мог думать о чем-то ином.

Он ведь выжил. Выжил, но потерял полк. Ползет куда-то грязный и контуженный, растеряв по пути оружие и доспехи. Это бегство — тут как ни крути, как ни играй словами, а по другому его поведение не назовешь! Потерял полк, выжил и трусливо бежит!

"Спасает свою жалкую жизнь!" — презрительно вытолкнет его отец, если, конечно, сам выживет после этой битвы.

"Виконт вышел к нашим позициям один, без оружия и с совершенно безумным взглядом!" — будут шептаться на приемах его сверстники, многие из которых и боя-то никогда в жизни не видели.

"После той битвы в нем появился какой-то надлом! Это уже совсем не тот человек, которого мы знали!" — припечатают его заключением дамы.

И все они будут правы.

Да, им не довелось стоять с мушкетерами-ополченцами за спиной, глядя на несущихся Ангелов Империи. Им не пришлось ползти по собственной блевотине и чужим кишкам, скидывая каждый лишний килограмм веса, чтобы не сдохнуть под его тяжестью. Но — кого это интересует, если ты дворянин, твой полк уничтожен, а ты выходишь к своим даже без шпаги в руке?

Позор рода.

Молчание в лицо и шепотки за спиной.

Презрение настолько плотное, что можно будет резать его ножем.

"Бросится на клинок?" — мелькнула серой спинкой другая мысль. Простая и очень привлекательная. Имеющая множество положительных сторон. Начиная от богатейших традиций в среде имперского дворянства в этом вопросе, заканчивая отсутствием необходимости волноваться о будущем. Джулиано даже посмотрел по сторонам, ища среди брошенного оружия подходящее для этой цели.

И тут его позвали.

— Виконт! — услышал он откуда-то слева. С трудом повернувшись и сфокусировав взгляд на трех всадниках. — Виконт да Вэнни, вы меня слышите?

  • Суперзлодей и уроки танцев / Запасник-3 / Армант, Илинар
  • «Зеркальный сон», Фомальгаут Мария / "Сон-не-сон" - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Штрамм Дора
  • Тема 39: "Двойной" / Флэшмоб "В ста словах": продолжение / point source
  • Повесть о Первой Зарплате... / Маруся
  • Голый / Drug D.
  • Заколдовать или сказку рассказать? / Прогулки в кадрах / Рина Кайола
  • На экране осени печальной / В созвездии Пегаса / Михайлова Наталья
  • Моё маленькое чудо / Мое маленькое чудо. / Балина Ольга
  • ПОСЛЕ НОЧИ. Vomitory Reflection / Сто ликов любви -  ЗАВЕРШЁННЫЙ  ЛОНГМОБ / Зима Ольга
  • *** / Сборник стихотворений / Кейлин Коул
  • Осенний мотив / Чужие голоса / Курмакаева Анна

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль