Мечты твоей смерти

0.00
 
Цой-L- Даратейя
Мечты твоей смерти
Мечты твоей смерти

День. Людная улица. Солнце ели заметно. Каждый занимается чем-то своим. Вдруг из-за поворота выбегает девушка лет 23-25 в кремовом свадебном платье. У неё рыжие волосы и голубые глаза. Она бежит со всех ног, временами оглядываясь. Эта девушка забегает за угол высокоэтажного дома.

 

В это время в начале улицы появляется ещё одна девушка. Белая кожа с налётом серого оттенка. Тёмно-шоколадные глаза и губы такого же цвета. Волосы каштановые по плечи. На ней надет плащ из лёгкой ткани. Он практически до пят. На рукавах был разрез до локтя.

 

Она бежит за первой девушкой.

 

Укромный уголок за домом. Рыжеволосая девушка сдирает с себя кожу. Крики сдержаны, чтобы её никто не услышал. Вышла она оттуда уже имея другую внешность: пепельный цвет волос и карие глаза. Она настороженно огляделась по сторонам и быстрым шагом направилась через дорогу, невзирая на дорожное движение. Она шла и обрывала платье, чтобы не выделяться из толпы.

Середина улицы. Бегущая девушка остановилась.

 

МОККА.

Она сменила облик. Чёрт!!! Нельзя было выпускать её из плена.

 

Глядя по сторонам, она случайно заметила на асфальте ленточку от свадебного платья. Она подошла и присела на корточки, приподняв ленточку. За спиной раздался гул тормозов и крик девушки. Девушка с лентой в руке шепнула про себя.

МОККА.

Каролина!

 

И тот же час встала и побежала на место аварии, зажимая ленточку в руке. Растолкав толпу, она взглянула на сбитую девушку. Это была не Каролина. Какой-то мужчина пощупал ей пульс.

МУЖЧИНА.

Вызывайте скорую. Она же ведь ещё жива.

МОККА.

Ненадолго. Собирайся, пошли.

 

Девушка в красном плаще вытянула руку вперёд, а на её руке распустилась лилия, которая стала втягивать душу девушки попавшей в ДТП. Эта девушка, перед тем как её полностью засосал цветок, улыбнулась, хотя на глазах наворачивались слёзы. Когда душа оказалась в лилии, то та превратилась в бутон, а затем и во все исчезла.

Ленточку она завязала на ухе.

Бар. В нём всего несколько человек. Посередине стоит бильярдный стол, а возле него столики. За барной стойкой сидит парень лет 25 азиатской внешности и пьёт коктейль через трубочку. У него проколота бровь, и взгляд проникает прямо в душу. На стойке лежало что-то вроде блокнота в жестком переплёте, но это напоминало книгу. Рядом лежала ручка. Сделав несколько глотков, он взял ручку и стал записывать свои мысли.

На экране появляются буквы.

ПУТЬ СМЕРТИ.

Она приходит за нами и уводит в свою империю. А может быть, она уводит нас в свою загадочную душу? И оставляет нас там, как своих аквариумных рыбок. Может, после смерти мы наполняем её собой: своей мудростью, своими тайнами. Вот почему первыми уходят таланты. Нет, не те, которые надумали себе этот талан при помощи денег, тела или пошлости. А те, кто настоящий и не продаваемый. В этой жизни нельзя размениваться, иначе плата будет чересчур велика.

Наверняка, мы живём лишь для того, чтобы красиво умереть. Нет, моя последняя фраза нелогична, ведь если бы это было так, то мы были бы при смерти каждый день. Это как репетиция перед важным спектаклем.

Скорее всего, мы живём, чтобы много чего познать, затаить в себе, а потом всё это отдать ей, нашей смерте…

Я думаю, что…

Вдруг он отбросил ручку и изменился в лице. В его ушах звучал голос.

 

МУЖСКОЙ ГОЛОС.

Находка. Ты станешь находкой тумана.

 

В бар заходит девушка в красном плаще. Садится за барную стойку рядом с парнем. Она заказала себе морковный сок и начала его пить большими глотками. Парень пришёл в себя, огляделся по сторонам. Затем он подобрал ручку с пола. Хотел продолжить своё писание, несколько секунд поколебался, после чего закрыл книгу и стал медленно пить свой коктейль. Задумчиво смотрел в одну точку. Затем он случайно взглянул в сторону девушки и заметил, что у неё на ухе ленточка. Он поперхнулся. Затем отвернулся в другую сторону. Водит трубочкой в коктейле с улыбкой на лице. Сдерживался, как мог. Но потом рассмеялся во весь голос. Она удивлённо посмотрела на него. Через несколько секунд к её удивлению добавилась капелька раздражения. Так он долго смеялся. Когда он перестал смеяться, она серьёзным тоном задала ему вопрос.

МОККА.

Ты псих? Нет — нет! Ты псих! Что смешного?

 

Спросила она протяжно и с долгими паузами.

ЛИМ-ШУЙ.

Я псих? Возможно! Но никогда не думал, что такой диагноз мне поставит девушка, у которой ленточка завязана на ухе. Да ещё и на бантик завязана. Вот это меня забавляет.

МОККА.

Я тебя забавляю? Ты странный.

 

Он вновь рассмеялся.

ЛИМ-ШУЙ.

Извини. Это лучший комплимент, который я когда-либо ловил в свой адрес. Спасибо…

 

Не зная её имени, он вопросительно взглянул на неё.

МОККА.

Моё имя Мокка.

ЛИМ-ШУЙ.

Спасибо, Мокка.

 

Мокка встала и направилась к выходу. Он задал ей вопрос вслед.

ЛИМ-ШУЙ.

Когда встретимся?

МОККА.

Не ждал бы ты встречи со мной, Лим — Шуй, ведь я твоя смерть.

ЛИМ-ШУЙ.

Что?

 

Она молча вышла из бара.

 

Улица. Ночь. Горят фонари. Идёт дождь. На улицах никого нет. Но тут вначале улицы появляется Лим — Шуй. Он достаёт из кармана пачку сигарет, достаёт сигарету. Кладёт в карман пачку. Достаёт зажигалку и закуривает. Сделав затяжку, он начинает уходить в свои раздумья.

ЕГО ГОЛОС ЗА КАДРОМ.

Смерть не приходит к тем, кто её не боится. В этом я абсолютно уверен. Если бы я встретил её, то задал бы ей только один вопрос: кто мы после смерти? Куда мы попадаем, меня мало волнует, а вот кто мы после жизни? Кто? Кто же? Крупица сахара на чьём-то лице, или чья-то застывшая кровь на рукаве? А может, мы становимся ветром и разбегаемся по городам мечты: кто-то убегает в Рим, кого-то неудержимо манит в Токио, а кому-то восторженно пленил Шанхай.

Мы будем пылью у ног живых? Или только после того, как мы умрём, станем живыми? А сейчас мы… Разве существует слово мы? По-моему, нет. Все уже давно поодиночке. Каждый защищает себя, подставляя при этом других.

 

На лавочке сидит Каролина. Вначале он прошёл мимо неё, а затем остановился и присел к ней на лавочку. Некоторое время они сидели в молчании. Затем он спросил, выбросив окурок в урну.

ЛИМ-ШУЙ.

Нравится дождь?

 

КАРОЛИНА.

Нравится, потому что он внутри. Я от него не избавлюсь. Дождь, как дыхание. Закончится дождь — умрёт вдохновение.

ЛИМ-ШУЙ.

А может ночевать негде?

 

КАРОЛИНА.

Это пустяк. Это не сравнится с тонкостью и грацией бродяги-дождя.

 

Воцарилось молчание. Это молчание нарушила Каролина.

 

КАРОЛИНА.

Люди всего лишь грань.

ЛИМ-ШУЙ.

Грань чего? Или… кого?

 

Заинтересованно спросил Лим — Шуй.

КАРОЛИНА.

Неважно.

ЛИМ-ШУЙ.

Ладно. Не хочешь отвечать — не отвечай. Я не настаиваю. Слушай, ну что, можешь у меня переночевать.

КАРОЛИНА.

Дождь почти уже закончился, так что, пошли.

 

Они встали и пошли. На лавочке остался какой-то маленький мешочек из материи. Каролина остановилась, обернулась и взглянула на этот мешочек. Загадочно улыбнулась и пошла дальше.

Квартира. Открывается дверь. Лим зажигает свет в прихожей. Они заходят в квартиру и закрывают дверь. В прихожей лежит гитара. Валяется телефон 19 века и так далее… По всей квартире лежат книги. А на стенах рисунки, которые нарисовал он. Он разулся. Вытирая голову полотенцем, спросил.

ЛИМ-ШУЙ.

Чай будешь?

КАРОЛИНА.

Да.

 

Он отправился на кухню, бросив полотенце на стул. Она разулась. Каролина медленно стала рассматривать рисунки Лима — Шуя. Она подошла к ним. Смотрела. Затем приподняла один рисунок, чтоб увидеть другой, который под ним. Приподняв рисунок, она вздрогнула. На рисунке был портрет Мокки.

В прихожую вошёл Лим — Шуй с двумя чашками чая. Подал ей чашку.

ЛИМ-ШУЙ.

Зелёный. Не против?

Каролина.

Я пью только зелёный. А откуда ты знаешь эту девушку?

 

Указала на портрет. Он подошёл ближе и удивился.

ЛИМ-ШУЙ.

Так вот почему она показалась мне знакомой.

КАРОЛИНА.

Когда ты её видел?

 

Ответа не последовало. Он стоял и смотрел на портрет, как заваражённый. А в голове прокручивались эпизоды разговора с Моккой.

 

ЛИМ-ШУЙ.

Я лягу на полу, а ты ложись на кровати.

 

Утро. Тёмный экран. Звучит попсовая песня. Лим — Шуй постепенно просыпается и открывает глаза.

ЛИМ-ШУЙ.

Что за блевотина? У меня же сейчас сердце остановится от такой бредятины с утра пораньше. Да ещё и на всю громкость, твою мать.

 

Он встал, оделся и отправился на кухню, говоря на ходу.

ЛИМ-ШУЙ.

Нет, всё — таки я разобью это радио, к чёрту. Разнощик заразы попсовой, фу.

 

Он добрался до кухни и выключил радио. Затем включил музыкальный центр. На весь дом зазвучал старый добрый русский рок-н-ролл.

ЛИМ-ШУЙ.

Вот что нужно слушать, если ты имеешь не только оболочку, но и что-то внутри неё.

 

Каролина вышла из ванной. Они сели пить чай. Он курит.

КАРОЛИНА.

Всё- таки люди меня удивляют. Разочаровывают до изнеможения.

ЛИМ-ШУЙ.

От чего же так?

КАРОЛИНА.

Просто… ыыы… ну они ведь не станут читать книгу, в которой нет смысла или сюжета, зато красивая обложка. Ведь не станут же??

ЛИМ-ШУЙ.

Не факт. Некоторые могут и читать. Ну, по-поводу таких личностей комментарии излишни. Хотя там личностью и не пахнет. Примитив.

КАРОЛИНА.

Это да. Но если с книгами так, то почему же это не распространяется на людей? Людей притягивает только внешность. Недопонимаю. Это как-то…

ЛИМ-ШУЙ.

Глупо?

 

Он сделал глоток.

 

КАРОЛИНА.

Нет. Это как-то грустно. Такая жестокость.

ЛИМ-ШУЙ.

А знаешь что?

 

Он затянулся.

ЛИМ-ШУЙ.

Вчера мне казалось, что ты выглядела как-то по-другому. Нет?

КАРОЛИНА.

Ха, да нет. Как вчера, так и сегодня. Я предсказуема.

ЛИМ-ШУЙ.

Значит, это я что-то напутал.

 

Камера показывает её лицо. Её черты лица потерпели изменения: форма носа и форма губ. Волосы стали темнее.

 

Улица. Лавочка, на которой вчера сидела Каролина. На другом конце улицы появилась Мокка. Она присела на корточки и начала трогать асфальт. Затем она закрыла глаза и глубоко вдохнула. Она увидела обрывки действий Каролины. Сначала Мокка увидела, как она срывает с себя кожу. Затем она увидела, как Каролина бежит, и услышала как бешено бьётся её сердце. После Мокка увидела Каролину на скамейке. Она тут же открыла глаза. Посмотрела на лавочку и увидела мешочек. Через секунду она была возле лавочки. Взяла мешочек в руки и открыла его. Оттуда она достала ключ. Маленький, тонкий и компактный ключик.

Вертя ключ в руках, Мокка задумчиво произнесла.

МОККА.

Так — так-так! Ай да Каролинка! Завела игру со мной?! Зря! Я — смерть, а ты всего-навсего кусочек чьего-то сердца. Вдохновение, неужели ты думаешь, что ты коварнее меня? Ты ошиблась. Игру начала ты, а играть мы будем по моим правилам.

 

Справа к ней подошёл ребёнок.

 

РЕБЁНОК.

Тётя, а что со мной? Меня никто не видит. Почему?

 

У Мокки из руки опять выросла лилия и засосала его. Затем цветок также неожиданно исчез. Мокка выбросила ключ и пошла.

 

Бар. Лим — Шуй с каким — то парнем играет в бильярд. Парень делает ход. Потом ход делает Лим — Шуй. Затем ходит парень, а Шуй держит обеими руками кий. Прислонился к нему и начал рассуждать, глядя на удар парня.

ЛИМ-ШУЙ.

Бильярд. Луза. Удар. Мне кажется, что жизнь старается нас отправить в лузу. Спихивает нас в руки смерти, чтоб ей насолить.

ПАРЕНЬ.

Лим — Шуй, ходи! Чего замер?

ЛИМ-ШУЙ.

А? Что ты сказал?

ПАРЕНЬ.

Ходи, давай. Твой ход! Ты где вообще?!

 

Лим — Шуй посмотрел на него. Потом прицелился и перед самым ударом философски произнёс.

ЛИМ-ШУЙ.

В мыслях…

 

Он сделал удар и закатил в лузу сразу три шара.

ПАРЕНЬ.

Круто!

 

Сказал с восторгом парень. Затем Лим — Шуй небрежно бросил кий на бильярдный стол.

 

ЛИМ-ШУЙ.

Надоело!

 

После этих слов Лим — Шуй пошёл и сел за барную стойку.

ЛИМ-ШУЙ.

Бутылку вина.

 

Раздражённо фыркнул он бармену. К нему подсел парень, с которым он играл.

ПАРЕНЬ.

Слушай, надоело в бильярд, давай в покер?!

ЛИМ-ШУЙ.

На – до – е — ло!

ПАРЕНЬ.

Что «надоело»?

ЛИМ-ШУЙ.

Жизнь!

ПАРЕНЬ.

Ха, что? Вот это разговоры! Ты же вроде сегодня алкоголь не употреблял, а несёшь какой-то пьяный бред. Лим — Шуй, что с тобой?

 

Бармен ставит на стойку открытую бутылку красного вина и наливает вино в бокал. Лим-Шуй берёт и выпивает содержимое залпом. Затем наливает из бутылки ещё вина. Снова выпивает залпом. Вновь наполняет бокал.

ЛИМ-ШУЙ.

Что со мной? Надоело жить и не знать, кто ты такой есть! Это — дисгармония. А там, где дисгармония, там не будет умиротворения, просветления, нирваны! Я заблудшее сознание. Надоело не узнавать свой путь. Любое моё подтверждение находит опровержение. Сначала я сам себя в чём-то убеждаю, но потом нахожу своему убеждению сотни лазеек, которые ведут в другую теорему.

 

Лим — Шуй поднял бокал с вином на уровень глаз. Поболтал его по бокалу, глядя на вибрации жидкости. Выпил залпом и произнёс.

ЛИМ-ШУЙ.

Я устал. Надоело!

 

Поставил бокал на барную стойку и вышел из бара.

ПАРЕНЬ.

Эй, не пытайся думать о глупостях!

 

Лим — Шуй вышел из бара, сделал пару шагов и остановился закурить. Сделав затяжку, он подошёл и произнёс.

ЛИМ-ШУЙ.

Зачем о них думать, их делать нужно.

 

В голове родился монолог. Идёт по улице и курит.

 

Голос за кадром.

ЛИМ-ШУЙ.

Тот, кто говорит, что хочет умереть, больше всех ценит жизнь со всеми её проявлениями. Даже с болью?

 

После этих слов он остановился. Выбросил сигарету и смерено изрёк.

ЛИМ-ШУЙ.

Даже с болью!..

 

Он немного прошёл и остановился на проезжей части. Смотрел в одну точку, задумался. Вдруг на дороге появилась машина. Она ехала с бешеной скоростью на него. Машина сигналила ему, слепила фарами, но он не обращал внимания. Стоял на месте как вкопанный. Он взглянул на машину, когда она была почти рядом. Машина его сбила и уехала. Лим — Шуй остался лежать на дороге в крови. Вдруг вся улица погрузилась в густой туман. На горизонте появился силуэт. Этот силуэт стал двигаться в сторону Лим — Шуя. Подойдя ближе, стала ясно, что это — Мокка. Она подошла к Лиму и наклонилась над ним.

МОККА.

Лим — Шуй, я бы забрала тебя, но ещё не пришло твоё время. Ты бы обрёл покой с ней, но я не хочу, чтобы вы снова встретились.

 

Мокка коснулась его волос. Он покрылся инеем, а потом исчез.

 

Утро. Квартира Лима-Шуя. Он лежит на полу. На нём нет крови, ни ссадин, будто и не было той аварии. Рядом лежит портрет Мокки, который он нарисовал, и который случайно заметила Каролина. Шуй ели-ели проснулся. Посмотрел по сторонам и заметил рисунок. Поднял его, чтоб посмотреть. Рисунок стал размыт, словно в тумане.

ЛИМ-ШУЙ.

Странно! Я этого не рисовал.

 

Улица. День. Мокка идёт по улице и заходит в какое-то кафе. За одним из столиков сидит мужчина лет сорока и пьёт кофе. Мечтая, смотрит в окно. Мокка входит в кафе, осматривается, а затем подходит и садится за столик к этому мужчине.

МОККА.

Привет!

 

МУЖЧИНА.

Привет!

 

МОККА.

Зачем звал?

 

МУЖЧИНА.

А ты не знаешь?

 

Несколько секунд молчания. Затем она нехотя произносит.

 

МОККА.

Догадываюсь, к сожалению. Это касается Лим — Шуя?

 

МУЖЧИНА.

Именно. Он погиб. Ты должна была его забрать, а не воскрешать из мёртвых. Ты понимаешь, что могло произойти сегодня ночью?

 

МОККА.

Понимаю. Но ради него я пошла на риск и сделаю это снова.

 

МУЖЧИНА.

Смерть влюбилась?

 

МОККА.

Смерть не влюбляется. Это какая — то непонятная привязанность. Может это потому, что он так отчаянно пытается меня познать?! Или это от того, что он ищет себя идя по моему пути?! Его путь рядом, но он настырно не желает его замечать. Он хочет понять смысл смерти, находясь среди живых. Но это невозможно. Суть смерти открывается лишь мёртвым.

 

МУЖЧИНА.

Мокка, запомни: такое не должно повториться. Поняла?

 

МОККА.

Я поняла тебя.

 

Он встал и хотел уже идти, но потом остановился.

 

МУЖЧИНА.

Ах, да. Чуть не забыл.

 

Он полез в карман и достал оттуда бильярдный шар с цифрой семь. Положил на стол.

 

МУЖЧИНА.

Тебе передала привет Каролина. Сказала, что ты поймёшь.

 

Мужчина ушёл. Мокка проводила его взглядом. Затем посмотрела на шар и взяла его в руки.

ВСПЛЫЛО ВОСПОМИНАНИЕ.

 

Дом. Комната в этом доме. В комнате за столом сидят Каролина и Мокка. Комната в красных тонах.

Мокка прикована к стулу.

КАРОЛИНА.

Мокка, я знаю, что ты хочешь покинуть свой пост. Неужели роль всемогущей симпатяги тебе больше неинтересна?

МОККА.

А тебе?

 

КАРОЛИНА.

Уже нет.

 

КАРОЛИНА.

Ты должна мучиться после того, что сделала со мной. Ты вырвала меня из её души, а её убила, хотя знала, что он без неё никогда не будет улыбаться. А ты видела его улыбку?

 

Она замолчала. После подошла и ударила Мокку по лицу, шепнув.

 

КАРОЛИНА.

Дрянь! Я забираю шесть сердец, а сердце седьмого философа я сама найду. Ключ у меня. Я не позволю тебе уйти с поста после всех твоих гадких поступков. Пока, Мокка!

 

Каролина отправилась к выходу. Мокка стала пытаться освободиться и начала кричать.

 

МОККА.

Каролина! Стой, Каролина. Давай поговорим. Я всё равно тебя найду и буду жестокой.

 

Кафе. Мокка начинает злиться и с криком бросает шар в окно. Тут же убегает из кафе. Она бежит и про себя говорит.

 

МОККА.

Я знаю, кто седьмое сердце философии – Лим — Шуй! Лим — Шуй!!! Этот ключ от его сердца. Нет, не позволю! Я поняла… я всё поняла! Я поняла, о ком она тогда говорила. Она жила в Лауре, а Лаура была невестой Лима — Шуя. После её смерти он стал искать себя. Я стала и его кумиром и его самым ненавистным врагом.

 

Бар. Мокка вбегает в бар. За стойкой сидит Лим — Шуй с Каролиной. Они о чём-то беседуют. Мокка уверенным шагом подходит к ним и садится рядом.

 

МОККА.

Привет, Лим — Шуй.

 

ЛИМ-ШУЙ.

О, Мокка, привет!

 

Каролина отвернулась.

 

МОККА.

Ку-ку! Каролина, я здесь! Привет!

 

Злостно произнесла последнее слово. Каролина с ухмылкой обернулась.

 

КАРОЛИНА.

Привет!

 

ЛИМ-ШУЙ.

Забавно, вы знакомы! Давно?

 

КАРОЛИНА.

Давненько, Лим — Шуй!

МОККА.

Заткнись, Каролина! Можно тебя на минутку? Нужно кое что сказать тебе.

 

Они вышли на улицу.

МОККА.

Отдай мне ключ!

КАРОЛИНА.

Нет. Хочешь и его убить, как Лауру? Как меня? Как его вдохновение? Нет. Пусть хоть он останется живым.

МОККА.

Я тоже не хочу его погубить. Но так нужно. В завете мёртвых так сказано. Семь сердец должно поселиться во мне, чтобы я стала бессмертной. Ты ведь знаешь орудие моей смерти — кровь единорога. ОН так приказал. Что же нам делать? Мы не имеем права ослушаться ЕГО.

КАРОЛИНА.

Без понятия, что делать…

 

В это время Лим — Шуй пишет в дневнике. Его голос за кадром.

ЛИМ-ШУЙ.

МЕЧТЫ ТВОЕЙ СМЕРТИ.

Все думают, что смерть это злая старуха, которая разносит печаль, горе и боль. Но с некоторых пор я стал думать, что она сама не в восторге от своей «профессии». Но такова её работа. И только. Как у киллера.

Я верю, что смерть умеет мечтать даже лучше нас, людей. Мне кажется, что ей снятся сны о глубине рек и страстях неразделённых дум. Ей видятся леса, в которых звучит музыка богов и голоса героев бесславно ушедших, хотя они заслужили аплодисменты.

Я сошёл с ума?

Или я познал истину смерти?

Если второе, то откуда пришло это познание?

Я чувствую, что встречался с ней, но когда, где? Ума не приложу, откуда у меня такие ощущения?

А может, мне подходит первый вариант? Скорее всего. Много думал, вот и свихнулся.

Дата.

Роспись.

 

Он отложил в сторону ручку и улыбнулся. Затем закурил. Лим — Шуй взглянул в окно. Мокка и Каролина о чём-то страстно беседовали, сопровождая каждое своё слово жестикуляцией. Затем в бар вошла взволнованная Каролина и подошла к нему.

 

КАРОЛИНА.

Лим-Шуй, возьми этот ключ и храни его, как своё сердце.

 

Он несколько секунд посмотрел на ключ, который ему протянула Каролина. Затем взял его и недоумённо спросил.

 

ЛИМ-ШУЙ.

А какие двери он открывает?

КАРОЛИНА.

Такие, о которых тебе пока лучше не знать. Рано!!!

ЛИМ-ШУЙ.

Интригующе звучит.

КАРОЛИНА.

Сейчас не до разговоров. Так ты сохранишь его? Умоляю! Так нужно.

ЛИМ-ШУЙ.

Хорошо, сохраню.

 

Он положил его в карман своей байки. Лим-Шуй поднял голову, но Каролины уже ни где не было. Он начал искать её глазами, но через несколько секунд перестал. Улыбнулся. Сделал затяжку. Потом открыл книгу и стал что-то рисовать. У него на лице менялись эмоции. Время от времени он делал затяжку. О чём-то думал, глядя то в окно, то на людей в баре, то на бильярдный стол. Каждый звук забитого в лузу шара отдавался эхом в его ушах. В голове всплывали фразы.

ГОЛОС ЛИМА-ШУЯ ЗА КАДРОМ.

Бильярд. Удар. Луза. Мы -шары. Жизнь-удар. Смерть-луза. А кий? А кий, наверное, это мы. То есть наши запреты, грехи и пороки. Радости, боль, нахождения самого себя. Жизнь спихивает нас, смерть принимает …. А мы просто сторонние наблюдатели! Сторонние наблюдатели своей жизни. Она всё время либо проходит сквозь тебя, либо проходит мимо.

 

Всё в снегу. Большими хлопьями идёт снег. Вокруг ничего, кроме деревьев. А на холме возвышается белый замок. Мокка и Каролина идут к этому замку. Преодаливая порывы ветра и снежную метель. Они входят в замок.

 

Замок. Мягкий белого цвета диван стоит возле камина. На нём сидит мужчина.

МОККА.

Здравствуйте!

МУЖЧИНА.

Привет! Достали сердце?

 

Она взглянула на Каролину. Через секунду молчания произнесла.

МОККА.

Нет, сердце не у нас.

 

КАРОЛИНА.

Я отказываюсь его убивать.

 

Мокка одёрнула его за рукав.

МУЖЧИНА (грозно).

Что?

 

Мужчина поднялся и подошёл к ним. Это был тот мужчина, с которым она встречалась в кафе.

МУЖЧИНА.

Мокка, успокой её и объясни ей, кто она. Она часть написанных строк, а ведь эти строки можно беспрепятственно стереть.

КАРОЛИНА.

Я … знаю!

МУЖЧИНА.

Я беседую со смертью. С моей сестрой. Не влезай в разговор тех, кто может лишить тебя речи. Лучше пойди и погуляй где-нибудь.

КАРОЛИНА.

Нет желания, ведь…

МОККА.

Каролина! Иди! Иди!

 

Каролина нехотя ушла.

 

МУЖЧИНА.

Не врёшь ли ты мне? Ты и вправду не смогла достать сердце из него?

МОККА.

Не вру. Я не достала его. Увы!

МУЖЧИНА.

А ключ? Что с ключом? Он у тебя, или всё ещё Каролина держит его при себе?

МОККА.

Ключ находится… в поиске. Он пропал. Точнее, Каролина его потеряла.

МУЖЧИНА.

Мокка, Мокка, Мокка! Мы же договаривались: я получаю семь сердец философов, а ты лишаешься своей уязвимости. Я — вечнобьющаяся просветление. Ты же — бессмертна.

МОККА.

Я помню, о чём мы договаривались, но всё вышло по-другому. Прости меня, Бог!

 

МЫСЛЬ МОККИ В ТОТ МОМЕНТ.

Просветления не достичь таким способом!

 

МУЖЧИНА.

Прощу, когда у тебя будет сердце Лима — Шуя. Я начал угасать. Люди меня не боятся и не поклоняются мне. А я отдал им своего единственного сына. Неблагодарные.

 

Замок. За окном идёт снег. В комнате на кровати сидит Каролина, держа в руках мягкую игрушку. Мокка вся на нервах смотрит в окно.

 

МОККА.

Ты сделала всё, как мы договаривались?

КАРОЛИНА.

Да!

МОККА.

Будем надеться, что на него это подействует, иначе Лим — Шуй останется лишь нашим воспоминанием.

 

СОН ЛИМ — ШУЯ.

Всё в чёрных тонах. Он берёт нож, который вынул из своего сердца, и смотрит на него. Вдруг он слышит крик Лауры, а затем она его зовёт.

 

ЛАУРА.

Лим — Шуй, ты нужен мне. По – мо – гиии …

 

ЛИМ-ШУЙ.

Где ты, Лаура? Лаура? Где?

 

Затем перед ним появляется девушка, которая стоит к нему спиной. Он кладёт ей руку на плечо. Она поворачивается и он видит, что у неё нет глаз. А из глазных яблок течёт ручьём кровь.

 

ЛИМ-ШУЙ.

Нет! Нет! Нет!

 

Просыпается с криком в своей квартире.

 

Улица. Лим — Шуй сидит на лавочке и пишет в своём дневнике.

ГОЛОС ЛИМА-ШУЯ.

Мне снова снятся эти кошмары. Я уже больше месяца не сплю. Лауре всё же плохо там, где она есть. Я должен ей помочь. Что со мной? Смерть начала игру со мной? Я её маска, или её жертва? А может быть, я — её мечта? Мечта не отличается от человеческой. Она не исполняется не у людей, не у смерти. В этом мы равны. Мечта-это ничто. Это пустота. Мираж, который соблазняет, да и только.

Ещё чуть-чуть и я сорвусь. Мне так противно, что я часть этого Мира. Он аморален, порочен, омерзителен. И мне так больно от того, что я с ним заодно. Я ничего не могу с этим поделать, но и смириться с этим я не могу. Выход там же, где и вход? Выход там, где свет? Выход там, где она? Выход там, где смерть?! Я имею ввиду смерть души. Чтобы ничего не чувствовать. Чтобы стать таким равнодушным, что на самого себя начхать.

 

Замок. Бог, Мокка, Каролина сидят за столом и пьют чай. Через некоторое время, сделав несколько глотков, он стал задыхаться. Затем он упал на пол и перестал дышать.

Мокка начала кричать, поглядывая на Бога.

 

МОККА.

Быстрее, Каролина, бежим. Мы должны успеть к Лиму. Быстро, быстро, быстро.

КАРОЛИНА.

Не переживай, успеем.

 

Они выбежали из комнаты.

 

Город. Мокка и Каролина идут по улице. На другой стороне улицы идёт Лим — Шуй, опустив голову.

МОККА.

Вон он!

 

Мокка показала на него пальцем.

Они подбежали к нему.

 

МОККА.

Лим — Шуй, привет! Ты как?

КАРОЛИНА.

Ключ у тебя?

 

Вдруг на руке Мокки выросла лилия и начала его засасывать.

 

Девушки были шокированы и скорбили о нём. Они этого не хотели, но Лим-Шуй так решил. Затем всё покрылось туманом. В порыве ветра они исчезли. Ветер листал страницы его дневника: рисунок, запись, запись, рисунок … А его тело несли на носилках в машину скорой помощи.

Конец.

Титры.

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль