Снеговики

0.00
 
Vanderer Tim
Снеговики
Обложка произведения 'Снеговики'
Снеговики

(В произведении использованы персонажи рассказа Никиты Писарева «Монстры, приходящие в метель»)

 

 

Прогноз погоды на две недели вперед говорил о снеге и метелях. А раз так, следовало пополнить запасы. Дров, соли и спичек хватало, а вот круп, макаронных изделий и консервов можно было прикупить. Ближайший магазин в соседнем селе, за десять километров. На лыжах плевое дело для меня. Необременительная прогулка. Забросив за спину рюкзак, я навострил лыжи, думая обернуться к обеду.

 

Вопреки ожиданиям, вернулся в свою избушку я ближе к пяти вечера. По закону подлости пришлось ждать пару часов, пока проведут ревизию в единственном на всю округу магазине. Благо, встретился дружок Колька, пригласил на чай. Чаем, конечно дело не ограничилось. Но и принять более ста грамм горячительного я не захотел. Не хватало еще на обратном пути путаться в лыжах! Закупив сахара, муки, макарон, гречки и дюжину банок тушенки, забив тем самым огромный рюкзак под завязку, я по своим следам вернулся домой. Около ворот меня встретил снеговик. Неказистая, немного скособоченная фигура с ветками вместо рук, с веточкой же вместо носа, глазами из угольков. Надо же, дети постарались, подумалось мне, когда я протискивался с пузатым рюкзаком в ворота. Только вот, откуда здесь дети? В поселке, где я зимовал из десятка двух домов жилыми оставались три. Мой и два на соседней улицы. Жили там старики, одинокие, бездетные. Другая странность пришла мне в голову уже дома, когда я выставлял консервные банки на стол. По улице, вообще, и особенно у моего забора и ворот, вокруг снеговика никаких следов, кроме мной проложенной лыжни не было.

 

Назавтра, как и обещали пошел снег. Несильный, но упорный. Небо затянуло свинцовыми тучами, грозя к вечеру усилением снегопада. Утро следующего дня приветствовало меня не только осадками с неба, но и вторым снеговиком. Не знаю кто и как слепил его, но он появился немного в стороне от первого, такой же нелепый, с каким-то злобным выражением его холодного, округлого лица. Вдоволь налюбовавшись на снежные фигуры, я натаскал в дом дров на несколько дней. Носить поленья из дуба и граба оказались непросто. Утомившись, я завалился на кровать, проваливаясь в сон.

 

Вечер меня встретил метелью и тремя снеговиками за забором. Обескураженный, я долго смотрел сквозь мутное стекло на недвижно стоящие округлые снежные фигуры, среди свистящей круговерти. Какого черта? Кому это в такую погоду приспичило лепить снеговиков у меня под окнами? Что за странное чувство юмора? Ну, ничего! — решил я. — У меня есть чем ответить вам! Одновременно заинтригованный и разозленный, так и не найдя ничего лучшего, как с утра, вместо завтрака и зарядки, потренироваться в стрельбе. Оружейный шкаф стоял в углу с вечно приоткрытой дверцей. Ключ от него потерялся давным-давно. Дом и двухстволка достались мне в наследство от деда. Никогда особо не интересовался охотой, но три снеговика в ряд это как мишени в тире. Повертев в руках, остро пахнущие маслом тяжелое ружье, я зарядил оружие патронами с мелкой дробью. Снеговики не утки, но думаю, пойдет! Испытывая примерно тоже, что и школьник, натирающий воском доску или подкладывающий кнопку на учительский стул, я распахнул окно. Ледяной ветер резанул по лицу, забираясь под рубашку. Чувствуя, что шутка не совсем удачная, все равно сжал в руках ружье. Стараясь не обращать внимания на мурашки, побежавшие по рукам, на вмиг заледеневшие щиколотки босых ног, я прицелился. Стрелок из меня, все равно, что балерина, но дробь есть дробь! Ба-бах! Приклад лягнул плечо, уши от выстрела заложило. Результат мне понравился — дробь разлетаясь веером снесла верхнюю часть крайнего слева снеговика. Снежные шары взорвались, будто в них заложили по парочке китайских петард. Я не ожидал такого эффекта, но мне понравилось! Решив не добивать, оставшийся от снежной фигуры нижний, самый большой шар, мое внимание переключилось на оставшиеся два других снеговика. Ба-бах! Ба-бах! В этот раз я бил дуплетом. К вящей моей радостью, еще две фигуры взметнулись снежными фонтанами. В самое яблочко! Удовлетворенный результатом стрельб и совершенно озябший, я закрыл окно, повесив на ноющее от выстрелов плечо двухстволку. За те несколько минут, что мне пришлось открыть оконные рамы метель намела в комнату немало снега. Чертыхаясь, я наступил в подтаявший снег, тщетно соображая куда запропастилась половая тряпка. Ну, вот, запустил зиму в дом!

 

Утром следующего дня, правое плечо не слабо так разболелось. Видимо, сильнее надо было прижимать деревянный приклад! Потирая ноющее плечо, я насторожился. В комнате раздавался неприятный скрежет. Будто кто ножом скреб по тарелке. Ориентируясь на звук, я обернулся, чтобы увидеть за окном… тем самым, из которого велась стрельба… прижавшегося к стеклу снеговика. Невольно я отшатнулся. Чтоб тебя! Созданный еще более уродливым, он стоял так близко к окну, что корявой веткой, которая заменяла ему нос скреблась на ветру о стекло.

 

Обозленный, я оделся и вышел на улицу. Пошатываясь от сильного ветра, несмотря на бьющий в лицо колючий снег, мне удалось обойти вокруг дома. Снегу намело по самый пояс. Никого. Никаких следов. Да и какие следы в такую метель? Только одиноко стоящий у окна снеговик. Я кутаясь в куртку, и натягивая капюшон еще раз огляделся вокруг. В молочной мгле, за забором мне показались три размытых силуэта. Округлых силуэта, на месте тех снеговиков, что я вчера расстрелял. Мне внезапно стало страшно. То и дело затравлено озираясь через плечо, я запустил тяжелое полено в снеговик, завалив его набок. Обойдя вновь вокруг дома, закрыл все деревянные ставни.

 

К вечеру, метель разыгралась настолько, что за свистом и воем на улице, я не услышал стук в дверь. Стук — сильный, размеренный, какой-то механический, не то что насторожил меня. Испугал до чертиков. На цыпочках подкравшись к закрытой на засов двери, я прислушался, совсем не горя желанием открывать. Что-то мне подсказывало, что там за дверью не заблудившийся путник. Отступая, к пышущей жаром печи, я услышал как нечто бьет и в деревянные ставни, норовя сбить их с петель. Сильно, ритмично, размерено… Чувствуя, что у огня безопасней всего, я присел на скамью у поленницы дров. Прикидывая, выдержит ли дверь и ставни, мне пришла мысль вновь достать ружье. Пересчитав патроны, в довершении к огнестрельному оружию, не знаю почему, но я засунул кочергу в печной зев, положив закопченную железяку прямо на объятое огнем полено. Что же там пришло к моему дому, в ночи, родившись в снежной мгле? То, что там, на улице, среди вьюжных вихрей нечто неживое и бесконечно злое, я почему был уверен.

 

К полуночи стук стал тише, и мне, утомленному страхом и напряжением от ожидаемой беды, удалось задремать, положив голову на руки, вцепившиеся в ружье. Лишь поэтому, я не заметил, как в тонкую щель под входную дверь стал проникать снег. Ветер на улице усилился настолько, что стал вдувать мелкий, колючий снег в малейшие щели дверного косяка, проникая в помещение. За несколько часов под дверью образовалась медленно тающие снежные комья. Разбудил меня хруст. Негромкий, ломкий хруст снежной корки… Вскинувшись, я уставился на размытую тень, медленно передвигающуюся от входной двери в мою сторону. Это еще что? Еще не совсем придя в себя, я вскочил, опрокидывая скамью. Свет от печи осветил самое настоящее чудовище — ростом с человека, карикатурно уродливого снеговика, небрежно слепленного из снега и льда! Корявые ветви, заменявшие ему руки угрожающе шевелились, тянулись ко мне. Цепенея от ужаса, я все же сумел поднять ружье. Грохот от выстрела оглушил меня. Дробь с такого близкого расстояния разметала снежное чудовище. От него осталось на полу серый снежный сугроб снега и быстро увеличивающаяся во все стороны лужа.

 

Едва я перезарядил ружье, как в комнаты из сеней ввалилось новое чудовище. Такое-же корявое, кособокое. А за ним, еще несколько снеговиков, только размером поменьше, да по шустрее. Большого я уложил двумя выстрелами, вновь оглохнув от выстрелов. Выстрел дуплетом — один выстрел в голову, другой в средний шар уничтожили чудовище. С более мелкими, вылепленные больше изо-льда, чем из снега пришлось повозиться. В скользящих по полу, словно на коньках снеговичков попасть оказалось гораздо труднее. Но истратив все патроны, я все равно оставил от ловких монстров лишь быстро тающие кучки снега и льда. Покончив со всеми, мне пришлось сесть, так у меня дрожали ноги. Сил ставить скамейку у меня не было, и я сел прямо на пол, возле печи. В глазах плясали яркие блики, в ушах звенело. В комнате висела серая дымка, остро пахнущая пороховыми газами.

 

Передышка, столь необходимая мне, оказалась ошибкой. Необходимо было незамедлительно идти к двери и чем угодно, хоть тряпками заткнуть щель под дверью! А так, пока я переводил дыхание из под двери, из снежной крупы и талой воды сформировался новый монстр. Не такой высокий, но с огромными узловатыми ветвями-руками. Кусочки угля, выполнявшие роль глаз, пристально и очень кровожадно следили за мной. Ружье, бесполезное без патронов, выпало из моих рук. Чудовище, медленно, но целенаправленно двигалось ко мне. Интересно, печной жар остановит его? — неожиданно спокойно подумалось мне. — Или попробовать ружьем как дубинкой? Тепло от печи лишь замедлило снеговика. Еще больше кособочась, оно все равно шло ко мне. А ведь, подобные монстры уже появлялись. В прошлом году, в соседней области такой же снежной зимой, они пришли в один из городков… Названия, которого я не запомнил, поскольку посчитал новость о страшной трагедии фальшивкой, вымыслом журналюг. Как оказалось нападение на город снежных монстров, пришедших из метели оказалось правдой! Тогда, погибло много людей. В квартирах и на улице. Выжила только маленькая девочка да парень, отделавшийся лишь ампутацией руки. Неужели и мне уготована судьба тех несчастных?

 

Снеговик нависший надо мной явно в этом не сомневался. А я вот не совсем был в этом уверен! Протянув вслепую руку, мои пальцы коснулись горячего металла. Подхватил раскаленную добела кочергу, я нанес удар по снежному монстру. Раскаленное железо разрубило чудовище пополам. Верхняя половина туловища упала к самому зеву печи и тут же стала быстро таять. Нижнюю половину, нелепо перекатывающуюся из стороны в сторону я добил, несколькими ударами кочерги превращая ее в снежное месиво, растекающуюся во все стороны грязной лужей.

 

Убедившись, что новых монстров не предвидится, мне наконец пришла в голову здравая мысль немедленно прикрыть щель под дверью старыми тулупами. Проверив окна и немного убрав лужи в комнате, я опять подсел к печи. Единственное оставшееся у меня оружие против снежных монстров вновь положил в печь, подкинув еще дров. Слушать свистящий вой метели за окном да настойчивое поскребывание и стук в ставни, мне не хотелось. На полке стоял стары, еще дедовский радиоприемник. Недолго думая, я включил его. Сквозь хрипы и свист помех пробился бодрый голос диктора. «Дорогие радиослушатели, а мы продолжаем. Непогода за окном если верить синоптикам продлиться еще две недели. Такой снежной зимы, мы не видывали давно! Но, не стоит печалиться! Метель не повод унывать!»

 

Действительно, не повод…

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль