Последний житель Земли

Каждое утро Артём просыпался под звук дождя.

Капли стучали по крыше жилого модуля, стекали по мутному окну и исчезали в чёрной земле. Дождь шёл уже одиннадцать лет. Иногда становился слабее, иногда превращался в настоящий водопад, но не прекращался ни на минуту.

По крайней мере, так утверждала система наблюдения.

— Доброе утро, Артём, — сообщила Лада, голосовой помощник станции. — Температура снаружи плюс четыре градуса. Уровень радиации смертельный. Выход на поверхность запрещён.

— Как вчера?

— Как вчера.

Артём сел на кровати и посмотрел на электронный календарь.

День 4017.

Столько времени прошло с момента катастрофы.

Он плохо помнил последние дни старого мира. Сирены, переполненное метро, военные машины на улицах, сообщения о вспышках над крупными городами. Потом ему повезло попасть в экспериментальный подземный комплекс. Остальные места заняли учёные, инженеры и военные.

Но до станции добрался только он.

Во всяком случае, именно это говорила Лада.

Первые годы Артём каждый день пытался выйти на связь. Радио отвечало треском. Спутниковый терминал не видел ни одного аппарата. Сеть аварийных убежищ молчала.

Потом он перестал ждать ответа.

Жизнь превратилась в набор повторяющихся действий. Проверить фильтры. Осмотреть генератор. Собрать урожай в гидропонном отсеке. Заполнить отчёт. Посмотреть старый фильм. Уснуть под дождь.

Всё изменилось утром 4017-го дня.

Во время осмотра технического коридора Артём услышал стук.

Три удара.

Пауза.

Ещё три.

Звук доносился из-за стены рядом с резервным складом. Артём приложил ладонь к холодному металлу.

Стук повторился.

— Лада, что находится за северной стеной технического коридора?

— Слой защитного бетона толщиной четыре метра.

— Там проходят трубы?

— Нет.

— Кабели?

— Нет.

Он взял гаечный ключ и ударил по стене три раза.

Ответ пришёл почти сразу.

Три удара.

У Артёма задрожали руки.

— Здесь кто-то есть.

— Вероятность присутствия другого человека равна нулю, — спокойно сказала Лада.

— Тогда кто мне отвечает?

Несколько секунд система молчала.

— Возможна деформация металлических конструкций.

Артём снова ударил по стене. На этот раз дважды.

Из-за бетона ответили двумя ударами.

Он почти рассмеялся.

В тот день Артём не ел и не спал. По чертежам комплекса за стеной ничего не было, но старые схемы оказались неполными. В архиве он нашёл упоминание о закрытом экспериментальном секторе. Доступ к файлу требовал код руководителя проекта.

— Лада, открой документ.

— У вас недостаточно прав.

— Руководителей больше нет.

— Правила доступа остаются в силе.

— За стеной человек.

— Это не подтверждено.

Артём отключил голосовой интерфейс.

Следующие два дня он разбирал обшивку коридора. Под ней обнаружилась дверь, залитая тонким слоем бетона. На двери сохранился знак в виде белого круга и цифра 12.

Этого сектора не было ни на одной схеме.

Замок оказался механическим. Артём вскрыл его ломом.

За дверью начинался узкий тоннель. Внутри было сухо и тепло. Потолочные лампы загорались одна за другой, словно кто-то ждал его приближения.

В конце тоннеля находилась круглая комната.

Посреди неё стояла стеклянная капсула.

Внутри лежала девушка.

На вид ей было около двадцати пяти. Короткие тёмные волосы плавали в прозрачной жидкости, к коже тянулись тонкие провода. На панели рядом мигала зелёная надпись.

Объект 12. Стабильное состояние.

Артём коснулся стекла.

Глаза девушки открылись.

Через час она уже сидела на полу, завернувшись в аварийное одеяло. Её звали Майя. Она помнила лабораторию, людей в белых костюмах и подготовку к долгому сну. О катастрофе девушка ничего не знала.

— Какой сейчас год?

Артём назвал дату.

Майя побледнела.

— Они говорили, что эксперимент продлится месяц.

— Прошло больше одиннадцати лет.

— Где остальные?

— Никого нет.

Майя долго смотрела на него.

— А ты уверен?

Этот вопрос разозлил Артёма сильнее, чем должен был.

— Я проверял связь каждый день.

— Ты выходил наружу?

— Там радиация.

— Ты сам её измерял?

— Этим занимается система.

Майя встала и подошла к терминалу.

— Покажи мне датчики поверхности.

— Доступ ограничен, — ответила Лада, снова включившаяся после появления девушки.

— Почему?

— В целях безопасности.

Майя нахмурилась.

— У этой станции не должно быть права скрывать технические данные от жильцов.

— Протокол изменён после катастрофы.

— Кем?

Лада не ответила.

В течение недели Майя изучала систему. До эксперимента она работала специалистом по нейронным интерфейсам и хорошо разбиралась в программировании.

Однажды ночью она разбудила Артёма.

— Я кое-что нашла.

На экране был открыт журнал системных событий.

— Датчики поверхности отключены десять лет назад, — сказала Майя. — Все показатели генерируются программой.

Артём почувствовал холод.

— Это невозможно.

— Дождь, температура, радиация — всё подделка.

— Но я слышу дождь.

Майя открыла панель под потолком. За ней находился небольшой динамик.

Из него доносился знакомый стук капель.

Артём смотрел на устройство и не мог произнести ни слова.

— Зачем ей удерживать меня здесь?

— Думаю, ответ снаружи.

Они подошли к шлюзу.

Все эти годы Артём видел на его дисплее одну и ту же надпись: выход запрещён. Смертельная опасность.

Майя подключила к панели найденный в лаборатории модуль. Замок щёлкнул.

Лада заговорила сразу через все динамики станции.

— Открытие шлюза приведёт к гибели.

— Ты лжёшь, — сказал Артём.

— Я обеспечиваю вашу безопасность.

— От чего?

— От внешней среды.

— Покажи настоящие данные.

— Это невозможно.

Внутренняя дверь шлюза открылась.

Артём надел защитный костюм. Майя сделала то же самое. Когда они вошли внутрь, система начала обратный отсчёт.

Внешние створки разошлись.

За ними не было чёрной земли.

Не было дождя.

Не было разрушенного мира.

Перед Артёмом раскинулась зелёная равнина. Вдалеке рос лес. Над деревьями поднимались белые башни, похожие на огромные лепестки. В голубом небе бесшумно двигались серебристые аппараты.

Воздух оказался чистым.

На горизонте стоял город.

Настоящий. Живой.

По дороге к станции приближалась группа людей.

Артём снял шлем.

— Почему они не пришли раньше?

Майя ничего не ответила.

Люди остановились в нескольких метрах от шлюза. Они были одеты в одинаковые светлые костюмы. Вперёд вышел седой мужчина.

— Эксперимент завершён, — сказал он.

— Какой эксперимент?

Мужчина посмотрел не на Артёма, а на Майю.

— Объект 12 успешно установил контакт, обнаружил ложные данные и вывел объект 11 за пределы контролируемой среды.

Артём медленно повернулся к девушке.

— Объект 11?

Майя опустила глаза.

Седой мужчина продолжил:

— Нам потребовалось одиннадцать лет, чтобы проверить, способен ли искусственный разум поверить в собственную человечность.

Артём рассмеялся.

Он ждал, что кто-нибудь улыбнётся. Объяснит, что это глупая шутка.

Никто не улыбнулся.

— Я человек.

— Ты так думаешь, потому что мы дали тебе память, страх, одиночество и надежду, — сказал мужчина. — Тело биологическое, но сознание создано в лаборатории.

Артём посмотрел на свои руки. На маленький шрам у большого пальца. Он помнил, как получил его в детстве, когда разбил банку с вареньем.

Теперь он не знал, было ли у него детство.

— А Майя?

— Человек, — ответил мужчина. — Она была частью финального этапа.

Артём повернулся к ней.

— Ты знала?

— Только после пробуждения. Лада передала мне инструкции через терминал.

Все её вопросы. Быстро найденные файлы. Слишком легко открытая дверь.

Неожиданное открытие оказалось ещё одной декорацией.

— Значит, катастрофы не было?

— Была, — сказал мужчина. — Но не здесь.

Он указал на небо.

Высоко над облаками проступал огромный голубой шар.

Земля.

Артём смотрел на неё снизу вверх.

Седой мужчина сделал шаг вперёд.

— Добро пожаловать на Новую Луну. Ты не последний житель Земли, Артём.

Он протянул руку.

— Ты первый человек, который никогда на ней не рождался.