Питэрра

0.00
 
Чорна Яся
Питэрра

Питэрра

— Когда вы вылетаете? — спросил Гэл у капитана.

— А вот сейчас, догрузим багаж и на взлет, заходите располагайтесь, — с вежливой улыбкой ответил капитан, желательно не ходить вокруг корабля, прицепится служба порядка, вас арестуют нас выгонят.

— Это почему? — удивился Гэл.

— Нелегальные перевозки пассажиров на грузовых кораблях, здесь, запрещены, цивилизация у них тут, даэр-тессс.

Гэл не задавал больше вопросов, видимо и вправду не любили старые космические бродяги порядка цивилизованных планет. Капитан, старая космическая акула, трехметровый ящер с четырьмя руками по происхождению диторец, раздраженно щелкнул когтистыми пальцами, пнул теплокровного мальчишку юнгу, который незадачливо крутился под ногами ящеров матросов, пытаясь помочь в погрузке самых легких тюков.

Гэл заскочил в корабль, его тут же толкнули в сторону трюма, там была оборудована большая каюта для пассажиров. Гэл не успел спуститься на нижний уровень, когда ящеры стремительно, как чертики заскочили в корабль, а зычный голос капитана прозвучал из всех динамиков:

— Экстренный взлет!!! Кто не успеет оставлю к рготту!

Гэл прислонился к переборке, вслушиваясь. Услышал тихий как шелест голос штурмана невысокого белокожего теплокровного с планеты Вилла:

— Что за срочность?

— Какой-то идиот местного министра убил и еще в добавок генерала, сейчас космодром заблокируют, ргот вылетим! — криком ответил импульсивный капитан, — хорошо из диспечерской сообщили, по старой дружбе, что начинается облава! Все по местам! Взлет! Взлет! Все дело испоганили! Такая прибыльная точка, даэр-тесс.

Гэл понял что нужно прочитывать команду прежде чем вскакивать в первый попавшийся корабль. Хотя, экстренный взлет его устраивал, ведь именно он был тем идиотом который испоганил дело капитану, казнив местных высокопоставленных преступников. Гэл криво ухмыльнулся и поспешил спустится в трюм.

 

***

Корабль взлетал. Калтокиец зашел в большую общую каюту, что была ничем иным как наспех отгороженной запасными переборками территорией большого багажного отсека. Корабль рванул на космическом двигателе, и дверь каюты закрылась. Багаж на месте, основной товар которым торговал капитан — рабы.

В каюте сидело около пятнадцати человек, разные по цвету кожи и типам: один кристаллик, два низкорослых ящера, один большой ящер и разноцветные теплокровные, среди них белокожий четверорукий аросец и один знакомый рыжий копроконец. Гэл сел возле доктора Корэ. Тот посторонился, хотя места хватало, и с плохо скрываемым удивлением спросил:

— Что вы здесь делаете?

— В данный момент сижу рядом с вами… В одной… — Гэл запнулся, он еще не так хорошо знал доктора Корэ, чтобы свободно выражать мысли нелитературными комбинациями слов, а литературных для сложившейся ситуации не находил.

— Все так плохо, — догадался умный доктор.

Гэл кивнул, и сам ошарашенный, что все оказалось так плохо...

 

***

Да все было плохо, и в доказательство общую каюту так и не открыли, ни через час, ни через два. Пассажиры начали роптать, стучать, ругаться, за бесполезным занятием прошел еще час. Гэл встал.

— Вы куда? — спросил доктор Корэ.

— Пойду узнаю, что здесь и почему, — ответил калтокиец.

— Это опасно, — начал было доктор, но осекся, — наверно не для вас.

Гэл с привычной ухмылкой кивнул, пошел к двери. Доктор Корэ вскочил и увязался следом:

— Вы знаете я летел на Рату, а дальше на Калтокийю, но видимо ни вы ни я туда не долетим.

Гэл проигнорировал высказывания доктора, только сказал:

— Я выйду, а вы не выпускайте отсюда никого, так спокойнее будет.

— А… ну да, ну да, — согласился доктор, наблюдая за тем как тэйл открывает запертую дверь, одним прикосновением руки.

— А на Милте вы так не могли, — ляпнул доктор и осекся под взглядом всекунду пожелтевших злых глаз оборотня, — извините.

— На Милте у меня противники были другие… — сквозь клыки ответил тэйл, и ушел.

 

Заперев пассажиров, пираты пили в кают-компании, оставив уже пьяного товарища сторожить товар.

Гэл прошел по кораблю работорговцев, словно тайфун по равнине, не встречая достойного отпора: спящего дежурного убил сразу, говорить с ним было бесполезно, рубку управления закрыл, заблокировав замок, штурман сам нарвался, с ним некогда было церемонится, девушка пилот испугалась сама увидев белые длинные клыки и желтые глаза, капитана-ящера пытавшегося оказать сопротивления зарезал когтями, мальчишка юнга забился в угол рубки управления и прикрылся подносом на котором нес капитану холодный тарэк[1]. Но вот незадача пока капитан совершал смертельную ошибку пытаясь атаковать тэйла, девушка пилот нажала маленькую кнопку под пультом и пульт управления заблокировало.

Заблокировало совсем, темные мониторы, неподвижные кнопки, запавший шарик управления, сгоревший передатчик и работающий на полную катушку двигатель. Гэл озадачено посмотрел на девушку пилота сидящую под пультом управления. Она зажмурилась, закрывая голову хрупкими детскими руками. Гэл вернул себе человеческую ипостась, отодвинул кресло пилота от мертвого пульта управления, сел в него с ногами, спокойно спросил у испуганной девушки:

— И куда мы летим?

— Н-н-на П-питэрру, — заикаясь ответила девушка, и снова зажмурилась.

— Как садится будем?

— Н-н-незнаю, — всхлипнула девушка пилот.

— Понятно, планета нас остановит, если мы ее не расколем с таким-то ускорением, — предположил мрачно тэйл, и тут же принял решение, — пойду ломать гравитационный двигатель.

Девушка заплакала, сжавшись в комочек под пультом управления. Мальчик юнга всхлипывал в углу, получился сопливый дуэт, Гэл рыкнул на этот детский сад и ушел.

 

Переборка кают компании вздрагивала, пираты пытались выбить дверь. Гэла атаковал высокий, сухой, морщинистый, напоминавший сухую ветку пират, оборотень перехватил дарка одной рукой за ворот комбинезона вжал в переборку, несильно ударил в живот чтобы унять прыть наносимых ногами ударов, и спросил:

— Там у вас механик есть?

— Что? — удивленно выдохнул пират.

— Ваша рьяная девочка вырубила пульт управления, мы летим прямо в планету, если не переключить гравитационный двигатель в ручной режим мы разобьемся, но я сам не успею сломать кожух, нужен помощник.

Несколько секунд дарк осознавал смысл сказанного, осознание ситуации отразилось гримасой ужаса на его лице. Он попросил отпустить его, Гэл выронил ворот пиратского комбинезона. Он разблокировал замок на двери кают-компании, оттуда вырвались вооруженные стульями и ножами пираты, Гэл частично перевоплотившись отскочил, но веткообразный дарк стал между своими товарищами и клыкастым зверем приказывая всем остановиться и крича что есть другие проблемы кроме оборотня. Пираты послушались. Оказалось, дарк был помощником капитана, вторым или третьим по рангу на этом корабле, звали его Апак Дарк, второе имя название родной планеты Апака приставлялось к именам всех жителей Дарка.

Апак приказал всем разойтись мо местам, вызвал из толпы механика, механик подходил к помощнику капитана медленно и боком он и сам был похож на краба с четырьмя длинными руками на коротких кривых ногах и круглым пивным брюшком. Другие пираты не разошлись, а только отступили, косясь на оборотня.

Пираты пошептались, механик с трудом сохраняя самообладание узнав новость захлебнулся кашлем, посмотрел на Гэла как будто тот был виноват в происшедшем, и крикнул, обернувшись к застывшей в коридоре толпе пиратов:

— Пэнтык! За мной!

Пэнтык — худенький юноша метр ростом, хорошо сложенный мускулистый и миниатюрный. Маленькие люди с Дылны всегда отличались техническими талантами, и охотно принимались на работу механиков, к тому же миниатюрные размеры позволяли им пролезть куда угодно.

Через десять минут занятые разборкой кожуха гравитационного двигателя пираты-механики забыли, что оборотня нужно боятся, и уже покрикивали на него, требуя слаженной работы, Гэл материл их в ответ. Апак следил за работой, бегая вокруг корпуса гравитационного двигателя как нянька вокруг младенцев, подавая инструменты и спрашивая:

— Ну что там? Ну что там? А вы успеете? Сняли? Добрались? А это сработает?

Штатные и нештатные механики послали его… За бэркгом.

До столкновения с Питэррой оставалось два часа.

 

***

Стремительное падение корабля притянутого гравитацией планеты, было остановлено своевременным поворотом магнитного ключа. Пиратский корабль завис над планетой такое резко, что казалось, корпус развалится, как и костяки людей находящиеся на борту.

Корабль завис и аккуратно лег на каменистое плато в полной темноте, на ночной стороне планеты. Все кто был на борту услышали странный зудящий свист. Гэл понял — корпус все таки лопнул, а на планете, куда они упали, атмосферы нет.

— Даэр-тэсс, — выругался Гэл, — ну что за… — И приказал Апаку, будто принял на себя командование на потерпевшем крушение кораблем, — нужно узнать где утечка, заблокировать несколько отсеков, перевести туда людей. Всех! И пассажиров тоже! Выполняй, только быстро иначе мы все сдохнем к рготу!

Заблокировать удалось только один отсек, первый от рубки управления. Гэл перевел туда пассажиров. Корэ держался рядом с ним, как большая тень.

Пассажиры и пираты еще не пришедшие в себя после падения и резкого торможения корабля, молча сидели в двух каютах и коридоре заблокированного отсека, пока еще не ругались. Корэ взялся вправлять поломанные конечности органиков, особенно жаловался четверорукий аросец у которого осталось только три целых руки, кристалик свернул себе челюсть, ящеры оказались крепче. И только со временем выяснилось, что у одного из полутораметровых открылось внутреннее кровотечение, пираты были покрепче, но и они не избежали травм. Девушка пилот отделалась синяком на скуле и вывихнула лодыжку, погиб только мальчик юнга, он не услышал приказ закрепиться и вышел в коридор, его сбросило с мостика на нижнюю палубу. Пэнтык тихо плакал, он потерял единственного друга.

Гэл и Апак закрылись в рубке управление.

— Вы летели на эту планету? — спросил Гэл.

— Да, здесь есть секретная база, мы раз в месяц доставляем им груз, — ответил Апак и поперхнулся, осознал, что тот с кем он говорит может оказаться кем угодно от королевского зейда и до представителя космического патруля, а работорговля карается и теми и другими, жестоко.

— На базе должны быть корабли… — предположил Гэл очевидное.

— Да там небольшой космодром и несколько рабочих бортов два грузовых и три пассажирских, и пять катеров.

— Чем занимаются на базе, зачем им рабы?

Апак понимал, что увиливать бесполезно, этот оборотень мог легко впасть в ярость и просто разнести ему голову ударом тяжелой лапы, ведь перевоплощался он мгновенно, и потому пират ничего не скрывал:

— У них там лаборатория, чем занимаются не знаю, дальше космодрома нас не пускали. База закрыта как тэдрол, даже над космодромом не силовое поле, а раздвижной купол со шлюзом.

— А теперь закрой глаза и представь место положение этой базы относительно приблизительного места нашей посадки.

Апак послушно зажмурился, усилие его воображение отобразилось гримасой на тонком морщинистом лице.

— Хорошо, километров десять… На твоем корабле есть скафандры?

— Десять скафандров и восемь малых гравитавов, одна нерабочая платформа.

— Да, и если ты сдашь меня этим лаборантам я тебя живого и мертвого достану, — спокойно и буднично предупредил Гэл пирата.

Апак сглотнул судорожно, он верил, тем более только промелькнула мысль продать таки пассажиров заказчикам выкупить кораблик и начать промысел снова. На миг Апак даже увидел себя капитаном, но было одно препятствие — оборотень. Главное не думать, как там его учил погибший капитан блокировать мысли? Если сумеет действовать не думая, то оборотня можно будет потерять в пути на базу.

 

Гэл, Корэ, Апак и еще трое пиратов летели над безжизненной каменистой равниной на малых гравитавах. Над горизонтом поднималось солнце, заливая красным светом дивный пейзаж, острые горы, каменистые арки, каньоны, черно-красные, яркие.

Гэл включил затемнение на шлеме старого скафандра, солнечные лучи, казалось прожигали скафандр. Без атмосферы даже далекая звезда была яркой и ослепительной. Неожиданно гравитав под ним чихнул, и перевернулся, Гэл слетел с седла, его еще по инерции протащило по острым камням, пыль взметнулась вверх и начала медленно оседать. Скафандр был поврежден, шлем лопнул, Гэл пытался закрыть трещину руками в рукавицах но понимал уже ничего не поможет.

Заметив что гравитав, на котором летел Гэл, перевернулся и рухнул на камни, Корэ остановился, призывая по связи вмонтированной в шлемы скафандров, пиратов остановится, но пираты как будто не услышали. Копроконец остановил гравитав, спрыгнул с него побежал к Гэлу. Пираты развернулись, и Апак выстрелил по гравитаву Корэ. Копроконец заметил, как его машину перевернуло и как пропало едва заметное свечение силового поля.

Пираты скрылись за грядой скал, Корэ едва сдержался, чтобы не сплюнуть, ведь дальше стекла шлема не доплюнул бы, выматерился и пошел к Гэлу. Но тэйл был мертв… Странно мертв, но безнадежно, он окаменел. Хорошо что окаменел, в вакууме это лучшая защитная реакция.

 

Шарт Дарэст был великим ученым, когда-то очень знаменитым, но зарвавшимся и потерявшим все свои статусы за несанкционированные преступные эксперименты над людьми. Мир отторг его гениальность, никчемные журналюги писали: «Доктор Шарт Дарэст положил на алтарь науки человеческие жизни». А сам доктор считал, что несколько никчемных человечков, без определенных талантов, рожденных только для продолжения рода, это не жертва, а дар науке. Органы экспериментального мяса в результате опытов отключились, но ради науки можно пойти и не на такие издержки.

Ученый назвал свое бегство потерей для мировой науки. К тому же ему предложили более выгодный контракт, правда предупредили что он не сможет опубликовать результаты экспериментов, но ученый хлебнувший человеческого презрения и ненависти и сам не хотел признания, его интересовала только результаты опытов, он хотел довести эксперименты до конца, и найти причину усталости и смерти. Тех, на кого работал Шарт, интересовала выносливость и регенерация человеческих организмов.

Теперь доктор Дарэст работал над своими исследованиями в лаборатории на планете Питэрра яркой, прекрасной но абсолютной безжизненной.

Шарт Дарэст был человеком среднего роста, второтипный белокожий, рыжие волосы сбривал, ненавидел рыжие волосы, прозрачные белые глаза прятал за темными линзами, одевался исключительно в фирменный пиджак с эмблемой нанявшей его лаборатории, как дань уважения тем, кто оценил его гениальность. Он был фанатиком и собирал вокруг себя фанатиков, выдающиеся способности к магии и телепатии помогали в изысканиях и общении с персоналом и помощниками.

Шарт изучал разумные расы, стойкость тел, силу воли, влияние души на тело и тело на душу, и считал что в этом единении есть секрет долгожительства, когда его коллеги не верили в существование души как таковой Шарт ее нашел и сумел увидеть и даже задержать в специальной ловушке, но ненадолго. Его эксперименты были изобретательны и гениальны, но чудовищны. Он вот, вот впритык подошел к величайшему открытию, он открыл что мозг человека не мыслит, а только накапливает мысли души и адаптирует их для материального восприятия, и у него закончился материал, сломалась ловушка для души и умер еще один человек. Остальные доступные ему люди не подходили для опытов. Ученый ждал новую партию разнотипных людей, его интересовали как хладнокровные, так и кристаллические. И вот с ним связался Апак, помощник капитана Ритга, поговорив с пиратом-работорговцем, загрустивший и впавший было в депрессию Шарт Даэст, ободрился.

Но Апак попросил личной аудиенции и ученый понял, что что-то не так. Ему доложили о: потерпевший крушение корабль, несколько движущихся в сторону базы, гравитавов, два оставленных сломанных гравитава, а рядом с ними двух людей в скафандрах. Шарт отдал приказ Начальнику охраны, привезти на базу всех кого найдут живыми. Ученый решил не платить пиратам, а забрать для опытов их самих вместе с товаром.

 

Корэ пытался расчитать расстояние, которое они пролетели, куда ближе, к кораблю или к базе. Он не слышал разговора между Гэлом и помощником капитана и увязался за Гэлом в последнюю минуту, вот теперь стоял и смотрел, не видно ли на горизонте хоть каких-то признаков человеческой деятельности. Но как он ни вглядывался, видел только замысловатые нагромождения разноцветных глыб и горную гряду. Солнце над головой начало пропекать сквозь скафандр, температура стремительно поднималась. Нужно бы найти укрытие, а идти уже ночью, но Корэ не знал когда наступит ночь, как и не знал, насколько ему хватит воздуха. Он подхватил мертвое тело Гэла и спрятался под каменистой аркой, надеясь, что день на этой планете не бесконечный и ночью он вернется на корабль, вот только в какой стороне этот корабль, гравитавы не оставляют следов.

Но как только Корэ устроился под аркой и задремал, над разбитыми гравитавами зависла гравитационная платформа. Из платформы выпрыгнули пятеро людей в скафандрах, такого же роста как сам доктор Корэ, двигались они плавно и уверенно, но копроконец сразу увидел что у этих вояк военного опыта еще нет, ведь они осмотрели сначала разбитые машины, и лишь потом по сторонам. Один из прилетевших заметил, как блеснул шлем под аркой и направил ствол в голову копроконца, динамик в шлеме скафандра хрипло воспроизвел:

— Выходи.

Корэ понимал, что сидеть под аркой в пустыне, где жарко светит сонце и нет атмосферы более смертельно, ведь даже если эти в скафандрах его расстреляют то это будет милосердно. Жаль Гэла… Ведь и ожить то здесь не сможет. И забирать с собой опасно.

Корэ встал на ноги, и вышел из-под тени арки.

— А там кто? — послышался в шлеме вопрос.

— Это? — Корэ оглянулся, — это труп, скафандр повредило.

— Тащи труп с собой, — приказал неизвестный человек в скафандре.

Корэ поднял на руки калтокийца и пошел к вооруженным людям в скафандрах. Его ни о чем не спрашивали, посмотрели датчики на старом скафандре, подкачали воздуха из запасного бака, заставили сесть на платформу, он как держал тело Гэла в поврежденном скафандре на своих руках, так с этим телом взобрался на платформу и сел, как ему предложили на пол. Платформа развернулась и полетела куда-то, еще дальше от корабля, над грядой камней.

Корэ аккуратно выглянул посмотреть, что там за бортом. Он много путешествовал по разным планетам Мира, но каждая планета имела свое лицо, каждая была по-своему прекрасна. Питэрра отличалась очень яркими красками и радугой силового потока над горизонтом. Огромный светлый спутник, как колесо мельницы котился по поверхности планеты, и небо над головой, если смотреть сквозь фильтры, было дивным, солнечные лучи, длинные светящиеся нити, освещали поверхность планеты, а всмотреться за лучами бесконечная головокружительная темень в разводах разноцветных пятен. Корэ посмотрел туда, куда летела платформа, увидел купола и блоки из материалов похожих на камень и стекло. Молчаливы вооруженные люди в скафандрах везли его туда, а там скорее всего есть воздух и не холодно.

На базе и вправду не надеялись на силовое поле, работали шлюзовые камеры, и те кто входил на эту базу проходили санобработку, в скафандрах. Потом снимали скафандры, и каждый из солдат касался пальцем небольшой панельки, подтверждая право войти на территорию.

Серые стены, прямые коридоры, пешеходные дорожки и дороги для передвижения на небольших машинах. Пробежала группа людей в желтых комбинезонах, худые и изнеможенные, босые они казались призраками, их сопровождало двое огромных охранников в коричневой форме, с парализаторами.

Доктора Корэ сдернули с гравитационной платформы, приказали бросить труп в кузов небольшого грузовика, и снять скафандр. Корэ подошел к грузовику там уже лежало три тела одно помощника капитана пиратов, другое механика и среди них тоненькое тельце помощника механика Пэнтика. Копроконец застыл над тележкой но на него крикнули, его оттолкнули и пнули, словно он перестал быть человеком и превратился в безмолвное животное, с ним никто не разговаривал, только толкали, сначала в душ потом в кабинет где сидел коллега. Коллега доктор молча и быстро осмотрел новоиспеченного раба и кивнул головой, медбрат сделал копроконцу укол в руку, вгоняя чип, и занес в базу данных номер. Потом ему дали желтый комбинезон и вытолкали в коридор, погнали вперед. Босиком было ходить совсем неудобно.

В большой комнате с металлическими нарами доктор Корэ встретил и своих недавних попутчиков и нескольких уцелевших пиратов, которые купили жизнь за рабство, и еще два десятка незнакомых мужчин и женщин угрюмых и отчаявшихся.

 

Гэл очнулся, мало того, что в металлической коробке, да еще и в холодильнике, его знобило. Значит, пока холод не добил его, нужно как-то выбираться, неприятно что ящик оказался в холодильной камере, но хорошо что сделан, этот гроб, из очень тонкой бляхи и вскрыть ее когтями не составило труда, что Гэл и сделал. А затем, сильно толкнул ящик сначала в одну сторону, ошибся, стенка гулко зазвенела, потом в другую, гроб выбил дверку и вывалился из камеры в помещение морга.

Два санитара вскочили, один даже завопил от ужаса, второй схватил скальпель. Гэл понимал, что как бы ему плохо сейчас не было, расслабиться и прийти в себя ему не позволят, он перевоплощался в прыжке на того санитара, который стоял со скальпелем в руке и нервно раскачивался. Лапы оборотня поскальзывались на кафельном полу, когти высекли искры. Санитар со скальпелем ничего не успел предпринять, он даже не заметил как большая лапа коснулась его горла, упал с разорванным горлом. Второй неврастеник забился под хирургический стол, Гэл вытащил его оттуда и запихнул в холодильную камеру. А потом вырвался в коридор…

 

Шарт Дарэст смотрел в экраны мониторов слежения. Он был слишком интеллигентным чтобы материться, но все маты, которые он когда либо слышал, всплыли в его сознании. Огромный темно-пепельный зверь мчался по коридору сметая охрану. Пули отскакивали от него, а парализаторы? Разве что бросать и убегать, а если зверь догнал отомстить за свою гибель, отчаянно ударив по страшной морде. Любые действия тщетны.

Зверь мчался на нижний уровень, туда где содержали рабов. Доктор Дарэст удивился, тварь знала куда бежать, велел показать ему откуда взялось на базе это чудовище, проследили по камерам зафиксировавшим продвижение зверя по коридорам вплоть до морга, просмотрели запись, как сломалась дверь холодильной камеры, как оттуда вывалился очень даже оживший труп и как он в секунду трансформировался в зверя.

На других мониторах в реальном времени зверь добежал до камеры рабов и вырвал с петель тяжелую железную дверь. К счастью на внезапное освобождение прореагировали только новоприбывшие рабы, старые были слишком обессилены работой и опытами.

Шарт Дарэст смотрел записи дальше вплоть до того момента когда оборотня привезли на базу, вид разбитого шлема навел его на мысль, и он велел начальнику охраны:

— Вы должны заблокировать его на стыке секторов в промежуточной камере и откачать воздух, рисковать нельзя, кто бы ни оказался в шахте не щадить, слишком опасно упустить зверя, он уничтожит всех нас.

Начальник охраны кивнул и сам сел за пульт управления базой.

 

За Гэлом пошел только доктор Корэ, несколько бывших пассажиров пиратского корабля и пираты. С воплями вооружившись оружием убитых охранников, они прорывались к космодрому. Гэл шел первым, доктор Корэ замешкался, помогая раненному коллеге по несчастью.

Тэйл был слишком уставшим и не внимательным, шел напролом из последних сил, потому, когда перед его звериным носом захлопнулась переборка, не сразу осознал что произошло. Ударил по этой двери пытаясь ее вскрыть когтями, а за спиной грохнула вторая заслонка. Вот тогда оборотень сообразил что его поймали в шлюзовой камере вместе с двумя атаковавшими огромными охранниками лидеанцами, и тремя жаждущими свободы новоиспеченными рабами, большим ящером и кристалликом.

Послышалось шипение и начало падать давление воздуха. Охранники застыли, ящер сообразил первым что это конец и заорал. Гэл начал царапать толстую металлическую дверь, но для того чтобы вскрыть эту дверь и десяти минут мало, а воздух откачали за три. Охранники тоже начали биться в дверь, но не долго. Охранники, и ящер начали задыхаться, потом истекать кровью пока не замерзли. Оборотень как огромный обреченный котенок лег у двери, и непонятно уснул или умер. Кристаллик упал уже в вакууме.

 

Доктор Дарэст стоял возле колбы и смотрел сквозь стекло на зверя. Колбой называли специальную стеклянную камеру, три на три метра, из двойного бронебойного стекла абсолютно герметичную. В колбе можно было создать любые условия. Робот мог отслеживать изменение состояния исследуемого индивидуума.

Оборотень едва помещался в маленькой для него камере, гибкое тело свернулось кольцом. Ни пульса, ни дыхания, ни тепла, но нет окоченения. Вернее оно было, когда зверя вытащили из шлюзовой камеры, но тело оборотня обмякло в зоне микроклимата. Доктор Дарэст считывал данные, полученные роботом.

Ни игла, ни скальпель не могли пробить шкуру пойманного зверя, срезать когти тоже не смогли, клочки состриженной шерсти мгновенно исчезли, словно растворились в воздухе. Зверь был неуязвим даже для кислоты, огонь всего лишь выбелил опаленный участок. Пуля с близкого расстояния слегка пробила кожу, но лучше бы не пробивала, несколько капель крови упали на стеклянный пол камеры и прожгли его, попытались исследовать кровь, она тоже исчезла, оставив несколько аккуратных дырочек в стекле. Просветили оборотня специальным разработанным самим доктором Дарэстом аппаратом, вместо души нашли темную блестящую паутину пронизывающую все тело зверя чудным узором.

Ученый ощутил, что его бьет мелкая дрожь, он нашел совершенное необычное существо, о существовании которого раньше не догадывался. А еще он сам себе не признался, что дрожит от страха, ведь прекрасно понимал, что будет если это существо вновь вырвется.

Установили камеры, Шарт Дарэст решил заснять момент перевоплощения зверя в человека под микроскопом, но для того зверь все-таки должен ожить. И в тоже время наполнить колбу теплым воздухом и оживить оборотня ученый не решался. И ничем иным кроме дивного зверя он теперь заниматься не мог.

 

Пойманных рабов вернули в комнату на нижнем уровне. На базе наступила абсолютная тишина, в коридорах дежурили только роботы наблюдатели, даже на работу в гидропонные поля никого в тот день не вывели, принесли странные тюбики с белковой пищей и цистерну с водой к которой на цепочке была привязана железная кружка.

Корэ утешал девушку пилота, у нее была истерика. А сам думал как выбраться из неприятной ситуации, и что теперь будет с калтокийцем, особенно когда местные научились его убивать. Хотя и Гэл теперь будет осторожнее, но как осторожнее на подобной базе можно блокировать любой отсек, тем более хозяева базы не щадили ни охранников ни рабов.

 

Гэл вздохнул, судорожно натужно, воздух был настолько разрежен, что легкие заскрежетали, но как-то приспособились в режиме экономии. Ужасный холод сковывал даже сквозь густую шерсть, ощущалось замкнутое пространство в замкнутом пространстве. Повернул морду, в ту сторону, откуда слышал испуганную, заинтересованную и восторженную мысль. Увидел белую головешку с выпученными, темными глазами, в белом пиджаке с красным символом на груди. Головешка улыбнулась и покачала головой. Гэл услышал голос из динамика робота, что пауком затаился под потолком колбы:

— Здравствуйте зверь невиданный, я бы хотел посмотреть на ваше человеческое лицо.

Гэл не ответил, ударил лапой по стеклу, когти прорезали его, и лапа с силой продавила, осколки посыпались со звоном вниз на дно колбы. Но, между первым и вторыми стеклами был вакуум, моментально высосавший крохи воздуха.

 

Бронебойное стекло колбы, которое могло выдержать удар атомной бомбы, было разбито, но зверь задохнулся и не успел выбить второе стекло. Шарт отскочил, но выбежать, как его помощники ему не позволила гордость. Понятно было, что исследования столь опасного и дикого существа проводить дальше опасно, но если не найти способ воспользоваться таким шансом, второго шанса и зверя жизнь не подарит, а доктор Дарэст маниакально хотел разгадать с чем столкнулся. И тогда он решил поместить оборотня в железную комнату. Раньше он не мог понять, для чего эта камера была вмонтирована в нижний сектор разработчиками лаборатории, теперь догадался для подобных случаев, мало ли какие твари в космосе водятся. Была эта камера окружена железными стенами толщиной с полметра, снабжена камерами наблюдения и закрывалась как сейф палринского банка. Но там к сожалению нельзя было регулировать воздух и давление, но было и одно преимущество — столь толстые стены зверь своими когтями не пробьет.

Не участвовавшие в коридорной бойне охранники едва не подняли бунт когда услышали приказ, занести зверя, пока не очнулся, на нижний ярус, только матерные вопли начальника охраны, и, скорее всего, обещание что будет еще хуже если тварь не запереть утихомирили возмущение испуганных лидеанцев. Оборотня заперли в железную камеру, вместе с обреченным роботом.

Зверь очнулся сразу, как будто его разбудил скрежет запираемого замка, осмотрелся, потом кинулся на стену, когти оставили глубокий след, зверь набросился на круглую, почти что герметичную дверь, но железо было крепким и царапать его пришлось бы долго. Застыл взъерошенный, шерсть дыбом, рычащий бьющий себя по бокам пушистым хвостом.

Сидя в своей лаборатории на втором уровне доктор Дарэст, восторженно смотря в монитор, приказал начальнику охраны:

— Заблокируйте весь отсек.

Начальник охраны был человеком исполнительным, сначала исполнял команду, а потом спрашивал:

— Мы откачаем воздух?

— Да, — ответил доктор.

— Но там все рабы и материал для исследований.

— А здесь мы, — коротко ответил доктор Дарэст.

— Вы думаете он вырвется?

— Да я думаю! — резко перебил ученый, держа руку над кнопкой которая запускала дегерметизацию отсека.

Зверь стоял напротив двери, смотрел на замок, замок щелкнул. Дарэст потянулся к кнопке, зверь посмотрел прямо в камеру, и казалось в глаза ученого, и сел.

— Вот хорошо. Умная тварь… — прошептал доктор, глядя в желтые глаза. Да, у него еще не было такого материала, он привык к запуганным людям. Если попадались такие которых сложно было запугать, их обкалывали успокоительными, или наркотиками, и они подчинялись, выполняя приказы, почти добровольно погибая под скальпелем, а душа улетала, отделившись от тела, почему-то неуловимая. А тут доктора самого запугали, и он стоял, держал затекшую руку над кнопкой и боялся пошевелиться.

 

— У нас торнадо пронеслось по базе?

Доктор Дарэст оглянулся, за его спиной стоял начальник базы, тоже ученый, но административная работа у него получалась лучше, чем научная.

— Нет. У нас оборотень пронесся по базе, — Шарт показал рукой на монитор.

— Ого, — воскликнул начальник базы Рап Кир, средний долгожитель лидеанец, именно его соотечественники составляли основную часть охраны. Лидеанцы народ агрессивный и воинственный, с другими расами плохо уживается потому лидеанцы в основном шли в наемники и воевали за деньги, и не только воевали. Доктор Рап наоборот отличался незаурядным умом общительностью и энциклопедическими знаниями во всех отраслях. Признаки интеллекта плохо подходили его грубому лицу разбойника, но Шарт со временем привык не замечать в двух с половиной метровом лидеанце его воинственную натуру.

— Ого… — согласился доктор Дарэст.

— Это кажется, или он и вправду около двух метров в холке?

— И около пяти в длину, с хвостом. Неуемная тварь.

— Убивать пробовали?

— Неоднократно. Но умирает он временно, и то только в вакууме, простое отсутствие воздуха его только замедляет, и то я не уверен, пули не берут даже в упор, кожа бронебойная, кровь разъедает огнеупорное стекло. Злой зараза, и очень опасный, сначала кидается потом может быть думает, если ошибся, на переговоры не идет.

— Злой? Вы определили пол?

— Да привезли его мертвым в поврежденном скафандре, и выглядел он как человек, а потом в морге ожил и трансформировался вот в это, вот стою как идиот руку над кнопкой держу, этот гад телепат, он ждет, хотя ведь не успеет, сектор заблокирован, кстати замок он не прикасаясь вскрыл, так что, вот мой вывод, оборотень, маг и телепат, неуязвимый и потому я не знаю что делать, разве что заблокировать в отсеке разгерметизировать и оставить здесь, а самим покинуть базу.

— Звучит страшно. Но оставить его здесь нельзя.

— Это почему.

— Я слышал что такие твари способны покидать мертвое тело и влиять на события вне его.

— Значит мы обречены, — как-то спокойно и устало сделал заключение доктор Дарэст.

— А покажи мне все записи касающиеся оборотня, с того момента, когда его привезли на базу.

 

Оборотень смотрел на дверь, и она начала открываться, Дарэт едва не нажал на кнопку, но Рап его остановил:

— Не торопись…

— Он вырвется.

— Пускай. Интересно, я думал в человеческом виде он больше, странно смахивает на представителя древней расы. А вот посмотри сюда, это кто? — Рап тыкнул пальцем в изображение доктора Корэ в тот момент, когда платформа только прибыла.

— Раб, из пиратского корабля, его нашли вместе с оборотнем.

— Раб жив?

— Сейчас проверим, — начальник охраны переключился на камеру где держали рабов и показал на доктора Корэ который сидел под стеной, — вот он.

— Как бы его привести сюда, — поинтересовался Рап.

— Отсек заблокирован, камеры рабов и той где держат зверя рядом, — ответил начальник охраны.

— Это проблема, — Рап задумался.

Оборотень сидел посреди металлической камеры, как застывшая статуя, олицетворяющая неизбежную гибель.

Рап ухмыльнулся и заговорил в передающее устройство, обращаясь к зверю:

— А, может, поговорим как цивилизованные люди?

Оборотень наклонил голову вбок, так обычно прислушиваются к звукам собаки.

— А что если мы тебя отпустим, дадим корабль и лети себе. Своих людей спасешь, да и моих… — продолжал доктор Рап.

Зверь молчал.

— Я понимаю ты нам не доверяешь, но и мы тебя, откровенно говоря, боимся. Сейчас мы разблокируем отсек, уберем руку перепуганного доктора Дарэста от кнопки, и все мои люди закроются в своем помещении. Ты покинешь нашу базу? Смотри я открываю дверь камеры рабов, забирай кого хочешь, и иди.

Оборотень смотрел через камеру, прямо в глаза лидеанцу. Рап почувствовал, как покрылся испариной и кровь прильнула к его лицу. Но продолжал переговоры:

— Ты телепат. Ты понимаешь, что я не блефую. Забирай людей и уходи.

Зверь поднялся, потянулся и ленивой трусцой выбежал в коридор, тяжелая как в сейфе дверь открылась перед ним словно сама по себе.

Доктор Дарэст отошел, от пульта шатаясь, и сел обессилено в свое кресло повторяя:

— Такой экземпляр, такой экземпляр, — потом неожиданно спросил у лидеанца, — но неужели мы не можем его оставить на базе.

— Себе дороже, — авторитетно ответил Рап, — это аджар с ними без подготовки не совладать. Давай Шарт собирай, что можешь забрать и уничтожай что не можешь забрать, нам нужно успеть убраться отсюда сразу после того как эта тварь улетит.

 

Доктор Корэ вскочил когда дверь камеры рабов открылась, ему показалось что время повернулось вспять, в дверях снова появился тэйл.

— Кто еще в сознании идите за мной, — предложил зверь, и вышел.

Копроконец подхватил девушку-пилота, пнул ящеров и кристаллика. Следовало поторопиться, кто знает, как сложится побег сейчас, но Корэ считал что лучше умереть при попытке к бегству с безумным тэйлом, чем под скальпелем офанатевшего коллеги.

 

Милэн с помощью расспросов и телепатии узнала на космодроме Аркорга, на каком корабле улетел Гэл. Пираты неохотно рассказали ей, что то был за корабль, и чем зарабатывал капитан. А уже проследить по следу биоволн, куда полетел корабль пиратов-работорговцев не составило труда для Нэйла, как и не сложно было определить точку поломки двигателя и планету, которая стояла на пути неуправляемого корабля.

Джарэк завис прямо над крышей базы на планете Питэрра. Два патрульных корабля сели у малого и большого шлюзов. Милэн решила, что работа калтокийцев захватить базу, а допросы, аресты дознания пусть этим занимаются патрульные.

Группа калтокийских наемников в скафандрах ворвалась во всеоружии, используя абордажные присоски на территорию базы, но никто не заметил вторжения, некому было замечать. Милэн с группой наемников «захватили» космодром. Но вместо вооруженных людей защищающих базу от нашествия калтокийцев Милэн встретила там своего брата в звериной ипостаси, и несколько незнакомых людей в желтых комбинезонах, которые боялись отойти от огромного оборотня и затравлено оглядывались, а как только увидели вооруженных солдат в скафандрах легли на посадочные плита закрывая головы, все кроме высоченного копроконца. Милэн удивилась, узнав в высоком незнакомце старого знакомого доктора Корэ.

Гэл заметил сестру, шагнул к ней, перевоплощаясь в движении, и уже обнял ее человеческими руками.

— Я уже начала волноваться, — улыбнулась Милэн.

— Да нечего было, они сами меня отпустили.

— Что же ты сделал, чтобы они сами отпустили такой экземпляр?

— Я не соглашался с ними разговаривать.

Она засмеялась, представив себе весь ужас бедных ученых которые столкнулись с ее братом.

Джарэк сообщил патрулю, что вооруженные силы базы обезврежены и теперь в распоряжении космического патруля.

 

Доктор Дарэст сидел в своей лаболатории смотрел в монитор как патрульные заполняют его базу и повторял:

— Один, сволочь, один проклятый оборотень и все дело насмарку…

— Ты мечтал получить такой экземпляр для исследования, — ухмыльнулся Рап, — и получил...

 

 

 



 

[1] Пиво

 

 

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль