находка

0.00
 
Старкова Ника
находка
Обложка произведения 'находка'

 Московское октябрьское утро выдалось необычайно холодным и мрачным, поэтому Семен Федорович надел теплое старое пальто на 3-х пуговицах, с классическими лацканами, последний раз взглянул в большое стоящее треснутое зеркало, и торопливо вышел на улицу. Будучи 53 летним одиноким мужчиной, Семен не верил в приметы и спокойно относился к разбитым зеркалам и черным кошкам, попадающимся по дороге в книжную лавку на Никитинской улице, где он работал уже 3 год. Каждый будний день, его путь лежал мимо подмосковной увеселительной резиденции — Царицынского дворцово-паркового ансамбля, строительством которого два месяца как руководил малоизвестный, начинающий архитектор, некий В.Баженов. Семен Федорович частенько останавливался возле большого раскидистого дуба, и долгие минуты смотрел издали как над некогда пустой и холмистой землей возвышаются кавалерийские корпуса, через овраг возводится большой мост и начинает отстраиваться большой кухонный корпус, который в народе попросту станут называть Хлебный дом.

Этим утром он так же задержался у того самого дерева и долго простоял о чем то задумавшись, не обращая внимания на холодный порывистый ветер и начинающийся мелкий дождь. Его глаза, наполненные одиночеством и тоской, по старым добрым временам, смотрели вдаль, и казалось, в них отражается вся жизнь, прошедшая как одно мгновение. Его жена умерла несколько дней назад, детей у них не было, Семен Федорович замкнулся в себе, перестал общаться с людьми, и единственное, что теперь связывало его с обществом, была только работа.

Промокнув от усилившегося дождя, Семен решительно направился вдоль дороги, ускорив шаг. Проходя мимо больших старых строений, он насторожился, странный шорох привлек его внимание и заставил остановиться. Редкие прохожие торопливо прятались в деревянных домах, мимо проехала крытая повозка, запряженная лошадьми, которая вскоре скрылась за поворотом. И снова непонятный звук раздался из ближайшего дома, скрипнула дверь, и послышался короткий женский крик. Недолго думая, Семен Федорович сразу же направился к большой белой двери, за которой кто-то кричал. После того, как он поднялся по старым скрипучим ступенькам и осторожно зашел в дом, перед его глазами предстала полуразрушенная лестница, ведущая наверх и маленькая квартира с настежь распахнутыми дверьми. Именно к последней и устремился взволнованный мужчина, стараясь бесшумно ступать по скрипучему полу.

Комната оказалась пустой и совершенно маленькой. Семен Федорович для верности обошел ее два раза, и убедившись, что здесь ни кого нет собрался уже идти дальше своей дорогой, как его нога за что то зацепилась. Это была маленькая шкатулка с рисунком двух змей и крестом, не задумываясь, зачем он это делает, мужчина положил находку в карман своего пальто и быстрым шагом отправился на работу. « Чертовщина» — пришел к выводу Семен и успокоился, заходя в книжную лавку и снимая верхнюю одежду.

В остальном день прошел совершенно обычно, люди изредка заглядывали к нему и покупали кто книги, кто газеты. Под вечер Семен Федорович отпустил последнего позднего покупателя и, закрыв лавку, отправился в сторону своего дома.

На город опускалась тьма, ночь вытесняла остатки ушедшего дня и заполняла каждый метр не освещенных фонарями улиц. В своей маленькой квартире освещенной настольной лампой Семен сварил купленную днем рыбу и съел ее, запивая холодной водой. Потом он вспомнил про шкатулку найденную сегодня и попытался ее открыть, но безуспешно. Провозившись с маленьким замком, несколько минут, Семен Федорович бросил находку на стол, и, посмотрев на старые часы, висящие на стене, лег спать.

Москва, окутанная пеленой густого тумана, медленно погружалась в сон. И поэтому ни кто не видел, как некая темная фигура в черном плаще медленно идет по Никитинской улице, с осторожностью обходя редкие уличные фонари. Незнакомец двигался уверенно от дома к дому и будто прислушивался к чему то. И вот остановившись возле большого деревянного дома, таинственная фигура медленно зашла в открытую дверь и исчезла в маленькой полупустой квартире. Некоторое время ни чего не происходило, но вдруг тишину нежилого помещения нарушило чье-то злое ругательство. В дверном проеме темного старого дома появился молодой мужчина, его лица больше не скрывал капюшон черного плаща. Серое, осунувшееся лицо, выражало злость и удивление, а черные большие глаза растерянно бегали по грязному пыльному полу, пока не заметили странный предмет, выпадающий из привычного образа заброшенной нежилой квартиры. Это было совсем еще новое, треснувшее пенсне. «Видимо стекло разбилось при падении» — догадался мужчина, снимая перчатки и поднимая с пола оптический прибор.

— Кто же тебя потерял? — произнес он вслух. Но ему ни кто не ответил, тишина старого дома умеет хранить свои секреты, не разглашая их незваным гостям.

Утро встретило Семена Федоровича яркими лучами осеннего солнца, проникшими сквозь пыльное не завешанное окно. На работу Семен пришел рано, изменив старой привычке стоять подолгу возле огромного дуба. Ему всю дорогу чудилось, будто за ним кто-то следит и поэтому свой путь до лавки Семен Федорович преодолел в кратчайшее время.

Семену было тревожно, по необъяснимой причине, то ли из-за странной шкатулки, которая все утро не выходила из головы, то ли из-за таинственного исчезновения недавно купленного пенсне, которое всегда лежало на работе и нигде не могло потеряться. Вдруг все эти тревожные размышления прервал хрипловатый голос высокого молодого человека, зашедшего в книжную лавку.

— Добрый день, не подскажите который час? — произнес мужчина и отстраненно стал рассматривать газеты, лежащие на прилавке.

— Отчего же не подсказать, — ответил Семен Федорович и взглянул на карманные часы, доставшиеся ему еще от отца, — три четверти первого, — продолжил он.

— Замечательно! — воскликнул незнакомец, и пристально посмотрел на Семена черными удивительно большими глазами.

— Чем еще я могу вам помочь? — вежливо спросил Семен Федорович и как бы невзначай отвел взгляд, посмотрев в окно. А когда он снова повернулся к стоящему перед ним мужчине, то удивленно замер, открыв рот так и не успев повторить вопрос. Не знакомый молодой человек исчез, так быстро, что могло показаться, будто его и не было вовсе. Семен устало опустился на стоящий рядом стул, и потер виски дрожащими холодными руками.

Вечером того же дня Семен Федорович возвращался домой уже много лет как одной и той же знакомой дорогой. И вот не доходя до старого раскидистого дуба, он увидел встреченного утром мужчину. Он стоял, прижавшись спиной к стволу большого дерева, и задумчиво смотрел на раскинувшийся перед глазами пейзаж и видневшуюся в дали стройку.

— Красиво здесь, не правда ли? — хриплым голосом спросил человек в черном плаще, у подошедшего мрачного Семена.

— Красиво, — не стал спорить тот и остановился рядом.

— Матвей, — представился новый знакомый, не поворачивая головы, — Матвей Волков, можно просто Матвей.

— Семен Федорович, — ответил Семен, и, задумавшись, тоже устремил свой взгляд куда-то вдаль. Так они и простояли, несколько минут молча, каждый думал о своем.

— Помнится раньше, совсем еще детьми, мы с сестрой часто прибегали сюда и часами сидели здесь, наблюдая закат, — прервал тишину Волков.

Его серое суровое лицо озарилось улыбкой воспоминанья, мысленно перенося его на много лет назад.

— А где сейчас ваша сестра? — спросил Семен Федорович, больше для поддержания разговора, чем из любопытства.

— Пропала без вести, — с горечью в голосе произнес Матвей, опустив взгляд, и продолжил, — ей было лет пятнадцать, когда она ушла вечером из дома и больше ни когда не вернулась, — мрачно закончил он. И снова наступила давящая тишина, Семену Федоровичу, вдруг стало душно, воздуха не хватало и казалось нечем дышать. Он, собравшись всеми силами облокотившись о дерево, сделал глубокий вздох и затем еще один. Дыхание пришло в норму, перед глазами перестали мелькать черные мушки и ноги снова уверенно стояли на земле. Матвей Волков словно не заметив ухудшения состояния собеседника все продолжал говорить, — Все знакомые и родственники на следующий день обошли все улицы, но так и не нашли ее. Полиция только руками разводила, говорили «может она с женихом сбежала, дело то молодое», но мы чувствовали, что с ней что-то произошло, — с печалью сказал Матвей.

Семен Федорович грустно вздохнул, не зная чем поддержать молодого собеседника. Он понимал, каково это терять близких людей и не хотел ранить чувства Матвея не осторожным словом.

— Но я не сдался, — вдруг неожиданно произнес Волков и повернулся к Семену, глядя прямо в глаза, — я нашел ведьму, которая мне помогла найти сестру.

— Ведьму? — удивился Семен Федорович, — вы верите в ведьм? И что значит найти сестру?

— Она провела обряд и нашла место, где убили Ингу, — ответил Матвей на третий вопрос, проигнорировав два предыдущих.

Семен Федорович по-новому взглянул на собеседника, начиная сомневаться в его психическом здравии, и только теперь заметил расширенные зрачки и затаенное безумство в темных глазах. «Главное не перечить умалишенным» — пронеслось в его голове.

— И что это было за место? — спросил Семен мысленно, представляя, как не заметно уйти, сославшись на неотложные дела.

— Старый заброшенный дом на Никитинской улице, — задумчиво ответил Волков и снова отвернулся, обратив взгляд вдаль, он продолжил, — Ведьма дала мне маленькую шкатулку и сказала в полнолуние оставить ее на месте убийства и забрать на следующий день. Дабы душа невинно убитая смогла попасть в шкатулку, что бы спастись от вечного скитания по заброшенному дому.

— Вы сделали все, как велела ведьма? — вдруг начавший что-то подозревать, спросил Семен Федорович. Ему вдруг снова сделалось душно, и он расстегнул теплое пальто.

— Не все, — грубо повысив голос, почти прокричал Волков, — Не успел я забрать шкатулку, кто-то ее забрал до меня, и обронил это, — он достал из кармана треснутое пенсне.

Сердце Семена пропустило удар, и вновь забилось в два раза быстрее. На лбу выступили капли холодного пота, а ноги предательски задрожали.

— Что теперь? — пытаясь, справится с осевшим внезапно голосом, спросил он.

Матвей задумчиво пожал плечами, — снова к ведьме пойду, шкатулку не обходимо найти и наказать вора, — с ненавистью подвел итог он. И не прощаясь, молча, пошел назад по дороге.

Семен Федорович сам не заметил как оказался возле своей квартиры и зайдя в свою комнату с испугом уставился на спокойно лежащую шкатулку на столе, где он и оставил ее вчера. «Надо с ней что-то делать…» — мысленно рассуждал Семен. На улице уже сгущалась тьма, и идти обратно в заброшенный дом ему сейчас не хотелось, но и спать с заточенной в шкатулке душой было страшно.

«Выбросить…» — ошеломленная мысль заставила его осторожно взять шкатулочку, завернуть в платок и выйти на улицу. Кругом была темнота, и тревога на душе Семена Федоровича только нарастала. Свернув за угол и пройдя пару метров, он остановился и наугад кинул в темноту сверток. Звук разбитого стекла его испугал и, не обращая ни на что больше внимания, он побежал к дому подгоняемый ужасом. За спиной раздался истошный женский крик. Заперев за собой дверь, Семен, не раздеваясь, лег на кровать и укрылся одеялом. Всю ночь он ворочался и не мог уснуть, стоило ему хоть на минуту закрыть глаза и забыться долгожданным сном, как перед ним возникал образ убитой девочки в синем платье и с грустными черными глазами, отчего он в ужасе сразу же просыпался. Наутро, Семен Федорович долго разглядывал свое значительно постаревшее осунувшееся лицо, красующееся десятками новых глубоких морщин. В ужасном расположении духа он вышел из дома и пошел на работу, свернув за угол вдруг вспомнил, что именно здесь он выбросил вчера злополучную шкатулку, и услышал звон разбитого стекла и чей-то крик. Он постучался в едиственный, тут стоящий двухэтажный частный дом, чувствуя тревогу за его хозяев. Ему открыла женщина в годах в простой рабочей одежде и сказала что хозяев нет дома. Семен не стал расспрашивать ни о чем и пошел быстрым шагом в книжную лавку.

Весь день прошел как обычно, и Семен Федорович расслабился и забыл про волнение, — «выбросил и слава Богу…» — думал он. Вечером того же дня он возвращался домой и снова увидел Матвея, расслабленно сидевшего у дуба прямо на сырой холодной земле. Семен решился подойти и поздороваться с Волковым. Обменявшись приветствиями, Семен Федорович задал мучавший его вопрос, — Что же сказала ведьма? Она нашла того кто забрал шкатулку?

— Он сам должен придти и признаться, — повернувшись к нему спокойно ответил Матвей Волков, — Иначе дух его просто так не отпустит, — зловеще произнес он.

Семен Федорович даже вздрогнул от того насколько голос его знакомого был наполнен ненавистью.

— А если не придет? — на всякий случай уточнил он, — Быть может, он давно продал или, например, выбросил вашу вещицу.

— Ах да, — вспомнил Матвей, вновь отвлекаясь от своих мыслей, — в шкатулке больше нет ее духа, — закончил он и снова погрузился в свои размышления.

Семен мрачно шагал домой, настроение его снова упало, и где-то глубоко внутри начинал зарождаться страх. Из головы все не выходили слова Матвея Волкова, « где же теперь ее дух?» — думалось Семену.

В старой пыльной квартире, именуемой домом нашего героя, было все спокойно, так же мирно стояла большая кровать, в углу спокойно стоял старый комод, на стене как обычно висели поломанные часы с кукушкой, которые показывали всегда 7, но Семен Федорович их не выкидывал, потому что они напоминали ему о жене. Он долго ворочался, перед тем как уснуть, но вскоре забылся крепким глубоким сном. Снился ему Матвей весь в крови лежащий на полу, и держащий в руках шкатулку.

Утром Семен проснулся на удивление в хорошем настроении, и, не завтракая, быстро оделся, потом вышел из дома и пошел на работу неспешным шагом. Вскоре он услышал, как его кто-то догоняет, это был Волков, как всегда бледный и немного даже серый на вид. Он радостно заговорил, — Семен Федорович я знаю, как помочь своей сестре, мне нужна будет ваша помощь.

— В чем будет заключаться моя помощь? — подозрительно покосившись на него, произнес Семен, который уже начинал уставать от этой глупой истории.

— Я вечером зайду, — быстро сказал он, развернувшись, побежал в другую сторону. Семен Федорович не успел даже спросить, как тот найдет его дом, ведь Матвей ни когда не бывал у него в гостях.

В книжной лавке было на удивление мало покупателей, редкие посетители заглядывали и сразу же уходили. Только одна молодая девушка задержалась надолго, рассматривая газету глазами полными слез. Семену Федоровичу стало жаль ее, он предложил ей воды и подал салфетку, чтобы вытереть слезы. Девушка благодарно печально улыбнулась, и разом выпив, всю воду представилась Ингой Волковой. У Семена в странном предчувствии сжалось сердце, но он мысленно пытался себя успокоить, — «мало ли девушек сейчас с таким именем ходит, к тому же этой не меньше 20». И он решил уточнить, от чего же такая молодая девушка плачет.

— Четыре дня назад пропал у меня брат, ни кто из знакомых его не видел, полиция долго не хотела искать, а когда нашли его, было уже поздно. Его застрелили в одном из заброшенных домов на соседней улице, — закончила она свой рассказ и снова разрыдалась. Семену Федоровичу стало страшно, получается, призраком была не сестра Матвея, а он сам. И все это время он говорил не с реальным живым человек, а с недавно умершим, и зачем тогда он говорил историю о смерти своей сестры. Девушка, посидев еще пару минут, встала, распрощалась и ушла, забыв на столике купленный ею свежий выпуск газеты. Семен поднял задумчиво газету и, развернув ее, уставился растерянно на первую страницу. На которой, большими буквами было написано: «Двойное убийство на Никитинской». Семен Федорович судорожно сжал края газеты заледеневшими пальцами и уселся на стул. Статья гласила: « 17 октября примерно в 7 часов вечера на Никитинской улице полиция нашла два трупа мужчины и женщины, в процессе следствия было установлено, что они умерли от удара тупым предметом по голове, из улик нашли только маленькую шкатулку, которая спустя два дня была выкрадена из отделения полиции».

Вдруг чтение статьи прервал звук распахнутой двери и в лавку ворвались двое вооруженных полицейских, и за ними шел полицмейстер неся в руках ту самую злополучную шкатулку и платок Семена. Он громким хорошо поставленным голосом объявил, что нашелся свидетель, который видел, как Семен Федорович выбрасывал шкатулку ночью. Поэтому указом императрицы преступник, обвиняемый в двойном убийстве, подлежит немедленному аресту и расстрелу. Семен Федорович в один миг осознал, что попал в чью-то нелепую ловушку, хорошо поставленную игру, с трагическим финалом.

Молодой высокий человек в черном плаще заворожено смотрел, как уводят осунувшегося мужчину в годах из книжной лавки, и толпа собравшихся людей злобно смотрят в сторону обвиняемого, кидая вслед проклятия.

— В этот раз все прошло как нельзя лучше, — тихо сказала рядом стоящая девушка, — теперь они не скоро заметят, что тела пропали.

— Надо уходить! — сухо произнес он, — шкатулка у тебя? — и не дожидаясь ответа он взял ее под руку и они скрылись за ближайшим домом.

  • Афоризм 181. О поражении. / Фурсин Олег
  • Плохо мне! Плохо!!! / Плохо мне! Плохо... / Лебедь Юлия
  • Дианита Таубара / Нарисованные лица / Фея Аситель
  • Мышиная Возня / Шуруев Лев
  • ХВОСТИК / Малютин Виктор
  • 3. автор Курченко Валерия - Сказание об Агроне / Этот удивительный зверячий мир - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Анакина Анна
  • Так закалялась сталь / Человек из Ниоткуда
  • elzmaximir - Какая о войне нужна литература? / Пришел рассвет и миру улыбнулся... - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Анакина Анна
  • За гранью ожидания / Антоненко Яна
  • № 9 Ольга Зима / Сессия #4. Семинар "Изложение по Эйнштейну" / Клуб романистов
  • Пролог / Путешествие Кирилла / Климов Сергей

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль