Начало

0.00
 
Проняев Валерий Сергеевич
Красная шапочка
Обложка произведения 'Красная шапочка'
Красная шапочка

“Это не та девочка, которая тупо несла пирожки в лесную чащу, где жила её бабушка. Это уже девушка, которая даст фору любому брутальному мужику, и даже “краповому берету”...”

Глава 1. Поступление

Лина окинула двор военного ВУЗа ироничным взглядом. Шкафообразные молодые парни, играя большими рельефными мышцами, все, как на подбор, одеты в майки — тельняшки и друг перед другом демонстрируют свою крутость: рубят принесенные с ближайшей стройки кирпичи, ломают ногами доски и выполняют на турнике “фигуры высшего пилотажа”. Из двери приёмной комиссии вышел бравый капитан. В руках он держал дело абитуриента. Окинув взглядом всех, кто был в коридоре, остановил его на ней и спросил: “Малахова? Есть такая?”

— Это я! — откликнулась девушка. Капитан окинул её сканирующим снизу вверх взглядом: девушка с фигурой гимнастки, совсем не похожая на тех, кто хоть как-то связан со службой в спецназе. Он улыбнулся:

— Абитуриентка Малахова, заберите свои документы! Это не балетная и даже не школа спортивной гимнастики. Сами видите, что здесь очень жёсткий отбор среди спецназовцев. Не теряйте своё и наше время!

По коридору прошёл громкий гогот брутальных спецназовцев. Ответ девушки ошеломил всех: “Я готова пройти все экзамены и тесты. Отлично понимаю, куда иду. Причём, нисколько не сомневаюсь в своих силах и успехе. Документы, если они соответствуют формату, верните в приёмную комиссию. Сама я их не заберу!”

Капитан, встретившись с ней глазами, даже не стал шутить: “Ну…, как знаете…, моё дело — вас предупредить…” Под тихое перешептывание обитателей коридора, он, не сводя с неё взгляда, вернулся в кабинет приёмной комиссии задом. В этот день был назначен экзамен по физической подготовке. “Обычный боевой марш-бросок” на шесть километров, с боевой стрельбой и финалом с рукопашным боем: один, против троих мастеров спорта! Ему предшествовало надевание снаряжения и экипировки. Всё в формате “краповых беретов”, где, обычно, из сорока участников выбирают двух-трёх. Парни, уже потные и красные от разминки, с сочувствием смотрели на единственную в команде девушку. Она, явно не из спецназа, одета в мешковатый для неё “камуфляж”, ростом не более ста семидесяти, худая, но жилистая и с колким взглядом исподлобья. В нём угадывалась решительность, но этого, конечно, мало. Закинув автоматы за спину, взвод выстроился на старте. Выстрел из боевого пистолета дал команду “Вперёд!”. Молодые “жеребцы” поняли команду дословно: они, тяжело дыша, как ездовые хаски, ринулись вперёд. Первые километры девушка держалась ближе к аутсайдерам. За её плечами был такой-же имитатор груза, как у всех. Размеренно дыша, она включила “второе дыхание”. Достаточно быстро оказалась в первой пятерке. Веха у развилки гласила: “Полоса препятствий номер один!” Началось: прыжки через “огромные лужи грязи”, “частокол” с заострёнными концами брёвен, вертикальные и пологие лестницы вверх, под углом и вниз, заборы, высотой до двух с половиной метров. Количество участников заметно поубавилось: кто барахтался в грязи, кто-то упал с лестницы, а кто-то повис на заборе. Лина Малахова, уверенно преодолевая препятствия, бежала уже в первой тройке. Впереди огневой рубеж: инструкторы, улыбаясь, выдают каждому по три патрона. В ста метрах от них на короткое время “всплывают” на секунды плохо различимые цели. “Огонь!” Лина, выдохнув, задержала дыхание и поразила все три цели. Двое лидеров, промахнувшись, побежали на второй стометровый круг. Но другим их было уже не догнать. Девушка, закинув автомат за спину, бросилась вперёд. Сразу за кустами оказалась бурная речонка. Метров десять в ширину, но на “ура” её не преодолеть. Бросок веревки с привязанным к ней камнем достиг цели. Конец её прочно закреплён на ветке дерева. Вперёд! Быстро перебирая по веревке руками, отталкиваясь от воды ногами, она, трепыхаясь, как рыбка на крючке, двигалась вперёд, к берегу. Тяжело дыша, вывалилась на поляну. Но, от резкого удара берцом по боку, как волчок, покатилась по зелёной траве. Мельком заметила троих амбалов. Мелькнула мысль: “рубеж рукопашного боя, последний и завершающий!” Секунда — она на ногах! Первый же удар “мастера рукопашного боя” пришелся в пустое место! Она, успев от него уклониться, пожалела его: ударила не в пах, а каблуком берца в подбородок. Нокаут! Мастер, закатив глаза, трепыхаясь на земле, прерывисто и неуверенно дышал. Мощная рука другого, как домкрат, уже душила её сзади. Боец спереди сделал замах ногой! Резко приседая, и одновременно поворачиваясь вокруг своей оси, она бьёт ногой того, что сзади, по его стопе. Он, приседая, ослабляет “свой домкрат”, подставляя под удар союзника свою мощную шею! Быстро выдохнув, Лина огляделась: остался один соперник, можно немного поиздеваться над ним. Сопящий, как бык, спецназовец, кинулся в атаку. Но промахнулся…, раз, два…, три… Девушка, будто дразня его, ловко уходила от удара. Нападающий на уровне подсознания уже понимал, что имеет дело с опытным бойцом, отлично владеющим технологией боя Кадочникова. Она, усилием воли, создавала перед нападающим “пустоту, куда он, с успехом проваливался! Бой закончился предсказуемо: “мастер”, прихваченный болевым приёмом девушки, стучал свободной ладонью по земле! Едва Лина отпустила его, как из кустов вышли три офицера в камуфляже. Полковник довольно улыбнулся: “Вот уж не ожидали! Пока не навели про тебя справки. Ты из детдома номер три? Ученица Георгия Петровича?”

— Да! — тяжело дыша, улыбнулась девушка.

— Тогда понятно, первый экзамен ты сдала на отлично, иди в душ и готовься к тактике.

Экзамен по тактике сдавало уже не более десяти кандидатов. Она попала в группу лидеров. Тех, которых она опередила. Они явно не хотели сдаваться, но этот экзамен был групповой — один за всех, и все за одного. Продолжая оставаться соперниками, они выполняли одну общую задачу — провести подрыв отлично охраняемого моста. Можно многое, даже немного покалечить “врага”, но только не убить. На этот раз они были отлично экипированы: приборы ночного видения, сканеры, бесшумное оружие с временно парализующими зарядами и много чего другого… Старшей группы, как лидера первого этапа, назначили её. Сержант спецназа Карпов и младший сержант Сенин от этого назначения были не в восторге: “Нашим отрядом будет командовать девчонка? Позора не оберешься!” Но полковник их быстро поставил на место: “А что же вы, бравые спецназовцы, так облажались? Не хотите с ней — сходите с дистанции!” Кряхтя, и продолжая коситься на неё, они вернулись в группу. Операцию планировали вместе, но в итоге, пришли к её варианту: войти на мост прямо из реки. Лина смогла убедить их, что все подходы с берега сплошь заминированы.

Группа поставила прямо перед минными полями свои сигнальные мины с дистанционным управлением и спустилась к берегу реки. Двигаясь под водой с длинными дыхательными трубками, они были совсем не заметны часовым. Прямо под мостом Лина нажала кнопку: в самом начале минного поля на берегу сработали сигнальные мины. Они с громким свистом выбрасывали вверх яркие светящиеся звёздочки! “Тревога! Противник слева от моста! Группа быстрого реагирования вперёд!” Пользуясь всеобщей тревогой и паникой в стане врага, диверсанты произвели минирование опор моста. Таймер начал свой отсчёт. В этом момент произошло непредвиденное: взрыв на самом мосту! Позднее выяснилось, что из-за разрыва трубки топливоподачи в бронетранспортере возник пожар, всё в панике бросились бежать от него прочь. Все, кроме самого водителя: он кинулся к нему с огнетушителем. От взрыва топливного бака его кинуло в реку. Лина бросилась на помощь к нему первой. И вовремя: едва его успели эвакуировать на берег, как раздался взрыв моста. Конечно же, не реальный, просто сигнальный салют под тремя его опорами. Это означало, что боевую задачу они выполнили. Но что делать с раненым? Он уже пришел в себя, а по легенде учений они не должны попасть в плен. Выход нашла Лина: она, воткнув вокруг него сигнальные мины с дистанционным управлением, дала команду на отход. Только удалившись на безопасное расстояние, она нажала кнопку. В ярком салюте сигнальных мин все, кто был на мосту, отлично увидели лежащего на поляне раненого бойца. К нему поспешила помощь…

”Тактика — зачёт! Впереди — “взятие языка”!” После “тактики” отношение к девушке у членов её группы изменилось, они, без тени иронии, стали называть её “сестрой”. Похоже, что после её помощи раненому бойцу, поняли, что с ней можно идти в разведку. Оставшись наедине с Сениным, Карпов сказал: “Мне кажется, что с командиром нам повезло. Такая любого мужика за пояс заткнет и раненого с поля боя вынесет!” Сенин кивнул головой: “Точно, не стоит нам выпендриваться, её стоит слушать. Реальная амазонка!”

Операцию по захвату языка тоже планировала она. Только бойцы не поняли её опасной фишки: “Ты хочешь в гражданской одежде выйти навстречу колонне машин охранения? Сумасшедшая! Ладно, мы сделаем всё, что от нас надо, но тебя точно пленят! Это будет полный провал! Обидно…”

— Парни, я всё рассчитала. Поверьте мне!

Оба вздохнули и синхронно сказали: “Пусть будет по-твоему, но только из уважения к тебе!” От синхронной фразы все рассмеялись. Операция выглядела нелепо: по лесной дороге шла стройная девушка в коротком платьице в сопровождении двух “до зубов вооруженных спецназовцев”. Она выглядела беспечно: расчесанные короткие русые волосы, неброский макияж на немного худом с лёгкой улыбкой лице, и корзина под грибы в руке. Сканер на запястье сержанта показал приближающуюся к ним колонну машин. Оба бойца, кивнув девушке, бросились с дороги в придорожные кусты. А она, как ни в чем не бывало, присела прямо на дороге, наклонив голову вперёд. Из лесной чащи показалась колонна из трёх машин: едущий посредине бронированный автомобиль “Тигр” спереди и сзади прикрывали две таких же машины сопровождения. Стоящие на них крупнокалиберные пулеметы были готовы в любой момент поразить врага. Девушка встала, немного качнулась, и упала прямо на дорогу. Первый автомобиль, поднимая пыль грунтовки, резко затормозил. Из открытого люка показалась голова офицера: “Эй! Что случилось?” Лина, лишь повернувшись на бок, схватилась за голову: “Извините…, солнце голову напекло, я сейчас…” Она начала, качаясь из стороны в сторону, пытаться встать. Офицер поспешил ей на помощь: быстро выскочил из машины и подбежал к ней. Обхватив её рукой за талию, начал поднимать на ноги. Из второй машины показался полковник: “Посади её в машину, мы опаздываем!”

— В нашей машине места нет! — отозвался офицер. — Сами знаете, что полная автоматчиков.

Полковник махнул рукой: “Ладно, неси в мою!” Капитан легко поднял девушку на руки и посадил в машину полковника. Сам вернулся в свою и дал команду водителю ехать вперёд. В этот момент произошло неожиданное: прямо на броне двух переднего и заднего “Тигров” и под их колесами взорвались имитационные мины. Чёрный дым заволок все вокруг. Из машины полковника выпало бесчувственное тело его водителя, а управление “Тигром” взяла на себя Лина. Был странный момент, который не видел никто, кроме них: полковник успел достать пистолет и направить его на девушку, сразу после того, как водитель с её помощью покинул бронеавтомобиль. Она лишь посмотрев в его глаза, успела сказать: “Твоя рука немеет…, тело теряет тонус, тебе очень хочется спать… Закрой глаза и спи…” Полковник, пытаясь произвести холостой выстрел, казалось, напрягся изо всех сил, но его пистолет с грохотом упал на пол автомобиля, а он, закрыв глаза, откинулся на спинку сиденья.

Прямо в движении в машину запрыгнули бойцы её группы, она нажала на газ до пола.

— Что это с ним? — удивился Карпов.

— Ничего, — улыбнулась Лина, — просто устал, и решил поспать. Бойцы непонимающе переглянулись. “Язык” был доставлен по назначению, это означало, что этот этап своей боевой работы они выполнили на “отлично”.

*****

Глава 2. Боевые будни

Сразу после приказа о зачислении Малаховой на первый курс факультета “Антитеррор”, её вызвал на собеседование начальник факультета полковник Белов. Чуть робея, курсантка постучала в дверь его кабинета.

— Да, войдите, — раздался бас из-за двери. Девушка вошла в кабинет: “Курсантка Малахова по вашему приказанию прибыла!” Богатырского телосложения полковник, окинув её взглядом, предложил присесть в кресло. Улыбнулся: “В этом году у нас очень ограниченный набор, так, как требования к курсантам существенно выросли. Но ты единственная девушка на моем факультете. Почему выбрала именно его? Большинство девушек идут на факультет связи”. Малахова встала: “Я чувствую себя пригодной к этой службе, упорно и долго готовилась…” Полковник жестом предложил ей присесть: “Я читал твое личное дело. Ты воспитанница детского дома номер три, ученица Георгия Петровича, нашего офицера в отставке. Он был твоим наставником, так?”

— Так точно!

— Это говорит о многом. Так же, как и многое ты не знаешь о себе. Воспитанникам этого детского дома не раскрывали тайну их происхождения. Скорее, чтобы не травмировать неокрепшую психику. Может ты обратила внимание, что никого из воспитанников этого детского дома не отдавали в другие семьи?

Лина кивнула головой: “Да, но у нас было не принято обсуждать это…”

— Это вполне естественно, ведь вы дети индиго искусственного происхождения. По сути — собственность государства.

— Мы киборги? — удивилась девушка

— Не совсем: вы генномодифицированные люди со сверхспособностями. Может замечала, что ты не такая, как все? Сильна, вынослива, быстра, обладаешь гипнозом…

— Да, я замечала за собой нечто странное…

— Это нечто имеет под собой физическую основу: более плотное мышечное волокно, её повышенную способность к быстрой регенерации, высочайший иммунитет, повышенное быстродействие мозга и значительно более объёмную память. Но дети супериндиго не создавались только для боевых целей, их тестируют в различных сферах общества. Я тоже один из них, можно сказать, первая версия, ты на сегодняшний момент самая современная. Но мы имеем и недостатки. В первую очередь — психика. Не все дети супериндиго адекватно воспринимают наше общество. Некоторые, ориентированные на разработку ноу-хау, научные исследования и новые открытия, впадают в аутизм. Такие бойцы, как я и ты, могут иметь притупленное чувство жалости, часто не имеют друзей и близких, не стремятся создавать семьи, и почти не могут любить. Так устроена природа, взамен одного, она забирает другое.

Лина робко заметила: “Но я люблю животных!” Белов улыбнулся: “Речь идёт не о животных, а о людях, это совсем разные вещи. Моя семья без любви не смогла долго просуществовать, сын остался без отца. Я очень жалею об этом, но не могу сказать, люблю ли я сына… Впрочем, речь не об этом. Просто я хочу тебя предупредить: держи себя в руках. Нам присуще проявление агрессии. Убить без всякого сожаления человека — раз плюнуть. Именно поэтому, в рядах нашего факультета много отчислений курсантов, и редкие особи супериндиго, пройдя очень серьезное обучение в нашем ВУЗе, доходят до выпуска без нареканий и ограничений. Но и без нас государству никак — волна международного терроризма накрыла весь мир. Такие, как мы, единственное спасение для этого мира. Думай, Лина, думай, теперь ты знаешь всё.

Полковник встал, показывая, что разговор закончен. Протянул руку вскочившей с кресла курсантке: “Иди, учись, но не забывай об этом разговоре. Думаю, что у тебя всё получится!” Выйдя за дверь, девушка прислонилась спиной к стене. То, что она узнала, никак не укладывалось в голове, и требовало времени на осознание. Начались напряжённые курсантские будни. Ей, как девушке выделили в казарменном помещении отдельный бокс со всеми удобствами в нём, а весь день она училась вместе с парнями курсантами. Утренняя физподготовка, как зарядка, была уже привычным для неё делом, а следом, сразу после умывания и завтрака, начинались учебные пары. Учиться ей было интересно. Новые виды и типы оружия, основы саперного дела, огневая подготовка, реальный налёт на боевых вертолетах и самолётах, парашютное дело, — всё ей было в новинку, интересно и захватывающе. Периодически командование устраивало тактические, максимально приближенные к боевым, учения, по предотвращению терактов и уничтожению самих террористов. Ей вместе с другими курсантами приходилось вершить невероятное: передвигаться по открытой местности под градом боевых пуль, безоружной вступать в схватку с отлично вооруженным террористом, “качать маятник”, уклоняясь от пуль врага на расстоянии не более пяти метров. На их курсе появились первые раненые, и даже погибшие. Сама она, в первый раз качая маятник, получила сквозное ранение чуть правее печени. Тренировку мгновенно остановили и её быстро доставили в операционную. Убедились, что рана навылет, обработали её и наложили повязку. Наутро следующего дня она была уже здорова: от ранения осталась небольшая точка незагорелой кожи. Хирург после осмотра понимающе кивнул головой:

— Я понял, она из категории “альфа”?

Курсовой офицер утвердительно кивнул головой: “У них очень быстрая регенерация органов”.

— Да, — согласился доктор, — они почти неубиваемые. Одному такому пуля попала в голову, сзади вырвала большой кусок мозга. Представляешь, через месяц он полностью восстановился и пошёл на занятия!

Лину от его слов немного передернуло, она, чуть скривив губы, представила себе это зрелище: “Доктор, я не завидую вашей работе, копаться в человеческих потрохах!”

— Девочка, — улыбнулся хирург, — это моя работа. Здесь ко всему привыкаешь. Так устроен человек. Ты пока не видела убитого тобою человека, но тебе ещё предстоит это сделать, и не раз. У каждого хирурга, как и у каждого спецназовца, есть своё кладбище.

Лина встала: “Я могу приступить к занятиям?”

— Конечно, твой курсовой офицер пришел за тобой. Форму получишь в приёмном отделении. Больше сюда не попадай! Удачи тебе!

— Спасибо вам, доктор! — курсантка направилась к выходу.

Тренировки продолжились по нарастающей. Вскоре на учениях произошло непредвиденное: один из вновь прибывших в эту группу курсантов открыл огонь по своим. Двое, не успев укрыться, оказались ранены. Курсовой офицер, схватив Малахову за руку, затянул её за угол здания.

— Он что, с ума сошел? — просила удивлённая Лина. Офицер пожал плечами:

— Такое редко, но бывает. Интенсивный курс подготовки выдерживает не каждая психика.

Он снял с плеча снайперскую винтовку:

— Ты должна его убить!

— Я? Его? Так он же наш!

— Был наш, если мы его не обезвредим, то он перестреляет всю группу. Убить его — это приказ! Курсантка Малахова, выполняйте!

Девушка взяла винтовку и слегка высунулась за край здания. Тут же прозвучал выстрел, отколовшийся обломок угла стены больно посек её лицо. Потерев его, она посмотрела на свою окровавленную руку.

— Вот видишь, — посмотрел на неё офицер, — ты ещё сомневаешься?

Лина высунула за угол миниперископ:

— Я вижу его, он целится в другой угол здания. У меня есть пара секунд…

Она, зная, где находится цель, быстро вскинула винтовку, повернула её за угол, поймала цель в прицел, и нажала на спусковой крючок. Винтовка бесшумного боя лишь лязгнула затвором. Со второго этажа прямо на землю вывалилось тело в камуфляже. Взгляд через перископ за угол лишь подтвердил, что цель поражена. Офицер включил гарнитуру рации и доложил ситуацию. Очень быстро, мигая спецсигналами, на полигон выехали две машины скорой помощи. Спустя минуты, они увезли раненых. Лина в сопровождении курсового офицера подошла к убитому. Пуля вошла прямо посредине его лба. Сзади вывалился большой кусок черепной коробки с ошметками крови и мозга. Лину от этой сцены, чуть не стошнило. Она, схватившись за горло, отошла в сторону. На её плечо легла рука офицера: “Это нормальная реакция обычного человека. Я в первый раз чувствовал себя так же…. Пока мне не показали труп. Ты должна видеть это”. Он взял её под руку и подвёл к убитому. Резко перевернул его тело затылком вверх. Из зияющей раны в голове торчали, запачканые “кровью” провода, шлейфы и мелкие детали. Лина, увидев это, робко улыбнулась: “Это робот?”

— Конечно, считай, что роботизированная мишень, — рассмеялся офицер. — Меня в первый раз учили стрелять в человека так же.

— А как же раненые?

— Эти уже обстрелянные парни, которым приходилось убивать, помогли нам устроить этот спектакль. Робот стрелял по ним ампулами с искусственной кровью, а по углу здания, где ты посекла лицо, боевыми. Ведь ты уже обстрелянная, и свою реальную пулю тоже успела получить.

*****

Глава 3. Выпуск

Время бежало неумолимо. Курс за курсом пролетал, как казалось, быстрее, чем смена времён года. Продолжая проживать в казарме, Лина и в отпуске, и в нечастые увольнения, неизменно, ходила в детский дом. Больше ей податься было некуда. Она всегда приходила туда с игрушками и “вкусняшками”. Её “братья” по группе сержант Игорь Карпов и младший сержант Олег Сенин, приглашали её провести отпуск вместе, у них дома. Но она, даже заметив их симпатию, решила остаться для них “сестрой”. “Сестренкой”, как они её называли. Не раз она замечала внимание к себе однокурсников, но её “братья” все их приколы и потуги душили на корню. Ей даже казалось, что не подпуская к ней никого, они ссорились между собой. Иногда, их “шутливый тренировочный рукопашный бой” доходил по первой крови из разбитого носа!

На пятом курсе пришел черед боевой стажировки в войсках спецназа, подразделения “Антитеррор”. Лина, выполняя миссию снайпера, показала себя отлично: смогла за три секунды “завалить” трёх реальных террористов. Два других снайпера только успели прицелиться.

— Шустрая барышня! — заметили оба соперника.

— Эта, как вы говорите, барышня, всем вам даст фору! — заметил капитан. А Лина подумала: “Вот и состоялось открытие моего кладбища. Всё, как сказал доктор…”

Сержант Карпов тоже отличился: один, в бою с тремя террористами: двум, напрочь, сломал шеи, и взял главаря живым. Всё, как учили. Олегу Сенину не повезло: никто не ожидал, что его бронежилет высшей степени защиты сможет пробить новый боеприпас из крупнокалиберной винтовки террориста. Он, отброшенный на три метра назад, оказался раненым прямо в печень! Накрыв снайпера огнём из гранатомётов, бойцы вытащили раненого младшего сержанта из зоны поражения. Темная кровь лужей окаймляла его тело. Операционная, реанимация, прогноз неутешительный — он в коме! “Сарафанное радио” быстро донесло весть до своих. В очередь на сдачу крови выстроился почти весь курс, даже те, с которыми Олег дрался из-за Лины. Игорь Карпов, считая его своим братом, осунулся и замкнулся. А Лина направилась прямо к доктору, который её лечил от ранения: “Прошу вас! Он мне, как брат! Пересадите ему часть моей печени!” Доктор напрягся: “Пересадить часть печени, а, вернее, её пункцию от “альфы” обычному раненому бойцу? Такой практики, насколько я знаю, нет. Но смысл в этом есть. Стой здесь! Я позвоню!” Уже через пять минут Лина лежала в операционной — у неё взяли пункцию печени.

Через три дня её хлопнул сзади по плечу курсовой офицер. Она, не ожидая этого, кинула его через бедро!

— Малахова! Чёрт тебя побери с твоей реакцией! — капитан пытался встать на ноги. — Я просто хотел сказать, что твоему Сенину укололи твою пункцию, он вышел из комы, и пошёл на поправку!

Лина была готова его расцеловались, но ответила по уставу: “Я очень рада, товарищ капитан!”

— Да, — курсовой офицер наконец-то стал на ноги, — с таким ранением, его, скорее спишут, как меня, на должность курсового офицера…

Лина удручённо кивнула, и пошла на занятия. Не прошло и десяти дней, как младший сержант Сенин позвонил им вечером сам: сержант Карпов просто ворвался в бокс девушки. Включил смартфон:

— Привет брат и сестра! Я очень благодарен вам за мое спасение, особенно тебе, Лина. Мы с Игорем всегда знали, что ты, амазонка, своих не бросаешь! Со слов медиков, мне не светит боевая работа, но рад, что у меня есть такие друзья, как вы. Удачи вам!

Абонент сам сбросил вызов, значит ему было морально тяжело общаться с ними. Карпов, опустив голову, вернулся к себе. В эту ночь оба спали очень плохо: снился раненый в бою товарищ, брат…Лозунг “спецназ своих не бросает” оказался не просто лозунгом. Он прошёл сквозь их души…

Время, увеличивая скорость своего течения, стремилось вперёд — к выпуску из ВУЗа. Как бы там ни было, но каждый курсант мечтает быстрее стать лейтенантом и приступить к настоящей боевой работе. И этот день настал: выпускники в золотых погонах лейтенантов, в составе подразделений слушают речь начальника ВУЗа “Антитеррор”, генерала Лихачёва: “Дорогие выпускники, парни и девушки, вы прошли этот нелегкий пятилетний путь обучения в нашем ВУЗе. Получили всё необходимое для борьбы с терроризмом: знания и навыки, порой, рискуя своей жизнью и здоровьем. Хочу поздравить вас с этим знаменательным в вашей жизни событием и пожелать всем вам удачи! Ура спецназу!

— Ура! Ура! Ура! — ответ лейтенантов на приветствие генерала громким эхом отразился от местных зданий. Дальше, как во сне — торжественное прохождение маршом перед трибунами с подбрасыванием по команде “и-и-и раз!” горстей монет! Сразу после этого поздравления от родных. Лину поздравил лейтенант Карпов, и его семья. Она была рада этому вниманию, но, всё-таки, чувствовала себя радостной, но белой вороной. Весь вечер в местном ресторане Игорь Карпов был рядом с ней. К ней, после его разъяснения, что этот вечер девушка танцует только с ним, больше никто не подходил. Он даже не спросил её желания. Она, исподволь, подчинилась ему. Шампанское они допивали в её боксе. Утром проснулись от звонка её смартфона. Игорь, даже сонными глазами смотрел на неё виноватым взглядом: “Выходи за меня замуж, я у тебя первый, как и ты у меня. Это судьба!” Лина посмотрела на испачканную простынь. Он был прав — в её детдоме всё было строго. Она улыбнулась:

— Мы просто почувствовали себя взрослыми…, давай немного повременим. Я пока не вижу себя в роли матери, хочу ещё послужить…

Игорь поднялся с постели: “Я люблю тебя, а ты…. Ладно, пойду на кухню, сварю кофе, зарядки сегодня уже не будет… Кстати, сегодня, как сказал мне курсовой офицер, приедут “покупатели” и нас могут раскидать по всей нашей необъятной стране… Это может быть наш с тобой последний завтрак…”

Он оказался прав — вошёл одним из первых и получил назначение в Забайкалье. Лина вошла по вызову последней, сразу после входа в аудиторию женщины в звании подполковника. Сидящие за столом “покупатели лейтенантов” от майора до полковника смотрели на неё безразличными взглядами. Будто она для них пустое место: невысокая, худощавая девушка, явно не чета большинству “амбалов”. Улыбнулась лишь только опоздавшая женщина подполковник: “Это та самая Малахова? Отличный вариант! Бегу вас в отряд “Гейши”! Пойдете?” Лина напряглась:

— Я боец, и не хочу работать какой-то подстилкой для террористов!

Аудиторию взорвал взрыв хохота. Лишь женщина чуть улыбнулась: “Лина, это не то, о чём ты подумала. Мои гейши заткнут за пояс любого бойца спецназа, и все, кто здесь находятся, об этом знают…” Реально, офицеры перестали смеяться и послушно кивали головами. Один даже сказал: “Это элита нашей организации! Как говорил один умный военный: “Командир должен думать, а не просто шашкой махать!”” Лина, уже сомневаясь, пожала плечами: “Мне ничего неизвестно о вашем отделе…” Подполковник Ларина довольно кивнула головой: “Ну вот и отлично, мы побеседуем с тобой наедине. Можешь успокоиться, ты хоть и симпатичная, но явно, не модельной внешности. Худенькая. Девушек для “медовой ловушки” мы готовим из других источников. Идём к кабинет, я тебе всё объясню!”

Оказавшись наедине с Лариной, Лина услышала то, о чём и не могла подозревать: “Наш отдел девушек “Гейши” организован не более пяти лет назад. Именно из таких девушек, как ты. Там только “альфы” с отличной спецназовской подготовкой. Ты самая последняя её версия. Наша надежда. Не скрою — я следила за твоими успехами с самого начала. О тебе знаю всё, даже то, что не знаешь ты. Ты прошла отличную спецподготовку, но главное твое обучение впереди: супергипноз, телекинез и предсказание прошлого и будущего, станут твоими основными дисциплинами. Обучение будешь проходить в нашем центре. С этого момента — ты реальная супердевушка, почти суперведьма! Лично я научу тебя всему, чем обладаю сама. Думаю, что ты способна превзойти даже меня! Ты приняла решение?”

— Да!

— Отлично! Едешь со мной!

*****

Глава 4. База

Лине показалось странным, что они поехали в центр на автомобиле Лариной. Она, будто читая её мысли, пояснила:

— Наш центр находится вдалеке от трасс гражданского транспорта, поэтому на моём автомобиле мы доедем быстрее.

Сразу после её слов они за малым не попали в автокатастрофу! Почти летящая навстречу им фура, без видимых причин, сложилась пополам и, перегородив всю дорогу, как снаряд, неслась боком прямо на них! На лице Лариной не дрогнула ни одна мышца. Она, откинув защитную крышку, лишь щёлкнула тумблером. На глазах изумлённой Лины автомобиль, подпрыгнув вверх, бодро перелетел через кузов фуры и тут же встал на колеса и продолжил путь. Подполковник, обращаясь неизвестно к кому, нажала кнопку гарнитуры: “Вы видели это? Прошу вас принять меры!” Их автомобиль остановился у ближайшей заправки. Ларина, продолжая говорить по гарнитуре, заправила свой автомобиль и принесла воду и мороженое: “Налетай! Жара!” Она достала из бардачка авто лист формата А-4: “Чуть не забыла, прочитай и распишись!”

— Что это? — удивлённо спросила девушка.

— Обычная подписка о неразглашении тайны!

— Так я уже подписывала!

— Ты подписывала о неразглашении военной тайны, а это о государственной.

Лина быстро пробежала глазами формальный текст и поставила короткую подпись. Ларина усмехнулась: “Даже по твоей росписи видно, что ты не страдаешь манией величия!”

— А надо? — улыбнулась Лина.

— Теперь да! Ты же суперведьма! Ну, по крайней мере, скоро будешь ей. Я не шучу — твое осознание личного “я” должно разбудить дремлющие в тебе способности.

Лина улыбнулась: “А этот трюк с летающим над фурой автомобилем, тоже от вас?”

— Не смеши меня, ты сама видела, как я включила тумблер. Это обычная система спасения, как катапульта в самолёте. Но скажу честно — если бы она не сработала, то это бы сделала я.

— И я так смогу?

— Ты уже можешь, только не умеешь пользоваться своими способностями. Ничего, дело поправимое, я тебя научу.

Не успели они выехать на трассу, как в небе появились дроны. Ларина, заметив её тревогу, пояснила: “Не паникуй, это наша охрана. Доедем без проблем!” Через час в пути они въехали в распахнутые перед ними ворота базы с табличкой на входе: “Воинская часть 12345”. Лина улыбнулась: “Номер части прикольный!”

— Да, — улыбнулась женщина, — прикольный, но это камуфляж. Наша база находится чуть в стороне, под землёй, а здесь лишь вход в неё.

Она, поднимая клубы пыли, остановилась перед старым, покосившимся сооружением, с табличной “Склад номер пять”. Вокруг ни души! Ни охраны, ни снующих по старым военным базам сталкеров и сборщиков металлолома. Прямо из глубины складированной рядом поленницы появился зелёный, сканирующий их луч. Было слышно, что в гарнитуре Лариной прозвучал механический голос робота: “Сканирование положительное, можете пройти вперёд! Доступ по первой форме разрешен!” Ларина взяла Лину под руку и увлекла за собой. Внутренне убранство склада номер пять совсем не соответствовало наружному имиджу: потолок, стены и даже пол из белого, похожего на мрамор, пластика. Прямо посредине его прозрачный прямоугольный, как аквариум премиум класса, лифт. Ларина повела Лину прямо к нему. Двери бесшумно закрылись, являя им полупрозрачную консоль управления. Хозяйка нажала сенсор самого нижнего, десятого этажа! Будто проваливаясь в пустоту, они устремились вниз. Пять секунд “полёта” завершились мягкой, почти не заметной посадкой. Дорога из лифта вела по длинному коридору к кабинету в его торце. Дверь открылась, как в супермаркете, автоматически. Их приветствовал голос компа: “Добро пожаловать, подполковник Ларина и ваша гостья!”

— Запомни её образ, Титан, это лейтенант Малахова! Наша сотрудница, форма допуска номер один!

— Есть, запомнил! — ответил Титан.

Ларина неуловимым движением включила проектор: объемное 3-D видео показало весь центр в объеме и цвете. Комп начал комментировать видео. Оказалось, что это достаточно большой подземный город, принадлежащий госструктуре “Антитеррор”. Главным в нем был зал оперативного управления и разведки. В нём круглосуточно несла боевое дежурство оперативная смена. И сюда же стекалась информация со всего мира. Но Ларина пояснила, что на этом этапе её почти не касается, а для тренировок — её уровень номер пять, полигон для совершенствования своих умений и навыков.

— Теперь это твоя вотчина! — пояснила начальник отряда. — Будешь там тренироваться под моим руководством до полной самотдачи.

Они снова вернулись в лифт и переместились на пятый уровень. Новая “вотчина” поразила Лину своим масштабом и оборудованием. Ларина повела её на сканивание мозга. Лаборант средних лет, улыбаясь, надел на её голову шлем, шлейфы от которого тянулись прямо к компьютеру. Щелчок, и под тихий свист аппаратуры начался процесс сканирования её мозга. Лина ощутила, будто кто-то немного щекочет его изнутри: “странное чувство лёгкого раздражения и покалывания”. На дисплее компа в режиме реального времени отсвечивались все параметры: быстродействие, время отклика на сигнал, амплитуда колебаний биоритмов и много чего непонятного ей. Оператор удивлённо поднял брови: “Такого я ещё не видел…, настоящая “альфа” последней версии. Причём, даже без намеков на глюки, как у предыдущих. Поздравляю, вас. Удачная покупка, но смею заверить, что у вас будут небольшие трудности: она очень упорная, стремиться к достижению своей цели, это плюс, но она будет настаивать на своём мнении. Где-то так…” Подполковник легко усмехнулась:

— Это, коллега, зависит от того, как выстроить с ней отношения. Я все понимаю, и не боюсь трудностей. Спасибо за исследования.

Экзаменатор снял с головы Лины шлем. Её исследователи совсем не догадывались, что, несмотря на плотные наушники, она прочитала их разговор по губам. Так, мелкая опция новой версии… Лина, улыбнувшись, спросила: “Ну что там? Мой мозг ещё на месте?” Оператор посмотрел на Ларину: “А же вам говорил, что отличная версия, с юмором!” Лину попросили посидеть немного в кресле, а сами отошли в сторону. Ларина спросила мужчину: “В нашем центре есть методика обучения этой версии?” Оператор пожал плечами: “У нас нет, сделайте запрос в институт сами. Вам дадут быстрее”. Женщина кивнула головой и предложила Лине прямо сейчас приступить к занятиям. Небольшое помещение, куда она привела её, казалось студией звукозаписи. Их голоса в пустом помещении совсем не давали эха. Ларина поставила Лину прямо посредине комнаты, а сама отошла до стены: “Сейчас будем изучать пространственное восприятие, поиск цели в полной темноте. Я надену на тебя наушники и закрою глаза, выключу освещение. Буду тихо перемещаться вдоль стен помещения, а ты будешь отслеживать мое положение. В момент включения света, которому будет предшествовать писк в твоих наушниках, ты должна указывать на меня пальцем. Готова?

— Вы не сказали, чем я должна вам видеть?

— Всем, кроме зрения и слуха! Своим телом!

Лина пожала плечами и послушно надела наушники и черные очки.

— Поехали! — инструктор нажала на пульт дистанционного управления. Свет в комнате погас, и она медленно пошла вдоль стены. Сразу после писка в наушниках включился свет. Лина показывала пальцем на ту стену, где стояла Ларина, но достаточно далеко от неё.

— Плохо! — оценила инструктор. — Очень плохо!

Лина сняла очки: “В моей голове что-то мелькает, я вижу вас, но отрывисто, с большими паузами”.

— Ладно, упростим задачу, тебе надо настроиться, понимаю, что на тактике тебя учили с приборами ночного видения. Ты подсознательно ориентируешься на его излучение. Тебе надо перестроиться. Я надену прибор ночного видения сама, а ты верни свои очки на глаза. Приступаем!

Свет снова погас. Ларина отлично видела Лину: она, поймав сигнал её прибора, крутилась на месте, указывая пальцем прямо на неё. Даже после изменения направления и скорости Лина успевала за ней. Свет включился. Обе сняли очки. Ларина спросила: “Что ты видела?”

— Сначала ваши светящиеся очки, а через минуту всю вас, целиком.

— Уже лучше, ты начинаешь ловить волну. Повторим то же без моего прибора.

На этот раз после включения света Лина уверенно показывала на стоящую возле стены женщину. Эксперимент усложнили: Ларина уже бегала вдоль стен. Отлично, но инструктор сомневалась. Решила усложнить задачу: надела на себя комбинезон, а Лине дала стреляющий шариками с краской пистолет, похожий на те, что используют в пэйнболе. Свет погас в очередной раз. Ларина, быстро меняя направление, побежала вдоль стен, временами падала прямо на пол. По свисту в наушниках, без включения света, Лина стреляла в инструктора. После седьмого выстрела свет включился. Ларина, сняв костюм, начала рассматривать разноцветные метки попаданий:

— Красный, жёлтый, оранжевый, синий…, а где седьмой? Чёрный?

Лина улыбнулась и, коснувшись её лба, мазнула пальцем: “Вот! Вы убиты!” Ларина рассмеялась: “А с тобой не так сложно работать! Ты схватываешь всё на лету. Только не зазнавайся, это только начало обучения, семечки, самое сложное ещё впереди. Идём на обед, а через полчаса отдыха другой урок — телекинез.

Обед оказался немного вкуснее и разнообразнее, чем в ВУЗе. Лина, привыкшая есть мало, удивила Ларину:

— Тебе этого хватило? Или проблемы с аппетитом?

— Вполне, я всегда столько ем. Всего по чуть чуть…

— Странно, при твоём быстром обмене, таком метаболизме, тебе хватает? И голова никогда не кружится.

— Нет, — улыбнулась Лина, — у меня не бывает болезненных состояний, разве что неважное настроение.

— А сейчас?

— Нормально, я люблю получать новые знания и навыки, мне кажется это интересным. Хотела вас спросить о природе телекинеза. У меня было несколько таких случаев, чаще в бою по системе Кадочникова, когда создаёшь пустоту. Странно, но сама, физически, просто уклоняясь и ничего не делая, замечала, что сильно при этом устаю.

— Это нормально. Телекинез требует большой энергии индивидума. Ты используешь свою, личную энергию. Она не так велика, и безвозвратно уходит из твоего тела. Опытный мастер использует энергию космоса, его личная энергия используется лишь для открытия этого канала. Здесь, под землёй, это проблемно, мы немного отдохнем и поднимемся на поверхность. Там есть, где разгуляться.

Лифт поднял их на поверхность воинской части со смешным номером. Они направились на ближайшую лесную поляну. Ларина лишь посмотрела на лежащую неподалеку толстую сухую ветку, и не отрывая от неё взгляда, подбросила высоко вверх. Взлетевшая от её взгляда на высоту пятиэтажного дома ветка, метко упала Лине под ноги. Инструктор спросила:

— Попробуешь?

Лина пожала плечами и уставилась на ветку. Она медленно поднялась в воздух и повисла на высоте её пояса.

— Это всё? — усмехнулась Ларина.

Лина уже злилась: в глазах сверкнули искорки недовольства. Ветка, ломаясь на две равные части, быстро устремилась вверх, но немного ниже, чем у Лариной. Не успели они коснуться земли, как снова взлетели вверх, уже выше. Девушка устало присела на землю: “Всё! Больше не могу! Нет сил…” Ларина присела рядом с ней:

— Это то, о чём я тебе говорила. Энергия твоего тела лишь должна открывать клапан энергии планеты и космоса. Ничего, после курса философии физики тебе будет легче это понять. На сегодня все! Иди отдыхать и восстанавливать свои силы. Рекомендую больше кушать, одной духовной энергией сыт не будешь. Хотя, йогу мы тоже будем изучать. Вставай, лейтенант Малахова, это только первый твой учебный день!

*****

Продолжение текста справа: нажмите меню "без названия" справа_________________________>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>

  • Возвращение алой кошки / Пером и кистью / Валевский Анатолий
  • Женщина, идущая с работы - NeAmina / Верю, что все женщины прекрасны... / Хоба Чебураховна
  • ПРОСТО МЫСЛИ / Сергей МЫРДИН
  • Хорошее настроение / Андреева Рыська
  • Стриптиз-бар (флудим в удовольствие) / Авторский разврат - 4 - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Марина Комарова
  • Снежинка первая. Ночь перед Бурей / Снежинка / Блинчик Лерка
  • Марионетка* / Чужие голоса / Курмакаева Анна
  • Люси. Между эпохами / Машина времени - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Чепурной Сергей
  • Снизу вверх / «Огни Самайна» - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Марина Комарова
  • К лету! - Гофер Кира / «Необычные профессии-2» - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Kartusha
  • Дети учатся, творят, мечтают / Дети учатся жить / Фидянина-Зубкова Инна

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль