Полдень рождается утром

I

Восход искусственного солнца, как всегда, стал неожиданностью, хотя и программировался на точное время. Но так уж устроен человек: определённое он воспринимает за случайность, а случайное – за определённое. И пусть даже человечество выбрало путь рационального развития, когда каждый процесс рассматривается с точки зрения увеличения выгоды и понижения затрат, в час пробуждения обычный человек всё ещё думал о своём сне, где мечты поднимали его высоко над горизонтом собственных реальных возможностей.

Так думал и Валентин Йонаттон, штатс-инженер №1.5 астрамарной[1] машины «Эклипсими». Лучи яркого искусственного солнца холодно осветили его каюту, как только прошла последняя минута его шестичасового сна. Научно доказано, что именно такое количество времени необходимо рабочему человеку восстановить как физиологический, так и психологический ресурс. По крайней мере, так вещали люди в халатах по УТК[2], руководство которых весьма строго относилось к качеству транслируемой информации.

Всё это никак не помогло Йоннатону проснуться быстро и с улыбкой на лице, как рекомендовали методички астропереходов. Наоборот, он проснулся с мрачным настроением, достаточным, чтобы одним взглядом поджарить белковый порошок в яичницу без использования три-де-создателя. Йоннатон обладал, как сказали бы в наше время, интересной чертой – каждый человек воспринимал его по-разному. В эпоху стремления к тотальной унификации персонифицированных данных такая особенность считалась даже привлекательной. Для одних Йоннатон был жизнерадостным и вдохновляющим, для других – сосредоточенным и серьёзным.

Подойдя к зеркалу, Йоннатон увидел уставшее мужское лицо около 22-25 лет. Телосложения он был среднего, не выделяющегося какими-либо физиологическими совершенствами. Рыжий, его усы только начали закрывать верхнюю губу. Карие глаза, когда-то сверкающие вспышками оптимизма и даже энтузиазма, сейчас представляли два, пусть и глубоких, но почти пустых колодца. Закончив свой утренний туалет, который обычно состоял из зубной пасты «Тиисхэппи», одноразовых расчёски, а также зубной и ушной щёток, Йоннатон одел свою рабочую форму и направился на камбуз.

Штатс-инженер №1.5, Валентин Маркович Йоннатон являлся старшим специалистом энергетической трансмиссии, которая обеспечивала движение энергии по всей астромарной машине. Приставка «штатс» означает постоянный, а номер «№1.5» расшифровывается как первый отсек пятой палубы, где непосредственно располагался дежурный пункт Йоннатона. «Эклипсими», названный так, скорее по ошибке и не знания тонкостей довоенных языков, так как имелось ввиду «Эклипс» – «Затмение», являлся сравнительно небольшим, но ярким представителем послевоенного флота «Новой Земли». Разрушенные производственные мощности некогда процветающей «самой большой из населённых» планет системы Ефимова-Стрельникова не позволяли более строить корабли, полезная грузоподъёмность которых превышала бы 40.000 тонн. Ситуация усугубилась отказом от устоявшейся инженерной школы, примером чего стало распространение «астрослов»: «астропереход», «астромарная машина», «астролёт» и т.д. Однако звездолёты, как бы их не называли, всё равно были необходимы для бесперебойного обеспечения «Новой Земли», и проект лёгкого астролёта типа «Эклипсими» с полезной грузоподъёмностью 500 тонн фирмы «Астра Индастриал энд Ко» оказался наиболее доступным для частников. С учётом распространившейся практики пиратства, это был и наиболее безопасный вариант, так как проекты собственных конструкторский бюро создавались в иной международной обстановке и не предусматривали наличие на борту какого-либо противокорабельного оружия, которое могло быть установлено на астролётах типа «Эклипсими».

Именно на таком астролёте, сегодня, на седьмой день 22-ой дежурной смены, экспедиция, подготовленная таким большим трудом «Высшей Академией изучения звёздного пространства», достигла объекта своего изучения – пространственно-временного разлома, обнаруженного случайно в ходе одной из коммерческих экспедиций. После отгремевшей войны, затронувшей около 5% всех колонизированных человечеством звёздных систем, то есть около 70-ти населённых миров, такие экспедиции стали частым явлением – они обеспечивали спрос на возобновление межзвёздной торговли, для которого, порой, было необходимо заново открывать ранее известные миры.

Пространственно-временные разломы не были сенсацией для научного сообщества «Новой Земли», однако, возникновение разлома является довольно редким явлением. Ещё реже удавалось найти такой разлом. Ситуация осложнялась потерей в ходе уничтожения Главного Архива некоторых пластов как теоретической, так и практической научной информации, накопленной сотрудниками Архива за столетия изучения данного природного явления. Случайная находка разлома в близости от навигационного звёздного тракта стала научной сенсацией для всей Академии, и было принято решение, несмотря на ликвидацию возникших в ходе войны разрушений, выделить средства на изучение найденного разлома.

Научным сообществом выдвигались разные гипотезы о причинах возникновения пространственно-временных разломов. Но одним из наиболее дискуссионных являлся вопрос конечной точки движения частиц, прошедших через разлом. Изучение данной темы открывало серьёзные стратегические перспективы, которые не могли игнорировать, пусть и разгромленная, но всё ещё высшая академия изучения звёздного пространства.

Итак, под тяжёлым, безжизненным взором планеты «Парма-5» и её покинутого орбитального кольца, звездолёт «Экслипсимо» плавно приближался к сверкающему во тьме потоками неизвестной материи пространственно-временному разлому, разрезавшего тьму, словно яркий, переливающийся всеми цветами радуги, кошачий коготь.

[1]Астрамарный переход – перемещение специализированного устройства через пространство и время.

[2]Универсальные телеметрические каналы (УТК) – способ связи, позволяющий доставлять сообщение на портативные встроенные в организм человека устройства в любом формате: аудио-, видео- ил текстовом.