Большие глаза на правиле души

В большие глаза, как всегда — загляни

И выдумай принцип такой же — любви,

Что прочит и прочит надменно — игру

Внутри равномерного почерка — силы,

А после уводит твой мир, как — поток

Внутри равномерного чувства — от роз,

Где в правиле душ ты не видишь — петлю,

Но веришь, как чувствами сможешь — уму

Пронять сложный мир или памяти — яд,

Направив там редкий алмаз — на краю —

Уже равномерного тона быть — здесь,

Как Лола — в таком же Юпитере зреть

К причине своей непомерной — игры,

Где женское счастье зависит — теперь

От слабости душ или странно — снуёт

В поднятой морали от точности — формы.

Я знала ту сущность и мир — между грёз,

Там были большие глаза мне — чутьём,

Но старому сердцу не выключить — яд

В направленной гордости выжить — в черте,

Как стать символической гордостью, где

Ты больше не помнишь себя и — людей

В любви одинокой картины — быть ей —

Такой же искусственной куклой — на вид,

Чтоб зреть метафизикой в части — игры,

Но вид мой был дерзок и стала — в себя

Я странно тому приходить — между лет,

Что было за двадцать мне также — у зла

Любви в красноречии тонкости — черт,

А Инари в плотном тумане — провис,

Как город в кону мимолётной бы — лжи,

Что можем мы правилом сделать — сюрприз,

Но стать необычной трагедией — в нём

И в личности позднего чувства — искать

Тот мир обывателей, чтобы — летать

Под разной основой в направленном — сне,

Когда ты не знаешь, что снова — глаза

Мне станут — большой диаграммой вокруг

Второй современности, чтобы — опять

Я стала бы леди от пройденной — тьмы,

Где может сегодня горюю в том — сне.

В том Инари томной привычкой — руки

Мне думал о личности снова — плохой,

Я стала капризничать, чтобы долой

Согнать много душ от прелюдии — мифов,

Что снова подружкам тому бы — нашла,

А после в душе провернула под — стяг

Такого бы чувства играться — впотьмах

Над пропастью мелкого стиля — по миру,

Там были следы мне неявной — борьбы,

Как делать внутри ничего не могла — я,

Но снова капризной системой — под миг

Искала свой остров затерянных — плит,

Там жил лишь сеньор из потуги — такой,

Что Инари мог бы упрятать — долой

В себе — фотографии, чтобы — летать

За здравой критичностью в небо — искать

Тот ужас, что в чувстве уже — перешла

Я снова и снова, но мир свой — нашла,

И вот, всё под мифы сложила — в зарок,

Чтоб там анекдотами выделить — ток

В общении женском и между — людей,

Как могут мне дамы в тени — между черт

Заискивать прошлый фантом — от души,

А после играться в тени — этих черт,

Что Лола не знает им юмор — литой,

А прожитый космос в Юпитере — злой,

Расстроил свой ветер и стало — темно

В непрошеной гордости выть — заодно

В раскрытый пролог на космической — мгле,

Где снова большие глаза — подберу,

Чтоб лучше казаться себе — по нутру

И сделать тот юмор, как личности — мель,

Что сесть ты не сможешь и встать — на уме,

Но будешь в иголках искать — по дождю

Те проруби личного тока — в свой хруст,

Где сам ты негодник и маятник — пусть,

Сложил свой зарок неподъёмной — души,

Но стал мне Юпитером небо — душить

И видеть тот чёрный пролог — бытия,

Внутри от которого стала бы — я —

Тебе — лишь невестой и манией в ряд

Уже одиночества в звёздах — играть

Тот мир символизма, что снова — молчу

И вижу свой пафос реальности — мирно.

В том долге сомнений уже бы — нашла

Я риск между правом учиться — себе

И быть в том приглядной отметкой — уму,

Чтоб праздновать снова победу — над эхо,

Где просто жила, а семья — между слов

Душила мой сон на отверстии — черт,

Что в тон провидению выжить — могла

Я в честности прошлого мира — теперь,

Как стала менять свой пролог — бытия,

Лгала может многим, но эхо — долой

В свой сон обольщения там — отнесла,

Чтоб видели все мой пронизанный — сон

На ощупь, а может внутри — между черт,

Где Лола не будет ужимкой — подряд

В таком бы вращении медленных — лет,

Но в качестве смерти поэтому — врать,

Как стали мужчины там видеть — покой

Уже бы со мной и почти — привирать —

В мой сон состояния, чтобы — летать

Там дальше и глуше, а также — читать

Быть может и мысли в кону — этой мглы,

Где Инари — город, в котором тепло —

Мне стало уже бы мечтать — между розг

В глубинной практичности, как отнесло

Там душу покойника в смерти — опять,

И стала я млеть от такой — тишины,

Что может и космос души — перенять,

Но думаю в множестве почерка — к миру,

А мир отвечает друзьями — под мел —

Которой в себе субъективности — ждать,

Что вниз обстоятельству выше — не смел

Ты может мой возраст сегодня — пленять,

Но жду одинокой звезды — между ран —

Я в личности подлинной словом — грозы,

Как ловко меня одурачил мой — друг

И стал бы в тисках привирать — от потуги,

Что может мой дар на кону бы — понять,

Что станет мне мужем и выше — на сон

Такой же любви объективности — ждать

Другую реальность, чтоб ближе — к себе

Доказывать пошлость и манию — глаз,

Но снова большие глаза бы — пленять,

Как сложный апломб истощения — ран,

Где душу открыть ты не можешь — умам.

Так стало светать и почти — рассвело,

Я вышла внутри по квартире — на торг

С причиной любви отношений — к себе,

Чтоб замертво прыгнуть в реальность — её,

Но стало мне плохо, когда бы — туда —

Залез снова Роджер и вымел — полог —

Такой обольщением славной — стены,

Что мне в привидении слышно — зарок,

Как будто я стала, как мышка — в плену

Работы искусственной линии — мнить

Ту наледь борьбы, чтобы утром — себе

Опять бы судьбу между чар — изменить,

Но жизнь протекала и шла — чередой,

Как сложный и нудный себе — постовой,

Что вечно храпит или гложет — мораль

Внутри равнозначности выделить — шаль

На новом плече из скабрёзности — в топь

Уже бы другого искусства — искать

Такое же чувство мне юмора, чтоб

Там было бы лучше свой день — отзывать

И мнить в каждой дольке каприза — вину,

Как бледную даму, что там — на кону —

Ты ждёшь экзальтацию в нише — опять,

Но больше не видишь потребности — в мире.

Война или сладкий пролог — между грёз

Пронзили мой юркий поток — бытия,

Я стала ворчливой, чтоб эго — туда

Опять провалилось и вняло мой — прок,

Но снова практичностью следом — вопрос,

Как уж обязательства вышел — не всем,

И Роджер унёс мой порог — между тем

Кто нужен сегодня в тщеславии — миру,

Кто был небогат, но отлит — наугад

Под ранний рассвет историчности — черт,

Кто мудростью вылепит небо — под квант,

Наполнив сосудами вечности — флирт,

Что заново там я боюсь — этой тьмы,

Живя, проживая свой день — между лет,

Как стало мне тридцать и алой — тоской

В глазах отдалось небо в новый — изгой,

Там мир, как панама из редкой — души,

Нет места прикинуть свой жар, чтобы жить

И редкий апломб шевелить — наутёк,

Что стал мне и Роджер противен — у ног,

Когда бы в постели приятностью — сам

Сманил много дам в ответвлении — чар,

На том прикорнув в сон идей — наугад,

Где словом не вижу, что бабник — от дам

Он сам — и немного прожил бы в судьбе,

Наполнив сосуды мне в ревности — злой,

Но больше и больше я вижу — свой рок,

Когда бы юристом была — между тьмой,

А тьма раздавалась исчерченной — в мель

Капризами бренностью — тело иметь

И жить, как проношенный берег — туда,

Где много людей, но не видно бы — ада.

Он стал мне мельканием прошлого — в дар,

Я мучилась сном и немного — в глазах

Устало противилась в душу — пронять

Мой выдох реальности эго — пленять,

Пока от работы до дома — мой мир

Не сразу внутри подводил бы — глаза,

Чтоб чёрными красками сделать — поклон

И выманить новый под флирт — унисон,

Там вороном трезвости вымел — апрель

Мой сон постоянного образа — в жар,

Я вижу, что снова дорога — прошла,

Но слышу, как мне отдаётся — в пожар

Мой смыслом тому ухажёр — между грёз,

Что стал он придиркой на каждом — шагу

Менять эти тени и может — под хмель

Стремительно новые облики — в зрении,

А в старой игре — только боли тупик,

Свобода и стройный поток — между глаз,

Где много любовниц и страх — признавать

Свои опрометчивой близости — топи,

Где меньше укора Юпитер — хранит —

Там в душу мою — славный юмор уже,

Но будет искусственной выдумкой — плит

Ложиться под разностью черт — потому,