Бандитское Петькино

1. НАЧАЛО

Всем хорошо Петькино! Есть здесь и огороды и три двухэтажных дома, и огромный стадион, в густом бурьяне которого, как лазутчики от врага, скрывались телята. Одно только плохо: скучно. В других населенных пунктах есть цирки, казино, Дима Билан и Эрмитаж. А в Петькино что? Летом зной, комары да мухи, а зимой метели и снег под самые крыши. У одного местного жителя однажды от зевоты даже лицо перекривило. Его так и звали Криворотым, а настоящую фамилию и имя со временем забыли.

Вот так сидели как-то весь летний день на берегу речки Саша, Шура и Саня. Делать им было совершенно нечего. Купаться надоело до чертиков. Да и собственно говоря, особенно и купаться негде было. Речка к этому времени уже пересохла и состояла из нескольких луж. Сначала они кидали в воду засохшие коровьи лепешки. Потом стали играть в города на щелбаны. Но городов они знали очень мало, потому игра сразу же закончилась.

Так они лежали-лежали, потом сидели-сидели, потом снова лежали-лежали, тут Саша и говорит:

— А давайте банду создадим?

— А что? Клёво! — согласился Саня.

А Шура промолчал.

— Тогда нам надо клички друг другу придумать, — сказал Саша.

— Тебе надо — ты и придумывай! — буркнул Саня.

— Меня зовите Поцарапанным!

Саша сделал зверское лицо.

— Ты…

Саша ткнул Саню пальцем в грудь:

— Ты будешь Годзиллой!

— Чем?

— А ты…

Саша показал на Шуру.

— Джек Ворошитель.

Шура зевнул в знак согласия.

— А назовем мы нашу банду «ТриА». Потому что наши имена начинаются на А.

— А у меня на ШУ, — сказал Шура.

— Ну, и ладушки! Давайте не портить общую картину! Для начала обдумаем план.

Саша остервенело стал чесать затылок.

2. ВООРУЖЕННЫЙ ГРАБЕЖ

Какой-то безотчетный страх закрался в Володину душу. В конце темного переулка тускло мерцал единственный фонарь, отражаясь желтым пятном в луже. К тому же плешивый пес перебежал ему дорогу. Володя весь день, как обычно, прошлялся и опять не сделал уроки. «Ох! И всыпет мне мамка!» — грустно подумал Володя. И сбавил ход. Сзади раздались шаги. Володя обернулся и увидел три зловещих фигуры, быстро приближающиеся к нему. Володя пошел еще медленнее. А потом и вовсе остановился, разглядывая догонявших его. На них были вязанные шапочки с прорезями для глаз. Его распирало любопытство. Кто же это мог быть? Наконец троица догнала и окружала его, отрезая пути для отступления.

— Ништяк, пацаны! Даете! — восхитился Володя и широко улыбнулся. — Никак не могу вас узнать.

— Погоди! Узнаешь! Деньги гони! Мобильник! Часы! Драгоценности!

— Клёво!

Вова даже подпрыгнул от радости. Как в кино!

— Слышь! Я тебя узнал! Ты Дениска! Или не Дениска?

Троица была явно раздосадована. Один даже начал стягивать шапочку. Но грабитель, который требовал деньги, мобильник, часы и драгоценности, натянул ему шапочку на место. А потом ткнул его кулаком в бок.

— Ты чего, Поцарапанный? Больно же! — захныкал тот. — Чего пихаешься-то?

— Не вопи! Бандиты не плачут! — сипло проговорил Поцарапанный.

— Ништяк! — Вовка захлопал себя по животу. — Здорово как!

— Ты чего, пацан, не догоняешь? Деньги давай или перо в бок! Секешь?

Тот, который хныкал, толкнул Володю.

— Ты это чего? — возмутился Володя. — Здоровья много? Поубавлю сейчас! — Значит, так, пацаны! Денег у меня нема и мобильника тоже. Зато у тети Нюры я нарвал ранеток. Хавайте! Они, правда, еще зеленые. Могут червивые попасться.

Володя дал каждому грабителю по ранетке. Они захрумкали, громко чавкая. И тут же начали плеваться.

— Как резина! — сказал Поцарапанный. — Рано еще ранеткам.

— А я предупреждал.

— Слышь, пацан! Раз у тебя ничего нет, тогда мы пойдем. Может, с другим повезет.

— Нет! так не пойдет! — возмутился Володя. — Вы на меня первого напали. Значит, меня и грабьте!

— А чего с тебя взять, если у тебя ничего нет, кроме резиновых ранеток. Да и те ворованные.

— Да я же вам говорил, что они еще не поспели. Я же не Пушкин, чтобы сделать их спелыми.

— Ну, ладно! Не обижайся, пацан! Покедова! Хиляй домой!

— Не! Не! Не! Не!

Володя вцепился в них, как рак.

— Чего ты? Чего пристаешь? Отпусти!

— Нет уж! А ну-ка грабьте меня!

— Да у тебя же нечего грабить!

— Ну, хоть майку снимите!

— Да зачем нам твоя майка! Она вон какая грязная, еще и с дыркой. Ее и в руки-то противно брать.

— Постираете! Заштопаете! Еще сто лет носить будете! А может быть, загоните кому-нибудь! За баксы!

— Да не нужна нам твоя майка!

Они хотели убежать, но не тут-то было. Двоих Володя крепко держал, а на третьего смотрел с нескрываемой угрозой.

— Отпусти! — захныкал Годзилла. — Мне домой надо!

— Успеете! А ну-ка грабьте, я вам говорю! А не то вломлю!

Володя прижал их к забору и решительно пресекал всякие попытки убежать. Годзиллу даже щелкнул по носу.

— Еще раз спрашиваю: вы будете меня грабить или нет? отвечать!

Теперь уже все трое захлюпали носами.

— А ну не сметь снимать шапочки! — грозно прикрикнул Володя. — Вас никто не должен узнать. Чего молчишь, Поцарапанный? Где твой финский нож?

Он похлопал Сашу по карманам и разочарованно вздохнул.

— Вовчик! Отпусти нас, пожалуйста! Мы больше не будем!

— Как это не будем? Как у вас язык поворачивается? — возмущению Володи не было предела. — Единственная за кои веки завелась в Петькино банда. И те «не будем»! Интересно девки плящут! Я вам сейчас дам! Я вам дам!

И начал давать. Да еще как! Опасно всё-таки грабителям ходить по темным переулкам.

3. ДЕРЗКИЙ НАЛЕТ

На следующий день всё Петькино гудело, как растревоженный пчелиный рой. Только и разговоров о банде, которая грабит всех подряд. Володя стал героем дня. В школе даже отменили два последних урока и устроили общешкольное внеклассное мероприятие под названием «Дадим отпор организованной преступности!», на котором Володя целых три с половиной часа рассказывал о том, как его грабили в темном переулке. После его рассказа учитель ОБЖ выразительно зачитал инструкцию о том, как избежать нападения вооруженных грабителей. Затем был показан видеофильм, снятый студией «Спас». На мероприятии присутствовали съемочная группа местного телевидения и начальник следственного отдела. Следователь сурово заявил, что, по всей видимости, это «гастролеры», профессионалы высочайшего класса, и хотя никакой надежды их поймать нет, тем не менее они приложат все усилия.

«ТриА» поняли, что обратной дороги к прежней скучной жизни для них уже нет. И они начали подготовку…

— Всем лечь на пол! Руки вверх! Это ограбление!

Они ворвались, как голодные коты в приоткрытую дверь кухни, когда там жарят рыбу.

В руках одного вороненой сталью блестел автомат Калашникова, второй размахивал наганом системы «маузер», а третий угрожал осколочной гранатой.

— Ох, как удобно лежать на полу с поднятыми вверх руками! — возмутилась продавщица Анна Иоанновна. — Тем паче, что я еще и пол не мыла.

— Чего говорят-то? — спросила баба Алиса, единственная покупательница в магазине. Она была совершенно глухой на одно ухо, а другим слышала только тогда, когда в него громко кричали.

— И чего вы хотели, молодые люди? — строго спросила Анна Иоанновна, перевернувшись на спину.

— Ограбить вас! Чего же еще? — пробормотал Поцарапанный.

— Ну, так грабьте! — закричала Анна Иоанновна. — Чего застыли на пороге, как истуканы?

Анна Иоанновна переместилась на четвереньки.

«ТриА» приблизились к прилавку.

— Деньги, пожалуйста, давайте! Всю выручку! — сказал Годзилла.

Анна Иоанновна выпрямилась. Джек Ворошитель тем временем достал из-под куртки пустой целофановый мешок.

— Точно говорят, что гастролеры. Если вам нужны деньги, нужно было приходить после получки. А до получки у нас все под запись берут. И она бросила на прилавок толстый гроссбух.

— Здесь всё записано! Можете поинтересоваться, граждане грабители, кто и сколько.

Годзилла заинтересовался. Его грязный палец пробежал по странице и наконец-то остановился. Затем он присвистнул. Его родители задолжались уже на две с половиной тысячи. И когда успевают?

— Постойте! — вспомнила Анна Иоанновна и полезла в карман темно-синего халата. — Илья Семенович жвачки покупал. Вот он и рассчитался пятью рублями.

И тут же рассмеялась.

— А у самого протезы. Своих-то зубов нет. Вот возьмите.

Лицо Поцарапанного сморщилось под шапочкой, как от лимона.

— Не нужно!

Он передернул затвор «калаша». Но сделал это слишком резко. Затвор отвалился.

— Ясен день! Кому такие деньги нужны! — сказала Анна Иоанновна. — Зато у меня товаров здесь на несколько тысяч.

— Мне, если можно, бутылочку лимонада и…и…и… пакетик семечек! — попросил Годзилла.

— А мне… — робко прошептал Джек Ворошитель.

— Чего тебе, мелкий?

— Ну, и мне чего-нибудь вкусненького!

— Сушечек возьмете? Триста грамм всего осталось. Они, сушечки то есть, если их в воде подержать двое — трое суток, ничего, мягонькими становятся. Кушать можно!

Поцарапанный с нескрываемым презрением покосился на своих подручных.

— Дайте мне чего-нибудь из обуви! — проговорил он и навел автомат на Анну Иоанновну. Жалко, что затвор отвалился.

— Чего он говорит-то, Аннушка? — спросила баба Алиса.

— Баба Алиса! Оно вам надо? — набросилась на нее Анна Иоанновна. — Я сейчас обслужу молодых людей и займусь вами. Вам всё равно, вы же на пенсии. Вам торопиться некуда. А вот молодые люди, может, еще куда-нибудь на грабеж спешат. Понимать же надо!

Анна Иоанновна повернулась к Поцарапанному.

— Валенки? Сапоги кирзовые? Или галоши?

— А тапочки можно?

— Только сорок девятого размера.

— А поменьше что-нибудь есть?

— Поменьше есть только подгузники.

— А из оружия что? Желательно огнестрельного.

— Да вот последний остался!

Анна Иоанновна достала желтенький пластмассовый пистолетик, который подошел разве что только Дюймовочке. Поцарапанный поморщился.

— Нет! тогда уж лучше дайте тоже бутылочку лимонада и орешек. Пакетика хватит.

— Чего-нибудь еще желаете?

— Да, пожалуй, всё!

Джек Ворошитель бросил три бутылки лимонада и три пакетика в пустой целлофановый мешок.

— Ладно! Мы пойдем, наверно, — сказал Поцарапанный

— Успехов вам, молодые люди!

— И вам тоже! Огромное спасибо! — поблагодарил Годзилла. — Ох ты!

Он подошел к прилавку.

— Вы это… того…

Он послюнявил грязный палец, пролистал гроссбух и уткнул палец в запись своих родителей.

— Вы это… значит… того… Припишите, чего мы взяли.

— Да чего ты там копаешься? — зашипел с порога Поцарапанный. — Давай быстрее, пока нас не загребли! Копуша!

«ТриА» стала рвать когти, то есть ноги в горсть и скачками, одним словом, слиняли. Ну, типа удрали.

4. ИДТИ ВА-БАНК

На этот раз уже весь район гудел. Только и говорили о петькинской банде. В областной «Дежурной части» по телевидению рассказали об ограблении магазина в Петькино. Сообщили, что грабители похитили 5 коробок шоколадных конфет, коробку вермишели, полтора мешка сахара и полмешка соли.

— Вот так, братцы! — сказал Поцарапанный. — Будем мочить!

— Чего?

Годзилла и Джек Ворошитель побледнели. У Годзиллы задергался левый глаз.

— Ну, уж нет! На мокруху мы не пойдем!

— А куда вы денетесь? — ухмыльнулся поцарапанный. — Все мы повязаны одной веревочкой. И обратной дороги нет. Или кто-то захотел явиться с чистосердечным?

— А ко…ко…ко… кого?

— Кого… кого… Мочить будем бруснику. Вы когда-нибудь моченную бруснику ели? Вкуснотища такая! А вообщем-то, братцы, хватит мелочовкой заниматься! Будем брать банк!

— Какой — такой банк? — воскликнул Годзилла. — У нас в Петькино только банки под соленые огурцы есть. А никакого банка и в помине нет. Ты уж совсем, Поцарапанный!

— А вот ты и ошибаешься, Годзилла! А касса ЗАО?

— Касса? Но слушай…

— Никаких «слушай»! У меня план. Гениальный!

В ЗАО наступил день получки. Его с нетерпением ждали не только работники, соскучившиеся по денежкам. С самого раннего утра в конторе или возле конторы яблоку было негде упасть, потому что яблонь в Петькино не росло. На работниках были самые праздничные одежды. Мужчины кристально выбритые, надухоренные и одухотворенные. Женщины накрасили ногти на руках и ногах, а многие сделали «химию» в рассрочку.

— Ну, скоро ли? — раздавались нетерпеливые крики. — Никакого уже терпежа!

— А мы-то с ночи заняли очередь. Так что не толкайте нас!

— А деньжищ-то много?

— Ой, много! Тысяч… тысяч…много! Во! сколько!

— Вот уж огребут так огребут! Чертяки этакие!

И тут разнесся истошный вопль:

— Идут! Идут! Идут!

Все глядели в одну сторону, откуда шествовали три низкорослых фигуры в вязанных шапочках с прорезями для глаз.

— У одного-то автомат!

— А у другого пистоль!

— А третий с разрывной гранатой! Как бабахнет!

Грабители, не торопясь, подошли к конторе.

— Качать их, мужики! Чего рты разинули?

С дюжину здоровых трактористов и скотников подхватили «ТриА» на руки. И начали их подбрасывать.

— Ура! Виват!

— Слава нашим доморощенным петькинским грабителям! Да здравствует местная организованная преступность!

Затем женщины подносили цветы, а пятиклассница Оленька прочитала стихотворение собственного производства. Это был настоящий праздник для всех жителей Петькино!