Desolation

Лекарства от войны так и не нашли. Кровь человека проклята вести борьбу со всем, что ему дорого.

Мы стоим у обрыва, и оба тянемся ко дну. Ты говоришь, что считаешь меня слишком неуместной и чужой в старомодном карнавале жизни, и впервые я соглашаюсь. Ощущение истинного одиночества внутри срывает маски с моего лица, и ты видишь меня настоящую: с кучей недостатков, пораженную, искалеченную.

Идеал девушки, создававшийся мной так долго и так упорно, оказался в итоге лишь насмешкой над собственными чувствами, которые, сколько их не калечь и не сжигай, все равно вырвались наружу.

С самого начала я отвела нам роли в этом немом спектакле: ты хороший, я плохая. Ты улыбаешься, в то время как я вонзаю ножи в твою спину. Ты говоришь, что прощаешь, когда я равнодушно разбиваю вдребезги наше мнимое счастье. Ты не отводишь взгляд и не отворачиваешься от меня, когда я показываю тебе свое каменное сердце и кричу: «Смотри! Там ничего нет!».

Холодная и недоступная, расчетливая и своенравная, я никак не могла сломать тебя. И я совершенно недоумевала, как ты заставил страдать меня, как ты заставил ждать встречи с тобой, как ты сделал со мной то, что я пыталась сделать с тобой. Я пыталась украсть твою душу, но в итоге сама попала в плен.

В последнее время ты перестал мне звонить, и ты игнорируешь мои сообщения, и ты делаешь вид, будто не узнаешь меня, когда рядом друзья. А ведь я… Это глупо, но я просто хочу сказать, что если ты кого-то игнорируешь или хотя бы не звонишь ему, то ты можешь здорово ранить его чувства.

Поздравляю, ты выиграл. Я превратилась в ту, которой так старалась не быть.

Мы стоим на краю обрыва, и оба тянемся ко дну. Теперь ты видишь меня настоящую — пораженную любовью, искалеченную чувствами, зависимую от одного твоего взгляда.