Калейдоскоп из сумеречной тяги вампира

Под Виго нагнетался день — иной,

Катился камень ровный, но живой,

Покамест стало в чувстве — не до сил —

Искать второй ответ, что там носил

Бы Джервас, если сможет — идеал,

Но сложит крылья в очерке б — любви,

Где нет второй соперницы, но мель

Играет в память судорожно — вниз,

Когда нет чести выдумать — каприз,

Неся калейдоскоп в такой — беде,

Где сам ты видишь только — на воде

Круги из той же матрицы — под бег,

А он тебе ни друг, ни ровный — шут,

Но стало в метре пройденного — вдаль

Мне мутно говорить, что сам — уже

Я там сегодня в важности — устал,

Коль было пятьдесят мне лет — опять,

Внутри искавшей чести — под молвой,

Был мне Уран тлетворнее — в душе,

Что сам веду тот образ — между мглой,

А вниз не опускаю в том лишь — час —

Понятных нег, где в оттепель — душой

Я мог бы выиграть кладезь — набекрень,

Но стал искать тот сумрак и — опять

Под тягой боли выпрямился — в топь

Уже своей свободной ноши — впасть

В тот призрак дорогого счастья — мне,

Где много может в даме — там пропасть

Сегодня лилий или же — срастить —

Там Ингой, словно время — канитель,

Но в бренной боли странного — ума —

Кидаться под ничейностью — теперь

В окно своей надежды, чтобы врать,

Что стала Инга в том меня — хотеть,

Но было ей за тридцать или — в месть

Немало там прошёл я сам — под честь,

А вывел только рупор — между глаз,

Где вижу этот день и он — мой дом,

Мой важный способ по себе — пронять

Внутри калейдоскоп, что станет — вон,

Меняя сумрак — общество читать,

Чтоб были там политики в том — сне,

Как отпертые двери мне — линять

В такой надежде робко — по весне,

Что мы женились рано, но в мой — круг

Стоит Уран, и что-то в том — болит,

Поднявшись в полном сумраке — души,

Чтоб в честь такой же близости — идти

И больше не хотеть прибить — в поклон,

Чтоб город стал, как сумеречный — слон,

Меняя эту тяжесть — выть от ран,

А также бредить обществом — программой.

Так бредил на работе сам — без слёз,

Сбегал внутри подумать, чтобы — труд

Мне был тому соблазном, где бы — я,

Имея взгляды общества бы — вывел —

Тот смутный мир напротив — этой лжи,

Что сам любил бы ночью выть, как рок,

Но Виго нагнетался в день — иной,

А с ним блуждал бы стилем — надо мной

Пейзаж, что сам был духом — ото дней,

Гротескной волей принимать — коней

За отблеск апокалипсиса — в часть —

От той моей души стремлений — дать

Мне только облик частности — в глазах,

Где был мой дом — обычным, а — года —

Я думал провести от смыслов — вдаль,

Имея лишь рабочий статус — в мире:

Людей или волшебников, что врут,

Но двери открывают мне — опять,

И там — я стал бы ветром на окне

В такой игре гротеска или — мне

Не легче думать в форме — между глаз,

А может быть последствием — имён,

Как холод мучит грозовой — раскат,

Что сам я там под натиском — влюблён

И вижу только стиль Урана — в нас,

А также вижу стройный ветер — вне

Такой природы общества — в вине,

Что можно приоткрыть тот вид — ума

В глазах или поодаль смерти — вдаль,

В сердцах, что запаяли слово — в честь,

Но высмотрев там яркости — нашли —

Мой верный оттиск идеалов — в смерть.

Я был немного должен — между лет:

Друзьям и может обществу — на вес,

Но Джервас был врачом и — по нему

Внутри скитался воин — этим внутрь,

А сам я думал, что гожусь — уже,

Как стройный мир катарсиса — прижать

Мой ад внутри кровавой ветви — ржать

Над вымыслами Инги — каждый день,

Что жаловаться может — лишь она —

Мне в точности каприза, что — больна,

Где славит медицинский берег — черт

Её вина на том конце б — капризов,

Но есть секрет от общества — уже,

Что я лечу ей душу — между рек —

Такой вот блажи личности — понять

Там женский свет, а может — перенять

Тот оттиск здравой мины всё — ко сну,

Что мы живём уж десять лет и — рок

Скатился между важностью — ему —

В такой портретной рамке — от пророка,

Что можно также на Уран — бросать

Одну свою формальность или — мглой —

Тот светоч формы благородства — звать

Для линии внутри той власти — злой.

Где мельче стали дни под тягой — лишь,

Я стал всё к другу подходить — один,

А Экберт стал там думать — между мной,

Что я гожусь ему в пути — на полночь,

Что сам стою и вижу свет — иной,

Иль грежу той же лаской — неземной,

Что гроб я вижу с надписями — лет,

А там мой друг лежит и много — черт

Мы всё в душе оставили бы — в час —

Такой игры пародии, чтоб — мчать

Пустой вагон тщеславной были — глаз,

А может обстоятельства — на раз,

Где были мы друзьями — между фраз,

Но Экберт там погиб и много — глаз

Теперь лишь окружает мрак — ночной,

Чтоб выдумать сей ужас мне — опять,

Где сам себя не вижу между — лиц,

Но помню стало страшно, что, увы,

Он там погиб бы в самолёте — ниц,

Когда летел от поздней — тишины

И выменял свой странный ад — чудес,

Что мы к тому не встретились, а — я

Не стал пугать дозорный бег — под рок,

Но сам сегодня умер, отворяя —

Одну такую общность между — лет,

Где мило стонет формулой — портрет,

Но чёрно-белый он в тисках — руин,

Не сможет дальше выключить — седин

Одну основу чувства, где — больна —

Моя любовь от скучности — под лёд

В такой ещё стремительности — жить

И может к страхам сон свой — ворожить.

Что будь бы я гадалкой — между глаз —

Я сам бы растопил могильный — фарс

И вынул друга в мимолётной — мгле

Тому из под земли, где страшно — мне:

Стоять или лежать в противном — сне,

Что воздух там от спёртой — темноты

В груди моей всё заточил — любовь

И нет такого чувства вылить — кровь

Уже навстречу подлинности — вдаль,

Где видишь только звёздами — укор,

Но сам не видишь отблеска — мораль,

Она сегодня съедена в той — боли,

Чтоб Дьявол там заставил — умереть

Свои глаза в окрашенной бы — тьме,

Чтоб робкой формой чувства, словно ей

Ты был бы должен и пленял — теперь

Свою мечту прожить сегодня — там,

Как рыцарь между маленького — зла,

Но выманить тот хрупкий — инструмент

По надобной критичности — от сердца,

Чтоб стало другу вновь больнее, но

Бросался дикий ворон — сквозь окно

И мучил в той фатальности — принять

Таблетку счастья в розни — от любви,

Где нет людей, но есть внутри — одна

Печаль от той растерянности — зла,

Что больше не могу — соединить —

Свой светоч ровной потуги, чтоб жить

И в мир нести там готику — опять

По надобности сердца — изнывать

В такой любви поодаль — между глаз,

Чтоб землю может и не видеть — им,

А только кости в сумерках — держать

В могильном склепе, что одни б могли

Мы жизнь тому разжалобить и — взять

Печали светоч по нутру — в той мгле.

Так я стоял и плакал между — грёз,

Мои текли там слёзы, чтобы — вдаль

Спросить, откуда сам я стал — менять

Свою свободу в жизни этим — выть,

Как Джервас, что не любит — идеал,

Но сам страдает в низменном — огне,

Пока лекало точит мир — во мне,

А я не знаю готики в той — силе,

Но мой могильный день — тому вина

И память больше от земли, что ад

Куда-то напророчил день — иной

И видит лишь уранный берег — злой,

Что в космос улетает между — глаз,

Подумав в равной оттепели — фраз,

Где нежность не обнимет — этот бой,

Но будет трудной малостью — с тобой

Играться поздней дымкой — бытия,

Чтоб Инга знала, где любви — игра

Не станет больше выдумкой, а — я

Сегодня не приду в такой вот — робе,

Что был бы на работе сам я — плут,

Стремился больше ждать, но этим тут

Я стал мелькать от равной — тишины,

Как будто б в эзотерике — вины,

Что хочет мне признаться или — врёт

Под сменой форм устройства — о полёт,

Где старый воин ищет мой — манер

На смысл такой вот радости — примера,

Но больше вижу на работе — взгляд —

От редкости людей, что много — врут,

А там лечиться может — не хотят,

Но думают, что ближе — к одному —

Они лишь станут обществу — вокруг

Уже бы рамки идеалов — в слишком

Приятной форме лирики, чтоб — ад

Их там не трогал, не менял — приливов

На день в такой очерченной бы — тьме,

Где мне неясно, что идёт — ко мне

Поодаль смертной радости — туда,

Но будто притворяется и — слишком

Я сам бы не хочу свой мир — менять,

Но стал немного в счастье — изменять

Я ране злой тоски, что — перешёл

Дорогу может я болезни — в мире.

В тот день, увы, сентябрь — не перевёл

Мой день в кону гротескный, но себе

Я мог бы выгораживать — ответ

На сердце многолетней боли — лет,

Что сам я Джервас или бы — никто

Кто лучше знает, что лечиться — там

Не очень-то приятно, но — воздам,

Отнюдь, такой вот бытию — примете,

Где Инга всё болеет, но — в годах

Я вижу тайный сумрак — между праха,

Что стал бы верить о такой — молве,

Наевшись пробной точности — вокруг,

Где мне скитаться больно или — круг

Сомкнулся в тот ответ — калейдоскоп,

Но трудно было вытянуть там — яд

К такой бы воле современной — или

Побить рекорд в том сумраке — на мель,

Где ты не можешь вид свой — поиметь,

Но веришь лишь приметам — сгоряча,

Когда бы стало небо — словно чай

И день уже инертного — нутра

Скатился в форму юмора — туда,

Где странствующий берег, как беда

Не ищет свет претензии — туда,

Но Инга видит сплошь мне — на уме

Всё только цвет болезни или — ветвь

Такой вот боли личности, чтоб я

Искал в себе прорехи или — вывел —

Уже в лице соперников — в той тьме,

А может повторений светоч — вдаль,

Где сам там не могу искать — себя,

Но вижу, словно доктор — на вуаль

Отныне всё проводит — этот ход

Под городом над юностью — куда —

Бы Виго закрывал там берег — в торг

От крайней чести думать или — лгать

Себе, но в той же робости — в ответ,

Где дом и мне семья сказали — тень

От формы надмогильного — угла,

Что мне не легче бы играться — ей

По очереди страшной боли — в мир,

Что сам стою и вижу — этот блик,

А Солнце в иноземном поле — в нём

Струится точной копией — огнём

И нет такого чувства, чтобы — я

Устал в любви искать свои — года,

Но мне за пятьдесят и там — пожар

Снедает дом опорный всё — туда.

В таком приюте нежности — мой ад

Всё стал искать коварный план — назад,

Я сам ходил на кладбище — порой,

Чтоб с жизнью разговаривать — иной,

Но слышал тот же вой — из-за углов —

Уже бессмертной близости — к нулю,

Где мне не легче было бы — поймать

Там бабочки инертный свет — к рулю,

Пока ей больно в чувствах — засыпать,

Но больно и проснуться, если — злой

Ответ внутри искрится выть — себе,

Как врач от расстановки — городской.

Внутри покои над палатной — мглой,

Где сам стою, чтобы работа — в слой

Мне резала там слух или — в приток

Давала современность между — строк,

Что был я терапевтом или — хмурь

Играла нежной кромкой — этих бурь,

А сам я мельче стал бы — между глаз

Внутри природы мудрости — на раз,

Что вижу лишь больных, но не они

Пугают мне сегодня этим — дни,

Но только Инга прячется — в ответ

Такой природы мудрости — погибнуть,

Чтоб больше жаждать или — по нутру

Искать врачебной помощи — к себе,

Но быть уже бы молодой, как — там

Я мог сегодня бы влюбиться — в дам,

Мой день не очень трудный, но туда

Я сам себе не вывел формой — грёз

Оставленный пролог, что этим дал

Я сумрачные копии — под срок —

Над разницей посредственной — души,

Где был бы мой вампирский — уголок,

Но сам я был врачом и этим — мог

Достигнуть дом отлитых — суеверий,

Постичь фатальный промысел — души,

Чтоб глаз сегодня закрывать и — жить

Уже бы, словно врач — в такой потере,

Но душу не терял, что там — дожди

Мне стали в сентябре искать — подход

К такой бы воле внутренней, что — я

Горазд любви отдаться или — в торг

Опять запрыгнуть, чтобы — не менять

Свой мир тому изысканный — под мех

Уже бы дамских шуток, словно бег

Я сам провёл над жизнью — на убой,

Что мне не легче говорить — опять,

А просто знаки в личности — читать,

Где буду ныть от прошлой бы — игры,

Что там погиб мой друг и — до поры

Нет места мне на кладбище — чутьём,

Нет страхов больше мудростью — и днём

Тот срок ветвей поодаль — закрывать,

А может бледный космос — там пленять,

Что отжил сам я разницей — в числе,

Но вышел бы над тягой, как — по мне

Идут сегодня вороны в свой — ад

И что-то обещают сделать — там.

Стою, курю на кладбище — в той тьме,

Нет места выше прыгнуть — на огне,

Узнав там нить Урана или — страсть,

Приделав лёгкий свет броском — упасть

В такую форму зрелости, чтоб мне

Опять искать глазами Инги — свет,

Но сделать меньше в пакости — любви

И просто умозрением бы — вылить —

Спокойный стиль на круговерти — глаз,

Где быть не можем мы в отличии — фраз,

Но делаем поклон, отняв там — дождь

В потоке скромной пошлости — восстать

От слова в гробовой игре — близ глаз,

От форм внутри созвездий, что отдаст

Мне нить категоричности — вуаль,

Чтоб день уже под патокой — держать,

Что там я Джервас или бы — изгой —

Стремлюсь найти всё ровный шаг — иной,

Но вижу космос, чтобы — по губам —

Летел мой праздник общества — для дамы.

В глазах печаль, что трогает — меня,

Внутри не отзывая проблеск — дня,

Где был бы новый в счастье — человек,

Но там земля и много, много — нервов

Я смыл в такой критичности — воды,

Что плакал много — будто до беды —

Мой рок дошёл и нечто стало — млеть

В моей примете жизненного — встретить

Тот светоч тока в чувстве — к одному

Страданию любить, но быть — к тому

Счастливее, чтоб вытерпеть — мораль

От нужности той встречи — на уме,

Где гроб мне не обяжет этот — стиль

Приказа — может к гордости постичь

Всю смерть, что по обрывкам — унесёт

Одну моральность юности — на торг,

А встретит там другую, где — дожди

Не стихли в Солнце всплеска — о мозги,

Но друг бы там застрял и — между мной

Уж очень много форм искусства — зла.

Так думал много — может быть из зла

Мне Дьявол преподнёс тот светоч — лиц,

И вдруг, я сам увидел — этот взгляд,

Точнее Экберт встал уже — в чутье

И вышел из могильной снеди — в ряд

Уже такой бы зрелости — отпрянуть

На мой пейзаж кровавой — красоты,

Что мигом пошатнулся, если — ты

Не можешь быть умнее, чем твой яд,

Но быть себе заметнее — под силой

Такой вот расстановки — злой судьбы,

Где Экберт стал обычным, как и я,

Но видимость такого счастья — мне

Немного пыль в глаза бросала — миру,

Я думал, что сегодня стал — опять

Потомком в поле мистики — страдать,

Что завтра всё исчезнет, а — тоской

Исчезнет рой пространственного — зла,

Но сам тому не верил в пакость — лжи,

Я вышел между важностью — ужать

Свою свободу между робких — лет,

А может между странностью — внутри,

Что там курил, но думал бы — на яд

Бросать сегодня объяснять — покой

В такой картине бледной, если друг

Опять стоит напротив этих — мук

И нам теперь бы нечего — терять,

Нет смыслов думать или же — менять

Свободу между облаком — в тени —

Такой игры иллюзий, где — вдали

Ты был бы нужен обществу — уже,

Но стал, как робкий светоч — на кону

Своей маститой розни, где — обвит

Таким калейдоскопом серых — плит.

И вот — они разверзлись наяву,

Растоплен яд, но Экберт — не пойму

Мне стал лишь другом или — между нас

Уже вампир иль Дьявол — на показ —

Отвёл глаза в спокойствии — к рукам

И множит формой идеалов — дам —

Там только современный бы — ответ

Под дымкой интересов, где — согрет

Мой промысел от важности — пустить

В глаза сегодня пыль, чтобы грустить,

Но вверить поздний идеал — тоской

Внутри природы готики — в мой рой

Сомнений долгих, что же, как и врач

Я стал бы мелкой оттепелью — врать,

Что нет болезней — коли нет бы там

И смерти — всё подумать между драм

О тонкости насущной неги — в шаль,

Где можно б человеческой — вуалью

Закрыться от капризности — судьбы,

Чтоб сделать ровный ток и — между тьмы

Продать свою свободу — всё на рок —

Уже кровавой бледности — пророка,

Как долго он отточен там — внутри

И дышит робкой формой — мне на мель.

Мы мило пообщались всё — теперь,

Я стал сам приглашать его — к себе

В мой дом иль стало муторно — и мне

Куда-то там искать свою — модель

От нежности искусства, где — игрой

Я всё могу уравнивать — тот бой,

Но Инга стала нервничать и — там

Сказала, что болеть не будет — или

Сегодня спал бы смертный — приговор

На душу этой дамы, где — в упор —

Она могла бы к древности — расти,

Как соль в потёмках иллюзорной — боли,

И там я внутрь обрадовался, но —

Искал себе заветное — клеймо,

Ни разу не поддавшись — всё же врать

В такой игре гротеска между — лет,

А может между женской боли, где

Споёт там кровля личности — в игре,

Чтоб только врач мой сон — переносил

На столп любви, что умысел — носил

Тот Экберт или Дьявол — между нас,

Но стих пожар за ясностью — от фраз,

А мне не больно выучить — тот рок,

Но сделать формой общества — поток,

Как здравый стиль на вывернутом — сне,

Что вижу Инга прячется — всё вниз,

Сегодня подойдя под вой — в мой сон —

Куда-то сплошь и рядом — между мифом,

Что стала там язвить или — лететь,

Как чудище в притравленном — огне,

Как звон морского страха, чтобы мне

Так жалко стало мученика — в мире,

Но этим повод жизни — сам провёл —

Я вдаль такой отмеченной — игры,

Где Дьявол стал увиливать — теперь,

Но меньше часа выманил бы — дверь

К себе, чтобы оценщика — позвать

На душу этой ревности и — ждать,

Что станешь ты вокруг уже — войной

И слишком, слишком может — молодой.

Когда прошло уж десять лет — и там

Я вижу, что не смотрится — мадам,

Но выглядит моложе всё — к тискам —

Такого чувства бытия — быть ближе,

А после уж прошло так лет — по мне

Сегодня тридцать и кую — в том сне

Погодный ветер старости, что — сам

Уже я старый врач или — подвывел

Свою истому мудрости — быть в ней

Свободным током стержня — будто ей

Мне легче стало в жизни — прорасти,

Как Джервас на заброшенном — поверье.

Пошёл сегодня к кладбищу — путём —

Уже себе не хоженым, а — днём —

Всё птицы завывали мне — под ток

Такой вот боли бренности — в намёк,

Но больше не могу искать — пути,

Нашёл могилу друга, чтобы — выть

От слёз калейдоскопа, что — в уме

Я сам сегодня не могу — постигнуть,

Как Экберт ожил или — между нас

Настало время схожести — в приказ

По отмели такой вот пробы — лишь,

Я сам не думал, что могу — прилипнуть

К манере большей радости — под торг,

Но быть сегодня, как бы врач — уже —

Бы мистиком и пройденным — кнутом

На сфере этой страсти, как приливов,

Где сам стою, но мир мой — не горит,

А Солнце светит, как противный — тип

И жить сегодня не даёт — в тот рок,

Но что-то стало странно — на уме —

От Инги приникать сегодня — мне

На душу, как сакральное — звено,

Где много одиночества — давно

Я взял за отмель идеалов — лично,

Но выменял я только слёзы — вдаль,

Как врач и подлый номер — этих лет,

Что вижу пустотой зарытый — клад

На отмели такой внутри — победы,

Но жить сегодня не могу — в тот круг,

Что стал калейдоскопом — по нутру

Он мне наверно думать или — врать,

Как Инга может говорить — к утру,

Что осень молодая внутрь — любви,

Но ты не молодеешь, а — погиб

От ревности такой же — пустоты,

Что в небе разрисует снова — миг,

И я устал всё бредить — между нас,

Сказал, что буду отходить — к себе,

А сам ходил на кладбище, чтоб я

Там видел лики смерти или — врал

Уже бы снова Дьяволу — в поток

Такой игры строений, чтобы смог

Он вытащить мой рупор — между черт

Я взять там оттиск идеалов — в медь.

Я стал съедать свой мир или — в тоске,

Там стал сегодня думать — на ответ

Уже бы друга детства, чтобы мне

Вернуть потоки мудрости — в окне

Уже бы зла врачебного — в мой толк,

Но быть при этом человеком — и

Сегодня думать в личности, что я

Мелькаю от прилюдной боли — шире,

Чем может думать мысленный — актёр,

Когда неясно в памяти — там ждать

Поток серьёзной боли или — жить

Внутри картины друга, чтобы выть,

Что я оставил свой лишь — берег ран

Ему сегодня и не вижу — ветер,

Но вижу только старости — манер

От многих форм моей бы — теоремы.

Ещё немного недр и я под — край —

Застрял сегодня в мужестве — любви,

Что может там и сам умру — уже,

Но буду, как ничейный камень — ей,

Где мой калейдоскоп — не эта мель,

Но Дьявол, что уплачивает — ад

Над тонкостью капризности — в уме

Такому рассуждению вылить — сад:

Прелюдий и претензий, что тому

Больна была бы Инга, а — теперь

Она моложе лет своих, что суть

Ей также оросится — ближе пасть

Внутри противоречий или — ждать,

Что я умру и вытянет — мой мир —

Всё только Дьявол после или — вдаль

Такой вот жизни бренной, где одни

Мы собраны в калейдоскоп — любви,

Но сами там не гложем — этот мир,

Когда уж смертный часом — подошёл

Мой рок внутри успеха сделать — шаг

В такую лишь пустыню или — вдеть

Порог в кону реальности — поверить,

Что жёлтый лишь песок — тебе у льна,

А ты лежишь в кровати, где больна

Твоей игрой строения бы — власть,

А может соль обыденности — врать,

Что ты устал от жизни или — мнишь

Свою свободу докторскую — в тишь,

Но там же рассуждаешь — на отвес

Внутри категоричности — подвесов,

Где каждый волен говорить: «Прощай», —

Но сон сегодня осуждать бы — ближе,

Чем Дьявол метит близко и — тебе

Преследует ту разность — на игре,

Что сам ты умираешь и — под флирт

Не стал сегодня думать — в этом мире,

Где лёг у льна песочной — мостовой

И нет сегодня пропасти — погибнуть,

А есть лишь только ток — и наяву —

Я мог бы думать нищенской — игрой

О Дьявольской проказе — между мной

И полной формой многолетней — призмы,

Что светит от отсвеченной — толпы,

Но вещь в тоске по миру — всё предвидит,

А может ум так тайно — ненавидит,

Но боль уже, как роскошь — по игре —

Настала мне в семейной форме — или

Я жду тот ранний берег — между нас,

И видно умираю, чтобы — верить,

Что готики концы в свободный — час

Там тело занесут и будут — меньше,

Чем облако под оборотной — смертью,

Чем сон души, когда уже — не видишь

Ты смытый образ благородства — тише,

Чем стал терпеть приятность — на себе

И быть немного может — подороже,

Чтоб ясности сердечной воли — кожа

Опять приятной стала всё — смотреть

На жизнь былую и уже — под рамкой,

Где я не умер, но уж жду — отныне,

Что Дьявол станет на пути — и мирно

Уж там я не смогу прослыть — врачом.

И так случилось, что сковало — тело

Мой разум боли в мнительности — смело,

Я выдохнул в такой игре — приливов,

А может видел уплотнение — в лирах,

Чтоб поздней ночью умер — между рока

Мой сказанный манер не быть — пророком,

Но снова облик жизни там — украсить,

Как врач в своей истории, чтоб красить

И небо дальше красками — под сердцем,

Что можно и людей сегодня — видеть

С того любви предсмертия — на свете,

Но лишь чутьём отсыльным — не пометить

Свой рабский ад, что открывает — космос

И снова выделяет рамкой — в дружбе —

Мой редкий стиль отмеченного — тока,

Что был бы я потерян или — умер,

То сам же Джервас на кону — придумал

Любовный ток пародии, чтоб легче

Там счёты современности — подумать,

А может лёгкий бриз сегодня — чётче

Отправить между Дьяволом — на сушу

В такое поле вечности, где — нужен

Я сам себе, но вижу только — рядом,

Как Инга шепчет, что мелькаешь — сам ты

И дух тоски мелькает — между нами,

А Бог уже не забирает — в страхе —

Мой рок теней, но что-то ближе — рядом

Сидит и словно в образах — поладил

Я сам сегодня в старости — болезни,

Что ожил молодым, но — между нами

Нет смыслов говорить — такую бурю,

О той, в которой ты идёшь, а — раной

Сегодня закрепляешь свет — устоев,

Но ждёшь, что ночь прикроет — наготове

Твой мир уже прокаченный, что ближе

Ты сам сегодня стал бы, если — ворон

Так смотрит из-за ревности и — скоро

Наверно будет в роскоши — стремиться

Укладывать тот мир, как будто птицу

В любви тому искусственной — наутро.

И вдруг, проснулся я, что между нами

Нет смерти и нет Дьявола — по ране,

Но только форма готики — спускает

Там мир калейдоскопом — будто знает

Ответ уже предсмертного бы — рока,

Покой, откуда будет — одиноко —

Сегодня мне искать уже бы — тенью

Давно внутри стремление — поверить,

Что стали привидения там — чаще

Искать ко мне входное поле — или

Я сам устал бы умирать, а — тело

Моё моложе вышло бы — под встречей

Куда нельзя искать сегодня — слово,

Но видеть, как друзьями стала — рана

Меняться в той программе — идеалов,

Чтоб больше помнить от ума — наречий,

Чтоб завтра бы такому миру — слова —

Ты сам не верил, а в тени — знакомой —

Ушла бы смерти разница — по гуще

В покое форм роений быть бы — лучше,

Чем свойство вампиризма или — рядом

Искусство быть реальностью — к награде,

Где сам не знаешь, как сковало — Солнце

Твой миф давно отмеченного — рока.

Он сам настал бы мне, чтобы и Инга

Смогла сегодня удивиться — мельком,

А Экберт мне сказал, что мы — покрыты

Той формой обязательства — умами —

Сегодня думать больше или — видеть

Покойный светоч мужества — за снами,

Где светит он в строжайшее — лекало,

Чтоб жизни дать на оттиск — одеяло,

Чтоб стало меньше думать — мне и это

На свете отражение быть — смертью,

А может быть вампиром, что умею

Сегодня превращаться, словно в зверя

И мысль тянуть по кругу — в эталонах,

Что стало бы идейностью мне — выше,

Чем образ упрощённой боли — слышать

Тот рок земной откуда-то — почище,

Где стал Уран трагедией — на свете,

Где меньше тянет обществом — приметить

Свободу тонкой личности и — вдумать

Мой свет, как аксиому — между думой,

Там разницей застыл бы в мире — этом,

Мы стали с Ингой жить или — меняли

Свой образ от вампирской боли — выжить

На облик самой старой ветви — памяти,

Потом прошли калейдоскоп — желаний

И стало всё укромнее — и чище —

Под ревностью устройства, что умело

Я мог бы думать к идеалам — мирно,

Но был врачом теперь уже — на деле —

Бессмертным, что сковали мне — утраты

Мой сон внутри сомнений, где — ответить

Себе бы не могу, но буду — рядом —

Сегодня я с женой или — под свежесть

Пойду на тот кладбищенский — осколок

Ненужности любви, чтобы погибнуть

Уже, как форма личности — под стужей,

Где сам я воин в смелости — поладить

С таким полётом вечности, где алой

Раскраской боли не умею — ладить

С приметами от счастья — между нами,

Что Экберт стал мелькать или — умнея

Он сам принял ту неизбежность — мудро,

Чтоб снова совершить проклятье — подле

Такого формой времени, чтоб — утро

Искало тот ответ или — поверив —

Смиряло поздний мир, где без испуга

Я мог бы обличать искусство — выше

От колкости соперников иль — друга,

Но стал себе упорнее, где — в город

Опять взойдёт Луной такое — море,

Что смоет нас обоих между — судеб,

Где будет Инга говорить, что любит

Она меня сегодня больше — счастья

От важности своей так — улыбаться,

Чтоб шёлк внутри гротеска — отзывался

И был бы ей готическим — поверьем,

А может и бессмертием, что нужно

Быть волей откровений — между нами,

Где встали формой бытия — сознания

И вышли под устройством — всё по людям,

А после призрак ночи вывел — к рамке

Ту часть игры не падать — к реализму,

Но видеть метафизики — подсказки,

Где воет эта ночь и нет бы — призмы

Страдать внутри отчётливости — рока,

Иметь бы в стать проказу — от пророка,

Но выше быть по надобности — душам

Такой игрой, где возлежит — не лучший,

Но модный всё противник — в этом часе,

Что может он играться или — мерить

Одну лишь мысль по субъективной — чаще,

Где Дьявол метит бытие — не легче,

Но выше и мудрее, чтобы — в слёзах —

Ты вывел томный исподволь — прижиток,

Как стиль калейдоскопа между — нами,

Когда бы чувство успокоил — в жизни.