09

0.00
 
09

Свернувшись в комочек, Келли без сна лежала на диване, на котором Джон спал первые дни после возвращения. Она взяла его рубашку в ванной и положила под щеку. От ткани исходил едва уловимый запах. Келли закрывала глаза и представляла, что лежит на плече Джона. Эта иллюзия помогала ей справиться с тоской и безысходностью. В огромном городе Келли Шеффер до смерти устала от одиночества. Хотелось завыть и застрелиться.

 

Джон снова исчез. Она вернулась домой из «Стрелка», принесла им на ужин лазанью, а его не было. Как и в прошлый раз — без предупреждения. В ванной она нашла капли крови, и это испугало ее сильнее, чем что бы то ни было до того. Крови было немного, всего несколько капель, но само ее наличие — пугало. За Джоном не водилась подобная небрежность, поэтому Келли решила, что он снова был не в себе. Ее снедал иррациональный страх, что он может уйти и забыть дорогу домой, к ней. На самом деле она ни на что не претендовала. Она просто не хотела быть одна. Только бы Джон вернулся…

 

Чтобы отвлечься от тяжелых мыслей, Келли сползла с дивана и стала бродить по квартире, бесцельно переставляя вещи с места на место. Ее не смущала подступившая темнота. Даже перед собой она не делала вид, что ее действия хоть сколько-нибудь осмысленны. Все пустое. Пустота разливалась в душе мертвенным холодом. На ресницах вскипели слезы и поползли по коже обжигающими дорожками, но Келли их не заметила.

 

Когда в дверь тихонько поскреблись, она решила, что начинает сходить с ума. Келли замерла и прислушалась. Она почти не дышала. Через несколько секунд звук повторился. Это Джон! Джон вернулся! Келли неслышно подошла к двери и прислушалась, все еще не доверяя себе.

 

— Келли…

 

Голос был глухой, но она узнала. Пальцы дрожали, когда она отпирала замок, и Келли не сразу справилась. Наконец, у нее получилось, и Джон почти упал ей на руки.

 

— Ох, Кел…

 

— Джон!

 

Она была в шоке, но старалась не подавать вида. Что-то говорила, когда тащила его в ванную. Джон едва стоят на ногах. Вода, стекающая с него, была красной. Лихорадочно смывая кровь с его груди, Келли боялась, что он ранен, что она причинит ему боль, но ран не было. Вся эта кровь была не его, и в какой-то момент Келли поняла, что это пугает намного больше.

 

— Что случилось, Джон? — она почему-то могла говорить только шепотом, — Что с тобой произошло?

 

Он не отвечал. На этот раз он помнил, и от этого было еще хуже. Зверь вырвался. Джон чувствовал его. Он был им. Смотрел на его действия из глубин собственного сознания и не мог его остановить. Теперь он сам был Зверем. Там, внутри себя. Не понимая, что делает, Стюарт скреб ногтями по груди, оставляя глубокие царапины, из которых мгновенно начинала сочиться кровь, примешиваясь к той, другой.

 

Келли заметила и обеими ладонями сжала его трясущиеся пальцы.

 

— Не надо… не надо…

 

Слезы жгли глаза и падали крупными каплями, но она не замечала. Зато Джон заметил, и это было именно то, что привело его в чувство, вернуло осознание происходящего. Зверь отступил окончательно, оставив теперь только его.

 

— Келли?

 

Он перестал царапать себя. Повинуясь секундному порыву, взял руки Келли и прижал ладони к губам, потом прильнул щекой. От этого простого прикосновения стало легче. Обоим.

 

— Все хорошо, Кел. Это не моя кровь, не бойся.

 

— Расскажешь?

 

Стюарт напрягся, но уже через несколько секунд напряжение отпустило. Где-то на интуитивном уровне он почувствовал, что рассказать ей — можно. Джон доверял Келли, и столь велико было это доверие, что она все равно ведь уже знала и о дырах в его памяти, и о Звере в его груди. Знала и принимала, как данность. Поэтому Джон не колебался.

 

— Расскажу. Кому еще, кроме тебя, я могу рассказать?

 

Потом она сварила много крепкого кофе, и они сидели на кухне, на высоких барных стульях. С мокрых волос Джона стекали редкие капли, падая на обнаженные плечи. Царапины на груди больше не кровоточили, и время от времени Джон рассеянно проводил по ним кончиками пальцев. Он боялся смотреть на кровь, но потом пришло понимание, что Зверь не тронет Келли, даже если пробудится. Джон не мог объяснить этой возникшей у него уверенности, но она была. Так же, как была уверенность в том, что Келли просто выслушает его и не станет делать глупостей типа обращения в полицию.

 

Джон рассказал ей обо всем, ничего не утаил. Он знал теперь, что за существо обитает в нем, мог назвать его по имени, знал, что оно делает. Келли даже бровью не повела. Они снова лежали в ее постели, вжимаясь друг в друга, переплетя руки и ноги, как будто только так могли найти спасение от происходящего. Когда Стюарт закончил, Келли отобрала у него тлеющую сигарету и сделала несколько глубоких затяжек.

 

— Копы могут вас вычислить, — спокойной сказала она.

 

— Это не важно. Скоро все закончится.

 

— Откуда ты знаешь?

 

— А я и не знаю.

 

Они помолчали немного. По потолку проползли отблески огней. Большой город никогда не спал.

 

Келли снова спросила, все так же спокойно:

 

— Что мы будем делать?

 

— Если увидишь, что я — это не я, беги.

 

Она усмехнулась.

 

— Думаешь, я смогу?

 

— Не знаю.

 

— Нет, Джон. Я не из тех, кто убегает.

 

В ее голосе было столько интонаций Фрэнки, что Стюарту показалось на какой-то миг, будто он слышит его самого. Но Келли пошевелилась, длинные волосы мазнули по обнаженному плечу, и морок рассеялся. Но этих мгновений хватило, чтобы Стюарт понял — она не отступится от него. Он потерся щекой об ее затылок бессознательным жестом глубокой привязанности. И вдруг прошептал:

 

— Я люблю тебя.

 

На несколько секунд Келли замерла. Кажется, даже дышать перестала. Ладонь, скользившая по шрамам на груди Стюарта, остановилась, но потом возобновила свое плавное движение. Джон ощущал это простое прикосновение, как цепочку слабых электрических разрядов. Порой ему казалось, что между ладонью Келли и его собственной кожей он видит крошечные голубоватые разряды. Ему казалось, что он вот-вот услышит их шелестящее потрескивание, но вместо этого услышал, как Келли эхом откликнулась:

 

— Я знаю. Я тоже тебя люблю.

 

Они обнимали друг друга, и обоим казалось, что их тела скроены по одному лекалу и идеально подходят друг другу. Каждый изгиб, каждая впадинка или выступ находили свое место. Волосы мешались на подушке, переплетаясь отдельными прядками. Чувствуя дыхание Келли на своем плече, Джон ощущал, как наконец-то перестают пульсировать и болеть черные дыры в сознании. Как будто Келли непостижимым образом заполняла их собой, своей собственной сущностью, изгоняя все чужое.

 

А что если на самом деле она — единственный способ остановить Зверя? Не удовлетворенная жажда крови, не отмщение, не абстрактное равновесие добра и зла, а просто… любовь? Что, если они просто будут жить дальше, и тогда Зверь отступит сам? Если Джон никогда уже больше не увидит крови?

 

Это возможно?

 

— Келли…

 

— Что?

 

— Давай попробуем… просто жить.

 

— Ты думаешь… он уйдет?

 

— Я не знаю. Но я хочу в это верить.

 

— Хорошо. Давай попробуем.

 

И они попробовали. И у них почти получилось. И это были их самые счастливые дни.

 

Келли сразу со смены летела домой, отказываясь от кофе и болтовни с подругами. Стюарт ждал ее, время от времени подходя к двери и прислушиваясь. Каким-то шестым… звериным… чувством он угадывал ее приближение даже до того, как она поднималась на свой этаж. Каждый раз он хотел отворить дверь ей навстречу, но останавливался. То же самое внутреннее чутье останавливало его. Самое большее, что он делал, — это отпирал замок. Келли распахивала дверь, не тратя драгоценные секунды на возню с ключами, и сразу попадала в объятия Джона.

 

Ни он, ни она этого не осознавали, но каждое мгновение они стремились прикасаться друг к другу, хотя бы мимолетно, почти незаметно. Келли шла готовить, и Джон плелся за ней. Он курил у открытого окна, и Келли прислонялась щекой к его плечу. Пальцы переплетались. Если один принимал душ, то второй сидел на полу рядом. Ночью из-за жары они скидывали простынь на пол, но не могла отодвинуться друг от друга ни на дюйм. Утром они просыпались вместе, всегда в одно и тоже мгновение, и первое, что видели, — это глаза друг друга. Время вынужденной разлуки тянулось медленно и мучительно, отзываясь физической болью. Но даже сквозь сомкнутые пальцы оно неуловимо утекало, истончалось. Это было маниакально и безумно, но это было единственное, что позволяло не свихнуться им обоим.

 

Мистер Денвилл снова спросил у Келли, куда подевался ее приятель. Она заверила его, что все в порядке, и позабыла. Стюарт не выходил на улицу все эти дни, но она не обращала внимание. Будущее казалось туманным и неопределенным. Казалось, что его вообще нет. Она не думала. Она жила здесь и сейчас.

 

Джон больше не чувствовал Зверя. От присутствия Келли холод в груди, похожий на комок льда, нагревался и уже не давил так сильно и неотвратимо. Впервые после возвращения Стюарт чувствовал себя в безопасности. Впервые он позволил себе поверить, что нормальная жизнь для него — возможна.

 

А потом он порезался.

  • Телешовская церковь / Русаков Олег
  • [А]  / Другая жизнь / Кладец Александр Александрович
  • Argentum Agata. Ожившие в заклинании / Машина времени - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Чепурной Сергей
  • Розовый спаситель / Сборник салфеток / Сонварина Валеда
  • ИГРУШКА СУДЬБЫ / Малютин Виктор
  • ЧЕРЁМУХОВЫЕ ХОЛОДА / ВЕТЕР ВОСПОМИНАНИЙ / Ол Рунк
  • 2 / Паучьи сказки / Чурсина Мария
  • Тихий крик / Кожин Алексей
  • Старец / Витая в облаках / Исламова Елена
  • Глава 1 / Разломы судьбы (Рабочее название) / Чудов Валерий
  • Абсолютный эмигрант / Время опавших листьев / Пышкин Евгений

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль