Глава 37 / Наследник. Часть первая / Angliya
 

Глава 37

0.00
 
Глава 37

Я прошелся ладонью по щетине. Глядя на себя в зеркало, к своему разочарованию я видел другое, очень знакомое и ненавистное мне, лицо. Лицо Августа. Я начинал походить на него, и это было жутко. Надеюсь, что никто кроме меня этого не заметил.

Эйдан сказал, что я завис в домике Августа на целую неделю, а мне показалось, что прошли годы. Таким опустошенным я себя еще не чувствовал. Если только не после смерти Алисы. Черт, мне не стоит о ней думать. Не сейчас. И где, мать его, моя собака?

Я взял опасную бритву, собираясь избавиться от щетины, как в ванную вошла Лейла. Она взглянула на мое отражение, затем на лезвие в моей руке.

— Ты не против, что я пришла? — взгляд у нее был такой, будто я собирался покончить с собой.

— Нет, нисколько.

Она подошла ко мне.

— Могу я побрить тебя?

— Не нужно. Я сам справлюсь.

— Для меня это будет честью.

Ну, тут у меня не хватало слов. А чего еще я ожидал от будущей жены короля? Только подобного поведения. Испокон веков заведено, чтобы супруга всячески обслуживала своего мужа.

— Хорошо. — Я передал ей лезвие. Сел на унитаз, чтобы ей было удобно дотянуться до меня.

— Тебя не было так долго, что я начала переживать. — Она вытащила из шкафчика пену для бритья. Встряхнула баллон и выдавила комок белой субстанции себе на ладонь.

— Я потерял счет времени.

— Эйдан сказал, что ты изучал рукописи старейшины. Что-нибудь полезное узнал? — Лейла распределила пену по щетине.

Я бы с удовольствием устроил своему мозгу эктомию, чтобы не знать, кто мои биологические родители, и что Вера, которую я объявил всем, как пленницу, которую собираюсь использовать против десмода, моя сестра. Так что, ничего хорошего я не узнал. Все сложно.

— Пока нет. — Ей не стоит об этом знать. Не думаю, что Лейла будет прыгать до потолка от правды.

— Но ты оставил вампира здесь. Для чего?

— Она поможет найти десмода.

— И ты веришь ей?

— Нет. Но на войне, как говорится, все средства хороши. Ты не видела мою собаку?

— Все это время она была в моем домике. — Приложив лезвие к моей челюсти, Лейла осторожно повела его вверх, срезая волоски. — Она была беспокойна, но сейчас все в порядке.

— Хорошо. — Справившись с одной щекой, она перешла ко второй. Пока Лейла сосредоточенно брила меня, я наблюдал за ее лицом. Взгляд карих глаз следил за каждым взмахом, но, я видел, что она чем-то озадачена, только не желает об этом говорить. Мне стоило еще сегодня, когда мы встретились, спросить, как она себя чувствует. Не болит ли у нее что-то, после того, как мы… черт. Мне нужно быть с Лейлой нежнее. Она ни в чем не виновата. Она пленница традиций, а я мужлан. — С тобой все в порядке? — я остановил ее за запястье. Лейла почти закончила с бритьем.

— Да. — В ее улыбке не было радости.

— Лейла. — Я забрал у нее лезвие, отложив его на бортик раковины. — Расскажи мне, что не так? — усадив Лейлу к себе на колени, я прижал ее хрупкое тело к своей груди. — Я был груб в твой первый раз?

— Нет. Вовсе нет. — Она обняла меня за шею. — Не переживай за меня, Рэм. Я в порядке.

— Я вижу, что ты лжешь. — Приподняв ее за подбородок, я заглянул в ее красивые глаза. — Скажи мне.

— Ты будешь считать меня девчонкой.

Я усмехнулся.

— Ты и так девчонка. Или, погоди, — я притворно нахмурился. — Я чего-то не знаю?

— В смысле, сентиментальной или слишком романтичной девчонкой, мечтающей о том, чего никогда не случится.

— Что именно не случится?

Лейла отвела взгляд.

— Ты никогда не полюбишь меня.

Опять двадцать пять. Я уже сотни раз поднимал эту тему, и сотни, раз говорил, что никто и никогда не сможет обладать моим сердцем, кроме Алисы. Сейчас, когда она мертва, мое сердце превратилось в черный сгусток, поросший терновником. Все, что я могу дать Лейле это защиту, заботу, уважение, но не любовь. Я отношусь к ней, как к женщине, которая заслуживает большего, и сделаю все, для того, чтобы она была счастлива, но о любви не может и быть речи. Сказать, что когда-нибудь, я смогу полюбить Лейлу — это жестоко предать ее чувства.

— Я дам тебе все, что ты захочешь. Но, для любви, — я вздохнул. — Прости, я не могу этого тебе обещать.

— Я понимаю. — Она наклонилась ко мне, целуя. Я ответил на поцелуй, понимая, к чему Лейла ведет. Мне, хотя бы, стоит отнести ее на кровать, а не делать это прямо на унитазе, но она, перекинув ногу, оседлала меня.

— Хочешь сделать это прямо здесь?

— Да. — Легко оттянув пояс спортивных штанов, она высвободила моего дружка. Похоже, ему льстило такое внимание, раз он начинал приходить в боевую готовность. Я запустил ладони ей под подол платья. На ней не было нижнего белья, что облегчало задачу и не тормозило процесс. От влаги между ее губок, мой член стал твердым, как камень.

— Проклятье. — Чертыхнулся я, когда Лейла опустилась на член. Стенки влагалища крепко обхватили его, как перчатка, послав в поясницу волну теплого удовольствия. Я заскрипел зубами, когда она начала двигаться. Это было… горячо. Правда, я иногда пропускал через себя мысли, не сломаем ли мы такими нарастающими темпами унитаз? Лейла спустила вверх платья, обнажая грудь. Я интуитивно потянулся к ее набухшим от возбуждения, соскам, отдавая должное внимание каждому. Похоже, мы совсем отошли от традиций, раз трахаемся на унитазе, в то время, как должны хранить целибат до свадьбы. Это больше похоже на меня, нежели на Лейлу. Она, будто пытается доказать самой себе, что я принадлежу ей всецело. К сожалению, моя дорогая, ты можешь использовать только мое тело, но не душу.

Лейла кончила. После я. Несколько минут, мы переводили дыхание. Она обнимала меня за шею и шептала, как сильно любит меня и готова на все, лишь бы мне было так же хорошо, как и ей сейчас.

Ее слова были для меня эхом, которого я не слышал.

Приведя себя в порядок, Лейла вышла, но перед этим, я увидел в ее взгляде, не озвученный вопрос — ответь Рэм, какого это, когда тебя используют? Да, нет. Мне просто это показалось. На самом деле, это я себя спрашивал — какого это, когда тобой пользуются по своему желанию? Ты не можешь отказать, потому что этим, нарушишь собственные обещания.

— Дерьмо. — Я натянул штаны. Умылся, решив, что пора бы перейти к более важным вопросам, чем самобичевание. Уж на это, у меня будет куча времени.

Войдя в гостиную, я не был удивлен застать там Веру и Эйдана. Куда им еще идти, как не сюда. Вот только смущало то, что они могли услышать. Лейла не стесняется в выражении чувственных стонов и криков, в отличие от меня, и от этого было немного не по себе. Вера хлебала кофе, уткнувшись в телевизор, хотя ее взгляд откровенно смеялся. Эйдан стоял у окна, всем своим видом показывая, что ему осточертело находиться в одной комнате с кровосоской. За мной, вошла Лейла. Увидев Веру, перекосило от отвращения. Всего несколько мгновений назад, она светилась радостью, а сейчас выказала наивысшую степень ненависти в купе с желанием прикончить вампиршу.

— Она должна быть в клетке, где ей и место. — Прошипела Лейла, указав на Веру. Клыкастая едва не подавилась напитком.

— Что ты сказала?

— Она останется здесь. — Я вышел вперед.

— Я понимаю, что ты используешь ее в своих целях, но это слишком.

— Использует? — пискнула Вера. Она вскочила с места, пролив кофе на ковер. Эйдан шагнул вперед, готовый атаковать, если только пиявка вздумает повести себя как-то иначе. — Вели этой женщине выбирать выражения. — Она посмотрела на меня.

— Она смеет тебе приказывать? — возмутилась Лейла.

Может, их стоит оставить наедине. Пусть выяснят отношения.

— Скажи что-нибудь, Рэм. — Потребовала Лейла, уткнув кулаки в бока.

— Я уже сказал. — Я потер лицо. — Она останется здесь.

— Ты не серьезно…

— … она больше переживает, за то, что я могу трахнуть тебя. — Ядовито улыбнулась Вера. Опять ее гребаная ирония. Я устало вздохнул. — Поверь. Рэм не в моем вкусе, а вот Эйдан. — Она закусила нижнюю губу, глянув на парня, чем вызвала в нем дичайшее изумление.

— Ты, — он запнулся, выпучив глаза. Лейла мгновенно вспыхнула, залившись румянцем раздражения. — Я убью тебя. — Прошипел Эйдан, сжав кулаки. Он мог это сделать прямо сейчас, но не двигался. Не знаю, какая сила удерживала его на месте, но от натуги, у парня захрустела челюсть.

— Так, заткнулись все на хрен! — рявкнул я. — Кончайте балаган! Иди к себе, Лейла. — Я посмотрел на нее. — Посмотри как там Шива. Покорми ее. Поиграй. Черт, сделай что-нибудь полезное. — Мммм… наверное, я перегнул палку. Обидел ее. В итоге, Лейла, молча, вышла, но дверью все же хлопнула.

— Мудак. — Процедил Эйдан. — Из-за этой сучки, ты обидел Лейлу.

— Она начала первой. — Вера опустилась на диван.

— Тебя никто не спрашивает! — гаркнул на нее Эйдан. — И долго это дерьмо будет длиться? Лейла права, ей самое место в клетке, а не здесь.

— Она не будет сидеть в клетке. — Прогудел я. Это дерьмо начинало меня раздражать.

— И с какого это хрена? — он скрестил руки на груди, сверля меня злобным взглядом.

— Можешь сказать, если кишка не тонка. — Усмехнулась Вера, откинувшись на спинку дивана и закинув ногу на ногу.

— Говори. — Потребовал Эйдан, приблизившись ко мне на два шага. — Почему эта тварь не заслуживает клетки? Уж точно не потому, что знает гребаный вампирский язык. Ну?

Чтоб меня. Я не знаю, как Эйдан отреагирует на новость, что Вера моя сестра по крови. Здесь два развития событий. Первый — он впадет в ступор и в итоге растрезвонит всем, кто я и чего заслуживаю. Второй — мы начнем чистить друг другу физиономии, пока не выбьем все накопившееся дерьмо. А возможно, будет и третий вариант — все и сразу и ко всему прочему, Вера умрет первой.

— Так, видимо, я скажу. — Начала Вера.

— Не лезь! — осек я. — Я сам ска…

— … Рэм, мой брат.

И хотя я уже это знал, слова Веры все равно действовали на меня, будто я впервые услышал об этом. Повисла минутная заминка, а потом Эйдан начал ржать. Неестественно. Словно Вера только что сломала в нем важную деталь, отвечающую за рассудок. Нет, парень не помешался. Он не настолько слаб, но его смех больше настораживал, нежели давал возможность выдохнуть. Я велел Вере подойти ко мне, пока Эйдан прибывает в катативном шоке, но она не послушалась. Просто смотрела, как парень давится смехом

Эйдан резко замолчал. Он медленно обвел взглядом комнату, остановившись на мне.

— Я устал, Рэм. Устал оттого, что вокруг меня сплошь вранье и предательство. Старейшина, которому я доверял, был заодно с вампирами. Теперь она говорит, что ты ее брат. Демон и кровососка, кровные родственники. — Он шумно вдохнул.

— Я сам только сегодня об этом узнал.

— И при этом преспокойно трахал Лейлу. — Эйдан осуждающе покачал головой. — Это ее убьет.

— Она не должна об этом знать.

— Как и я не должен был знать! — закричал Эйдан. — Мы росли с тобой в одном гребаном приюте. Я защищал тебя от таких как она, а в итоге? Может, они не хотели тебя убить? Может, они хотели вернуть тебя в свое треклятое гнездо?

— Думаешь, я рад этой новости?

— Мне плевать. Для чего она здесь на самом деле?

Кажется, я только что оборвал нашу дружбу.

— Остановить десмода.

Эйдан скрестил руки на груди.

— Когда все закончится, ты навсегда покинешь этот город. — Он вскинул подбородок, вкладывая в каждое слово нерушимую клятву. — Вернешься — и я убью тебя.

  • Зачем турки  забирали мальчиков? / Сквозь завесу времён... / Павленко Алекс
  • Веня-искусник / То ли судьба, то ли фокус / Тори Тамари
  • Осенний блюз. Katriff / "Легенды о нас" - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Cris Tina
  • Откровение / Katriff
  • Безлуние / oldtown / Лешуков Александр
  • Ода Постоянному Читателю - Росомахина Татьяна / «Необычные профессии-2» - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Kartusha
  • Афоризм 795 (аФурсизм). О полёте. / Фурсин Олег
  • Когда крысы бегут с корабля / Блокнот Птицелова. Сад камней / П. Фрагорийский (Птицелов)
  • Не пиши / BR
  • Чтобы понять / БЛОКНОТ ПТИЦЕЛОВА  Сад камней / Птицелов Фрагорийский
  • Снова у окна / Капли мыслей / Брук Рэйчел

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль