***11***

0.00
 
***11***

***Йоми***

…Уно как из рога изобилия сыпал предположениями того, что могла скрывать Лилин, причем так убедительно, что даже я не мог ничего возразить. А Лилин ведь рассказала мне правду!

— А еще мне кажется, что мы с ней знакомы, и видимо давно, только ничего не помним. Уж больно хорошо она знает нас, наши вкусы и пристрастия.

Значит, мне не показалось! Не могло нам с Уно почудиться одно и то же. Некоторое время я стоял, сложив руки на груди и подперев рукой подбородок, а затем все же решил рассказать то, что узнал…

***Йоми***

…Несколько минут я ходил вдоль ряда столов взад и вперед, нервно покусывая ноготь на мизинце, прежде чем все же решился.

— Вы не там ищете. Искать нужно здесь, — резко остановившись, я положил дневник Лилин, раскрыв наугад, перед Уно на клавиатуру. Компьютер от этого запищал. — Здесь есть все. Только все это понять ох как не просто.

— Дневник! — вскинулся Уно, мгновенно позабыв и о компьютере, и о своих важных поисках. — А я про него даже и не вспомнил! Ты смог его прочесть? Весь?

— Да.

— Ну? — он подался вперед, в его глазах было столько нетерпения, столько напора, что не смотря на то, что я стоял, а он сидел, мне показалось, что он возвышается надо мной.

— Что ну? — потребовалось немало усилий, чтобы не попятиться.

— Ты выяснил, что Лилин скрывает от нас?

— Да, то есть, нет… она ничего не скрывает… она, она рассказала мне все… сама, и…

— Ну, давай! Не тяни!

— Мне… мне тоже кажется, что она нас знает. А то, что она… пыталась скрывать… поначалу, м-м-м, лучше и не знать этого.

— Ха, — Уно откинулся на спинку и криво улыбнулся. — Тоже скажешь! Все рассказала, говоришь. Сама? Что это на нее нашло…

— Что нашло? — я себе в этот момент напоминал нерадивого школьника перед доской, я переминался с ноги на ногу, не в силах устоять на месте. — Не знаю, — я пожал плечами, — я спросил, а она…

— Это не важно, — Уно отмахнулся от меня, как от назойливой мухи. — Она тебе все рассказала, все, что есть в этой книжице?

— Ну…

— Она рассказала тебе все, что знает?

— Да, — я решил соврать, — она рассказала все, что есть в дневнике. Может это и не все, что она знает, но и этого все равно многовато для одного раза. Мне кажется, что еще бы немного и у меня крыша съехала бы…

***Йоми***

…Какое-то время Уно неподвижно сидел, барабаня пальцами по столу, нервная дробь никак не вязалась со спокойным, застывшим словно маска, лицом, затем в два счета выключил компьютер, нажав мудреное сочетание клавиш, резко оттолкнул клавиатуру и тяжело поднялся. И все это молча, у меня даже мурашки по спине побежали, а во рту мгновенно пересохло.

— Что ж, думаю, мы не можем больше это оттягивать… — проговорил он громко, и словно бы самому себе.

— Я, кажется, тебя не совсем понял. Что ты имел в виду, говоря «это»?

— А-а-а? — Уно выглядел несколько растерянным и… удивленным, — Йоми!? Извини, я… я задумался. Это я сам с собой…

Несколько мгновений он молчал и смотрел на меня, но вряд ли видел, а затем подхватил под локоть и потащил к выходу.

— Сейчас мы с тобой сядем поудобнее вот на этот славный диванчик, — судя по голосу, Уно был зол, хотя и пытался скрыть это, — и ты нам все-все расскажешь. Правда, ведь?

Он отпустил меня, только когда доволок до дивана…

***Йоми***

…— Что рассказать?

Я постарался вложить в свой голос как можно больше раздражения и неудовольствия, которых на самом деле не было — был страх, чтобы осадить Уно, но он не обратил на это внимания. Ни мои слова, точнее интонация, ни недовольная мина, с которой я потирал будущий синяк на руке, никак не повлияли на него.

— Да сядешь ты, наконец…

— Хорошо.

Уно непрестанно сжимал и разжимал кулаки, хотя лицо его оставалось холодной маской, только глаза горели адским пламенем. Казалось, он едва сдерживается от того, чтобы не засветить кулаком в стену, это в лучшем для меня случае, поэтому я не мог не сесть.

— Вот и ладно, — он мгновенно успокоился, а может просто взял себя в руки, и присел рядом. — Давай, рассказывай, что разведал, — теперь голос его был спокоен, даже безмятежен, но требователен. — Все, без утайки.

— Может быть, для начала пойдем внутрь, выпьем чего-нибудь, а то у меня что-то в горле пересохло, — предложил Амэ, а я даже позабыл о его присутствии, — да и удобнее там…

***Йоми***

…В белоснежной полутьме гостиной, обставленной шикарной мебелью, на среднем из пяти столов, как и прочие окруженном двумя диванами, возвышалась грандиозная пирамида из пустых бутылок из-под вина и пустых же тарелок. Если судить по двум полупустым бокалам, притулившимся на самом углу стола, вино было красным.

От этой картины все встало на свои места. И как я раньше не заметил, что мои друзья изрядно пьяны. Уно едва ноги переставляет, правда на скорости его это никак не сказывалось. А Амэ, он, то хихикал, как пьяная школьница, зажатая в угол, то впадал в ступор и молчал, уставившись невидящими глазами перед собой.

О чем, интересно, они разговаривали, когда пили вино. Меня не было почти всю ночь, это был длинный разговор.

Я аккуратно присел на краешек дивана, Уно уселся рядом, причем с ногами, и потянулся за единственной не опустевшей еще бутылкой, наполнил оба бокала до краев, взял один из них и откинулся на спинку.

— Амэ, принеси бокал для нашего сыщика, он заслужил…

***Йоми***

…Послышался хлопок, видимо Амэ решил, что оставшегося в бутылке вина будет мало и потому открыл еще. Я обернулся на звук и увидел батарею не тронутых еще пыльных бутылок, этикетки и пробки которых потемнели от времени.

— Вы что, нашли у Лилин винный погреб и ограбили его? — изумился я, пытаясь приподняться, но Уно не позволил.

— Обворовали, — хмыкнул Амэ, глянув на меня, словно фокусник извлек из небытия пузатый бокал и провел пальцем по ободу, наполняя воздух магическим звоном. — Представляешь, чистейший хрусталь!

Вернувшись к дивану, он наполнил бокал вином насыщенно бордового цвета до краев и подал мне. Сам же взял тот бокал, что стоял на столе, и уселся с другой стороны от меня (может быть для того, чтобы лучше слышать, а может для того, чтобы пресечь попытку сбежать) и изящно закинул одну ногу на другую.

— Недурственное вино, — промурлыкал Уно себе под нос, глубоко вдыхая фруктовый аромат напитка, — попробуй Йоми! Тебе наверняка понравится. Расслабишься немного, да и с мыслями соберешься. Ну, за нас! За то, что живы… еще.

Отсалютовав бокалом, он залпом осушил его и тут же потянулся за бутылкой, что принес Амэ.

— Ну да, за нас, — пробормотал я, тяжело вздохнув, пригубил вино (вряд ли я отпил больше одного глотка) и поставил бокал на край стола.

Амэ пить вино не спешил, он легонько постукивал ногтем по высокой тоненькой ножке.

— Ну и как? — спросил Уно, склонившись над столом и подливая вина в мой бокал.

— Вкусное.

— А то! Ты пей-пей, а то у тебя такой вид, будто помирать собрался.

— Ага, — пришлось отпить еще, причем на этот раз Уно проследил за тем, чтобы глоток получился изрядным.

— А теперь давай рассказывай все что узнал, — потребовал он, едва я отдышался.

На мгновение я задумался с чего начать, и потому не заметил, как мой бокал вновь оказался полон.

— Я узнал, почему мы не помним свою длинную жизнь, все эти… годы. Все это столетие.

Уно придвинулся ближе, словно опасаясь что-нибудь пропустить, что-нибудь важное. Он был так напряжен, что даже не замечал, что бокал в его руке опасно наклонился. Бордовая жидкость тоненькой струйкой потекла на диван.

— Это Лилин стирает у нас память… она стирает память у всех до единого на Земле…

***Йоми***

…Слова полились рекой. Я выложил им все, почти все.

— Я так и знал, что она далеко не такая простушка, какой пытается казаться, — Уно вскочил, едва не расплескав вино, и принялся ходить взад и вперед, — кто ей дал на это право!? Кто!?

Надо же, когда Лилин рассказывала это все мне, я был уверен, что она поступает правильно, а когда Уно спросил, кто дал ей право, я не знал, что можно сказать в ее оправдание. А нужно ли? А почему он не спросил, как она это делает? Ведь такой вопрос был бы логичнее.

— А как она это делает? — полюбопытствовал Амэ, он, в отличие от Уно, был спокоен, впрочем, как и всегда в подобных ситуациях. — Она что, типа всемогущий бог, живущий почти среди людей?

— Я так понял, что та катастрофа как-то на нас на всех повлияла, да и не катастрофа это была на самом деле, а что-то связанное с… с переходом каким-то. Я точно не понял, потом у Лилин спросишь, она наверняка объяснит понятнее. Теперь человек практически бессмертен, и со временем может научиться управлять всеми своими новыми возможностями, и тогда уже никто другой не сможет…

— Стереть память? — предположил Уно.

— А-а-а? Ну, да.

— То есть мы тоже так можем? — спросил Амэ.

— М-м-м, теоретически…

***Йоми***

…Уно так громогласно рассмеялся, что мы с Амэ ошарашено уставились на него, а затем недоуменно переглянулись, прямо как в былые времена. Уно рассмеялся до слез. Они стояли в уголках его глаз, скатывались по щекам, а он, как и всегда, вытирал их тыльной стороной ладони. Я, увидав такую его реакцию, прерывисто выдохнул, неужели я все это время сдерживал дыхание, и облегченно откинулся на спинку дивана. Кажется, пронесло — такова была первая мысль, промелькнувшая в голове, но я рано обрадовался.

Отсмеявшись, Уно перевел дыхание. Только тогда я заметил, какой он на самом деле мрачный, и понял, что смех его не был искренним. Он прорычал что-то нечленораздельное, закатив глаза к потолку, а затем залпом осушил бокал.

— Теоретически! Ха. Ты правильно сказал, Йоми. Теоретически мы это когда-нибудь сможем. Только она, наша драгоценнейшая хозяюшка, довольно часто всем нам стирает память, — хмыкнул он, жонглирую бокалом, его глаза, полные холодной ярости, впились в собственное искривленное отражение, — не позволяя тем самым достичь … того же, чего достигла она.

— Я… не думал об этом. Знаешь, Уно, насколько я понял, она не все воспоминания стирает, а только те, что на ее взгляд… м-м-м… не достойны человека, нового человека.

Не глядя на меня, Уно сдержанно кивнул, скривив губы, и направился к столу, где наполнил бокал до краев. Несколько бесконечных мгновений он вглядывался невидящим взглядом вглубь пьянящего напитка, затем осушил его, резко отставил бокал в сторону и, так и не взглянув ни на меня, ни на Амэ, и ничего не сказав, ушел в в компьютерный зал…

***Йоми***

…Уно скрылся за углом, и вскоре стены замерцали отраженным светом.

— Йоми! Йо-оми! — Амэ пришлось повторить мое имя несколько раз, чтобы я, наконец, услышал его.

— Да?

— Проснись!

— Я… я не сплю. Ты что-то спрашивал?

— Да. Есть ли что-то, чего ты еще не рассказал…

***Йоми***

…Не знаю, может, не стоило рассказывать Амэ всего, или, может быть стоило подождать Уно и рассказать это все и ему тоже, а то мало ли чего он мог себе навоображать на пьяную голову. Оставалось только надеяться, что он заснет, сидя за компьютером.

Некоторое время Амэ сидел, задумавшись, и как обычно теребил спутавшуюся прядь длинной челки, а затем подался вперед.

— А что ты имел в виду, говоря о том, что сейчас нет детей? Неужели сейчас люди рождаются взрослыми.

Он еще и шутить умудрялся. Я в ответ тоже решил пошутить, искренне надеясь, что у меня получится.

— Ты имеешь в виду в умственном или физическом плане? Если в физическом, то ты прав.

Ответом на шутку стала недоуменная тишина.

— Что, не получилось пошутить? — спросил я.

Глаза у Амэ еще сильнее округлились и стали закатываться к потолку. Наверное в этот момент он отчетливо представлял себе картину того, как рождается взрослый человек весом килограммов в семьдесят. Когда его радужки практически полностью скрылись за веками, он разразился громоподобным хохотом, согнувшись пополам и схватившись за живот.

— Ну… ты… и шутник…

***Йоми***

…Как же я давно не слышал смеха Амэ, целую вечность. Когда он, наконец, просмеялся, то стал требовать от меня объяснений, и желательно подробных.

— Ну, подробностей-то я как раз и не знаю. Знаю только, что она что-то сделала с репродуктивными органами людей. Сейчас, как я уже говорил, на планете нет ни одного ребенка. Все повзрослели… уже давно.

— Она что, хочет, чтобы человечество вымерло? — удивился Амэ, — нас же итак после конца осталось всего ничего, а сколько еще потом погибло.

Я задумчиво пожал плечами, и принялся грызть ногти. Давно я не прибегал к этой вредной привычке.

— Сколько, интересно, сейчас людей на Земле?

— Немногим больше двухсот миллионов, а если учесть, что мы сейчас бессмертны, да и контрацепции никакой, через несколько десятилетий можем начать есть друг друга…

***Йоми***

…— Двести миллионов? Немало, — протянул он задумчиво. — А я думал, что и миллиона не будет, да… я, если честно, был уверен, что и десяти тысяч-то не наскребется. Может быть, она и права… на счет этого, но вот память стирать, это, по-моему, подло.

— Ну, я думаю, нам довольно тяжело судить о ее мотивах, — предположил я, — особенно когда ничего не помнишь.

— Вот именно!

Позади нас послышались торопливые шаги Уно. Мы с Амэ испуганно вздрогнули, резко повернулись и уставились на него…

***Йоми***

…— Чего расселись? Встали быстро и бегом за мной, — скомандовал Уно, и пошел к выходу.

— Куда? — воскликнули мы с Амэ хором.

— Куда-куда. Наверх! Вызовем нашу милейшую хозяйку на откровенный разговор, не отставайте, я вас ждать не собираюсь, и один как-нибудь справлюсь с ней.

Амэ вздохнул, нехотя поднялся с дивана и последовал за ним, а я остался сидеть как громом пораженный.

Что я наделал! Они, особенно Уно, еще явно не готовы… не готовы к такой информации, да я и сам не был готов. Неужели я не мог подождать хотя бы до утра, впрочем, что бы тогда изменилось. Я дурак, неисправимый дурак…

***Йоми***

…Скрежет щебня, что доносился из ведущего наверх тоннеля, давно стих, когда я как ужаленный вскочил с дивана и бросился следом за подвыпившими друзьями. Плавный изгиб, не позволявший взгляду за раз охватить всю протяженность подземного перехода, зловеще полз в десяти шагах передо мной, а я несся вперед и вверх, спотыкаясь о собственные ноги, скользя по камням.

Из-за дробного эха шагов мне казалось, что Уно и Амэ совсем рядом, и я вот-вот нагоню их, но их все не было…

***Йоми***

…Снаружи, чего я совсем не ожидал, оказалось светло. Рассвело, судя по скрывавшемуся в гуще деревьев золотисто-розовому солнцу, не меньше трех часов назад. Я удивленно замер, так и не ступив на поверхность, хотя момент для промедления был явно не подходящий.

Наверно, Уно и Амэ всю дорогу бежали, иначе, как они могли уйти так далеко? Среди контрастных полос теней и ярко освещенных стволов деревьев я едва не проглядел лимонно желтое пятно, мелькнувшее впереди. Хорошо, что Амэ всегда предпочитал вызывающе яркие цвета в одежде.

Как же нелепо я выглядел, петляя между деревьев, запинаясь, на этот раз о корни. Некстати закололо в боку…

***Йоми***

…Они были уже совсем рядом с домом, когда я, наконец, разглядел их впереди. Удивляться тому, как Уно умудрился с первого раза, да еще в такой спешке, отыскать нужную тропу, не было времени…

***Йоми***

…Уно шел быстрыми размашистыми шагами, Амэ почти бежал рядом. Он что-то говорил Уно, размахивая руками, и, кажется, даже пытался остановить его. Но Уно лишь отмахивался от него. Я нагнал друзей у крыльца.

— Уно, что ты задумал? — воскликнул я, хватая его за руку.

— А, Йоми. Ты все-таки поперся за нами, — процедил Уно сквозь зубы, обернувшись. — Да отцепись ты от меня.

— Еще чего, — пропыхтел я, стараясь удержать вырывающегося Уно и при этом не получить от него оплеуху. — Амэ! Помоги мне.

Амэ, поколебавшись немного, ухватил Уно за другую руку, но… даже вдвоем нам едва удавалось сдерживать его. Естественно, поднялся такой шум, что Лилин проснулась, она не могла не проснуться. Хотя, возможно, она не спила, ведь утро было в разгаре. Это мы бы продрыхли до обеда…

***Йоми***

…Не смотря на то, что мы очень сильно шумели, скрип отворяющейся входной двери мне показался оглушительным. Я замер, не ослабив, однако, при этом хватку (я держал Уно за один локоть, а Амэ за другой), и испуганно втянул голову в плечи.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила Лилин, встревоженным взглядом осмотрев нас с ног до головы. — Какие-то проблемы в бункере?

— Да нет, что ты! Ничего не случилось, все в порядке, — пробормотал я поспешно, пытаясь удержать ускользавшую руку взбесившегося товарища.

— Что с Уно? Ему плохо?

— Нет-нет-нет. Ему хорошо. Ребята просто выпили немного, а Уно…

— Перебрал, — понимающе протянула она.

Какими же грустными казались ее глаза, словно она знала все на свете, все, чему еще только предстояло произойти.

— Ага! Ты же понимаешь, как давно они… как давно мы не пили спиртного. Ты не беспокойся, мы сейчас прогуляемся немного вокруг дома, и Уно сразу полегчает.

— Уно даже кефир пить нельзя! — с глупым хихиканьем Амэ задорно хлопнул «пострадавшего» по спине, — о вине, тем более красном, и говорить нечего…

***Йоми***

…Зря Амэ хлопнул Уно по спине. Этот хлопок, легкий дружеский хлопок по спине сыграл роль спускового крючка… Уно, словно с цепи сорвался. Он закричал, и по большей части его слова были бранными. Он размахивал руками. Пытался размахивать, но нам с Амэ кое-как удавалось их удерживать.

Уно обвинял Лилин во всех смертных грехах и во всех проблемах человечества. У меня голова закружилась от всех тех образов, что он описал — адские пламя и лед, обращающие все и вся в безжизненный пепел. Больно подумать, что все это он копил в себе и любовно вынашивал.

Лилин слушала и молчала. Слез в ее глазах не было, но мне кажется, что их не было от того, что они уже давно закончились.

Уно кричал, и все это время не переставал вырываться. Меня кидало из стороны в сторону. И откуда, только у него взялось столько сил…

***Йоми***

…Некоторое время у нас с Амэ хватало сил удерживать пыхтящего Уно, но он, все же, вырвался… а дальше туман. Всё… все воспоминания окутаны туманом…

***Йоми***

…Туман, туман, туман. Он полностью заполнил мою голову. Единственное, что я отчетливо помню, это то, как Лилин падала. Медленное, растянувшееся на века падение и… неестественно запрокинутая голова. Пустые глаза, сейчас мне кажется, в них ничто не отражалось тогда. Ничто. И, еще, тоненькая багровая струйка у виска Лилин и испачканные в крови русые волосы.

Не устаю задаваться вопросом, где же Уно подобрал тот булыжник? Когда успел? У него ничего не было в руках, когда он шел через лес… Сначала он тряс им, а затем швырнул Лилин под ноги. Под ноги! Но Лилин вздрогнула, оступилась и… упала. Упав, ударилась об угол фундамента. Такое могло случиться хоть с кем, но…

Почему она молчала? Почему пятилась? Почему не ушла в дом и не заперлась там? Почему она не сопротивлялась? Может быть, она устала сопротивляться?

Если бы она не упала, если бы не… если бы не умерла… что бы Уно сделал тогда…

  • Мудрость Солона / По следам Лонгмобов-2 / Армант, Илинар
  • Е / Пробы кисти и карандашей / Магура Цукерман
  • Медянская Наталья - Их танец / Собрать мозаику / Зауэр Ирина
  • Красные холмы / Аэзида Марина
  • Экскурсия в "Ад". / Неверлен Артур
  • Зародыш в цистерне / Yershov Oleg
  • Поговорите с палачом / Горькие сказки / Зауэр Ирина
  • Скотобаза такая... / Блокнот Птицелова. Сад камней / П. Фрагорийский
  • Глава 13 / Арин, человек - Аритон, демон. / Сима Ли
  • Рыбалка / Стиходром 2012-2013 / Анна Пан
  • Чего хочет женщина / Абов Алекс

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль